– Она почти всегда стоит в травяном ковре, – добавила девица с другого конца поляны.
– Идешь в низину поглубже, вырезаешь ножом лунку и пьешь сколько влезет, – заключил главный хулиган по имени Стугос. – Только дождись, пока отстоится. Без песка вкуснее.
– Правда? – хмыкнул я. – Буду знать! Тогда вопрос номер два: на вашей планете есть оружие, есть деньги, есть богатые и бедные. Как часто случаются факты убийства и воровства?
– Говорят, такое случается, – взяла слово зеленоглазая. – Но очень редко. У нас преступления – это дело бесполезное. Рейнджеры, бергамотская гвардия и кассийские Бастионы найдут кого угодно, а пещерные стражи всегда узнают правду – и правосудие восторжествует.
– И что грозит, например, убийце? – на всякий случай спросил я, передернув плечами.
– Виновный отправляется на северные берега Великого озера, к ведьме Унаги, а оттуда не возвращаются, – отрапортовала девочка.
– Ух ты! Что за ведьма?
– Никто не знает, – ответила ученица. – Я же говорю, что оттуда никто не возвращается. Ей приводят преступников, и она их забирает навсегда. Моя тетка слышала от своего бывшего хахаля, который служил в конвое, что преступника проглатывает дерево, в которое превращается ведьма. Так ли это на самом деле, проверять дураков нет.
* * *
Из таверны еще слышались голоса. На стенах были видны силуэты прогуливающихся парочек. Инструктор же брел наугад по скверам и галереям, изо всех сил стараясь заблудиться в крошечном городке, который он знал как свои пять пальцев.
Была уже почти ночь, которую Эму должен был где-то провести, но мысль о возвращении в инструкторскую каюту, где он переживал первые дни после потери Астры, казалась почти отвратительной. Кассийский лидер готов был спать хоть в сарае, хоть в хлеву, лишь бы о недавней гибели возлюбленной напоминало как можно меньше окружающих вещей.
– Уходите отсюда оба! – после звука отъехавшей двери послышался раздраженный голос Анхел.
Услышав это, Эму зачем-то нырнул в тень.
– Почему оба? – ответил ей Арго. – Пусть он уходит! Мне надо с тобой поговорить!
– Во-первых, ты пьян, а во-вторых, мы с тобой уже все решили! Нам не о чем говорить!
«Как взрослая», – прошептал сам себе инструктор.
– Я могу зайти в другой раз, – донесся до его ушей голос Эрика.
– Не трудись. Я не хочу тебя видеть!
– Вообще не подходи к ней! – развязно добавил Арго. – Это моя женщина!
– А к нашей Мирке ты тогда зачем приходил? – парировал Эрик. – Хочешь себе много женщин?
– Замолчите оба и идите отсюда, – вздохнула Анхел. – Как же вы мне надоели!
– А вот это не твое дело! – сообщил Арго.
– О! Ты научился открыто отстаивать свои интересы, как велел тебе хозяин? – насмешливо произнес Эрик, копируя интонацию Милоша, словно попугай. – Или так ты хочешь вернуть уважение к себе?..
Послышался звук крепкого удара и падения тела.
– А ну стоять! – вскрикнула девушка.
– Ты его защищаешь?! – возмутился Арго.
– Отойди!
– Ну ладно тебе… – примирительно протянул тот.
– Не заставляй меня!
Когда щелкнул оружейный предохранитель, Эму понял, что пора вмешаться, и вышел в луч света. Эрик валялся на мостовой.
– Развлекаетесь? – спокойно поинтересовался учитель. – Вам понятным языком сказали, чтобы вы проваливали. Почему вы еще здесь?
– Ну… как? – пожал плечами Арго.
– Ну, так! – с назидательностью в голосе ответил Эму и выудил пистолет из кобуры капитана. – Хороший удар. Но ведешь ты себя плохо, друг мой. Очень плохо. Анхел, посиди в доме!
Та молча повернулась и закрыла за собой дверь, после чего на ручке загорелся крошечный красный индикатор: «Заперто».
– Он меня спровоцировал! – с усилием вымолвил Арго, показывая пальцем на поверженного соперника.
