Любовь возврату не подлежит. Второй шанс

Brudnopi
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Autor pisze tę książkę w tej chwili
  • Rozmiar: 70 str.
  • Data ostatniej aktualizacji: 16 lipca 2024
  • Częstotliwość publikacji nowych rozdziałów: około raz na 5 dni
  • Data rozpoczęcia pisania: 10 lipca 2024
  • Więcej o LitRes: Brudnopisach
Jak czytać książkę po zakupie
  • Czytaj tylko na LitRes "Czytaj!"
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Глава 3. В плену иллюзий

Мы бились над второй печатью уже больше недели, но поддаваться она не хотела.

– Нужна сильная эмоциональная встряска. – Бормотал Иго себе под нос. – Может, вернемся к плану, где ты прыгаешь со скалы?

Я лишь подняла средний палец и выразительно посмотрела на него.

Наши отношения и правда стали напоминать брато-сестринские, особенно на фоне того, что мне открывалось все больше воспоминаний Солейн. Мне не хотелось узнавать прошлую жизнь Богини Жизни, но флешбэки наполняли мою голову полноводной рекой, грозясь в любой момент затопить меня, Екатерину, личность состоявшуюся и вполне довольную собой. Я боролась, боролась как могла, но что стоит моя короткая жизнь против многовекового существования Безликой Богини? Все мои стремления, мысли и переживания уместились бы в один короткий миг ее жизненного пути.

Тем не менее в этом всем я умудрялась находить какие-то плюсы. Благодаря тому, что моя голова была все время занята насущными проблемами, мысли о Тейне отступили на второй план.

Я не могла понять, какие чувства преобладали во мне по отношению к нему. Все мое существо тянулось увидеть его, обнять, вдохнуть ставшим родным запах. Его проступок, казавшимся мне поначалу непростительным, померк по сравнению с видениями кровожадности Солейн. Она готова была уничтожить целый мир, потеряв любимого. Тейн тоже едва меня не потерял, и, хоть он и не любил меня, я все же представляла для него большую ценность.

В общем, у меня даже злиться на него не получалось, разум тут же начинал судебный процесс, выступал в качестве защитника и неизменно оправдывал. Если Иго задавался целью продемонстрировать мне, какая я жалкая, то давить стоило именно на наши с Тейном отношения. Наверно, это моя судьба – быть нелюбимой даже, мать его, предназначенной мне Вселенной родственной душой!

В моменты грусти, я находила успокоение в воспоминаниях Солейн о Керноне. Тейн неуловимо напоминал Бога Огня – если не внешностью, то характером и привычками. Конечно, самым ярким сходством были их глаза: янтарные, с золотистыми вкраплениями, принадлежали Кернону, такие же по цвету, но с вертикальным зрачком – его следующему воплощению. Мне казалось, что я узнала бы их из миллиона других.

Любовь этих двух младших Богов была подобна нежному цветку, распускающего свои лепестки в ясный солнечный день. Лучшие друзья в детстве, они неспешно шли к более взрослой, осознанной влюбленности. Если честно, я им немного завидовала. Из тех воспоминаний, что были мне доступны, Солейн ни разу не подвергла свой выбор сомнению. Их отношения были спокойными и незыблемыми, как целый Эверест.

Мне удалось увидеть прошлое и других младших Богов. Бог Смерти, Кхассар, пугал мою предшественницу, но через призму своего опыта я видела обычного парня, просто тихого и немного себе на уме. Выглядел он и правда внушительно: мускулистое тело, обвитое дорожками темных вен, двурогий шлем на голове, но его темные глаза не таили в себе и капли агрессии, лишь тихую боль.

Юта проводила совсем мало времени вне своего обиталища, поэтому ее образ был довольно смутным. Что меня удивило – это ее волосы бледно-розового цвета. Такие в этом мире больше нигде не встретишь. Пожалуй, она была ближе всех именно к Кхассару, но Солейн ни разу не видела открытого проявления чувств между ними.

Лириэль была… странной. Она видела души насквозь и даже пела для каждой свою песню, но мне казалось, что она словно жила в каком-то своем выдуманном мире, иногда теряя связь с реальностью. Она также редко покидала пределы Ашироса.

Райнен, Бог Воздуха, был другом Кернона. Солейн считала, что он был влюблен в Эстиду, что создала его, но та не была способна испытывать какие бы то ни было чувства. Грустная история. Пребывая в примерно похожем положении, я не могла не сочувствовать ему.

