«Доброе утро, Алексей! Пора вставать!» – громко возвестил приятный женский голос. – «Давай, давай, просыпайся, соня! Уже шесть тридцать – пора вставать!» – нежнее произнес голос, но громозвучнее.
– Да-да! встаю уже, – вяло отозвался Алексей из-под одеяла и высунул голову, не открывая глаз.
«Вот так вот!» – улыбаючесь тихо произнес нежный голосок. – «А то не хватало, чтобы ты опоздал на работу».
Он потянулся и, потерев глаза, открыл их, приподнимаясь с кровати. Комната была освещена приятным, голубовато-зеленым, светом трехмерной голограммы электронных часов, показывающих время посреди небольшой комнаты, на которых последняя цифра ежесекундно сменялась другой, приближаясь к 6:31.
– Пожалуйста, включи свет, Элис, только не слишком ярко! – попросил он, наспех натягивая на себя мятые брюки и футболку.
«Тебе не помешало бы хоть иногда гладить свои вещи!»
– Ты разве моя жена или моя мать? – грубо бросил Алексей, проходя сквозь голограмму часов, и направился прямиком в ванную комнату.
«Нет, я просто Элис – интерактивный искусственный интеллект, управляющий, всего на всего, твоей жалкой квартирой», – жалостно произнесла она.
– Прости меня, пожалуйста, Элли! Я не хотел тебя обидеть! – донеслось из ванной.
«Ничего! Я понимаю!» – ее голосок звучал уже мило, перебарывая журчание холодной воды из-под крана, но не слишком громко, чтобы ненароком не разбудить соседей, которые навряд ли еще спали.
− Дорогая, включи прогноз погоды на сегодня, – попросил он, выходя из ванной.
«Сейчас сделаем!» – колокольчиком отозвалась она.
Часы посреди комнаты исчезли, и вместо них появилась таких же размеров объемная голограмма, на которой распиналась худощавая блондинка со слащавым голоском, время от времени прыгающая вокруг спутниковой карты полуострова Кавказ и тыча каким-то породием указки на различные участки карты, то увеличивая, то уменьшая масштаб изображения, ни на секунду не снимая уродливо-наигранной улыбки со своего виртуального личика. Ведь она была таким же интерактивным искусственным интеллектом, как и его Элис. Наконец-то ИИИ добралась до погоды в Юго-Западном районе мегаполиса Кавказ. Алексей этому ничуть не удивился, что его район находится в самом конце списка – кому из богатеньких захочется слушать хоть какие-то новости из самого бедного и опасного района мегаполиса, где ежечасно что-нибудь да случается, а полиция если и заглядывает, то только для зачистки, поэтому порой ее ждут здесь словно Рождества. Подобные новости просто приелись телезрителю, которого уже ничем не удивишь. По этой причине не раз поднимался вопрос о реорганизации Юго-Западного района тактической ракетой малой мощности без эвакуации из него людей, чтобы еще на это не переводить деньги из казны, из которой кормился ненасытный губернатор со своей многочисленной свитой чиновников. И это ни у кого не вызвало ни капли удивления. Корпорации «Новая Эра» всегда было наплевать на низшие слои, из которых только и состоял этот район, где бедные с трудом волочили свое жалкое существование, а отморозки готовы даже за эйдж всадить тебе пулю в лоб лишь бы не работать. К одной из таких прослоек относился и сам Алексей: работать в компании, принадлежащей корпорации, приходилось порой за троих, а платили столько, что он едва мог сводить концы с концами, полностью погрязнув в кредитной яме, принадлежащей той же самой что ни на есть корпорации, которая с каждым годом росла как снежный ком.
«…с утра погода в Юго-Западном районе не может не порадовать, проживающих там людей, – с явным пренебрежением в голосе, но с той же мерзкой улыбкой, вещала блондинка-ИИИ с голограммы. – Из-за стопроцентной влажности и северо-западного прохладного ветра, обдувающего побережье этого полуострова, температура до обеда продержится на отметке в тридцать шесть градусов по Цельсия. Затем температура начнет уверенно расти и к пятнадцати часам достигнет положенных сорока трех градусов, – чуть ли не от восторга выпалила она. – Так что, от сегодняшнего зноя в мегаполисе все равно никто не спасется!..»
