Почему, почему…
Почему?
Ответа от Джорджины в электронном ящике по-прежнему не было, и Дафна ощутила жгучее желание треснуть кулаком по ноутбуку.
«Что за чёрт?!» – она уже готова была заорать эти слова в пустоту, когда мобильный телефон вдруг завибрировал. Это было сообщение от Джорджины (отчего-то в последнем письме, сама того не осознавая, Дафна обратилась к ней именно так, без всяких «мисс»).
Дрожащими от волнения руками Дафна нажала на значок конверта на дисплее.
«Миссис Крейд, доброго дня, простите, что отвечаю так поздно. Будет удобно, если я сейчас позвоню?»
Дафна почти до крови закусила губу.
Забравшись на диван с ногами, она быстро напечатала:
«Доброго, Джорджина, да, я не занята, если хотите, могу позвонить вам сама».
Едва она успела отправить это сообщение, телефон завибрировал снова, только теперь он ещё и пел голосом Шер.
Звонила Джорджина.
– Миссис Крейд, – быстро произнесла она, едва Дафна успела принять вызов, – это Джорджина, вы мне писали, по тону письма я поняла, что у вас что-то случилось, и вы хотели со мной…
Дафна не дала ей договорить. Набравшись духу, она на одном дыхании выпалила в трубку:
– Джорджина, что вы знаете об особняке «Чёрные пороги»? – и, сделав паузу, тоном, не терпящим возражений, добавила: – Я прекрасно помню, что мы об этом говорили. Я хочу знать, что вы на самом деле знаете.
Послышался какой-то глухой звук, затем повисла тишина, и Дафна уже начала беспокоиться, не упала ли бедняжка в обморок там, в своём Лондоне, когда Джорджина вдруг ответила.
– О господи… – тихо сказала она.
– Джорджина, вы должны рассказать мне, – негромко, но твёрдо произнесла Дафна. Она не уточнила, потому что была уверена, что Джорджина поймёт.
Пауза, казалось, была готова повиснуть снова, но, судя по всему, в последний момент Джорджина взяла себя в руки.
– Я прилечу ближайшим самолётом, – сказала она, и Дафну это приятно удивило. – Как только смогу, только…
– Только – что, Джорджина?
– Только не могли бы мы с вами встретиться в Гринвилле? – спросила Джорджина; голос её звучал почти умоляюще. – Так надо, миссис Крейд, пожалуйста, я не смогу рассказать вам всё там.
«Ты не сможешь рассказать мне всё здесь, потому что она услышит тебя, Джорджина».
– Разумеется, я приеду, – ответила Дафна и, крепко сжав мобильный телефон похолодевшими пальцами, едва слышно добавила: – Спасибо, Джорджина.
– Я напишу вам, как только возьму билет, – сказала Джорджина и отключилась.
Дафна положила телефон на журнальный столик.
Взгляд её уперся в выходящее из гостиной в сад окно, и она поспешно отвернулась от него.
Как будто боялась, что на нём тоже проступят буквы, и мёртвая девочка в голубом платьице со светлыми косичками снова позовёт её на помощь.
– Давай не сейчас, – тихо сказала она, не понимая до конца, к кому именно обращается.
Вебби, решившая, что хозяйка говорит с ней, немедленно гавкнула в ответ, и Дафна едва не вскрикнула от неожиданности.
Впервые за долгое время ей захотелось бренди посреди дня.
*Бейсболист Босой Джо, чьи лучшие спортивные годы пришлись на начало 20-го века, получил такое необычное прозвище, играя за команду из Южной Каролины. В одной из игр он испытал сильную боль, возникшую из-за появившихся на его ногах многочисленных мозолей. Американский атлет решил снять свою обувь и отбегал целый матч в одних носках. В Гринвилле есть специализированный бейсбольный музей, названный его именем.
8
Дафна внимательно смотрела на Джорджину Блейм, самолёт которой приземлился в аэропорту Гринвилл-Спартанбург менее часа назад. Сейчас, за столиком в кафе, Джорджина выглядела старше, чем тогда, когда они встретились впервые в доме, ныне принадлежащем Дафне, и казалось, что она будто бы даже похорошела. Поймав взгляд Дафны, Джорджина предусмотрительно сунула свои неизменно дрожащие руки под стол, и Дафна легко прикоснулась к её плечу:
– Не нужно стесняться, – сказала она, – это совсем не так бросается в глаза, как вам кажется. Не переживайте.
Джорджина посмотрела на неё с тёплой улыбкой.