Последним Младшим неБогом, что заполонил мои воспоминания, был Иго. Его было… много.

Вот, он держит пухлую ручку своей сестры: по виду им не больше двух лет.

Вот, он пытается добиться внимания матери своей по-детски счастливой улыбкой, но получает лишь холодное равнодушие.

Вот, он просит сестру остаться с ним, но та лишь беззаботно убегает навстречу новым приключениям.

Вот, он раздраженно комкает отданный божественный плащ, когда Солейн спешит на очередное свидание с Керноном.

Я словно стою в центре калейдоскопа, и картинки сменяются одна другой. На некоторых они с сестрой неплохо ладят, играя, смеясь, общаясь. Но большинство из них наводят на меня непонятную тревогу: Иго, словно невидимая тень за плечом Солейн. Не принадлежащий ни миру смертных, ни миру Богов, он отчаянно мечется в попытке найти себе применение. Почему его сестра не видела, как он одинок?

Почему усердно гнала от себя мысль, что он лишний, отчаянно делая вид, что все хорошо? Мои мысли остановились на одном, особенно ярком воспоминании, пробирающим меня до самых мурашек. Я словно присутствовала там, в одной комнате с ними, где Иго просит сестру подарить ему смертную жизнь. Та и слушать не желает, почти сразу оставляя его. Я перевожу взгляд с ее удаляющейся спины на сползающего по стене Иго. Его плечи вздрагивают от рыданий, руки закрывают лицо.

Я присаживаюсь рядом на корточки, пытаясь коснуться его рукой, успокоить, но она проходит сквозь тело, словно он всего лишь голограмма. Хотя примерно так оно и есть. Эти моменты существуют лишь в моем разуме.

Он не может видеть меня, между нами тысячи лет, наполненные его непрерывным существованием. Только сейчас, глядя на недо-Бога из воспоминаний Солейн не замутненными любовью глазами, я испытала легкий страх по отношению к Иго. Решительные взгляды, почти открытая ненависть к Богу Огня, маниакальная жажда получить признание матери.

Слова, что он говорил в обоих моих жизнях.

«Ты погибла по моей вине».

«Я так перед тобой виноват».

«Даже не представляешь, на что мне приходится идти, чтобы вновь почувствовать себя живым».

Я смотрю на его трясущиеся плечи и невольно спрашиваю:

– Что же ты сделал, Иго?

Мои воспоминания не знали ответа.

***

Подвижки начались на вторую неделю наших экспериментов. Иго погружал мое сознание во всевозможные видения: я спасалась в тропических джунглях, выживала в безлюдной пустыне, бесконечно лазила по горам в попытках разломать печать, не дающую магическим каналам пробиться к энергетической оболочке мира.

По словам Иго, мое тело пыталось сделать именно это в моменты стресса, и чем чаще и сильнее было потрясение, тем быстрее мы могли достигнуть своей цели. Не скажу, что была согласна с его методами, но другого плана у парня не было.

В один из дней он с какой-то особенно радостной ухмылкой объявил, что пришло время для нового испытания.

– Что на этот раз? Ледник? Опасное подземелье? – Устало выдохнула я, передернув плечами.

– На этот раз я подготовил кое-что особенное. – Он даже руки потер от предвкушения. – Уверен, теперь это точно сработает.

Он говорил это каждый раз, поэтому слова не внушали ничего, кроме откровенного скепсиса. Вслух я его, впрочем, не высказала. Уже вполне привычно села на пол, скрестив ноги и закрывая глаза.

– Добро пожаловать домой. – Раздался голос Иго, и я ощутила, как мое сознание куда-то утягивает. Я открыла глаза, готовясь встретиться с новой иллюзией. Пришлось несколько раз моргнуть, потому что от ощущения реальности происходящего защипало в глазах.

В моей голове я вновь была на Земле. Спальный район, каких тысячи по всей стране, протоптанные дорожки, детские площадки. Деревья, подсвеченные ярким золотым солнцем, из-за чего листья кажутся полупрозрачными. И бескрайнее голубое небо, по которому я успела соскучиться. Я вдохнула воздух полной грудью, ощущая аромат сирени. Я даже почти не удивилась, осознав, что нахожусь рядом с родительской квартирой, на дворе, где прошло мое детство.