– Теперь можешь выключить эту тощую стерву, Элли.
«С превеликим удовольствием!» – почти смеясь, отозвалась она, вновь выводя часы на полкомнаты, которые возвестили ему о 7:12:46 по девятому часовому поясу – время заканчивать завтрак и бежать на работу. Не охота быть депремированным повторно за опоздание, когда на календаре только шестое августа.
Алексей поглотал остатки яичницы из искусственного синтетического белка − большого выбора в еде у него, конечно, никогда не было, не говоря уже о наличии в его рационе здоровой пище, – залил все в желудке неким подобием кофе и кинул взгляд на часы − 7:16:31. Больше времени нет. Он схватил с тумбочки ключи и уже в дверях кинул Элис:
– Давай, Элли! До вечера! – и захлопнул дверь, не дождавшись ответа; дверной замок за его спиной автоматически защелкнулся. Если б он только знал, что больше никогда не сможет вернуться в свою квартиру, то попрощался бы с ней совершенно по-другому, теплее.
С лестницей он разобрался также быстро, как и с яичницей, выскользнув в приоткрытую дверь, которая медленно, скрипя, закрывалась доводчиком. Видимо кто-то тоже помчался на работу в последнюю минуту, и проводил его удаляющуюся спину взглядом.
Его встретил, как и обещала блондинка-ИИИ, относительно прохладный сырой воздух, который приятно ласкал лицо. Все гораздо лучше, чем штиль при сорока шести градусах по Цельсия в это время года, да еще и чистое небо – не могли не поднять ему настроение.
Едва Алексей успел свернуть на Зеленую улицу, как по потрескавшемуся асфальту и близлежащим домам скользнула тень, он остановился и оглянулся вокруг. Ничего – только несколько человек стремительно удалялись вдаль впереди него.
– Только не это! – выдохнул он. Теперь на работу ему точно не поспеть вовремя.
В следующую секунду, в метрах двух от него, совершенно бесшумно, опустился полицейский дрон в полной боевой готовности, что не могло его не напугать до мозга костей.
«Не двигайтесь, сэр! Это обычная процедура и много времени у нас не займет. Делайте, как я вам сказал, и тогда вашей жизни ничего не будет угрожать!» – после этих слов голубой луч, исходящий из открывшегося окошка между глаз-камер дрона, начал сканировать сетчатку его глаза. – «Спасибо, Степанов Алексей Александрович, за ваше понимание и сотрудничество с правоохранительными органами мегаполиса Кавказ! Можете возвращаться к своей привычно жизни!» – две небольшие ракеты спрятались обратно в светло-голубую нижнюю часть корпуса, и дрон, все также беззвучно, удалился, оставив за собой след раскаленного воздуха.
Еще мгновение Алексей колебался, можно ему уже шевелиться или нет. Оглядевшись, и, не увидев поблизости дрона, он облегченно вздохнул. Опасность его все-таки миновала. Да, в следующий раз не стоит дебоширить в баре, когда захочется побухать, а то добром для него это, в один прекрасный день, точно не закончится. Только здесь дела куда посерьезнее, чем простой дебош. Кто-то уж действительно натворил делов, и, судя по тому, в каком районе он проживает, это будет гораздо больше, чем даже банальное убийство за несколько эйджов.
Он мигом отогнал от себя подобные размышления. Работа – вот его реальная жизнь, и она, черт ее возьми, никогда не может подождать! И он к тому же, взглянув на часы, опаздывает на обыденное с ней свидание. Опять начальник вызовет его к себе, и полчаса будет выносить мозг, хотя мог бы просто-напросто депремировать его без каких-то там нравоучений. Но нет же! Надо поунижать, позлорадствовать, почувствовать себя большим начальником. А как же иначе?! Хотя какой же с него большой начальник, если директор подразделения играет с ним в Шпили-Вили гораздо капитальнее и жестче по каждым четвергам, заставляя потом того в экстазе орать на подчиненных до самого вечера. Только сегодня иметь во всех смыслах будут не начальника, а – его самого. Улыбка тут же исчезла с лица, и Алексей побежал.
