Вот еще с чем придется столкнуться – это с тем, что вы будете делать ошибки. И на них учиться, поскольку у вас будет своя дорога и мои гайдлайны просто помогут сориентироваться. В Агентстве, где почти не было членов, они по-разному пытались мне продать разную шелупонь. Точнее, может, и не все из тех, кого они пытались впарить, таковой были, ибо некоторых я отвергала до встречи. Ну, для начала, я считаю, что если мадам – полноправный концессионер, а мужчина – бесплатный участник, headhunted, как они называли, то изначально закладывается неправильная динамика отношений. Если вы чувствуете по-другому, то у вас просто другой путь. Но у меня так.
Итак, агентши из Агентства, где почти не было членов, со мной намучились. Кстати, это единственный тип агентства, чью бизнес-модель я полностью понимаю, ну или мне так кажется. Какова бизнес-модель Самого дорогого агентства, где, по их словам, не-членов нет, я до конца не просекла.
Ну, догадки у меня есть, но бездоказательные и скорее интуитивные. Ладно, отвлеклась, кстати, Агентство, где почти нет членов, так и не смогло выдать мне за два года причитающихся мне восемь женихов. После двух лет ваше членство заканчивается, и счет обнуляется, имейте в виду. Для общего развития мне уже встречаться с новыми женихами было ни к чему, соображений у меня было предостаточно и даже хватает на этот скромный труд. Напоследок они пытались впузырить мне какой-то жмых, не по моим критериям, но я предпочла закрыть контракт без ненужного мне еще одного кадра. Итак, членов у них почти не было. За год они мне дали одного члена, чье членство истекло пару лет назад и кто разочаровался в агентстве раньше, чем получил причитающихся ему невест. Одного не-члена, который до того бесконечно толокся в интернете и, судя по критериям, анонсированным на сайтах знакомств, искал кого-то лет на 10–15 моложе меня. Я высказала свои сомнения агентству в том, что это жизнеспособный вариант, но агентство стояло на своем, якобы юноша выбрал меня и жаждал познакомиться. Ага. Звонка я так и не дождалась. В Агентстве, где почти не было женихов, мне его поставили в зачет. Нормально, да? Кстати, ни с одним членом и ни в одном агентстве у меня не было истории, чтобы он не позвонил. Наводит на размышления? Конечно, в любом агентстве есть свои разводки, но не такие тупые и прямолинейные. Кстати, владелица Агентства, где почти не было членов, бесконечно светилась в телеке как знатная благотворительница и помогательница всяческим детям из стран третьего мира. Готовила себе пиар авансом. Видимо, на тот самый случай, что какой-то клиент начнет сильно возбухать и изложит свою историю в прессе, вынесет ее на суд общественности, так сказать. Владелица же в этом случае может достать из сумочки очень симпатичную маску социально ответственной авантюристки, разводящей обеспеченного лоха педального, который, главное, что сам не знает, чего хочет, но не для себя, а для бедных детей. Прям Союз Меча и Орала. Британская версия, наши дни. Итак, следующий жених был опять не-член, но договорились с очередной свахой на берегу, что если до встречи не дойдет, то и плюсовать его не будем. Кстати, был юноша неплох. Сказать, что хорош, будет неверно, но не выпендривался, не пыжился и не претендовал на большее, чем представлял из себя. Изжоги не вызывал, но и перспектив не имел. Проходной вариант. Что уже было неплохо. Следующим был предложен невысокий и суховатый дядька лет 58, кстати, настоящий член. Для разнообразия, видимо. Продвинутый такой, в скучном адеквате. Что почем, я без него знала. Чудом и не пахло. Затем прислали опять бывшего члена, опять же разочаровавшегося в агентстве и недополучившего оплаченную дозу. Уже повеселее, возраст опять же поздние 50, но бывший юрист, заделавшийся живописцем, всяк прикольнее, чем manila envelope. Звал на «Богему» и очень просил позировать ему. “Nacked?” – живо поинтересовалась я, дядька смутился…