Поначалу все было обычно: я гуляла по знакомым местам, с трудом сдерживая нарастающую ностальгию. Откуда Иго узнал, где я выросла? Какая, впрочем, разница? Не знаю даже ругать или благодарить его. Я стояла на месте не меньше получаса, прежде чем легкий ветерок подтолкнул меня в спину. Я словно очнулась ото сна и еще раз окинула пространство уже более внимательным взглядом. На первый взгляд никакой опасности, лишь небо начало заволакивать неизвестно откуда набежавшими облаками.

Я решила пройтись. Стоило выйти со двора, как я оказалась на широком проспекте, на котором не было видно ни одной машины. На линии горизонта появилась огромная черная туча, приближающаяся с немыслимой скоростью. Улицы были пустынны, если не считать газетные листовки, гонимые ветром. Я наступила на одну из них, и заголовок послал толпу неприятных мурашек по моим рукам.

“ЦЕНА ЧЕЛОВЕЧНОСТИ – ЖИЗНЬ ОДНОГО БОГА?”

Я убрала ногу, и газетный разворот тут же последовал за своими собратьями, захваченный воздушным потоком. Становилось действительно жутко. Я почувствовала себя героиней постапокалиптического фильма и невольно оглянулась по сторонам, ожидая увидеть толпы молчавших до этой поры зомби. Но я была абсолютно одна, и это било по нервам не меньше.

Тучи сгущались, ветер становился все сильнее, и я приготовилась к катаклизмам, которые Иго неизменно посылал в этих видениях, чтобы вызвать мой эмоциональный отклик. Ничего не происходило, и это было даже хуже, чем если бы я попала в эпицентр торнадо.

Напряжение звенело натянутой струной.

Не в силах стоять на месте, я направилась дальше, следуя направлению, выбранного ветром. Я прошла не менее километра, прежде чем уловила скрип качелей. Поначалу казалось, что звук мне послышался, но стоило пройти еще пару минут в выбранном направлении, как я поняла, что он только усиливался. Окружающее пространство уже не казалось мне родным и приветливым. Меж серых, безжизненных зданий, зияющих черными провалами окон, я увидела детскую площадку.

На качелях была девочки лет пяти. Ветер развевал ее волосы, застилая лицо, но она будто не замечала этого. Прежде в моих видениях я была одинока, поэтому не знала, чего ожидать. Иго не предупредил меня об этом.

 

Я напряженно замерла, заметив, что она была не одна. Молодая женщина, видимо, мать, стояла ко мне спиной. На ней было серое потрепанное платье, которое я уже где-то видела, но не могла вспомнить где. Она повернулась ко мне лицом, и меня окатило холодной волной.

– Привет. – Сказала Тала. Сестра Байрена, погибшая в мою первую ночь нахождения на Айо, несомненно, выглядела старше, но я сразу узнала ее черты лица. – Я ждала тебя.

– Тала? – Я сделала шаг назад. Скрип качелей не сбился ни на секунду, возможно, лишь стал только быстрее.

– Там, в лесу, я звала тебя. Ты помнишь?

Я помотала головой, хотя мой мозг уже выудил воспоминание, что именно там, перед тем, как я нашла ее и Байрена, я впервые услышала просьбу о помощи в своей голове, еще даже не осознавая это.

– Хотя это не важно. Ты спасла моего брата, и я тебе благодарна.

– Прости, я опоздала.

Та грустно улыбнулась, снова отворачиваясь. Я с трудом смогла расслышать ее следующие слова.

– Сейчас ты вовремя.

Скрип затих, девочка слезла с качелей и взяла Талу за руку. Я обратила внимание, что ее лицо было удивительно похоже на мать: те же светлые глаза и волосы.

Я была готова к любым стихийным бедствиям: наводнению, землетрясению, торнадо. Но я забыла, что главной катастрофой человечества был… сам человек.

– Вот где ты прячешься.

Я испуганно обернулась, услышав новый голос. Мне не нужно было видеть его лицо, лишь уродливое клеймо на шее, чтобы понять, кто передо мной. В голове пронеслись флешбэки погони, когда мы с Байреном пытались спастись от Лесных Псов. Я быстро ощупала карманы джинсов, но не нашла ничего, что могло бы послужить орудием защиты.

Его губы искривились в злой усмешке, и я вновь почувствовала себя той трясущейся за свою жизнь Катей, которой стала сразу после появления в этом мире. Жертвой.

– Бежим! – Я схватила Талу за руку, и мы побежали. Впрочем, у нас не было и шанса скрыться. Две молодые девушки с ребенком определенно медленнее взрослого мужчины.