Приблизившись к переулку ФЗО, он сменил бег на шаг. Пусть он заброшен и может быть опасен в это время суток, но у него есть возможность сильно по нему срезать, особенно если еще сократит через пустующие высотки в конце переулка. Тогда он прямиком выйдет на Пролетарскую улицу неподалеку от своей компании, а это как раз то, что ему сейчас нужно. Решено!
Алексей свернул в переулок ФЗО и побежал, но уже не так быстро. Теперь он точно успевал добраться до работы вовремя, но почему-то внутри все сжалось еще сильнее. Скорее всего, виной этому – мертвые кварталы вокруг, решил он, стараясь хоть как-то успокоить себя. Кругом царила гробовая тишина, ведь в здешних домах не обитают даже плутающие на протяжении многих лет. Единственный источник шума здесь – он сам. Тяжелое частое дыхание, бешеное биение сердца внутри и стук подошвы его обуви по безжалостно испещренному колдобинами и трещинами асфальту. Так что, кроме него здесь никого и быть не может, подбодрил сам себя Алексей. Да и взять, повернуть назад, для него уже слишком поздно.
Только в конце переулка пришлось неожиданно остановиться. Путь преграждал полутораметровый сетчатый забор, за которым находилось какое-то трех этажное муниципальное здание из красного потемневшего кирпича, сильно облупившегося и покрытого мхом. Он постарался воспользоваться небольшой остановкой, чтобы восстановить дыхание, и посмотрел по сторонам. Забору не было ни конца, ни края, как и не было нигде видно бреши в нем. На поржавевшей, местами насквозь, табличке на одном из столбов сетчатых ворот, заросших пожухшей травой, он все же смог прочитать, хоть и с большим трудом, гласившую надпись: «ПТУ №23». Выбора все равно уже нет, так как по Лесозаводской улице ему точно не поспеть вовремя. Да к тому же, кто будет охранять заброшенное учреждение, которое пустует не меньше пятидесяти лет. Не колеблясь больше ни секунды, он полез через забор.
Алексей одним махом преодолел забор и уже собирался вновь пуститься бегом, как тут же замер с приоткрытым ртом – в лоб ему упиралось дуло пистолета со встроенным глушителем. Его широко открытые глаза уставились на владельца оружия. Человек, облаченный во все черное, покрытый с ног до головы пылью, добродушно улыбнулся и безнадежно пожал плечами.
– Ну, не будем же мы здесь торчать весь день, – и вежливо попросил дулом пистолета двигаться вперед. – Зайдем в здание сзади, чтобы поменьше оставлять следов. Меня, если ты заметил, ищут. И круг поисков уже начал сужаться, а значит, скоро найдут. А так как я наломал слишком много дров, сильно насолив корпорации, то меня реорганизуют на месте без лишних разговоров, и – тебя, если увидят со мной… Заходи внутрь, пожалуйста! – учтиво попросил незнакомец с тем же легким акцентом на хорошем русском языке и слегка ткнул пистолетом в спину.
Алексей собрался с силами и потянулся к ручке двери. Обветшавшая за многие года дверь громко скрипнула, но все же поддалась и отварилась. Запах сырости, гнилого дерева и чего-то еще отвратительного резко ударил ему в нос, и он, подавляя в себе накативший приступ тошноты, вошел внутрь просторного помещения «ПТУ № 23», окутанного полумраком. Повсюду стояли длинные кованые столы без столешниц и меньше десятка таких же кованых стульев. Видимо, столешницы со стульями растащили плутающие, когда еще обитали в этих кварталах. Но человек в черном костюме снова ткнул дулом пистолета, заставляя его идти дальше.
Спустя несколько минут блужданий по темным коридорам с прогнившими насквозь полами они наконец-таки вошли в небольшую комнату, которая была достаточно освещена небольшим светильником, стоявшим на единственном целом столе во всем здании. Пыль была аккуратно стерта со всех поверхностей, делая это помещение приятным для пребывания в нем, даже паутина, свисавшая с потолков гроздьями на всем их пути сюда, здесь отсутствовала.