А что такого? Хотя бы развлек. Уже неплохо. Ну, про юриста, отстаивающего гражданские права движения Талибан, и его орешки за три фунта я уже писала. Итак, время шло, я не спешила, с невестой без места и в нерве им всяк попривычнее работать, и агентство начало нервничать. Из Агентства, где почти не было женихов, мне телефонировала их лучшая сваха, ибо по поводу следующего жениха желала пообщаться приватно по телефону. Я достаточно открыта к возрастной разнице и максимальный возраст ставила 60, но если очень хорошо выглядит, то 63. Но Труди жаждала обсудить жениха 72 лет – для истории, мне самой на тот момент только исполнилось 42. Жених был знатный, тот самый владелец заводов, газет, пароходов, а также парка современного искусства под открытым небом, расположенного на многогектарной частной территории. Кстати, бывший министр. Не шутка. Труди хотела сказать, что 72 – это, конечно, очень много, но старикан бодр и выглядит много моложе. В принципе я такие варианты видела, тот же Андрон Кончаловский, допустим, и решила встретиться. Как там говаривал отец Андрона – «Богатый мужчина старым не бывает». В роли Анны Николь Смит я себя не очень видела, но кто знает, что готовит нам будущее…
В принципе, в агентстве попадаются не только обеспеченные, как тот же manila envelope или бывший юрист, ныне живописец, то-се, два-три дома по всему миру, но и вполне себе джет-сеттеры, но, как правило, у них у всех свои приколы. И детей у них у всех дюже много, ну и внуков там разных. Или мне такие попадались. То есть повторить судьбу Анны Николь Смит, наверное, реально с высокой вероятностью последующей судебной тяжбы на века и внезапной смертью в молодые годы. Н-да. Не факт, что нужно идти до конца, но примериться любопытно. Немолодой юноша предложил несколько вариантов встречи, один из них включал прогулку в парке (спасибо, не на скутере, ха), но я предпочла более камерный вариант, послеобеденный чай у него дома, благо жил он в центре, а не на выселках. Район был, кстати, не особо чтоб особо, SW6, сразу за рекой, из пентхауса можно было плевать прямо в реку. На втором этаже террасы стояла какая-то мандала. Типа ветряной мельницы. Я спросила, что это, и беседа потекла. Старикан старался: показывал фотки парка современного искусства и семейные фотографии, в разводе он, кстати, был с 80-х годов. Детей было четверо, ну еще усыновленные и внуки. Ну все они были какие-то, как сказать, и не особо привлекательные, я не имею в виду от природы, но средства же позволяли проходить gentrification, и не при делах, судя по всему, и со странными, с моей, снобской, точки зрения, спутниками жизни. У младшей дочки, папашиной любимицы, муж был пилотом отцовского вертолета. Я, конечно, знаю этот разговор, типа, главное, чтоб человек был хороший, но, в общем, стало понятно, почему на Западе только 3 % сделанных состояний доживают до внуков. Может, и правильно, социальная мобильность в действии. В середине разговора дед ушел в туалет, где провел, по моим расчетам, минут пятнадцать. Н-да. Старость – не радость. Хорошо, кстати, что в парк не пошли гулять, а то что б…
Вернувшись из сортира, дед продолжил расписывать свою всяческую крутоту, фабрики здесь, заводы там, с Бронсоном дружу. И да, забыла сказать, самое важное, дед выглядел реально на свои, ну, может, не на 72, но на 71 с половиной точно. Рассказами про богачество я не впечатлялась, я знала богатых ребят, помоложе деда, кстати. Но тут дед сказал вещь, которая меня заинтересовала, что в 60-е годы он создал либертарианскую партию, которая до сих пор существует и функционирует в правительстве, хоть и не имеет большинства. Короче, дед растопил мое сердце, и я согласилась поужинать, когда в следующий раз буду в Лондоне. Вдохновленный успехом, дед на прощание вручил мне книгу о себе. Этапы большого пути на 300 страницах. Это, наверное, чтобы я подготовилась к ужину. Портрет на обложке сильно льстил деду или, что скорее, просто был двадцатилетней давности. Дед прошел до лифта, и хотя после свидания, завершившегося договоренностью об ужине, принято скорее подставить щеку для чмока, я протянула руку для пожатия. При самом благодушном раскладе нас могла ждать в перспективе только дружба. На роль Анны Николь Смит я бы кастинг не прошла. Вот и скажите мне, согласны ли вы с тезисом отца Андрона про богатых мужчин?