– Спаси ее! – Закричала Тала, преграждая ему путь. Глотая злые слезы, я подхватила девочку на руки и побежала так быстро, как только могла, стараясь абстрагироваться от звуков, оставшихся позади. В голове билась отчаянная мысль: я вновь не смогла спасти ее.

– Это ненастоящее, это внушение. – Бормотала я про себя, но ненастоящими мне казались лишь попытки самовнушения. Девочка плакала в моих руках и звала маму, протягивая руку куда-то мне за спину.

Внутри меня что-то сломалось.

Все резко прекратилось. Первые несколько секунд я лишь бездумно таращилась по сторонам, пытаясь вспомнить, что реальность, а что – иллюзия. Мои руки были сложены на груди, словно я все еще прижимала к ней ребенка, по щекам текли слезы.

– Я же сказал, что получится. – Довольно произнес Иго.

И я увидела, как в метре от меня, сквозь толстый деревянный пол пробивается молодое дерево.

Глава 4. Встреча

Магия – странная вещь. Вроде она есть, такая же неотъемлемая, как новый орган чувств или же конечность, но при этом ты совершенно не понимаешь, что с ней делать. К счастью, у меня был учитель.

Первая неделя ушла на освоение базовых навыков. Нет, магичить, как это представлялось мне в фантазиях, я так и не научилась. Иго предсказывал, что на это потребуются годы непрерывной работы, но столько времени у нас не было. Поэтому я изучала основы основ, которые были необходимы в моей нелегкой миссии: переключаться на магическое зрение, пробуждать жизнь в неживом.

В качестве бонуса Иго учил меня открывать божественные тропы, но максимум, что мне удалось из себя выжать – это горсть блеклых искр, тающих в воздухе через пару секунд. Я не понимала, в чем именно моя проблема. Открывшийся мне резерв казался бездонным, но сила лилась будто через узкое отверстие. Я изводила себя до потемнения в глазах, пытаясь раскачать способности, но, кажется, делала только хуже. С каждым днем я чувствовала себя все более уставшей. Головная боль почти не проходила.

На следующий день, за ужином, когда я поделилась своими проблемами с Иго, то он замер и неожиданно захохотал. Смеялся он долго, с удовольствием, утирая слезы в конце, словно я только что рассказала ему самый смешной в его жизни анекдот.

– И как я мог не принять это во внимание. – Отдышавшись, произнес он. – Такая сила в смертном теле! Естественно, тебе нужна стабилизация!

Я замерла на несколько мгновений, пытаясь осознать сказанное. Вилка застыла на полпути ко рту, а затем выпала из ослабевшей руки.

– Тейн? – Единственное, что я могла выдавить.

– Когда я проверял в последний раз, то не видел ни одного Жреца Эстиды. – Иго старался звучать беззаботно, но я заметила некое напряжение, проскальзывающее в резких движениях его руки. Даже радужная улыбка стала казаться какой-то маниакальной.

Мне было по большому счету плевать на его эмоции – со своими бы справиться. В груди забилась радость. Возможно, скоро я смогу увидеть Тейна! Интересно, как он отреагирует на меня сейчас? Изменится ли что-то в наших отношениях?

Я уже абсолютно забыла, что сама приняла решение уйти. Сейчас это казалось таким неважным…

– Когда отправляемся? – Деловым тоном осведомилась я, не отрывая лихорадочного взгляда от парня. Если он и заметил мое нервное возбуждение, то виду не подал.

– Давай, завтра. – Спустя короткое время ответил Иго и, задумавшись, добавил. – И я хочу, чтобы ты знала, что прямо сейчас он находится в Храме.

Чего? Вилка застыла на полпути ко рту. Еда вдруг показалась такой непривлекательной, словно в ней копошились черви.

– Откуда ты знаешь?

– Я хоть и самозванец, но кое-что умею.

– Ты ведь не обманываешь меня? – Мой голос завибрировал, хотя я была уверена, что контролирую каждый мускул в своем теле.

– Назови хоть один случай, когда я тебя обманул. – Я бы, наверно, не назвала бы сейчас даже своего имени. Головная боль монотонно стучала в висках.

Я медленно отложила вилку и встала из-за стола.

– Тогда до завтра. – Я постаралась улыбнуться, хотя, вероятно, выражение моего лица больше походило на гримасу, и прошла в комнату, ставшую уже полноценно моей. Только там я позволила себе грязно выругаться одними губами и со стоном рухнуть на кровать.

В каком еще нахрен храме?

