Солнечная дева возвращалась с берега реки по извилистой протоптанной дорожке. Оранжевые лучи сочились сквозь кроны, изредка прикасаясь к земле. Взгляд Соарэ устремлён за деревья, на залитую маревом полянку. Увидела она, как Солнышко уходит грустно со своего поста.
Возле домика, высокий мужчина с седыми поредевшими волосами. Он махнул рукой своей повзрослевшей внучке. Девушка поняла, что уха из наловленной рыбы уже приготовилась. Белый дымок, тонкой струйкой, сочился от висящего котелка. На монохромных углях, прыгали языки огня, похрустывая остатками древесины. Огненный диск показался над холмами, как раз когда ужин был окончен.
Чёрные осенние тучи нависли в небе. На них, светило оставило несколько, пока ещё жёлтых мазков. Прохладный ветер играет на полу сухой листве, что почти уже не держатся за своих родительниц. Под шуршащий аккомпанемент, с редких тополей, среди игольчатых кольев, слетают с ветвей желтоватые монетки.
Поблагодарив деда за вкусную трапезу, Соарэ отложила тарелку в сторону. Она встала, подошла ближе к полянке, остановилась за несколько деревьев и замерла. Осенний закат – самый опасный для чуткой души. И кроме чахнущего диска на небе, всё вокруг тоже умирает. Весь мир меркнет, всё становится пустым, безжизненным и тусклым. Девушка почти не моргает, провожает взглядом убывающий закат. Вспоминается ей всегда что-то грустное. Скорее даже не вспомнится, а промелькнёт, жалостливое, больное… Смотрит не отрываясь и словно чувствует боль Солнца. Чувствует печаль его: ещё утром резво поднималось в небеса, а сейчас, постарев, пройдя свой путь, оглядывается назад. Столько пройдено, сделано и ничего не изменить. Нельзя вернуться, прожить ещё разок, побыть с любимыми ещё одну минутку. Именно сейчас оно исполнено мудростью и могло бы разумно дарить свой свет, но молодость его уже давно позади. Время вдохновенно созидает и неумолимо разрушает. Наверное, от того и грустно, понимает оно что мир покидает и нет пути вперёд.
Деревья впереди станут чёрными из-за недостатка освещения. Почернели, словно им стало тоскливо или же страшно без прежнего света. Всё вокруг предчувствует неминуемый исход. Птицы притихли, деревья чуть наклонились, травы поникли. И разрывающее грудь чувство, скользнёт комом через горло. Закат помутнеет от вышедшей слезинки. Упадёт капелька от удара ресниц на щеку и медленно скатится. Брови задрожат и чуть приподнимутся уголки. Всем нутром чувствует как оно, в одиночестве умирает. И окрасится из зрелого жёлтого в умирающий багровый. Ещё несколько мгновений пред неизбежным концом.
Огненный шар склонился к земле – угасающий, слабый и кровавый. Кровоточащее зарево умирающего Солнца, бледной полосой легла на лес. Слабой хваткой оно ещё хочет хоть не на долго остаться в этом дне. Бледная линия света держалась за стволы хвойных великанов. Она просачивалась как можно дальше, к другим стволам, до которых могли дотянуться её лучики. Багровая лента пересекла охотничий домик. Часть её сияла на лице красавицы. Той, что с грустью, каждый вечер провожает светило. Полоска ещё сверкает в её прищуренных глазах. В ставших от света янтарных очах, жизнерадостно прыгали блики. Они не знают, что совсем скоро, последний красный выдох на небе за горизонтом, явит смерть Солнца.