– Тебя вообще не должно здесь быть, – с издевательским спокойствием объяснил инструктор. – Отныне ты имеешь право подходить к ней только в рабочее время и трезвым. Спирт в медотсеке больше не пить. Иди домой и спи. Это приказ. Выполнять. Немедленно.
– Да, мастер, – буркнул главный врач и побрел к цитадели.
– Зубы на месте? – Эму подал руку Эрику.
– Вроде бы да. – Парень помотал головой, приходя в чувства.
– Ты тоже иди домой!
Внезапно Эрик вскинул на чужого инструктора свой цепкий взгляд и словно разом увидел все, чего Эму и сам о себе не знал.
– Ты сам к ней пришел, да? – шмыгнув кровью, улыбнулся новый кассийский скульптор.
– Ну, допустим, и что?
– Нет, ничего… Интересные порядки тут у вас!
– Ты еще не видел наших самых интересных порядков, – сообщил хозяин города. – И к моим капитанам лучше вообще не лезь. Костей не соберешь. А не нравится – можешь валить обратно к себе на завод. Ни тебя, ни твоих соплеменников здесь никто не держит.
Когда Эрик, вытирая нос рукавом, скрылся за углом, Эму замер у входа в мастерскую клана «Ганимед», анализируя то, что произошло. В этом конфликте мог погибнуть человек, а он спрятался и ждал развязки. В последний вечер перед тяжелым, опасным походом Эму вдруг понял, что не знает, чего ожидать от себя в реальном бою. Сможет ли он нанести удар? Сможет ли выстрелить во врага? Могут ли его партнеры всерьез рассчитывать на его помощь? Не слишком ли он слаб для всего этого?
На двери мастерской горел красный огонек. Эму так хотелось увидеть хозяйку этой мастерской. Возможно, в последний раз. Но он так и не решился постучать в ту дверь. Постучал в другую.
– Что ты здесь делаешь? – открыла дверь сонная Аурора, завернутая в одеяло.
– Шатаюсь, – честно ответил Эму. – Мне не спалось, дай, думаю, загляну. Не знал, что ты уже легла, прости!
– Нет, стой! – Она схватила учителя за руку. – Заходи. Я рада, что ты пришел.
– Ты одна?
– В том-то и дело. Такое удачное совпадение.
Качаясь, словно на ветру, девушка прошла в свою спальню и рухнула на огромные, как кресла, подушки, сваленные в угол рядом с невероятно большой кроватью.
– Нервничаешь перед началом пути? – спросила Аурора, потирая заспанные глаза.
– Есть немного. Нет, не подумай ничего! Я прекрасно себя чувствую. Сегодня на совещании я сорвался на Грабовски. Думал, убью. А старик как-то поговорил со всеми нами, и я успокоился. Вообще успокоился, понимаешь? Даже как-то не по себе от этого. А завтра еще и уезжать надо, вот я и дергаюсь. Тут еще у Анхел происшествие было.
– Что у нее опять стряслось?
– Да парни ее штурмуют. Арго и Эрик пришли к ней одновременно. Один под мухой, другой дурно воспитан. Ну, наш доктор ему и прописал.
– Весело! – засмеялась Аурора.
– Ну, ничего, разберутся. За Анхел вот только неприятно. Ни к чему ей это все в такие непростые времена. Заперлась у себя. Сидит…
Аурора с интересом рассматривала его какое-то время, а потом сообщила, плохо ворочая языком:
– У меня в рефрижераторе питье есть особое. Принесешь?
Эму дошел до небольшой смежной комнаты, где находился уродливый кубический холодильник, грубо склепанный людьми Адона из стальных листов. Внутри оказалась колба, заткнутая умбеллоксовой пробкой.
– Что за питье?
– Не бойся! Не отравлю, – хихикнула Аурора.
Учитель налил небольшое количество темно-коричневого напитка в пару стальных кружек и уселся рядом с девушкой, еле прикрытой одеялом.
– Ну что? – Аурора высвободила руку и взяла бокал. – За ваш поход?
– Нет, – беззаботно мотнул головой Эму, украдкой разглядывая прекрасное тело ученицы, по которому, словно млея от удовольствия, скользил свет фонаря, сочившийся через форточку. – За тех, кто будет ждать нас дома.