– Вы так добры ко мне, миссис Крейд, – сказала она. – Простите, я… я не заслуживаю, – она нервно вздохнула. – Миссис Крейд, клянусь вам, я была уверена, что к вам она не сунется. Вы же посторонний человек, не из наших мест…
Дафна сжала её руку, которую Джорджина наконец вытащила из-под стола.
– Расскажите мне всё, – сказала она.
Джорджина быстро кивнула:
– Конечно. В первый раз я увидела её совсем ребёнком. Родителей не было дома, няня уснула, и я впервые вышла за забор. Мама и папа не позволяли мне этого делать, гулять одной мне разрешалось только в саду. Из сада был виден этот дом, тот самый, «Чёрные пороги», как вы знаете. Мне хотелось посмотреть. Ужасно хотелось. Наверное, если так можно выразиться, это превратилось в манию. Я не психиатр и не знаю, могут ли быть мании у такой маленькой девочки, но, тем не менее, – она покачала головой и бросила взгляд на дымящуюся сигарету в руке Дафны. – Миссис Крейд, можно… можно мне тоже сигарету? Мне всегда хотелось курить. Мне казалось это невероятно красивым – курить изящно, как… как Марлен Дитрих, например. Но всякий раз я думала, что это будет смешно выглядеть в исполнении такой замухрышки, как я.
– Вы не замухрышка, Джорджина, – Дафна протянула ей пачку сигарет. – Берите, конечно.
– Спасибо, – Джорджина взяла сигарету и, прикурив от зажигалки Дафны, глубоко затянулась и выпустила дым через ноздри. Дафна подумала, что, должно быть, она научилась этому в Лондоне. – Так вот, в тот самый день я, воспользовавшись отсутствием родителей и тем, что моя няня миссис Уэлш любила пропустить стаканчик-другой, когда моих родителей не было дома (она думала, что я не замечаю, но я видела, хоть и была совсем крохой), и после очередной порции любимого виски уснула, вышла за забор и пошла к этому самому дому. Не просто пошла, миссис Крейд, – я побежала. Ноги будто сами несли меня к нему.
– Джорджина, вы… вы в итоге вошли туда? – с ужасом в голосе спросила Дафна.
– Да. Да, я вошла. Дверь не была заперта, хотя снаружи и казалась будто бы забитой наглухо. Но когда я её толкнула, она тут же поддалась. И я вошла. Там было темно. Несмотря на то, что был день, там всё равно было темно, – она посмотрела Дафне в глаза и сильно, почти до боли, сжала её руку. – Там всегда темно, миссис Крейд.
Дафна погладила её пальцы.
– Что было дальше, Джорджина? – спросила она.
– Дальше… на меня выскочила собака. Небольшая, при жизни она, должно быть, была какой-то некрупной породы. Так вот, эта собака была… она была мёртвая, миссис Крейд, я поняла это тотчас, как только её увидела, хоть и была совсем крохой. Вначале она была как призрак, затем превратилась в скелет, с костей которого свисали куски полусгнившего мяса… Она подошла ко мне и уставилась, и я ужасно испугалась. Я хотела выбежать прочь, но дверь не открывалась, и я начала кричать… И тут появилась она.
– Девочка?
– Да. Она будто материализовалась из ниоткуда. «Шерри, перестань», – сказала она собаке, и собака отошла от меня и села у её ног.
– Шерри… – тихо произнесла Дафна. – Спаниель Шерри, ну конечно…
– Кто-то уже говорил с вами об этом? – Джорджина встрепенулась.
– Да. Элисон Арчибальд. Не пугайтесь, Джорджина.
– Простите. Мисс Арчибальд прекрасный человек, я рада, что вы познакомились.
– Продолжайте.
– Конечно. Она отозвала собаку и посмотрела на меня. В отличие от собаки, её я не боялась. Она стала говорить со мной, я уже не помню, о чём. Я понимала, что она призрак, что она мёртвая, – не знаю, как, но понимала. Говорят, у детей бывает невероятная интуиция, наверное, это был тот случай. Я помню только, что она спросила, как меня зовут, а я ответила. Своего имени она не назвала и никогда не называла. Она часто приходила потом, и всякий раз, когда я пыталась узнать, как её зовут, она говорила, что у неё украли имя.
– Она говорила что-то более конкретное?
