Опять нелепая погода,
Гроза терзает наши уши,
И нет над головою свода,
Что прикрывал бы наши души.
Лола гнала грубо Дрока,
Бедняга еле двигал ноги.
Ветер задувал с востока,
Отсекая нам дороги.
Листва и ветки лезли в щёки,
Заставляя их гореть,
Добавляя нам мороки.
Пришлось изрядно попотеть,
Прикрывая наши лица
От нашествия ветров.
И за деревьями не скрыться.
Я все отдать уже готов
За невзрачную палатку,
Что б этим утром не шагать,
А дрыхнуть под брезентом сладко,
Сопя, овец во сне считать.
Ночь худо-бедно просидели,
Лишь пару тварей лезло в драку.
Отбились, даже не вспотели.
Твари те служили мраку.
Дрок глаза открыл с рассветом,
Возмущался же поганец.
Пинок Лолы стал ответом,
От боли враз замолк страдалец.
Ему быстро объяснили:
Назад заказана дорога,
Что Древний не потерпит гнили,
Не дойдешь и до порога.
Он приуныл и согласился,
Приняв грядущую судьбу,
Но про себя, наверно, злился,
Кусая нижнюю губу.
Было решено сместиться,
Что б ветер не морозил кости,
Найти заслон, чтобы укрыться,
Чтоб не подкрались тихо гости.
Каждый шаг давался туго.
Лола рядышком держалась,
Ощущалась помощь друга.
Сколько там идти осталось?
Ветер резко прекратился
И начал дуть наоборот.
Я вместе с Лолой оступился,
Чуть не полетев вперед.
Я откровенно был взбешён,
А Лола явно упивалась.
Ей этот ветер был смешон,
И не с таким она браталась.
Лес начинал уже бесить,
Меняя взад-вперед потоки,
Не давая шаг ступить,
Вытягивая силы соки.
Дрок сдался, плюхнулся в песок.
– Я больше не могу идти.
– За нами же идти ты мог!
Вставай! Сейчас нам по пути!
И, пнув владыку сапогом,
Глазами будто оплевав,
Обошла его кругом,
Передохнуть ему не дав.
– Эх, вернуть бы мои силы
И посох свой забрать в Кирграде,
Я б все ветра остановила.
Гарат проклятый, будь неладен.
– А почему он там хранится?
– Уж больно посох тот приметен.
С ним от глаз чужих не скрыться,
Опознают даже дети.
– А ты не можешь щит создать?
Прикрыть и дать передохнуть?
Я тоже начал уставать.
– Я проверяю, чист ли путь,
Чтоб, если что, успеть сместиться.
Мы пять ловушек обогнули,
Мне никак не разделиться,
Пока все силы не вернули.
Аром видел водный мир,
Вся влага для него – глаза.
А воздух – это мой кумир.
Мой нос похлеще, чем у пса,
Да и смотрю я чуть вперед,
Ветер мне на уши шепчет,
Остерегая, кто нас ждет.
Замерла она, пригнулась,
Взгляд её стал вдруг туманным.
Ко мне резко повернулась,
Что-то ей казалось странным,
– Конг, давай! Держись покрепче!
Я схватил ближайший ствол,
Лола обняла меня.
Шагов за триста гул пошел.
Дрок лёг на корни, всё кляня.
Порыв других был посильней.
Все вперемешку: камни, грязь,
Кусочки сломанных ветвей.
Земля как будто бы тряслась.
Стволы ломались! Скрежет, треск!
Снося все заросли, кусты,
Какой-то мощной силы всплеск
Поднял земельные пласты.
Ствол, за который я держался,
Теряя корни, накренился.
В конце концов я тоже сдался
И руками отцепился.
И вовремя, хочу сказать.
Ствол снесло шагов за двести,
А мы продолжили летать,
Как облака, кружась на месте.
Поток нас позже разделил,
Её крик заглох в обломках,
В страхе я глаза прикрыл.
Удар в затылок… Всё в потёмках…
* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *
– Владыка Тьмы, их больше нет.
Прикажете догнать мальчишку?
– Мы меч искали столько лет
И подошли сейчас так близко.
Отправьте Дерека! Он сможет…
– Владыка ветра? Он силен…
Кто-нибудь ему поможет?
– Надеюсь, справится сам он.
– Три владыки не смогли…
Их победил мальчишка? Лес?
Да как они там полегли?
Может, кто из Света влез?
Что делать с Дроком? Он-то жив!
– Он нам, увы, уже не нужен.
Добавь его к себе в архив,
Как только будет обнаружен.
Мужик кивнул и удалился.
Рука схватила черный нож,
На пальце перстень засветился.
– Слабеет что-то молодежь.
* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *
Что-то носом в меня тычет,
В голове какой-то звон,
Где-то женский голос хнычет,
Я проронил невольно стон.
Нога… Похоже, перелом.
Попытку ею шевелить
Позже проведу, потом.