– Присаживайся! У нас с каждой минутой остается все меньше и меньше времени для болтовни, а мне многое нужно тебе рассказать, – незнакомец сел напротив Алексея, положил пистолет на стол, а другой достал из внутреннего кармана блестящий футляр и положил его рядом со светильником. – Весь этот сыр бор из-за этого небольшого предмета. Он теперь твой. Ведь я навряд ли доживу до сегодняшнего вечера. Так что, бери его!
Алексей взглянул на переливающийся в лучах светильника футляр голубовато-металлического цвета, но поколебался протянуть к нему руку и взять.
– Не бойся! Пулю в лоб не пущу. Если б хотел, то пришил бы тебя еще у забора, и ты даже не узнал бы, кто это сделал. Хотя со временем ты можешь пожалеть, что я этого, все-таки, не сделал, – сказал он, расплываясь в широкой улыбке. – Между прочим, я – Джеймс Далтон. Хотя мое настоящее имя Виктор, а вот свою фамилию, к сожалению, даже никогда не знал. Но можешь называть меня Джеймсом – я уже привык к нему за многие годы, – и протянул руку.
– А-Алексей С-С-Степанов, – едва слышно выдохнул он.
– Приятно познакомиться, Алексей! – выпалил Джеймс, заканчивая рукопожатие. – А теперь, когда мы уже знакомы, можешь поднять футляр и посмотреть, что там внутри него, ведь, как я уже сказал, он с этого момента исключительно твой. Да, и после нашего разговора пистолет тоже достанется тебе. Он явно может тебе понадобиться в ближайшее время, когда они не обнаружат при мне футляра. И задайся вопросом: зачем трупу вообще нужна пушка, а? – спросил он в тридцать два зуба и подмигнул, когда тот неуверенно подобрал со стола футляр и вопросительно посмотрел на неумолкающего незнакомца. – Теперь, чтобы его открыть, коснись сенсора на крышке большим пальцем, а затем аккуратно вынь содержимое.
Слегка дрожащий палец едва успел прикоснуться к сенсору на крышке, как раздался щелчок, последовал короткий мелодичный звук, и она немного поддалась вверх. Алексей снял крышку. Из футляра тут же вырвался наружу приятный ярко-голубой свет, мощным потоком озаривший потолок. Спустя несколько мгновений мощность излучения резко упала, позволяя теперь извлечь содержимое наружу.
– Ну, что же ты? Давай! – подбодрил его Джеймс.
Алексей наклонил футляр и ему на ладонь, звеня, выскользнул пульсирующий светом Кристалл. Через секунду он уже мерно освещал все вокруг приятным бледно-голубым цветом.
– Что это? – немного осмелев, озадаченно спросил Алексей, покручивая ограненную стекляшку в руках.
– В твоих руках находится «Слеза Богов» – Кристалл, которому уже тысячи лет. Он единственный в своем роде. И первое упоминание о нем относится еще к временам Вавилона. Затем упоминания о нем встречаются во многих других культурах древних цивилизаций, пока чудесным образом он не исчезает вместе с городом около тысячи лет назад, где и проводились недавно раскопки в поисках него. По мнению моего руководства, этот Кристалл обладает какой-то особенной силой, благодаря которой все государства, где он упоминался, занимали на тот момент ведущее место в Мире во всех отношениях. В Англии было даже замечено резкое увеличение числа ведьм и колдунов, обладающих различными магическими силами, пока, однажды, он загадочным путем не оказывается в Персии и не исчезает близ города Мосул. Самое странное сейчас для меня… – он провел рукой по заросшему подбородку, – то, что в твоих руках он не перестает светиться. Видимо, я не случайно встретил тебя здесь! – и Джеймс вновь лучезарно улыбнулся, но тут же помраморел: – Но если его сила, в которую так верит мое руководство, реальна, то Кристалл ни в коем случае не должен к ним попасть… Его нужно уничтожить, во что бы то ни стало! Я не смогу этого сделать, так как меня уже зажали со всех сторон, а вот у тебя будет фора, по меньшей мере, в несколько часов, чтобы ускользнуть из мегаполиса на каком-нибудь неучтенном корабле, идущем в Новую Северную Америку, – Алексей недоуменно уставился на своего нового знакомого, и хотел было что-то спросить, но тот продолжил, оставив его сидеть с приоткрытым ртом: – Да, я знаю, там находиться сердце корпорации «Новая Эра». Но там, как раз таки, также находится и единственный действующий вулкан на всем Земном шаре, который пока даже не думает затухать. Именно в жерло этого самого вулкана ты и должен будешь бросить этот, чертов, Кристалл.