Сколько мы не виделись? Пару недель? Месяц?

Дни в этом месте слились в один, и я осознала, что абсолютно потеряла счет времени. Бессильная ярость охватила меня. Хотелось испепелить весь этот дом до основания. Да как он мог?

Мой разум пытался подкинуть какие-то разумные доводы, оправдания его поступку.

От этого зависит его жизнь.

Я сама пожелала покинуть его.

У него нет ко мне каких-либо любовных привязанностей.

Все они бились о глухую стену моих эмоций. Я легла, подтянув ноги к груди, и расплакалась от обиды. Иногда, чтобы почувствовать себя сильной, нужно допустить момент слабости. Сильной я буду завтра. Сегодня мое сердце разрывается на куски.

Я не сомкнула глаз до рассвета, поэтому, когда Иго вышел из своей комнаты, помятый и в ночной пижаме, состоящей из футболки и длинных штанов, я уже цедила кофе в кресле у окна. Рассвет напомнил мне те, что я видела многократно на Земле: обычно лиловое небо окрасилось в малиновые цвета. Осень редко радовала мир Айо безоблачной погодой, поэтому я неспешно смаковала каждый момент.

– Завтра наступило. – Оповестила я блондина. Тот провел рукой по взъерошенным волосам и сладко зевнул.

– Пока я не выпил кофе – не наступило.

Я хмыкнула. Из-за сковывающего меня мандража я могла только сидеть и наблюдать за неторопливыми сборами Иго. Вот он неспеша сварил бодрящий напиток. Пил он его крохотными глотками, зачем-то посчитав нужным оправдаться передо мной:

– Горячий.

Затем парень исчез в своей комнате и пробыл в ней так долго, что я распереживалась, не уснул ли. Однако спустя минут тридцать он показался и подал мне руку, кивком указывая на плащ, висевший на спинке моего кресла.

– Не забудь надеть его.

Дважды приглашать меня не пришлось, и спустя несколько минут мы шагнули на божественную тропу. После снятия второй печати, нахождение на ней больше не причиняло мне боль, и я могла насладиться великолепным зрелищем – мы словно перемещались в туннеле из ярких искр, за пределами которого смазанным пятном проносились сотни километров в секунду.

Прибыв в поместье Тейна, я осознала, что находится оно довольно далеко. Над домом Иго не было и малейшего намека на облачность, здесь же мы сразу попали под пелену дождя. Из-за низких туч было невозможно распознать, который час, но что-то мне подсказывало, что уже далеко не рассветный.

Сделав глубокий вдох, я несмело огляделась по сторонам. Ни живой души, словно это место так и осталось пустовать, как только мы с Тейном его покинули. Опавшие листья гнили в траве. Голые ветви деревьев тянулись ко мне, словно желали задушить. Никогда этот дом не казался мне таким неприветливым.

Было холодно. Ледяные капли, изредка попадающие на открытые участки кожи рук ощущались, словно льдинки. Изо рта выходили облачка пара.

Однако никогда в моей жизни мне не дышалось так легко. Тейн был здесь, я это чувствовала.

Я первая пошла по направлению к дому. По шуршанию гравия я поняла, что Иго не отстает. Перед массивной входной дверью я на секунду заколебалась, но тут же решительно толкнула ее. Вопреки опасениям, она тут же поддалась. Я перевела дух, осознав, что дом все еще настроен на мою ауру, иначе попасть в него было бы проблематично. Хотя учитывая мои новые способности, это ничего не значит. Сколько раз Иго тревожил мой покой без приглашения?

В холле было как минимум трое слуг, и все они замерли при виде моей закутанной в плащ фигуры. Лица были новые, и я сглотнула ставшую вдруг горькой слюну.

– Я к Тейну. – Произнесла я, забыв, как искажается мой голос в плаще. Люди вжались в ближайшие стены, словно надеясь, что я их не замечу.

– Господин в кабинете. – Проблеял один из них, набравшись храбрости. Я кивнула, не особо заботясь, что в плаще такой простой жест был малозаметным, и отправилась вверх по лестнице. Где находится моя родственная душа я знала и без их подсказки.

Чем ближе я подходила к заветной двери, тем более противоречивые чувства меня охватывали. Несмотря на то что я провела ночь без сна, мое сознание так и не смогло определиться со стратегией поведения.

Кто мы? Бывшие или настоящие?