Попробую глаза открыть.
Как больно… Свет, ты мой союзник,
Почему ты так жесток?
Я в плену твоём, я узник.
Приоткрыть один глаз смог.
– Ящер? Сколько дней, дружище,
Я здесь валялся без сознанья?
Сколько тварей рядом рыщет?
Нас не оставят без вниманья.
Он снова изменил размеры,
Сейчас он был как жирный гусь.
– Где, мой друг, твои манеры?
Не тычь мне в нос. Я рассержусь!
Он фыркнул и подлез к ноге.
Её изрядно придавило,
Она опухла в сапоге.
Бревно поднять не хватит силы,
Но ящер думал по-другому.
Он в щель залез и стал расти.
Без напряженья, по-простому.
Меня легко так смог спасти.
Я аккуратно вынул ногу,
Испытывая шок и боль.
Приходя в себя немного,
Взял силу воли под контроль.
– ЛОЛА!!! – крикнул, что есть силы.
– Я здесь! – услышал я в ответ. –
Меня стволами завалило!
Я в яме, помоги нам, Свет!
– Сейчас приду, не уходи!
– Смешно! Нелепо, но смешно.
Я здесь застряла взаперти.
Ты не поможешь всё равно.
– Я не один! Здесь белый друг!
Вместе как-нибудь поможем.
Что творится здесь вокруг?
Лес почти что уничтожен.
Я стал искать глазами трость,
С такой ногой я не бегун.
Превозмогая боль и злость,
Рукой оперся на валун.
Взяв палку, кое-как поднялся,
На голос Лолы сделал шаг.
Я быстрей идти пытался
Вдоль поломанных коряг.
Остаётся лишь терпеть.
Ящер стал размером с мышь,
Чтоб быстрей меня успеть.
Юркий, как огонь, малыш.
Она попала в борозду,
Была яма неширокой,
И, словно в маленьком гробу,
Она лежала одиноко.
Путь наверх прикрыли ветки,
Их же дерево накрыло,
Кора навалена и щепки,
Её лишь чудом не прибило.
Я пытался разобраться:
Что тянуть, а что оставить?
А ящер, не сумев дождаться,
Решил всё сам быстрей исправить.
Хватал зубами и ломал,
Тащил в сторонку, и опять
На помощь к Лоле он бежал.
Ждать не хотел – хотел спасать.
Образовалась в ветках щель.
Я палку ящеру вручил.
Её засунув в ‘колыбель’,
Он, как безумный, потащил.
Она практически взлетела,
Расцарапав всё плечо.
Взглядом белого огрела,
Мне даже стало горячо.
– Спасибо! Но нельзя нежнее?
Я же не мешок с мукой!
Разберусь с тобой позднее!
Конг, бедняга, что с ногой?
– Мне-то поменьше повезло.
Дрока видела? Я нет.
Пропал куда-то, как назло,
Не натворил бы тёмный бед.
Вдруг где-то кто-то застонал,
Мы двинулись быстрей на звук.
Он в больших корнях застрял,
Болтал ногами, словно жук.
– Ты ведь почувствовал, не так ли?
Ветер был-то непростой!
Не Лес разыгрывал спектакли.
– Ушёл владыка на покой.
Лола на меня взглянула,
Я чуть заметно ей кивнул,
Дрока в зад ногою пнула,
Да так, что носом пыль втянул,
Что на земле едва осела.
А ящер к Дроку подбежал,
Оскалил зубы рядом смело,
Владыка даже закричал.
‘Белый’ фыркнул, клацнул пастью,
Дрок уже как лист дрожал.
Остановился ящер, к счастью,
И ко мне вдруг побежал.
Стал меньше и пополз по телу,
Уселся на моём плече,
Словно надзиратель белый,
Как огонёчек на свече.
– Уберите эту тварь!
– Чего же? Миленький зверек!
– Таких всех надо на алтарь!
Я бы всех их разом сжёг.
Зубами клацнуло под ухом,
Ощущалось недовольство.
Взгляд Дрока приуныл, пал духом,
Злость сменилась беспокойством.
Лола тоже напряглась.
– Это даже не смешно!
Охота снова началась!
Мы уходим! Решено!
Конг, создай быстрей светляк!
Я начерчу бродячий круг.
Не спрашивай! Быстрей, дурак!
Лес прислал огромных слуг.
Мы слабы, чтоб с ними драться.
Земля легонько задрожала.
– Но если мы решим остаться,
Нам жизни этой станет мало.
Я вызвал маленький светляк.
– Не хватит! Ну же! Напрягись!
Больше! Хорошо! Вот так!
Ты можешь больше! Разозлись!
Нам вновь Чидар щекочет пятки!
Здесь наши жизни на кону!
Всё решится в этой схватке!
Ты хочешь быть в его плену?
Я как никогда старался.
Сфера стала как кулак!
– Дрок! С тобой вопрос остался.