– А если я не сумею туда добраться?
– То ВАМ ВСЕМ будет ЖОПА! – искренне рассмеялся Джеймс и указал на стену, где висела карта Старого Мира. – Будет почти то же самое, что и после смены полюсов в две тысячи сто седьмом году, когда США и Китай воспользовались ядерным оружием друг против друга в Третьей мировой войне, большая часть территорий которых теперь не пригодна даже для существования.
Но Алексей сейчас совершенно не слушал его и не обращал внимания ни на что вокруг кроме одного: он не мог поверить, что на ладони у него сейчас лежит сама судьба всего человечества, но самое забавное в этом было то, что лежит она именно в его руке. Он с ужасом уставился на завораживающе сияющий Кристалл, а внутри у него все похолодело и сжалось в маленький комок, который стремительно подбирался к горлу. Сердцебиение участилось, появился шум в ушах; если бы не стул под ним, то его ноги точно бы подкосились.
Пока его взгляд, наполненный паническим страхом, был устремлен на «Слезу Богов», человек в черном, не спеша, достал небольшой планшет из внутреннего кармана пиджака, включил, и толкнул его. Планшет скользнул по шершавой поверхности стола и, крутясь, устремился к цели, пока не ударился в локоть Алексея, возвращая того назад, за стол, в небольшую комнатку.
– Возьми! – Джеймс убедился в том, что тот внимательно посмотрел на экран, и продолжил: – На этой спутниковой карте указано точное месторасположение вулкана Маити на материке Новой Северной Америки. Это и есть твоя конечная цель в столь приятном для твоей души путешествии.
– Приятном?!.. – вытаращился он возмущенно. – Меня в любой момент могут пристрелить, а вы говорите о каком-то там «приятном для души» путешествии?!
– Извини! С чувством юмора у меня всегда было плохо. Ладно, времени у нас почти не осталось. Полиция хоть и ищет повсюду – им меня не найти, но, так как к моему позвоночнику вживлен чип, люди корпорации точно знают, где я. Им нужно лишь время добраться сюда: час – другой и меня прижмут, – поэтому тебе надо уходить, чтобы еще успеть добраться до порта. Лови! – и пистолет скользнул по столу в сторону Алексея. − Попусту не стреляй из него – может пригодиться в любой момент. В каждой обойме по пятнадцать патронов и того у тебя их будет всего сорок пять, – две заряженные обоймы последовали по столу за пистолетом.
– А-а если я-я-я не-не соглашусь?! – спохватился Алексей с явной надеждой в голосе. – Я-я же м-м-могу оставить К-к-кристалл и п-просто у-уйти с-с-сейчас. Пи-пистолет то т-т-теперь у-у-у меня!
– Ага, давай! – весело выпалил Джеймс, безмятежно всматриваясь в черноту дула перед собой. – Ты единственный человек, кто был в этом квартале, а значит, ты – потенциальный свидетель, которых корпорация, к сожалению, не жалует. Можешь поверить, но к тебе уже сегодня нагрянут ребята в черной форме службы безопасности и реорганизуют, как нежелательного потенциального свидетеля. А так у тебя есть хоть какой-то шанс спасти никчемные остатки человечества или хотя бы выиграть несколько дней для своей жизни, в которой ты влачишь жалкое существование. Так что, тебе решать!