– Хорошие слова, – промурлыкала хозяйка праздника холостяков. – Мне приятно.
Глупо улыбаясь ей, Эму пригубил жгучую ароматную жидкость.
– Отличная штука! Что это? Что туда входит?
– Поверь, лучше тебе не знать, – с такой же легкомысленной улыбкой ответила Аурора. – Пей!
– Скажи хоть, как это называется?
– Не знаю. Пока никак… – Аурора впилась своим шикарным, слегка порочным взглядом в лицо Эму, пристально изучая его впечатления от напитка. – Хорошо.
– Что хорошо? – стал задыхаться Эму, когда босая ножка Ауроры игриво скользнула по его колену.
– Мне хорошо оттого, как ты реагируешь на этот напиток. Давай назовем это «Первый раз»…
– Наш с тобой первый раз?
– О, да…
* * *
– …Мелкота была под сильным впечатлением от него! – указывая на меня, объявила Эра моим друзьям.
Мы вшестером сидели на уютной площадке в скалах, куда прямо с верхних этажей замка вел тесный лаз. На сырых после вечернего шторма камнях ребята развели костер и учили меня жарить над углями кусочки моллюска, который называется «вещий язык», или, в просторечии, «сабио».
Локоны и челки моих юных приятелей и приятельниц шевелил мягкий и невыносимо свежий ветерок. Отступающий к западу грозовой фронт открывал в небе гигантский, слегка ущербный Хеопс, на котором еще наблюдалась тень от Диско, заметно съехавшая к наиболее освещенной стороне большой планеты. В ее теплом неярком свете, с отблесками костра на лицах местные юноши и девушки казались героями восхитительных фантазий. И каждый раз, когда я силой возвращал себя к мысли, что никакая это не фантазия и что я, слишком взрослый, слишком чужой, слишком некрасивый, побитый и потрепанный инопланетянин, действительно нахожусь в этой компании в таком месте, куда вообще мало кто допускается, мне становилось почти больно. Грусть и досада грызли оттого, что общаются со мной эти ребята, возможно, из чистого любопытства. А любопытство обычно очень быстро проходит.
– И что же сказали малявки про нашего пришельца? – спросил Рино.
Рыжий бандит сидел подозрительно близко к хозяйской дочке. Почти плечом к плечу. Как будто они всего декаду назад и не были заклятыми врагами.
– Во-первых, дети полчаса расспрашивали меня о его внешности.
– Еще бы, не лицо, а одна сплошная гематома. И поверх очки со стразами! – отшутился я, старательно маскируя новый укол досады.
– Ничего не заметно, – успокоила меня Ника. – У тебя уже почти все зажило. И потом, синяками здесь никого не удивишь. А стеклянная маска – вещь хорошая. Дашь поносить, если в глаз получу?
– Обязательно, – небрежно пообещал я и повернулся к старшей девушке: – Так… что там дети?
– Они нашли очень привлекательной твою внешнюю нестандартность.
– Еще бы, – выкрикнула Пэт. – Сразу видно, что человек необычный.
– Должно быть, все земляне красивые, – задумчиво пробубнил Фил. – Вот Марина, к примеру…
– Только она старовата для тебя, – будто бы между прочим сообщила Ника.
В ответ на это парень густо покраснел. Что касается меня, чуть только разговор зашел о моей землячке, как я тут же вспомнил, что у меня осталось несколько ее сигарет. Пока я прикуривал от головешки, пытаясь осознать, что я только что о себе услышал, Эра продолжала свой рассказ:
– Относительно характера Комарова дети высказались довольно противоречиво. Мальчишки сочли тебя медлительным и безвольным, но забавным, а девочки решили, что ты можешь представлять для них угрозу.
– Интересно, почему? – возмутился я, выпуская облако табачного дыма.
– По их мнению, ты слишком быстро вызываешь доверие.
Рино захохотал.
– Ну-ка, отсядьте все от него!
– Да, поосторожнее с ним! – Ника мгновенно переадресовала шутку своей подруге Пэт.
– Не бойтесь! – ответила брюнетка. – Пока я здесь, он вас не тронет.