Ты будешь с нами, или как?
Под Тьмой нельзя палатки ставить,
Тьма как клетка для сердец,
Тьма не сможет вечно править,
У Тьмы всегда плохой конец.
Дрок замялся и кивнул.
– Круг я начертить смогла.
Лёгкий ветерок подул.
– Не зря я силы берегла.
Светляк на центр! Молодец!
Земля сильнее задрожала,
Словно бил в нее кузнец.
И дрожь изрядно нарастала.
– Конг, я все еще слаба,
Чтоб всех троих перенести.
Всё сейчас решит судьба.
Нам может крупно повезти,
Если будет всё как надо.
Твой свет бодрит и дарит силы,
Мне легче, что ты будешь рядом,
Мне хорошо с тобою было.
Лес, что всё еще стоял,
Уцелев от урагана,
Нам тварей гадких показал
Без маскировки и обмана.
– Это что вообще такое?
– До чего они большие!
– Хорошо, что только двое!
Валя деревья вековые,
Они вышли на охоту.
Времени совсем немного.
Мы их главная забота.
И пусть завалена дорога,
Каждый шаг – глухой удар.
Земля дрожала всё сильней,
Мир хрустел под мощью чар.
Дрок становился всё бледней.
Два огромных существа
Похожих чем-то на людей,
Практически, два божества,
Впитав черты других зверей.
Здесь были когти и клыки,
Бивни, чешуя, хвосты,
Где-то даже плавники
Измазанные слизью рты.
– Найди Корага, он поможет,
Ему ты можешь доверять.
Дальнейшее тебе изложат,
Меч стоит только показать.
В круг! Быстрей! Они идут.
Она шагнула в мой светляк.
Гарат у ног уже воткнут,
По костям прошёл сквозняк.
– Kirt Korul! – и ветер взвыл!
Воздух плотный, как стекло,
Со всех сторон нас облепил.
И Кирт пришёл! Нам повезло!
Он, схватив меня за руку,
Тащил на выбранный маршрут!
Глаза прикрыл я с перепугу,
Надеюсь, что друзья там ждут.
Тишина… И много лиц…
Немой вопрос у всех в глазах.
Здесь куча юношей, девиц.
И Лола на моих руках…
Без чувств, но дышит… Хорошо!
Дрок рядышком лежит у ног,
И ящер на плече ещё.
Как про него забыть я мог?
Он спрыгнул, вырос, зарычал!
Люди пятились назад.
– Не бойся! – я ему сказал.
А голоса вокруг галдят.
В нас тычут пальцем неустанно,
Нас обступили с трёх сторон.
Это становилось странным.
– Кораг! Кораг! Нам нужен он!
– Ты больно дерзок для чужого! –
Меня задел один старик, –
Твоё лицо для нас здесь ново.
Наш диалог зашёл в тупик.
Пытаясь взглядом зацепиться
За того, кто мог помочь,
Наткнулся на одну девицу,
Как мать моя была точь-в-точь,
Может, только помоложе.
Видно, к дому меня тянет.
Но в целом так была похожа…
Кто видел, вряд ли спорить станет.
Эта тишина давила.
Где сейчас я нахожусь?
Куда нас Лола притащила?
Под взглядом скоро провалюсь.
Молчание прервалось криком.
– Глазеть не стоит! Всем учиться!
В этом городе великом
Студенты не должны лениться.
Преподавательский состав
В корпуса сопроводите,
Останьтесь только Тог и Рав.
И поскорее, поспешите!
На выход двинулась толпа.
Большой, просторный светлый зал
Потолок, как скорлупа
(Такой же формы), украшал.
Исчез последний человек.
Врата захлопнув, он ушел,
Убрав из мыслей мне побег.
Пора всё выложить на стол.
– Вы Кораг? Она искала.
Она слаба, гарат пронзил.
Наверно, Лола понимала,
Что ей на всё не хватит сил.
Дрок – предатель, гадкий тип,
Он давно предался Тьме.
По мне так лучше б он погиб,
Пусть состарится в тюрьме.
Мои мысли всё метались.
Я старался рассказать,
Как по лесу с Лолой мчались,
Как Аром Свет посмел предать.
Тог и Рав стояли сзади,
Застыв, как скалы возле пляжа.
Чего-то ждали. Чего ради?
Вели себя подобно страже.
Третий всё не назывался,
Водил руками возле Лолы,
За иглу в кольце хватался,
В коже делая проколы.
Она дернулась, вдохнула,
Рябь коснулась ее глаз.
– Нужно, чтобы отдохнула,
Всё не залатать за раз.
Рав, беднягу в лазарет.
Скажи, что нужен ей покой.
На посещение запрет!
Отвечаешь головой!
Мужчина тут же подошёл.
Из воды создав носилки,
Спокойно к выходу побрёл,
Держа руку у затылка.
– Тог, ты слушал? Он нам лгал?
