Ванька так и не смог закончить сюжет «Огненной птицы» вместе с Софьей. Но до операции у него было время, которое он провел за написанием письма для любимой, и время для составления нескольких набросков.
Сюжет его истории продолжался. Огненная птица искала мужа, облетая просторы мира, окутанного тьмой. Она все чаще находила древние самолеты, лежащие среди тьмы, и не знала, что это на самом деле. Обломки казались ей древними птицами, которые не смогли противостоять тому, что их погубило.
Но среди обломков смогли уцелеть приборы. Благодаря одному из них, птица узнала о том, что случилось с миром. У нее появилась возможность найти мужа. И тьма перед ней продолжала сгущаться.
Непросто быть птицей, сияющей среди тьмы. Быть огненным существом, летящим среди мрака, который постоянно давит, который поглотил весь мир.
Ванька был не просто червяком, которые вырастил крылья. Он был пламенем среди льда, растапливающим холодные стены. Искры в нем не угасли, и благодаря им он смог зажечь в себе желание жить, желание творить, желание любить.
Он смог отказаться от алкоголя, от пустой и бессмысленной жизни и добавить в нее множество теплых красок. Устроился на работу, которая стала для него любимым делом. Работу, на которую он вставал, на которую он хотел идти не только потому, что ему нравилось то, чем он занимался. Ему нравились люди, которые стали для него хорошими друзьями, а не просто собутыльниками.
Это были люди, с которыми он работал, общался, ездил на фестивали и даже основал «Клуб любителей-мыслителей». Ванька стал по-настоящему живым, когда решил изменить свою жизнь. Но быть живым – это не значит быть бессмертным, а быть огненной птицей не значит гореть всегда.
Небо перестало быть враждебным для Ваньки. Это когда-то он не любил, когда идет дождь. Но потом начал видеть в небе красоту, и даже когда над ним было серое небо, знал, что за ним светит солнце и совсем скоро где-то на горизонте он увидит красивый восход.
Он давно для себя решил, что мир вокруг – это сплошная тьма, а его задача – зажечь в себе пламя и осветить им красоту мира. В сюжете «Огненной птицы» Ванька остановился на том, что тьма поглотила птицу. Она не смогла найти своего мужа среди беспросветного мрака. Вот и Ванька не мог прийти в себя.
Софья продолжала работать. Проект «Лепесток» уже был завершен. Самолет успешно прошел летные испытания. Она уехала в командировку, но из-за переживаний по Ваньке не заметила, как потеряла телефон. Узнать о том, что с ним случилось, она не могла. Не могла узнать, вернулся ли он домой, и поэтому переживала.
Она смотрела на летящий в небе «Лепесток» и думала лишь о том, что хотела бы, чтоб Ванька разделил с ней этот момент. Она бы ему сказала, что в одном из приборов, установленных на этом самолете, находится деталь, которую он изготовил, а Ванька бы этим гордился.
Вечером Софья вернулась домой и начала искать старый телефон, чтобы проверить, нет ли новостей о Ваньке. Вдруг снаружи залаял Друпс. Она замерла, не поверив. Но Друпс продолжал лаять. Софья выбежала во двор и открыла ворота, но за воротами никого не было. Она выглянула на дорогу, там тоже никого не было.
– Ты чего, мой хороший? – спросила Софья. – Чего лаял?
Она открыла почтовый ящик и достала из него стопку писем. В стопке был конверт, на котором была изображена сова. Софья сразу поняла, что это письмо от Ваньки. Остальные письма она просто выронила из рук и сразу же вскрыла этот конверт.
Друпс выбежал на дорогу, продолжая лаять. Софья плакала, глядя на него. Она и представить себе не могла, что заставило его лаять. Ведь Друпс лаял только в присутствии Ваньки, только с ним. Это напомнило ей о том, что когда-то он был рядом. Как и в этот раз – он был рядом с ней. Не просто в воспоминаниях или на фотографиях. И даже не в письме, которое она держала. В письме была картинка из комикса, нарисованного Ванькой. Там были нарисованы они. Ванька и Софья держались за руки, Софья была в свадебном платье. В комиксе они поженились.
Софья не понимала, что это за послание. Ей стало ясно чуть позже. Она все поняла, когда подняла взгляд и посмотрела на дорогу. По ней беззаботно шел Ванька. Он приближался к своему дому, держа в руках огромный букет цветов. Именно поэтому Друпс лаял, чувствуя приближение своего соседа.
Врачам удалось спасти Ваньку. Его своевременно и профессионально реанимировали, а затем и вылечили. Он быстро поправился и, как только смог, сразу же вернулся домой. Увидев его, Софья бросилась к нему в объятия.
– Прости меня, – проскулил он сквозь слезы.
Софья простила. Простила и заставила его пообещать, что он больше никогда с ней так не поступит. Он пообещал. Вместе они прожили долгую и счастливую жизнь. Друпс состарился, успел поиграть с их детьми. Но, как и подобает порядочному бродяге, однажды он просто ушел и не вернулся. Софья нарисовала на стене дома большую картину, на которой была изображена стиральная машинка среди деревьев, а внутри сидела Друпс. Глядя на нее, Ванька представлял, что Друпс поселился где-то в лесу, просто сменив место жительства, и теперь соседствует с белками.
Тоска не смогла поглотить Ваньку. Он часто думал о ней, никогда не забывал, что однажды чуть не умер в больнице. Несмотря на это, жил как самый настоящий летающий червяк, вырастивший крылья на своем извивающемся и хрупком тельце. Он был не просто червяком, он был могущественным зверем, победившим в себе слабость. Ванька поселил в себе силу и красоту, он окружил себя прекрасными людьми. Тоска его совсем перестала беспокоить, она ушла из его жизни и переместилась на страницы «Огненной птицы» в виде нескончаемой тьмы, в которой жили герои этого графического романа.
Ванька и Софья поженились, как и было нарисовано в его комиксе. Им удалось завершить, а потом и опубликовать «Огненную птицу». Комикс стал успешным. Часть денег с продажи Ванька тратил за проекты по защите природы. Несмотря на успех комикса, всю оставшуюся жизнь он проработал в КБП. Его дети, а потом и внуки тоже работали там, продолжая целую династию приборостроителей с фамилией Люлька.
Ванька Люлька даже в старости сохранил чувство юмора. Своим детям и внукам он говорил: «Я ползал, как червяк, я летал, как червяк, но однажды придет время, и я вернусь в землю». День, когда летающий червяк ушел под землю, настал через много лет. И ведь именно Ванька об этом сказал задолго до того, как это случилось.