Девушка прильнула ко мне и принялась кормить поджаристым кусочком сабио прямо с обугленной палочки. Прежде чем я успел среагировать на этот грубый знак внимания, шипящий моллюск закапал жиром рукав моей куртки. Следующие пять минут все громко смеялись над бергамотянкой, предположив, будто она специально меня пачкает, чтобы потом был повод постирать мои вещи. Друзья окончательно смутили бы ее, если бы я не потребовал, чтобы Эра все-таки договорила.
– …А на основе вопросов, которые задавал им ты, дети сделали вывод, что ты совершил что-то противозаконное и собираешься прятаться в лесах от наказания.
– Просто они не знали, почему это так меня интересует. Сам чуть не загремел к этой вашей ведьме… Как ее там?
– Унаги? – тихо спросила Ника.
– Вот-вот!.. – глубоко затянувшись дамской сигаретой, кивнул я. – У вас тут еще и ведьма имеется. Не планета, а какой-то сумасшедший парк аттракционов.
– А ты спрашивай, – предложила Пэт. – Не стесняйся. Я тебе объясню.
– Спасибо.
Я повернулся к ней, чтобы посмотреть, правда ли она со мной кокетничает или мне это только показалось. К сожалению, в этот момент ей понадобилось подойти к вязанке хвороста и наломать немного для поддержания костра.
– Сумасшедший? – удивился Рино. – А по-моему, с нами-то как раз все ясно. Скажи лучше, что ты сейчас делаешь?
Он уже минуту, не отрываясь, следил за мной глазами, и это сильно мешало мне пялиться в декольте Пэт, подбрасывающей в огонь тонкие палочки.
– Курю, – буркнул я, выпуская в ночной воздух новую струйку дыма.
– Это вкусно? – захихикал рыжий.
– Не очень.
– Это полезно?
– Нет, это очень вредно.
– А зачем тогда?
– Не знаю. Дурная земная привычка.
– Вот видишь? Нашу планету ругаешь, а сам ерундой какой-то занимаешься. И даже сказать не можешь почему!
– Тоже считаешь, что я странный?
– Очень.
* * *
По утреннему сигналу бортовой системы Эму вскочил так резко, что обязательно вылетел бы в окно, если бы оно было в спальне Ауроры. Быстро вспомнив, что произошло, он прислушался к своим ощущениям. Долгая страстная ночь оставила после себя лишь удовлетворение. Ни мук совести, ни нарушенного траура, ни поруганного профессионализма. Пока он поспешно напяливал на себя одежду, девушка не произнесла ни слова, а только смотрела на него из-под одеяла одним глазом.
– Просто скажи мне… – остановился в дверях Эму.
– Что?
– Скажи, что мы поступили правильно.
– Поведение инструктора является эталоном, – четко произнесла в ответ Аурора. – Любые слова и поступки инструктора верны и справедливы.
– Ты это помнишь? – удивился Эму.
– Не помню. Я всегда это знала. – Она зарылась лицом в подушку. – А еще я всегда хотела, чтобы ты пришел, и мне сейчас очень хорошо. Все остальное меня не волнует. Иди, тебя ждут.
Тяжелые тучи, громоздившиеся в небе словно белые горы, медленно отползали, уступая место бледно-бордовому Хеопсу. Нижний край небесного тела горел ярким огненным полумесяцем, воинственно вздымавшим свои рога точно в зенит. Вот-вот должно было показаться солнце. В это утро автомобиль и четверо всадников на крупных мохнатых животных выехали из портала и направились прочь от городских стен.
Раскачиваясь в седле и созерцая девственные просторы Диско, кассийский инструктор впервые за долгое время не принимал решений, не анализировал и не отдавал приказов. С глупой улыбкой, которую никто не видел, он вертел головой по сторонам, поглощая плывущие навстречу все новые и новые пейзажи. Пожалуй, лишь эта еле заметная улыбка отличала Эму от узлов и сумок, притороченных к седлам могучих волосатых трирогов, скачущих по устланным плотным травяным ковром равнинам.
Все беды, проблемы, конфликты и прочие дрязги, завладевшие в последнее время народом Кассии, остались где-то далеко позади. Поблизости были лишь рядовые, которых Эму выдернул из их кланов и лично переучил для работы в поисковой группе.