– Мне есть чем слово подтвердить! –
Не выдержав, я закричал.
– Тебе давали говорить!
– Через то, что мы прошли…
Меня не стоит затыкать!
Вы бы лучше помогли!
Я устал уже хромать.
– Успеется, ты здесь чужой.
С Дроком мы знакомы, с Лолой.
А вот кто же ты такой?
Беседа будет невесёлой.
Ты утро всем нам взбудоражил,
На руках твоих два тела.
Может ты враг Света, скажем,
А сам так выступаешь смело.
Зверь такой… не из простых.
Ты еще скажи – не твой!
Ну, чего, скажи, притих?
Отвечай! Сам кто такой?
– Я буду говорить с Корагом!
Мне Лола так сама велела!
Только с ним! Лишь с этим магом!
Мне это всё так надоело!
Я ментально истощён,
Голодный, ранен, даже зол!
Тог был сильно удивлен.
– Так ты его уже нашел.
Владыка Жизни, сам Кораг.
Будь осторожен со словами.
Я тебе пока не враг,
Не прекратишь – не за горами.
– Есть кое-что, что прояснит,
Почему я здесь застрял,
И Лола это подтвердит,
Я это неспроста скрывал,
Но это не для каждых глаз.
– Мы можем Тогу доверять!
– Про меч пророчеств будет сказ.
– Ты всё же можешь продолжать.
– Я вынужден у вас спросить:
Вам к сердцу ближе Тьма иль Свет?
Но не думайте спешить,
Ведь честным должен быть ответ.
Моргнув глазами, он сказал:
– Мне близок Свет, не сомневайся,
Я это жизнью доказал,
Коль тёмный ты, то опасайся.
– А Тог, на чьей он стороне?
– Как и Кораг, я предан Свету.
Ты как муха на окне:
Никто, но требуешь ответы.
– Тогда не бойтесь и коснитесь…
Сила. Дверь. Явил светляк.
– Но серьёзно отнеситесь.
Служащий Тьме для Света враг.
– Это может быть ловушка,
Владыка Кораг, позвольте мне.
– Не ворчи ты, как старушка,
Ты наверно не в себе.
Такое я уже видал,
Как же я тогда был молод,
С учителем тогда блуждал.
Когда в сердцах людей был холод,
Он предлагал разок коснуться,
И творились чудеса.
Он заставлял их улыбнуться,
Он помогал открыть глаза.
Кораг дотронулся до сферы.
– Твоя сила уникальна.
Это символ нашей веры.
Убивает радикально
Зло, всё превращая в пыль.
Тог не бойся, не опасно.
Я в тебе не видел гниль,
Остерегаешься напрасно.
Это чувство несравнимо.
Сколько лет! Эх, сколько лет!
Удивлён! Непостижимо,
Давно закрыт тот факультет…
Тог тоже подошел, коснулся.
– Взаправду, что-то в этом есть.
Странно как-то улыбнулся.
– Простите, я б хотел присесть, –
Не выдержав, я им сказал, –
Нога с ума меня сведет.
И к лавке ближней поскакал.
– Ну что ж, показывай! Вперед!
Меч в руке моей явился.
Тог было вскинул вверх ладонь,
Но Кораг не шевелился.
– Успокойся, Тог! Не тронь!
Мы думали, что он утерян…
– Так мне Лола и сказала.
– Icter norte Korte teren!
Мою ногу защипало!
Рана от шипа нагрелась,
Внутри что-то обожгло.
Куда-то вдруг усталость делась,
И боль исчезла, всё прошло!
Я чувствовал себя отлично!
Живот мучал только голод,
И след на шее жёг прилично,
Приложить бы к нему холод.
– Клеймо исправить не могу,
Эти чары лезут в душу.
Ты превратился бы в слугу,
Коль обряд бы не нарушил.
Он расспрашивал меня
Про меч, про Лолу и про Лес,
Комментарии бубня,
Но проявляя интерес.
– Сейчас, пожалуй, иди спать,
А завтра за тобой придут,
Есть о чем нам поболтать.
Ну, всё, иди, подушки ждут.
– А Дрок? Он тёмный, осторожно!
Не раз пытался нас убить.
Сейчас без сил лежит, возможно,
Но может сильно навредить.
– Не волнуйся, мы проверим,
Забирай свою зверушку.
Тог, проводи его под двери,
В комнату, что на верхушке.
– Но там давно никто не жил.
Мир Света не давал владык,
Так ‘дверь’ никто и не открыл.
Ящер выдал злобный рык.
Это Дрок пошевелился,
Что-то слабо простонав.
Кошмар, надеюсь, ему снился.
Пусть будет сон его кровав.
– Я вас больше не держу.
Пока ты можешь отдохнуть,
Но за тобой я прослежу.
Тог, расскажешь ему суть,
Про арку, как её открыть.
Ты должен с нею совладать.