Среди дорогих агентств существует Самое дорогое, то есть то, в котором самый дорогой вход. Минимальное членство стоит как чугунный мост. Побегав по разным другим агентствам и потеряв надежду обрести бюджетное счастье, я решила повысить ставки в игре. Кстати, сказать, что опыт оказался просто разочаровывающим, было бы неверно, он получится каким-то трансцендентным, хотя и не до конца осознанным пока. Но То идет под рубрикой «Откровения эзотерики» и достойно отдельной главы, возможно, даже для другого, более расслабленного и менее пристрастного читателя. Но я отвлеклась. Итак, в Самом дорогом агентстве гарантировалось полное отсутствие не-членов. Как же так, спросила я, уже опытный участник общества потребителей. Что же вы делаете, когда у вас нет среди действующих членов восьми участников, подходящих под критерии и одновременно готовых встретиться с кандидатом? Девица, отвечающая за обольщение потенциальных членов, не моргнув глазом сказала, что звонит тем, чье членство уже закончилось, уточняет статус и предлагает вступить по новой, всяк расписывая вновь поступивший продукт. Звучало сомнительно. То есть, понимаете: вы, как последний поц, потратили деньгу в Самом дорогом агентстве, остались одни, и вам предлагают погулять по тем же граблям еще. Девица была нагла, агрессивна и раздражена, продажник на комиссии, она уже успела мысленно потратить процент, который ей светит в случае закрытия нашей сделки. Было заметно: одиночная доза давно приход не обеспечивала, деваху продолжало гнуть и корежить. Мне она с порога стала говорить, что мои критерии – бездетность и рост выше 183 – нереальны, если вместе. Если – врозь, то пожалуйста, а так – нет. В качестве аргумента она поделилась, что ее муж 180. Аргумент был железный, и я стала прощаться, но баба оказалась въедливой, и после кучи мейлов и звонков через годик меня все же прибило к ней. Итак, Фиона сказала, что она мне может предложить полугодовое членство и четырех женихов. Мы ударили по рукам, и она прислала двух кандидатов на выбор. Один был выбран на пробу, и юноша тут же телефонировал. Обычно волынка с первым звонком, особенно за границу, тянется долго, но Перд (это да, такое имечко), как потом выяснилось, был совершенно свободен, то есть сокращен из банка, где ранее трудился на директорской позиции. Я почему-то думала, что директорская позиция – это типа круто, вот еще одна иллюзия, с которой в ходе данного рассказа придется проститься. Итак, Перд был свободен и готов встречаться, когда мне удобно. Откладывать свидание я не стала и вылетела в Лондон. Новый знакомый забронировал столик в ресторане, а я – вечер субботы, бортанув, кстати, старинного поклонника. Поиски бриллианта в пыли требовали жертв. Когда Перд зашел в ресторан, то стало ясно – уходить можно тут же. Как потом выяснилось, в Самом дорогом агентстве кандидатов просто не отталкивающей внешности описывали как видных кадров и от щедрот прибавляли им роста, сантиметров пять не глядя, и общественного веса от души. Итак, зашел скромный клерк со скукоженным личиком, в котором я безошибочно, без предварительной фотки, узнала своего кавалера на сегодняшний вечер.
Мне кавалер не нравился, беседа текла вяловато, аппетита у меня не было, свои позевывания я объясняла разницей во времени. Перд интересовался моими планами на Рождество и Новый год, своих пока не имел. Может, рассчитывал на удачу или счастливый случай. Мне было скучно.
Здесь, девушки, я вам должна дать одну подсказку: если и есть категория граждан точно, метко и молниеносно определяющая, кто перед ними, то это официанты в дорогих общественных ресторанах, не клубных, там все сложнее. Итак, официант на Перда плевал слюной, причем делал это с удовольствием. Перд слабо и деланно бухтел в сторону. Мне было тоскливо.