Жилы на руке напряглись, и Алексей со всей ненавистью сжал светящуюся стекляшку в кулаке. Та тут же прыснула вспышкой яркого света, пробившегося сквозь сжатые пальцы, и утихла. Со злостью, отпечатавшейся на его лице, он швырнул ее обратно в футляр. Глухой щелчок, и Кристалл вновь оказался надежно заперт в сине-стальной камере, которую он покрутил еще несколько секунд на столе в глубоких раздумьях, а в это время, проявляя невероятную терпимость, Джеймс ждал, не дрогнув ни одним мускулом своего лица.
Было слышно по выражению Алексея, как заскрежетали все шестеренки у него в голове, запустив застоявшееся серое вещество, пытающееся найти единственно правильное рациональное решение в сложившейся непростой ситуации. Так быстро генератор его мыслей давно уже не работал, и мысли, мгновенно сменяя одна другую, словно живая рыба, выскальзывали из рук его цепкого разума:
Что он вообще теряет?!.. Любимую девушку?!.. работу?!.. жилье?!.. да она его бросила еще пару лет назад… несколько приводов в полицию и… черт, да эта сучка предпочла выйти замуж за сына директора подразделения!.. и его упеку на несколько лет за решетку,… вот все-таки меркантильная стерва, хоть и любимая!.. а тогда плакала даже его хреновая работа,.. о, нет! еще и три кредита, блииин!.. да и бабушкину квартиру он тогда тоже потеряет… (он понурил голову)… да у него кроме проблем, кредитов и крохотной квартирки больше ничего и нет… а если Джеймс все же прав, то…то люди корпорации придут за ним уже сегодня вечером… бежать?!.. тогда он потеряет уже абсолютно все!.. куда?!.. да из всего ценного, что у него и есть, то только квартира… куда?!.. черт, ему же только что сказали… так есть хоть какой-то шанс спастись… а там, может быть, и проблемы останутся далеко позади,.. как же он все-таки устал от этой невыносимой рабской жизни!.. как и этот проклятый Кавказ!.. решено!.. решено?!.. да!.. Черт, ДА!
– ХО! – воскликнул он без всякого энтузиазма сухим голосом, взяв футляр со стола и спрятав в карман брюк. – Офигеть! Вы даже не оставили мне никакого выбора: ни вы, ни моя долбанная жизнь. Жестоко!
– Что?!..
– Жестоко! – недоуменно повторил Алексей, но до него сразу же дошло: – Ааа… Понятно – вы давно не были в нашей колонии. ХО означает «хорошо».
– Ну, теперь мне все ясно! – улыбнувшись, произнес Джеймс. − Но, прежде чем ты выйдешь в эту дверь, и мы больше никогда не увидимся, есть еще две вещи, которые я должен тебе сказать. Первое, – он указал на планшет, – его никто не сможет отследить со спутника – в свое время я над этим постарался… Так, на всякий случай. Используй его только по необходимости, так как заряда аккумулятора у него осталось меньше, чем на сутки. А подключать к нему какую-нибудь зарядку, кроме оригинальной, нельзя – сразу же рванет. Меры предосторожности, сам понимаешь! И второе, − улыбка на его лице стала еще шире, – выправь футболку, а то не успеешь и три квартала пройти, как тебя загребет полиция.
– Твою же мать!.. – и его лицо побагровело, пока он наспех доставал мятую футболку из потрепанных брюк: еще не успел выйти, как уже сильно опростоволосился перед человеком, возложившим на него столь большие надежды. Как же он тогда сумеет доставить Кристалл через пол Земного шара?!.. – Так не заметно?
– Теперь отлично! Тебе пора! – он протянул руку Алексею на прощание.
Тот пожал ее и, не заставляя себя долго ждать, вышел, оставив Джеймса в угрюмом одиночестве, с его тяготеющими мыслями и неискупленными грехами, дожидаться людей из корпорации. Ведь бежать ему уже нет смысла, да и некуда. А лишних два-три часа для его столь бурной жизни в прошлом ничего не решат.