И ещё хотел спросить,
Как тебя нам называть?
Я Конгномен из Мира Света,
Но Лола называла – Конг.
– Знакомство мне приятно это.
Вдалеке раздался гонг.
Мы с Тогом шли по коридорам,
На себе ловили взгляды
То с любопытством, то с укором,
Но, в целом, были мне не рады.
Ящер видел третий сон,
Усевшись на моей ладошке,
Наплевав на гонга звон,
И выглядел совсем как брошка.
Лестницы, ступеньки – много.
Я уже со счёта сбился,
Как окончилась дорога,
И я пред аркой очутился.
Проход закрыл густой туман.
Я что-то чувствовал родное.
А может, то самообман,
С целью созданный простою:
Вовлечь в себя и загубить.
Я спросил:
– Что там такое?
– Здесь она, чтобы защитить
От тех, чей Мир не схож с тобою.
Мир твой – Свет, ты с ним живешь!
Он часть тебя, вы с ним едины.
Посему ты здесь пройдёшь.
Жил когда-то здесь мужчина,
Он и придумал сей туман.
В других местах проход свободный,
А здесь задымленный карман.
Ах да! Наверно ты голодный?
Я без проблем распоряжусь.
Чуть позже выйди, забери!
– А как через туман прорвусь?
Как я окажусь внутри?
– Не знаю я, никто не знает!
Мир Света тайны бережёт.
Что за туманом там скрывает?
Узнаешь сам! Давай! Вперед!
И вот еще, хотел спросить.
А как зовут твою зверушку?
Ящер глаз решил открыть,
Я почесал ему за ушком.
– Не знаю! Живчик назову!
Ящер тихо заурчал.
– Я вроде как давно живу,
Но вот таких я не видал.
Ладно, Конг! Заданий много.
Кирт укажет верный путь.
Нелёгкая была дорога,
Попробуй лучше отдохнуть.
И он ушёл. Я был один,
Только Живчик бегал рядом,
Как неугомонный сын…
Я пристыдил лесного взглядом,
Он немного присмирел,
Стал побольше, где-то с кошку.
В туман с разбега залетел,
Опешил даже я немножко.
Ящер выбежал обратно,
Игриво дергая хвостом.
Там хорошо ему, приятно.
Назад вошли уже вдвоём.
Я ждал подвоха иль ловушку.
Я был готов, чтоб вызвать свет.
Дрожали волосы макушки,
А подвоха вовсе нет!
Быть может, лёгкий холодок
Слегка потрогал мою кожу,
Я сделал воздуха глоток,
Сам свои же страхи множу.
Здесь тоже был просторный зал,
Рабочий стол, комод, кровать,
Фонтан по центру здесь стоял
И мрамор заставлял сиять.
Воды в нём нет – струился свет,
Он был яркий, он слепил,
Весь камень им же был задет.
Я словно ‘дверь’ свою открыл.
Живчик влез в фонтан по уши,
Он нашёл свою кровать,
Ему другой лежак не нужен,
Он и в нём не прочь поспать.
На арку вновь решил взглянуть.
Тумана не было совсем!
Казалось ведь – свободен путь
И не прикрыт совсем ничем.
Вышел вновь и обернулся:
Опять проход закрыл туман.
От стресса, может, я рехнулся?
А может то – самообман?
Важнее осмотреть покои
Детально, каждый уголок.
Неужели только двое,
Кто сюда проникнуть мог?
На столе лежали свитки,
На них уселся пыли слой.
В углу стола валялись нитки,
Зачем-то взял одну с собой.
Здесь был камин весьма большой,
Он столько лет не видел дров,
Хотя бы щепочки одной,
Но поработать был готов.
Окна украшала ковка,
Такую делал мой отец.
Для неё нужна сноровка
И очень опытный кузнец.
Механизм работал. Фух…
Я робко выглянул в окно.
И тут же захватило дух,
И это даже не смешно…
Я видел рядом облака,
Казалось, пнул бы их рукой,
И потревожил бы слегка,
Наслаждаясь высотой.
Дома расселись, как грибы,
Показывая крыши-шляпки,
Одни – нелепы и грубы,
Другие – яркие, как тряпки.
Я не был толком в городах,
С отцом проездом, то не в счет,
Всё больше жил в своих дворах,
Там медленнее жизнь течёт.
Я видел сверху – жизнь кипит.
Точки маленьких людей,
И каждый не стоит, спешит,
Стремясь урвать своё скорей.
Закрыл окно, задёрнул штору,
Ткань цела спустя года.
И гобелен открылся взору:
Мужчина, плащ и борода.
Я долго пристально смотрел
В эти мудрые глаза.
Внешне он не постарел.
Он был свеж, как небеса,
Не видел я на нём морщин.
Он был мощный, словно бык.
Волос длинный, он блондин.
Я ощущал, что он велик.
В руках держал он гордо меч
(Как у меня, один в один),
Желая что-либо рассечь.