Через 40 (прописью – сорок) минут, выдержав минимальное время, я засобиралась. Положение жительницы другого часового пояса давало мне эту возможность. В такси я выдохнула с облегчением. Все, на сегодня – все. За ночь мне пришло штук пять или шесть смс, Перд недополучил дозу и просил о встрече на следующий день. Рейс у меня был вечерний, день я собиралась провести у друзей. И меня все же тревожила одна мысль, мне нужно было мнение местных экспертов, что все именно настолько плохо, как мне показалось. Как бы там ни было, есть ощущение, что в Самом дорогом агентстве будут респектабельные женихи, ну или не самые бросовые, по крайней мере, по сравнению с их же ближайшими конкурентами.
Перда я решила пригласить к подруге. Я допускала, он вежливо откажется или будет лоббировать другой план, но мой неизбалованный друг легко согласился. Однако. Вот вы знаете юношу, который вчера познакомился с девушкой, а назавтра согласится идти к ее непонятным друзьям? Я – нет. Но Перд не боялся трудностей.
Яна, моя подруга, была экспертом по женихам и романтическим отношениям. Ее обаяние дополнялось юмором и живым артистизмом. Ксения, Янина дочь, была красива, нордична и загадочна. Короче, Перд приперся в гости. Коробочка конфет и зонтик-трость завершали образ посетителя послеобеденного дамского салона. Интервью проводила Яна, начав издалека, сколько лет, был ли женат, есть ли дети, кем работал и почему сократили, а затем стала прибавлять градус: зачем пошел в агентство и почему выбрал именно это? Но шоу было впереди. Перд стал поерзывать, он явно не был готов ко встрече с тремя русскими женщинами сразу. Разговор тек непринужденно и перешел на телек, Яна стала нахваливать русские программы, которые она не пропускает, бывая в родном Новороссийске. Самая ее любимая – «Давай поженимся», мы с Ксюшей радостно закивали в предвкушении: вот тамошняя сваха – Яна изобразила Розу – например, спросила бы вас: «А квартирка-то у вас сколько комнат, кстати, своя или съемная?». Перд деланно смеялся, изображая, что вопрос не к нему, а к тому абстрактному жениху из телевизора. А еще ведущая спросила бы: «А деньги у вас есть, кушать вы что будете?». Перд продолжал абстрагироваться и нервно флиртовать с Ксюшей, но Яна была неутомима: «Жену как собираетесь содержать?». Я объяснила, что программа называется не Let’s settle down, a Let’s get married и отвечать надо четко. Перд не ждал от меня предательства и обиделся. Маленькая зайка. Его опять не поняли и отвергали. Через полчаса после ухода он прислал мне смс, что у наших отношений нет перспектив, поскольку у нас разные core values, чем вызвал новый взрыв хохота. Роль грустного клоуна Перду шла, надо отдать должное. Главным же было, что Яна полностью подтвердила мой диагноз: Самое дорогое агентство предлагает самых заурядных женихов, каких можно лопатой выгребать из интернета, если есть желание. А Ксения выдала шедевр, достойный самого Далай-ламы, если бы он вместо своих важных дел шлялся по этим бесконечным свиданиям: “Не is not any handsome, that’s true, but it’s OK. He is not any wealthy, correct, but it’s fine”. Мы с Яной переглянулись недоуменно. “But he is really dull, this is a problem”. Неожиданный поворот, правда? Из Самого дорогого агентства можно было ждать красавца-альфонса, авантюриста и завиральщика, а здесь – если бы за скучность и банальность давали призовые места, то у Перда были бы все шансы…
Что занесло тебя, Перд, в Самое дорогое агентство и сделало трагикомическим персонажем моего повествования – нежелание смириться со своей банальностью, какая-то такая тяга к невыразимо прекрасному, ощущение, что Жизнь проходит стороной, невозможность взлететь над обыденностью, – я не знаю. Про себя могу честно сказать – тоска по непрочувствованным объемам счастья, которое, кажется, ждет за поворотом. Я ничем не лучше Перда. Мы просто не хотим принимать неизбежное и уповаем на чудо, и это делает нас однояйцовыми близнецами, родившимися от разных матерей и отцов. Роль грустного клоуна, как видите, вполне подходила не только Перду.
