Она дрожала.
– Мы собрались здесь и сегодня на Праздник Жатвы, друзья мои!
Голос явно был ей знаком, и если бы не столь сильная боль в голове, Рейна, должно быть, намного раньше узнала бы голос Розамунды Честер.
Перед глазами всё плыло. Вероятно, эти мрази (мёртвые мрази, мёртвые!) накачали её чем-то… каким-то веществом…
Впрочем, теперь это было неважно.
– Сегодня, возлюбленные мои братья и сёстры, мы собрались здесь, чтобы отметить очередной год нашей жизни здесь! И мы видим, что он точно не будет последним!
Теперь Рейна смогла наконец пошевелить головой, и то, что она увидела вокруг себя, ошеломило её.
Она оказалась привязанной к кресту, и на неё пялились сотни глаз – тёмно-карих, почти чёрных, слегка навыкате, с яркими белками – какие бывают обычно у африканцев.
– Отпустите меня… вы… твари… – тихо проговорила она.
Розамунда Честер, одетая в мешковатое ярко-красное платье, напоминающее мантию, усмехаясь, подошла к ней. В руке у Розамунды была длинная тонкая трость, и она легко тронула ей Рейну.
– Вы ведь сказали, что готовы пожертвовать чем угодно ради ваших исследований, доктор Тейлор, – сказала она. – Вы сказали так сеньору Мендесу. Разве нет?
Кровь ударила в голову Рейне. Терять было уже нечего, она это прекрасно понимала.
– Вы чокнутые! – из последних сил заорала она. – Вы чокнутые… чокнутые зомби!
Длинная тонкая трость Розамунды коснулась её лица.
– Я не зомби, моя дорогая. Они – да, я – нет. Уверена, что предательница Дейзи рассказала вам об этом.
– Где Дейзи? Где она?
– О, не переживайте, доктор Тейлор, с девчонкой всё в порядке. Я заперла её в чулане. Пускай посидит и подумает над своим безобразным поведением, – она улыбнулась, обнажив ровные белые зубы. – Простите, с вами очень приятно болтать, но, к сожалению для вас, нам пора начинать ритуал, – подойдя почти вплотную к Рейне, Розамунда подмигнула ей. – Не бойтесь, моя дорогая, это быстро закончится. И будет не очень больно.
Рейна дёрнулась, будто пытаясь оторваться от креста. Разумеется, тщетно.
– Твари! – заорала она. – Твари, твари! Мерзкие зомби! Твари!
– Вы готовы принять плоть и кровь нашей жертвы, мои братья и сёстры? – прокричала в толпу Розамунда, и стройный хор был ей ответом.
– Да! – кричали зомби. – Да, мы готовы, да!
– Праздник Жатвы объявляю открытым! – воскликнула Розамунда, взмахнув тростью, и толпа устремилась к Рейне.
Когда первый человек (нет, не человек, существо, творящее такое, не могло быть человеком!) вгрызся в её руку, она заорала от боли… и когда второй, и когда третий…
А потом сознание её начало угасать.
Последним, что она увидела, была одинокая фигура на холме.
Лица её Рейна, разумеется, не разглядела, но она поняла и без того, что это старик-латинос.
Старик-латинос, который пришёл удостовериться, что Уговор исполнен.
Несмотря на то, что Рейна не видела его лица, она была уверена, что он улыбался.
А потом всё исчезло.
Эпилог
– В последний раз я видела свою сестру Рейну около двух месяцев назад, детектив, – Милдред Тейлор произнесла эти слова совершенно спокойно, и, если бы детектив Рэймонд Гастингс не видел, как дрожат её руки, он наверняка изумился бы подобной реакции девушки.
Но детектив Гастингс видел.
– Вы говорили с ней по телефону незадолго до её исчезновения, мисс Тейлор, не так ли? – он протянул девушке пачку сигарет, увидев, что она зашарила по сумочке в поисках своих. – Курите, прошу вас.
Милдред кивнула и взяла сигарету.
– Да, я звонила Рейне, – закуривая, пояснила она. – Она говорила что-то… что-то об исследованиях. Но так всегда было, детектив. Рейна… она была слегка чокнутая, понимаете? Она будто бы двинулась на своих исследованиях, её мало что интересовало, помимо них…
Гастингс кивнул:
– Учёные часто таковы, мисс Тейлор.
Милдред снова кивнула:
– Да. Именно поэтому… именно поэтому я и говорю, что разговор был таким… таким, как обычно.
– Ваша сестра собиралась куда-то отправиться?
– Я так поняла по её словам. Хотя, честно сказать, я не уверена…
Гастингс захлопнул блокнот, в котором делал кое-какие пометки.
– Благодарю вас за помощь, мисс Тейлор, – сказал он. – Если вы нам ещё понадобитесь, мы вам позвоним.
Милдред Тейлор нервно кивнула. Большая слеза выкатилась из внутреннего уголка её глаза и упала в пепельницу.
– Вы найдёте мою сестру, детектив? – глядя ему в глаза, проговорила она. – Вы её найдёте?
Гастингс коснулся её плеча.
– Мы сделаем для этого всё возможное, мисс Тейлор, – сказал он.
Как только Милдред Тейлор вышла из кабинета, детектив Гастингс включил ноутбук.
Ему пришла в голову интересная мысль, и он решил поглядеть кое-что в интернете.
Так, на всякий случай.
Чтобы удостовериться.
***
Милдред Тейлор сидела на скамеечке в парке недалеко от полицейского участка уже около сорока минут, когда к ней подошёл странного вида старик.
Латинос, не иначе.
– Прощу прощения, мисс, – на неожиданно правильном английском языке обратился он к ней. – Закурить не найдётся?
Милдред протянула ему пачку «Кэмела».
– Курите, – сказала она.
Старик чиркнул спичкой, закурил и блаженно заулыбался. Зубы его были крупными и жёлтыми.
– Блаженство, – сказал он. – От всего сердца благодарю вас, мисс, вы очень отзывчивы.
Милдред отмахнулась:
– Да не стоит.
– Очень даже стоит, – задумчиво проговорил старик. – Люблю отзывчивых людей. Кстати, мисс. Может быть, я могу что-то сделать для вас?
Милдред внимательно смерила взглядом старика и усмехнулась:
– Вы – для меня?
Старик кивнул:
– Именно. Кстати, позвольте представиться, Хорхе Мендес. Фокусник, – он протянул ей чёрную визитку с выбитыми на ней крупными золотистыми буквами, и Милдред тотчас взяла её, сама не понимая, зачем.
По небу плыли сиренево-сизые облака, и, кажется, собирался дождь.
Было тихо, как перед грозой.