Одет был как простолюдин.
Еле взгляд свой оторвал.
На этот раз пошёл к фонтану,
Он меня пьянил и звал,
Он был сродни тому туману,
Что закрывал сюда проход.
Живчик мирно спал в лучах,
Он мог бы там валяться год.
Я замер в двух иль трех шагах.
Осторожно приближался,
Руку вытянув вперед,
И этой силой наполнялся,
Боясь, что кто-нибудь прервёт.
Я был не зол, но мощь росла,
Как будто был в пылу сраженья.
Душа и пела, и цвела:
– В жизни лучшие мгновенья.
Сделал шаг иль два назад,
Подкачка силы прекратилась,
Но мощь пока не шла на спад.
Надеюсь, это мне не снилось.
Я на руке создал светляк.
Как же сильно удивился:
Он был большой, как мой кулак.
От ладошки отцепился
И плавно взмыл и полетел.
Моей он подчинялся воле,
А не летел, куда хотел.
Сделать его больше, что ли?
Шар чуть меньше головы
На мою ладонь вернулся.
Но больше он не стал, увы!
Уже что-то! Улыбнулся.
Жаль: эффект не долго длился.
Скоро был я также хил,
Как до того, как с силой слился.
На время ‘дверь’ свою прикрыл.
Живот предательски урчал.
Услышал цокот каблуков,
Кто-то тяжело дышал,
Проклиная всех богов.
Я глянул робко в коридор,
Там девица шла с подносом,
Неся с собой еды набор.
Задался я одним вопросом:
А не та ли то девица,
Что напомнила мне мать?
Большие черные ресницы
И привлекательная стать.
Приятный бюст и рыжий волос
Не давали мне покоя.
У неё приятный голос?
Это что со мной такое?
Я сказал ей:
– Заходи!
Она по-прежнему стояла,
Стена как будто впереди.
Определенно что-то ждала.
Туман, похоже, не исчез.
Мне иначе-то казалось.
Ну, я навстречу и полез.
Ох, как же сильно мне досталось!
Она вскрикнула, упала,
Опрокинув свой поднос.
Всё, что там на нём лежало,
Мне прилетело прямо в нос:
Горячий суп и хлеб, жаркое,
Салат из свежих овощей,
И что-то липкое такое,
Я не пробовал вкусней.
Пар от еды горячий шёл,
Я как ужаленный скакал,
Испачкали едой мы пол,
Хлеб и сыр хотя б поднял.
– Ты хоть знаешь, сколько шла?
Сколько лестниц, этажей!
Я приготовить всё могла
И то, наверно, побыстрей.
– Я не хотел тебя пугать!
– Зачем ты вылез из тумана?
– Я хотел тебя позвать!
А ты, подобно урагану,
Разбросала всю еду!
Хотя бы хлеб с кусочком сыра
Поесть попробую пойду.
Ты из какого будешь Мира?
– Поди, пожаловаться хочешь?
Я и так уже на кухне!
– Что ты там вообще бормочешь?
– Моё пламя не потухнет,
Будь я целый год в котлах!
Её руки загорелись,
Рождались искры в кулаках.
Продукты тут же разогрелись!
Всё, что на земле валялось,
В угли, к несчастью, превратилось,
Даже пепла не осталось,
Будто просто испарилось.
– Мир Искры, так понимаю?
– А сам? В тумане там сидит.
Здесь никто тебя не знает,
Замок на ушах стоит!
– Я Конгномен из Мира Света!
– Мир Света? Раньше не встречала.
Кораг прятал тебя где-то?
Учился б с нами, я бы знала!
– Я оказался здесь впервые.
Владыки для меня – загадка.
Вопросы может и смешные…
– Как же врёшь сейчас ты сладко.
Чаша видит всех и сразу,
От неё нельзя сбежать!
Молчишь, наверно, по приказу,
Но мне-то можешь рассказать!
– Ты многое и так узнала.
Пожалуй, мне пора идти.
– Я тебя не отпускала.
Возникло пламя на пути,
Отгородив собой туман.
– Ты перегибаешь палку!
– Я пылаю, как вулкан!
– Напоминаешь мне нахалку
Из деревни, где родился.
Там жила одна особа,
На неё народ так злился,
Плевалась ядом та до гроба.
– Мне просто очень одиноко…
Живчик прыгнул из огня,
Повалив её жестоко.
– Сними! Сними его с меня!
– Если пламя уберёшь!
– Это же мираж! Для вида!
Ты запросто и так пройдёшь!
Что в её глазах? Обида?
Лизнуло пламя мою руку,
Ничего, ни капли боли.
– Меня научишь этим трюкам?
– А сам что? Не умеешь, что ли?
– Я никогда здесь не учился,
Знания весьма ничтожны.
Что-то я заговорился.
Живчик, слезь! И осторожно!