Итак, с агентством я поставила вопрос жестко: или владелец бизнеса, или наемник, чей статус предполагает ежегодное посещение Давосского экономического форума. Вот так, знай наших! Про внешность говорить не стоило. Здесь нет объективных факторов, кроме роста. Мало, скажете вы? Это да, но в интернете есть шанс попасть на человека со слуховым аппаратом, чья речь будет слышна на весь ресторан, ну или обладателя какой-то еще неполиткорректной особенности, о которой в любом агентстве тебя должны предупредить заранее. Агентша, та самая наглая и агрессивная, прибалдела от моих требований, но вида не подала и попыталась в своей манере уточнить, чем так уж плох Перд и, если он так плох, то зачем было встречаться на следующий день. Перд, видать, ей уже отрапортовал. С утра пораньше. Он, наверное, не понял, почему я согласилась встретиться второй раз, зачем позвала в гости, и просил агентшу уточнить подоплеку. Смешно, правда? Хотя нет, не смешно. Мне вот совсем не смешно.
Итак, после моего требования поставлять женихов покачественнее Самое дорогое агентство надолго замолчало, оно даже разыграло бесталанный спектакль, спросив разрешения разморозить мое якобы замороженное членство. Заморозка происходит, когда член либо с кем-то встречается, либо ему или ей стало временно не до романтических знакомств. Объяснять причины приостановки членства не надо, если только тот, с кем решено уйти в пробный эксклюзив, не из этого же агентства. Ну, просто так принято. Я, кстати говоря, ни разу не дошла до этого уровня игры, ведь для этого требуется, чтобы и юноша дошел до него же и вы, вдруг решили посвятить агентство в ваши надежды на совместное счастье. Итак, после охов и ахов и извинений за непонимание и за мое по ошибке замороженное членство мне прислали жениха. И да, вот еще: в Самом дорогом агентстве постоянно хотят трындеть по телефону, то ли им неохота писать, то ли в телефонной болтовне проще гнать какую-то шнягу, например, расписывая Перда по телефону, они напирали на его директорскую позицию, которую я восприняла как топ-менеджерский уровень. И вообще: написано пером – не вырубишь топором. Про рост – то же самое, мало ли что тебе какая-то фря по телефону сказала. Может, ты просто не так поняла. Но, так или иначе, каждого жениха эти свахи норовили пообсуждать со мной по телефону. Зачем? Не знаю. Персональный подход? Больше похоже, что попытка позиционироваться как Самое дорогое агентство. Здесь и проходит линия, вы ждете от Самого дорогого агентства самого лучшего жениха, а получаете просто трепетный сервис от сотрудников, ибо самый лучший жених – это прерогатива не Самого дорогого агентства, а самой Жизни. Н-да, это трудно принять, хотя мы это и так всегда знали.
Итак, после полуторамесячного перерыва мне прислали следующий профайл.
There is a man, he is of a particular calibre. Malcom is tall (193 cm), good looking, and stylish, lives in London (and has a property in Brighton). Very entrepreneurial, he has a successful business as an art dealer. Classically educated, he studied Maths and Physics at Oxford. Malcom is extremely charming, has a very quick sense of humour. Malcom is single with no children…
Прикол. Вместо того чтобы реально предлагать более высокий калибр, они начали писать в начале письма: «Это жених особого калибра…» Этого жениха, вполне обычного калибра, кстати, я уже знала, познакомившись в другом агентстве менее полугода назад. Видимо, женихи, как и невесты, мигрируют от агентства к агентству, не желая смириться с рынком, реальностью или судьбой. Мы друг другу, кстати, скорее понравились, чем нет, или скорее не понравились, чем понравились. Это трудно сказать, зависит, как считать. А возможно, как мне потом стало казаться, мы раздражили друг друга тем, что были достаточно близки к искомому идеалу, но точно им не являлись. У меня возникло ощущение, что нам всем хотелось, чтобы нас окончательно и бесповоротно полюбили и приняли в уникальности и объеме. В отсутствие этого фактора рассуждать, достаточно ли нам понравился тот или другой, не имело смысла.