Руки дрожали под плотной тканью, когда я потянулась к ручке. Открыв дверь, я прошла в кабинет, не особо заботясь, шел ли Иго рядом. Мне кажется, было бы даже лучше, будь я одна.

– Привет. Зачем ты пришла, Катя? – Спросил Тейн, не поднимая головы. Его голос звучал так буднично, словно мы расстались пять минут назад. Была в этом какая-то горькая ирония, ведь именно с этого начал разговор Кернон в их последнюю встречу с Солейн.

Его показная незаинтересованность в моем присутствии меня задела. Он, мать его, даже не посмотрел на меня! Я же рассматривала его во все глаза, стараясь уловить малейшие изменения в его облике.

К счастью, отвечать мне не пришлось, ибо Иго решил взять вступительное слово.

– Рад, что ты в добром здравии, Тейн’Ар. – Довольно пафосно начал он, выходя вперед. Драг наконец-то поднял голову и раздраженно вздохнул, рассматривая моего спутника. Я обратила внимание, что под его глазами залегли тени, черты лица заострились.

– Я не настроен на ваши игры. – Отрезал он. – Переходи к делу.

Он перевел взгляд на меня, ожидая ответа, но у меня словно язык к небу прилип. Хорошо, что капюшон надежно скрывал мое лицо, иначе вся моя растерянность была бы у него на виду.

– Нам нужна твоя помощь. – Не менее раздраженно выдохнул Иго, словно это признание было для него противоестественно.

– А ты почему молчишь? – Тейн все так же не сводил с меня глаз. – У тебя там во рту кляп?

– Нет никакого кляпа. – Нервно ответила я и сама же поморщилась от своего искаженного голоса. – Иго прав. Нам нужна твоя помощь. Дело в том, что…

– И почему я должен вам помогать? – Драг перебил меня. – Ты пропала на целых два месяца и пришла сейчас в компании этого… – Он обвел рукой Иго, но так и не придумал, каким эпитетом его одарить. – Чтобы просить о помощи? Не давая даже возможности взглянуть в твое лицо или услышать настоящий голос? Не давая никаких объяснений произошедшему?

Я немного опешила от его претензий. В моих ожиданиях он был рад моему возвращению при любом раскладе. Я надеялась как минимум на теплую приятельскую встречу. Я предвкушала, что он обнимет меня и скажет, что никогда больше не расстанется со мной. Я мечтала, что глубина его чувств окажется серьезнее, чем мне виделось, когда мы были вместе.

 

Вместо всего этого мне приходилось подбирать слова, чтобы нас не выставили из его дома в этот же миг.

– Ты прав. – Примирительно сказала я, надеясь, что с плащом не слышно, как мой голос дрожит. – Я задолжала тебе объяснения. Мы задолжали.

Драг скрестил руки на груди и выжидательно уставился на нас. Я осмотрелась и села на “свой” диванчик, не обращая внимания на то, что мой плащ все еще был покрыт каплями воды.

– Что тебя интересует? – Иго сел рядом со мной и зеркально отразил позу Тейна.

– Во-первых, кем ты приходишься Кате?

– Брат ее предыдущего воплощения, Богини Жизни Солейн. Говорит тебе о чем-то ее имя?

Тейн покачал головой. Глаза его сузились, словно он мысленно пытался распотрошить содержимое черепушки блондина.

– Дальше. – Бросил он, отворачиваясь к окну, словно видеть наши фигуры ему было невыносимо.

– Пятьсот лет назад моя настоящая сестра, Богиня Жизни Солейн погибла вместе с Богом Огня. Это событие запустило процесс остывания целого мира. Что тут добавить? Айо умирает, ты и сам живешь достаточно долго, чтобы заметить все изменения и понять это. У нас есть лишь одна надежда на его спасение: Катя должна получить силы предыдущего воплощения, чтобы создать нового Бога Огня. Как и любое смертное существо, владеющее слишком большой искрой Силы, ей нужна стабилизация.

Тейн снова повернулся к нам. Выражение его лица было абсолютно нечитаемым.

– Это правда. – Быстро вставила я. – Я даже этот плащ могу снять только в доме Иго, иначе начинаю слышать голоса.

– Стабилизация всегда односторонняя. – Наконец, произнес он. – Более слабый всегда отдает более сильному.

– Я пока не знаю наверняка, но, кажется, связь работает. – Я и правда ощущала положительное влияние, даже фоновая головная боль растворялась, оставляя меня впервые за несколько дней.

– Вот только проблема в том, что я больше ничего не чувствую.