Он неохотно лапы сдвинул,
Громко фыркнул и ушёл,
Наше общество покинул,
В свой фонтан опять побрёл.
Бедняжке я помог подняться.
– Что за тварь ты приручил?
– Лучше так не выражаться,
Не думаю, что он остыл.
– Он застал меня врасплох!
– Ты так и так бы проиграла.
Владыка Смерти даже сдох,
Ты лучше меньше б выступала,
Где найти ещё еды?
Я кухню точно не найду,
Ты не оставила следы.
Как туда я попаду?
Брызнув искрами из глаз,
Развернулась и ушла.
Огонь у арки враз погас.
Хоть хлеба с сыром принесла…
Туман позволил мне пройти
(Хороший сторож от воров),
Преград не ставя на пути.
Защита от моих врагов.
Ящер, как я говорил,
Залез в фонтан и был таков:
Хвостом он еле шевелил,
Сверкая иглами зубов.
Я не всё здесь осмотрел.
Кровать была весьма удобной.
Я даже чуть повеселел,
Не видел я еще подобной.
Есть уголок для гигиены,
Есть парочка простых ковров.
Картины украшают стены:
Баталии былых веков.
В целом – годное жильё,
Можно ко всему привыкнуть.
А главное – оно моё,
Другим нельзя сюда проникнуть.
Хоть и устал, я спал отвратно.
Но организм был истощён,
Просыпался многократно,
Охотно возвращаясь в сон.
*************************
Возле арки был поднос,
На нем остывшая еда
Дразнила ароматом нос.
Ел с аппетитом, как всегда.
Под едой была записка:
– Как проснёшься – тот же зал.
Я помнил, что идти не близко.
Давно записку он прислал?
Я было дёрнулся бежать,
Ковёр поехал! Вот зараза!
Попытался было встать,
И вновь упал! Уже два раза!
От злости пнул его ногой,
Край, естественно, задрался,
Выдав мне секретик свой:
Кусок рисунка показался.
Это был бродячий круг
Нарисован синим цветом
Из четких, вымеренных дуг
На камне тёпленьком, прогретом.
Я взглянул на гобелен.
Ну что, блондин, он не опасен?
Пыль стряхнул рукой с колен.
– Живчик, ты рискнуть согласен?
Дважды не пришлось просить,
Брошкой замер на груди.
– Нам пока нельзя спешить,
Сил подкопим, погоди!
Фонтан был рядом, хорошо!
Я впитывал в себя как мог.
Приятно было и свежо!
Я был избавлен от тревог.
Всё! Я полон под завязку,
Сколько мог в себя вобрал.
Теперь на круг из синей краски.
В руку меч легко призвал,
Выполнив простой обряд,
Сказав Кирту про маршрут.
Словил Корага хмурый взгляд!
Опять народа туча тут!
Все прекратили говорить.
Кто-то посох крепче взял,
Чтоб нападенье отразить.
– Ну, вот ты здесь. Ты долго спал!
Познакомься! Эти люди
Преподаватели Кирграда.
Кота за хвост тянуть не будем,
Мне помощь твоя очень надо.
– Кораг, владыка, что за меры?
Тог нас часто проверяет!
Это червь для нашей веры,
Здесь давно друг друга знают.
Кораг напрягся, помрачнел.
– Я буду делать то, что надо.
Я свет увидеть вновь хотел,
Да все, пожалуй, будут рады.
Создай для нас из света сферу,
И каждый пусть её коснётся,
Вы, Сайрат, хотя б к примеру.
Пусть свет во благо обернется.
Я сделал, что просил Кораг.
Робкий хилый мужичок
Сделал мне навстречу шаг,
И сферы он коснуться смог.
Без последствий обошлось,
Он вроде даже улыбнулся.
Народа много собралось,
Круг вокруг меня сомкнулся.
Их было больше сорока.
То с любопытством, то с укором
Тянулась к светляку рука
Под пристальным Корага взором.
В конце осталось только двое:
Довольно странный хмурый тип
С рыжей бородой большою
И запахом несвежих рыб,
И рослый молодой мужик,
С посохом из черепов,
Будто издающих крик.
На вид, он драться был готов.
Рослый первым подошел.
Я приготовился, но нет:
По сфере пальцем он провел,
Вреда не причинил мой свет.
Остался с рыжей бородой.
Он пристально смотрел на Тога,
Рукой сжимая посох свой
В виде скрученного рога.
Он, как и Аром, тронул сферу,
И, как и Аром, начал тлеть,
И, следуя его примеру,
Отрезал палец, чтоб успеть
Избавиться от едкой порчи.
Владыки, выпучив глаза,
Смотрели, как он рожу скорчил.
Рядом выросла лоза,
Опутав его руки, ноги.
Их резанула плеть воды.
И словно пробудились боги,
Являя нам свои следы.
Под ногами камень ожил,
Засосало стопы вниз.
Ветер свои силы множил,
Туман в воздухе повис.