Спустя почти полтора часа раздался приглушенный взрыв. Это в щепки разнесло двери главного входа в ПТУ. Несомненно, за ним пришли. Теперь осталось дождаться, когда его найдут. Только то, что им нужно, у него уже, к счастью, нет. И сейчас оно удаляется от этого место все дальше и дальше с каждой минутой. Остается надеяться, что его еще долго будут искать по темным коридорам обветшавшего здания. А это, в свою очередь, даст дополнительное время для Алексея добраться до порта в северной части полуострова. Место, откуда возможно покинуть мегаполис Кавказ незамеченным. Он же, тем временем, постарается, насколько возможно, подольше задержать наемников корпорации. Все равно, терять уже нечего! Тем более что выход у него из этой ситуации, в итоге, всего лишь один.
Но долго его не заставили ждать. Не прошло и пяти минут, как шаги нескольких человек (вероятно четверых, постарался он сосчитать), едва уловимым эхом отдающиеся от стен, стали приближаться по коридору в сторону его коморки. Скрип!.. Кто-то неудачно наступил на шаткую сгнившую половицу в полу. «Надо было идти вдоль стен, придурки!» – выругался он шепотом, будто это его сейчас отряд, продвигаясь вперед, только что совершил раковую ошибку, которая могла бы стоить им жизни. Он выключил светильник; и комната теперь с трудом освещалась тусклым солнечным светом, сочащимся через щели меж усохших досок, которыми наглухо было заколочено небольшое окно под самым потолком.
Резкий скрип! Дверь в соседнее помещение приоткрылась… Суета где-то там за стеной… Легкие шорохи… Шепот людей… И вновь тишина, только еле слышимые шаги двинулись дальше по направлению к нему. Вновь скрипнул пол! Но уже рядом с его дверью. Вот и все! Джеймс достал еще один пистолет из-за спины. О том, что в нем единственная оставшаяся у него пуля, знает только он сам. Придется максимально блефовать! И уставился на ручку двери, очертания которой становились все отчетливее по мере привыкания глаз к темноте.
Не успели еще глаза полностью адаптироваться к темноте, как ручка двери медленно, сначала даже едва заметно, пошла вниз. Несознательно он затаил дыхание, направляя под столом ствол пистолета на дверь.
– Да входите вы уже! – выдохнул он ледяным тоном, когда дверь немного приотворилась. – Не бойтесь! Стрелять не стану.
Через пару секунд три красных луча мгновенно скользнули вдоль комнаты в сторону Джеймса. Он посмотрел на грудь: три яркие точки были нацелены ему в сердце, трепеща среди складок его рубашки. Только потом вошел четвертый человек в черном костюме. Его не возможно было не узнать! Характерная манерная походка выделяла его от всех. Белые зубы сверкнули в темноте, как и белки его глаз.
– Отставить поиски! – скомандовал Ник в микрофон на штанге переговорного устройства. – Мы его нашли на втором этаже правого крыла.
– Теперь ты у них «Большой Босс»! Как тебе нравится такое повышение?
– Я еще не успел в полной мере ощутить все его прелести. У меня пока даже нет заместителя.
– А как же Вилл? – искренне изумился Джеймс. – Мы же всегда рассматривали его кандидатуру.
– Не поверишь, но он – отказался! Предпочел все также подчищать дерьмо за нами… Извини, теперь уже только за мной! – постарался съязвить он.
– Это точно! Надеюсь, власть тебя не испортит, в конце концов! Ты хоть понимаешь, зачем я украл эту стекляшку стоимостью в несколько миллионов эйджов?.. И что это вообще за хрень мы нашли там в песках?
– Не-а! Да и мне как-то плевать на все это! Я лучше бы сейчас отдыхал спокойно где-нибудь…с тобой, а не играл бы в «кошки-мышки» по территории Кавказа, где один из нас будет должен, в конце концов, умереть. А тот бред, что нам дали изучить про Кристалл, ты разве в него веришь? – рассмеялся Ник, сверкнув двумя рядами жемчужин в темноте. – Это же полная чушь!