– Вначале нет. Иногда она пропадала надолго, а затем появлялась снова. Она стучала мне по стеклу, так же, как и вам. Я росла, а она нет. С того самого случая, когда я ужасно испугалась мёртвую собаку, у меня стали дрожать руки, но я её не винила. Я знала, что она очень несчастна. Когда я стала постарше, она сказала мне, что не может упокоиться, потому что жив её убийца. Я спросила, кто он, но она не ответила. Когда погибли мои родители, я осталась на попечении тёти Клэр. Я ужасно боялась её приезда сюда, но тётя ничего подозрительного не замечала, и я решила, что девочка является только мне. Возможно, потому, что в своё время я сунулась в этот проклятый дом. Именно потому я была уверена, что вам ничего не грозит, миссис Крейд.
– Я понимаю, Джорджина.
– Что она от вас хочет, миссис Крейд?
Дафна тяжело вздохнула и затушила окурок в пепельнице.
– Она просит моей помощи, – ответила она.
– Помощи? Какой именно?
– Она не сказала. Это было в последний раз, когда я её видела… точнее – я её не видела, она писала на запотевшем стекле.
– Мне она тоже иногда писала такие записки, – кивнула Джорджина. – Когда не хотела являться сама. Знаете, со временем я уже так привыкла к ней, что она не вызывала совершенно никакого страха. Мне было очень жаль её. Но она очень изменилась с приездом миссис Вудмэн.
Дафна нахмурилась.
– Вы сказали «миссис Вудмэн», Джорджина? – переспросила она.
– Да. Миссис Корделия Вудмэн. Та самая, с которой вы подружились, вы мне писали.
– Корделия сказала мне, что живёт там уже десять лет, – Дафна взглянула Джорджине в глаза и закурила новую сигарету.
Джорджина покачала головой.
– Миссис Вудмэн, должно быть, что-то перепутала, или вы неправильно поняли, – сказала она. – Дом, в котором она живёт, и правда был куплен ею около десяти лет тому назад, но миссис Вудмэн в нём не жила. Насколько я помню из её рассказов, она жила за границей.
– Вот оно как, – задумчиво произнесла Дафна, размышляя, что могло заставить Корделию соврать ей.
Или, быть может, она и правда поняла неправильно?
– Так что же случилось после её приезда? – спросила она вслух.
Джорджина покачала головой:
– Она будто спятила. В смысле, девочка, – она горько усмехнулась. – Моя маленькая мёртвая подруга… единственная в своём роде, ведь друзей у меня никогда не было. Она будто спятила, да. Стала являться ко мне каждый божий день, ругала, говорила, чтобы я с ней не общалась… в смысле, с миссис Вудмэн. Я пыталась спрашивать, почему ей так не нравится моя новая соседка, но она ответила, что не может сказать. К тому времени я похоронила тётю и стала подумывать о том, чтобы перебраться в Англию… я давно этого хотела, это была моя мечта. Моя мать была родом оттуда.
– Так значит, вы наполовину англичанка?
– Да. В общем, я решила, что девочка так невзлюбила миссис Вудмэн из-за того, что та поддерживает моё желание уехать, а ей не хотелось расставаться. В итоге я, как вы знаете, уехала, продав вам свой дом, – Джорджина взглянула на Дафну глазами, полными слёз. – Простите меня, миссис Крейд.
Дафна кивнула.
– Вы не хотели плохого, Джорджина, – сказала она, – и я вам верю. Но и я не могу постоянно жить так.
– Вы хотите аннулировать сделку? – спросила Джорджина. Руки её, казалось, задрожали ещё сильнее.
– Я думала об этом, – честно ответила Дафна, – но сейчас, глядя на вас, я понимаю, что не могу этого сделать. Вы говорите, она безобидна, эта девочка, и, знаете, я верю. Она просит моей помощи, может быть, я правда должна ей помочь, – она вздохнула. – Я не знаю. Меня пугают призраки, Джорджина. Я совершенно приземлённый человек, я даже в бога не верю, и тут…
– Я тоже в него не верю, миссис Крейд, – вдруг сказала Джорджина.
Дафна удивлённо взглянула на неё:
– Да?
– Да. Потому что если он есть – то он недобр.
Дафна кивнула:
– И не поспоришь, – затем, немного помолчав, добавила: – Мне нужна ваша помощь, Джорджина, без вас мне не справиться.
– Я уже думала об этом. Я останусь в Гринвилле на некоторое время, поживу в отеле. Туда я не поеду… по крайней мере, пока. Не хочу, чтобы она знала, что я здесь. Она обижена на меня и, возможно, зла.
– Думаете, она не почувствует ваше присутствие здесь?
– Я не знаю, миссис Крейд. Но, думаю, так будет лучше. У вас есть размышления на тему того, что делать дальше?
– Я хочу попытаться узнать, кто же всё-таки приобрёл в своё время особняк «Чёрные пороги». Вы говорили мне, что вроде бы это был какой-то иностранец…
– Да. Так говорили, но точно я, разумеется, не знаю…
Дафна взглянула ей в глаза.