Огонь создал вокруг кольцо,
Чтоб тот не запустил водою.
Застыло в ужасе лицо,
Глаза накрыло темнотою.
Он руку приложил ко рту.
Я услышал хруст стекла,
И хруст тот вызвал хрипоту.
Слюна из рта его текла.
Я помню, это уже было:
Владыка превращался в клора,
Тьма ему давала силы,
Он потеряет разум скоро.
Превращенье завершилось.
Он был таким, как те, другие.
Зло, казалось, пробудилось,
Когти разводя большие.
Вода и ветер, и огонь
Пытались клора зацепить.
В воздухе висела вонь.
Сумев лишь кожу подпалить,
Владыки робко отступали.
Впервые встретив это что-то,
Как бороться с ним не знали,
А лезть к Чидару не охота.
Лишь камень сдерживал его,
Но трещины уже ползли.
Хватило мига одного,
Все в оборону перешли.
Клор Рава зацепил плечом,
Тот, порядком пролетев,
Ударился о стену лбом,
Корага чудом не задев.
Мой ящер тоже рвался в бой.
Став огромным как в лесу,
Он придавил его собой,
Поставив лапу на носу.
Чувство боя нарастало.
Я тоже должен был помочь.
Стена из света вмиг восстала,
Прогоняя тени прочь.
Еще одна взошла левее.
Я клора с Живчиком брал в куб.
– Я сожму барьер, живее! –
Слова с моих сорвались губ.
Ящер выпрыгнул и рыкнул,
Ему мой свет был нипочём.
Клор же руку свою выгнул:
Она вспыхнула огнём,
Но не простым, а ярко белым.
– Из этой клетки не сбежать!
Каким бы не был ты умелым,
Я был рождён, что б Тьму сдержать!
Куб всё меньше становился,
Клор кричал, как гадкий зверь,
Пока совсем не испарился.
Он был владыкой, что теперь?
Мир Дождя нам не ответил.
Все могли вздохнуть спокойно.
Только Рав немного бредил,
Ударился, наверно, больно.
Кораг уже его лечил.
– Во что Касан наш превратился? –
Громко Тог меня спросил.
– Это клор, и с Тьмой он слился.
– Мы не могли его сразить!
Он почесал рукой затылок.
– Но вы могли остановить.
Я увидел ряд ухмылок.
– Если б ты нам не помог,
Погибло б множество владык,
Да ты жизни нам сберёг,
Запомни, что я твой должник.
Я с Живчиком пошёл к Корагу,
Рав навстречу мне шагал.
Он был наказан за отвагу.
Зачем же к клору побежал?
Он мне кивнул и удалился.
Кораг устало тёр свой лоб.
– Ты хорошенько потрудился,
Получше большинства особ.
Нам Дрок сказал, что есть предатель.
Давно наставник дал понять,
Что свет твой словно указатель,
Способен Тьму искоренять.
Владыка был нам не опасен,
Но эта тварь… Точнее клор!
Касан воистину ужасен:
Расторгнуть с силой договор,
Чтоб живым врагу не даться.
Кораг застыл, лицо мрачнело.
– Мне нужно с этим разобраться:
Так с ними воевать не дело.
В поле, может, по-другому
Мы вели бы равный бой,
Не осторожно, по-простому
Мы б навалились всей толпой.
Нам стены не мешали б драться,
Определенно б не мешали.
Но здесь, боясь перестараться,
Мы этой твари уступали.
– Прошло всего-то дня четыре,
Как Трас создал этих бойцов.
Первых в своем роде в мире,
Даруя им ночной покров.
– День в лесу не так идет.
– Мне это Лола не сказала.
– Там терпеливо время ждёт.
Вам забот и так хватало.
Нужно кое-что решить.
Он вышел ровно в центр зала,
Все прекратили говорить.
– Благодарности нам мало!
Конг не был с детства здесь в Кирграде,
Но он на многое способен.
И ко всему, к врагов досаде,
Потенциал его огромен.
Но мы должны его учить.
Я, например, безумно рад.
А по сему, хочу просить
О зачислении в Кирград!
Кто согласен – вызвать сферу!
Тог первым мне ответ свой дал,
И, следуя его примеру,
Наполнился шарами зал.
Пламя, ветер, камень, лёд.
Клубок корней, пчелиный рой
И черепа открытый рот,
У Тога вовсе золотой.
Кусок металла, белый пар,
Кораг явил какой-то глаз.
Зал пестрился видом чар,
Столько красоты за раз.
Последний, нехотя, был Рав.
Он, сделав сферу лишь для вида,
Смотрел на порванный рукав,
В глазах была его обида.
– Единогласно! Поздравляю!
Я другого и не ждал!
Никто обидеть не желает
Того, кто жизнь ему спасал.
С отдыха вернулась Лола,
Она возьмёт к себе ребят.
Её заслуги помнит Школа,
Пусть их студенты повторят.