Malcom is a very successful art dealer. He set up a business whil’st at university, and after his Masters started dealing in vintage wine before moving on to arts. He has property in Brighton and London and also spends time over in Paris. Malcom medium built, 6 ft 3; good looking, and a trendy dresser. He loves the city but also enjoys country life; he likes to go good restaurants with friends and enjoys a nice glass or two of wine. He horse rides, is a confident, relaxed, sophisticated person who enjoys his life and has a glass half full attitude…
Так звучал его профайл в Почти идеальном агентстве. Мне кажется, что лучше, все ништяки перечислены, но нет попытки продать дороже, чем стоит. А может, я пристрастна. Рассудите сами.
Малком был типичным английским женихом. Эрудированным и чувствительным. Кстати, тест на дринк в отеле он не прошел. Ну и фиг с ним, от бритта я не ждала. Все в нем было неплохо, но была какая-то гнильца, которую мне трудновато вычленить. Был он действительно приодет, образ завершала грузинская кепка-аэродром. Должна была она завершать элегантный образ или просто маскировать лысину, узнать мне не удалось, он ее не снимал, даже в такси по дороге в гостиницу, где томность вечера была слегка опробована на вкус, ничего такого, пара поцелуев, легкий такой пристрел. Ужин затянулся, и, на мое счастье, в гостинице, куда он меня доставил после полуночи, ни один аутлет уже не работал, что я честно при нем уточнила у консьержа и распрощалась с чистой совестью. Пришло несколько смс, пожелание спокойной ночи, пожелание хорошего дня и пожелание хорошо долететь. После свидания надо писать в агентство, как все прошло, я честно написала, что если Малком мне предложит поучаствовать в тендере, то отрицательного ответа не получит. И стала ждать, это вполне нейтральная фраза, типа решать пареньку. Ответа я ждала дней десять. На десятый день пришел ответ от свахи. Смысл сводился, что все ему во мне пришлось, но химии у нас не возникло. Можно и так сказать, наверное. Кстати, во время ужина, после второго бокала, в ответ на мою какую-то реплику он меня спросил, считаю ли я, что понравилась ему. Я ответила, что он сам пока не знает и поймет только дня через три, но его безусловным типажом я не являюсь. Эту тему все женщины ловят влет… Малком выглядел разочарованным. С чего бы? А то он сам не знал… Но вот тут и есть момент. Химии не возникло – вполне себе диагноз. Но агентша попеняла мне, что когда она меня собеседовала, то не поняла, что я не держу квартиру в Лондоне, а предпочитаю гостиницу в свои редкие визиты. Было ясно, что это коммент от Малкома. Мне стало непонятно: если химии не возникло, а для него это важно, то какая разница, где именно я останавливаюсь, бывая наездами, не пофиг ли ему, или, останавливайся я в квартире, химия вполне бы возникла, или отсутствие химии было бы не так критично? Непонятно. А главное, чувствуется раздражение не по делу. Не особо интересно, но непонятно. Кстати, Малком в течение долгого ужина дал не вполне корректную реплику, что матерью мне уже поздно становиться. Это не звучало хамски, а так, что вот, наверное, и он и я этого не вполне хотели, и он по сей день про себя не уверен, как и я, судя по всему. Ну и типа, что у женщины калитка закрывается, а у мужчины нет. Вообще с этим я не согласна, просто у мужчины есть дополнительное время, лет 10–15, но поскольку Малком был старше меня всего на пару лет, то это было справедливо. Что тут скажешь.
Но я решила проверить его. После того, как мне предложили его во втором агентстве и получили отказ, я написала ему письмо, что если он еще на рынке, то предлагаю познакомиться с дочерью подруги, которой 29 лет и которая постоянно живет в Лондоне. Ответа не получила. Никакого.
Самое главное, что надо понимать, приходя в агентство, – что даже уплаченные деньги не делают нас более сговорчивыми или жаждущими закрыть сделку побыстрее, как можно было думать. Мне всегда казалось, что если стороны заплатили немалые деньги за знакомство, то они будут им больше дорожить, чем тем, что досталось бесплатно. А вот дудки.