– Я тоже так думал, пока не взял в руки этот Кристалл… – он хотел было рассказать большее, но осекся, ведь его друг совершенно не поверит в то, во что он и сам, пока чудом не протрезвел в одно мгновение, не сразу-то смог поверить после того, как «Слеза Богов», лежа на его ладони, в то время пока Ник беспамятства свалился от усталости и большого количества спиртного, показала ему весьма жестокое для человечества будущее с ней и гораздо прекраснее без нее, а теперь ему и вовсе приходилось видеть вспышки видений из ближайшего будущего, поэтому и встреча с Алексеем не была для него такой уж случайной. – Корпорация может даже недооценивает его подлинной силы, ко…
– Хватит! – резко прервал он Джеймса. – Ты, видимо, совсем рехнулся с этой работой! Это простой кусок стекла, за которым я пришел. А теперь, если хочешь умереть быстро и безболезненно, отдай мне немедленно футляр. Ведь ты же знаешь, я все равно его заберу и не важно, чего это будет стоить мне. Поэтому отдай Кристалл! По-хорошему!
– Дай подумать! – спокойно произнес он.
– О чем?! – гневно взревел Ник. – Или ты полагаешь, что, наставив на нас ствол под столом, это даст тебе хоть какие-то шансы на спасение?! Тогда ты реально спятил, дорогой мой друг!
– Нет, – еще спокойнее прозвучал голос Джеймса, – я в полном порядке… Больше того, чувствую себя теперь даже намного лучше! Просто размышляю о том, что ты будешь делать, если скажу, что его у меня нет.
– Ты же сам прекрасно знаешь все методы, используемые в корпорации. Так что, бессмысленно пытаться скрыть от нас хоть что-нибудь.
– Знаю, поэтому ничего и не скрываю. Его у меня реально нет! Я даже понятия не имею, где он сейчас находится, и знать не хочу.
– Вранье! Джеймс, думаешь, я поверю в этот бред, что ты сейчас несешь?! – он уже закипал от злости, а его друг все также был невозмутим и непоколибим.
– Тебе решать! Ведь ты достаточно долго знаешь меня, – и улыбнулся.
Вот и все! Тянуть время больше не получиться. Он вновь посмотрел себе на грудь. Слава богу, целиться они умеют, а значит, смерть наступит достаточно быстро. Рука под столом крепче сжала рукоять пистолета, жилы напряглись. Есть только один выстрел, один шанс!
– Взять его! – скомандовал Ник, услышав приближение своих людей по коридору, и сделал шаг в сторону от двери. – Меня, как друга, он не станет убивать. Ты уже давно стал слишком мягкотелым, дружище, – бросил он ему, пока солдаты все еще мешкали. – Я приказал взять его! Или я все должен делать за вас?!
Едва солдаты двинулись с места, раздался оглушительный выстрел, эхом разразившийся по всему зданию, и тут же еще три. Джеймс рухнул лицом на стол; кровь потекла по столу. Все оцепенели, только Ник кряхтел, яростно стиснув свои белоснежные зубы, и держал обеими руками простреленную ногу чуть выше колена. В комнату влетело еще два человека, держа винтовки наготове, но все было уже кончено.
– Какого черта! – процедил он сквозь зубы, закрывая кровоточащую рану. Если б его цвет кожи не был черным, все б заметили, как он резко побагровел от злости. – Кто давал вам команду стрелять?!.. А?!.. Ммм… Твою мать, он нужен был нам живым! Если он не солгал, то где теперь искать этот гребанный Кристалл?!.. Ммм… Или вы мне скажет, а?! Обыскать его!.. И медика сюда. Живо! Ммм…
Двое солдат тщательно обыскали обмякшее тело его друга, но, кроме бумажника с кучей различных цветов карточек, ничего больше не нашли. Они трижды перерывали карманы и не только, но – безрезультатно. Футляр исчез.
– Как ничего?! – взорвался Ник, когда медик заканчивал перевязку его правой ноги. – Дебилы! Я…я не знаю, что с вами сделаю! А если не найдем Кристалл, пойдете на дно вместе со мной, тупоголовые овощи! Планшет…его планшет тоже не нашли?!
– Нет, сер! Ничего, кроме набитой карточками визитницы.