– Я знаю, что Элисон Арчибальд была в курсе того, что происходит с вами. Это она посоветовала мне с вами поговорить. Вы разрешите рассказать ей о нашем разговоре?
Джорджина кивнула:
– Да. Да, конечно… Лишь бы…
– Не думаю, что она услышит, Джорджина. Я, признаться, очень сомневаюсь, что она присутствует повсюду. Мне кажется, дух девочки крепко связан с тем домом.
– Мне тоже так кажется, – ответила Джорджина.
***
Проводив Джорджину до отеля, Дафна пошла по улице.
Мысли путались в голове.
Что теперь делать?
Может быть, стоит нанять частного детектива, он бы помог навести справки о покупке дома…
Нет, это бред.
Или – не бред?
«Называется, приехала жить в тихое местечко», – подумала Дафна и едва удержалась от того, чтобы истерически расхохотаться.
9
Следующую пару дней Дафна провела в размышлениях. Мёртвая девочка больше не появлялась, и на какое-то мгновение Дафне даже подумалось, что, возможно, ничего подобного больше не будет.
Но, положа руку на сердце, она не была уверена.
Она совсем не была уверена.
Джорджина оставила ей адрес отеля, в котором остановилась в Гринвилле, сказав, что будет ждать от Дафны новостей. Дафна пообещала, что свяжется с ней в случае, если девочка снова попытается выйти на контакт, да и вообще держать её в курсе событий.
– Не переживайте за меня, миссис Крейд, – сказала ей на прощание Джорджина. – Я постараюсь не скучать. Буду гулять по улицам, схожу в театр, – она грустно улыбнулась. – Знаете ведь всю жизнь просидела в глухомани, и Гринвилл на самом-то деле совсем не знаю, хоть и жила в получасе езды от него. Со мной всё будет хорошо, не волнуйтесь.
С Элисон Арчибальд Дафна встретилась тем же вечером, когда вернулась из Гринвилла. Мисс Арчибальд была рада узнать, что с Джорджиной всё хорошо, но не преминула в очередной раз предупредить её.
– Не рассказывайте это больше никому, – сказала она. – Вот послушайте моего совета, Дафна, не рассказывайте. Порой чем меньше людей в курсе – тем лучше.
Дафна взяла обе её руки в свои и пожала их.
– Не переживайте, мисс Арчибальд, – ответила она. – Никаких лишних людей я посвящать в эти дела не собираюсь.
Она сама подумала, что, несмотря на ту симпатию, что она испытывала к Корделии Вудмэн, обсуждать эту тему с ней не хотелось… и не только потому, что Корделия, вероятно, сочла бы её ненормальной.
«Зачем она соврала мне?»
Действительно, соврала. Корделия и вправду говорила, что живёт в этих местах уже около десяти лет.
Она, Дафна, ничего не перепутала.
Теперь она была уверена в этом.
«Зачем она соврала?»
Дафна задумчиво погладила по голове лежащую с ней рядом на диване Вебби.
Ответа на этот вопрос у неё пока не было.
***
Вечером того же дня Дафна решила сделать наконец то, о чём урывками думала весь день.
Это будет общение не из приятных, решила она, но сделать это нужно.
Хотя бы потому, что она была настроена разобраться.
У Бобби Крейда была всё та же страница в Фейсбуке, что и раньше, потому найти его в интернете было проще простого.
Открыв окно переписки (слава богу, придурку Бобби и в голову не пришло вносить её в чёрный список), она быстро напечатала:
«Добрый вечер, Бобби, прошу прощения за нахальство, можешь уделить мне несколько минут?»
Нажав «отправить» раньше, чем она могла бы передумать, Дафна задумчиво уставилась в экран. Ответ пришёл меньше чем через минуту: к счастью, Бобби Крейд был в сети.
«Вечерочек, дорогая, пью за твоё здоровье. Чем могу быть полезен?»
Дафна криво усмехнулась: даже не скажи Бобби о том, что он пьёт, она поняла бы это сразу.
Пьяным он становился редкостно добрым и великодушным.
Она закурила сигарету и сделала пару затяжек, после чего положила её на край пепельницы и напечатала в окне:
«Боб, как звали того мудака, которого ты нанял следить за мной, будучи одержимым мыслью, что у меня есть любовник? Хуарес, Суарес или что-то такое?»
Крейд тут же разразился гогочущими смайлами:
«Вероятно, ты тоже не совсем трезва, дорогая».
«Не смешно, Бобби».
«Ну прости уж, ты сама знаешь, что столь прекрасна, что было бы странным, если бы тебя совершенно и полностью устраивал только я».
«Каждый судит по себе, как известно».
«Ладно, уболтала. Его имя Пабло Суарес, и, сказать честно, я подозреваю, что он не так уж хорош».
«Потому что он сказал тебе, что не нашёл у меня никаких любовников?» – Дафна присоединила к сообщению смеющийся смайл.
«И поэтому тоже. Тебе нужно связаться с ним?»
«Да. Потому я тебе и написала».
«Ясно. А я уж подумал. Надеюсь, ты не такая идиотка, как я, и тебя волнуют более насущные проблемы, нежели любовники твоих пассий».
«Катись к чёрту, Бобби».
«Осторожно, бейби, если я покачусь к чёрту, ты рискуешь остаться без Пабло Суареса».
«Давай его контакты, щёголь».
«Лови, – к сообщению Бобби был прикреплён файл, в котором, по всей видимости, и были те самые контакты. – Предваряя твой вопрос: с клиентами из других штатов он работает. Заплатишь – примчится к тебе хоть на Аляску. Но заниматься тобой он станет исключительно после внесения предоплаты. Позвони ему, он сам тебе всё расскажет».
«Спасибо, Бобби. Хотя я и не доверяю особо мексиканцам».
«Он колумбиец».
«Ещё лучше».
«Зря ты так. Эти латиносы как крысы. Что хочешь тебе раскопают и про кого хочешь».
«Расист ты хренов».
Бобби прислал ей в отчет очередные смеющиеся смайлы и зачем-то присоединил к ним поцелуй. Хмыкнув, Дафна закрыла окно переписки.
Открыв прикреплённый файл, Дафна увидела, что территориально Пабло Суарес находится в Нью-Йорке, но чего-то подобного она и ждала.
«Сейчас я подкину тебе дельце поинтереснее, чем чьи-то там неверные жёнушки, сукин сын».
Она зашла в свой почтовый ящик, набрала в адресной строке имейл Пабло Суареса и написала:
«Добрый день, мистер Суарес, хотела обратиться к вам за помощью. Точнее – предложить вам поработать на меня. Разумеется, по предоплате. С уважением, Дафна Крейд».
Приписав к сообщению свой номер телефона, она отправила его.
К её огромному удивлению, Суарес перезвонил меньше чем через пять минут. Он оказался очень воспитанным человеком с приятным голосом и говорил без всякого акцента.
– Я слушаю вас, мэм, – деловито произнёс он. – Что конкретно вы от меня хотите?
Набрав в лёгкие побольше воздуха, будто перед прыжком в воду, Дафна выпалила:
– Мне нужно, чтобы вы узнали имя человека, который приобрёл один известный мне дом.
Суарес заулыбался на другом конце провода:
– Думаю, это будет нетрудно, мэм.
Дафна усмехнулась:
– Надеюсь, вы и впрямь так хороши, как считал мой бывший муж, который некогда нанял вас следить за мной. А теперь слушайте.
Суарес тихо рассмеялся.
– У вас прекрасное чувство юмора, мэм, – сказал он.
Дафна вкратце обрисовала ему ситуацию. По адресу такому-то находится особняк, который в народе называют «Чёрные пороги», ей нужно узнать, кто в настоящий момент является его владельцем. Пусть мистер Суарес назовёт ей сумму, требуемую для выполнения данной работы, а также номер счёта, куда её следует перевести. Суарес ответил, что сейчас всё пришлёт по электронной почте. Обговорив с ним все детали, Дафна повесила трубку. Правда, не успела она это сделать – как телефон тут же зазвонил, и она чуть было не подпрыгнула от неожиданности. Звонила Корделия.
– Дафна, милая, куда же вы пропали? – тут же защебетала она, стоило Дафне произнести «алло». – У вас точно всё в порядке? Я соскучилась.
И в этот момент у Дафны вдруг появилось крайне неприятное, противное чувство.
Чувство, словно Корделия читает её мысли.
– Всё в порядке, Корделия, я просто была немного занята, – ответила она.
– Вам непременно нужно прийти ко мне на чай! – воскликнула Корделия. – Я испеку малиновый пирог. Как насчёт завтра?
Дафна вздохнула. Обижать Корделию ей не хотелось.
– Я непременно перезвоню вам завтра, – сказала она.
Корделия на другом конце провода недовольно хмыкнула.
– Что-то вы вдруг начали избегать меня, дорогая, – сказала она, и неприятное чувство у Дафны от этого только усилилось.