Сандра, лучший снайпер из группы «Сафари», Брутан Бастион, гвардеец со шрамом на лице, и Хельга Харон из клана кузнецов, – все трое ластились к инструктору, как ручные зверьки, не заставляя особо сомневаться в их лояльности. Учить их было нечему, а к задушевным беседам с этими людьми Эму был не расположен. Все, что от них требовалось, это делать свое дело и не тревожить учителя, с головой погруженного в вялый бессвязный процесс переосмысления своих отношений со всеми представителями генофонда.
Как ни странно, ненавистный до недавнего времени коллега Милош и отвратительно уродливый пилот Уди, которые тряслись в самодельной машине где-то неподалеку, воспринимались кассийским инструктором как фигуры, уравновешивающие в этой группе соотношение между людьми разной природы. Этот хрупкий баланс, диковинные пейзажи, глухой стук копыт и свежие воспоминания о «Первом разе» с Ауророй составили лучший на тот момент походный набор в голове Эму.
Всадники и машина двигались на значительной дистанции друг от друга, и за десять часов участники экспедиции не обменялись и десятком слов. По северным берегам они обогнули два озера, которые отделял друг от друга лишь узкий скалистый перешеек, поросший лесом, и выехали к подножию внушительной горной гряды.
– Привал! – завопил Уди, развернув машину поперек движения. – Будем готовиться к ночлегу!
– Странно слышать это в час дня, – не пытаясь задавать лишних вопросов, прокомментировал Брутан.
– Это вам за городскими стенами странно, – надменно бросил Милош, лениво выползая из машины. – А в лесу ночь наступает с началом шторма.
– А почему нельзя идти дальше? – спросила Хельга. – До шторма еще есть время.
– Потому что нам нужна здесь воздушная разведка, – ответил Эму, расстегивая упряжь. – А сегодня с полетами мы уже опоздали. Ветер поднимается.
– А если мы поедем дальше, то уйдем слишком далеко и пропустим целый квадрат, – добавила Сандра, ожидая похвалы учителя. – Правильно?
Инструктор сделал вид, что не расслышал.
– Хорошо, что мы не стали объезжать это озеро с южной стороны, – глядя на крутой скалистый берег, задумался Уди. – Мы ни за что не прошли бы там.
– Да, – держа в руках седло, подошел к пилоту Эму. – На карте все кажется намного проще. Есть мысли, что будет с озером во время этой бури?
– Волна будет очень высокая. Восточный ветер, западный берег, низкая гравитация.
– А до нас не достанет? – снова приблизилась к учителю Сандра. – Не слишком ли мы близко?
– От нас до озера больше километра, – издалека крикнул ей Милош. – Не должно.
Стреножив терникорнусов, чтобы те не сбежали, кассийцы присоединились к трапезе экипажа тарантаса. Каждый участник экспедиции то и дело посматривал на местных трехрогих зверей, наблюдая за их поведением перед ураганом: все-таки более опытных в этом деле существ в составе команды не было. Время шло, погода портилась, а трироги продолжали мирно пастись, не обращая внимания на стихию, будто желая утаить от человеческих глаз свои секреты.
Наконец, уложив седла и непромокаемые мешки с пожитками под автомобиль, притертый вплотную за мощными валунами, всадники залегли у больших деревьев с подветренной стороны. Уди и Милош предпочли остаться у машины.
Скоро небо заволокло тучами, и стало темно. Поворочавшись, Эму устроился поуютнее среди толстых корней и принялся наблюдать за надвигающейся непогодой. В нарастающем ветре полетели тучи пыли, камушков и веточек, а парой минут позже стали ощущаться крупные капли дождя. Когда от чудовищных порывов ветра натужно заскрипели древесные стволы, в корневище рядом с инструктором появилась Сандра. Бухнувшись рядом, девушка обхватила Эму рукой и начала ощупывать в районе пояса.
– Что ты делаешь?! – заорал ей Эму сквозь вой шторма.
– Хочу проверить, как ты привязан! – так же громко ответила она.
– Я не привязан! – почти на самое ухо крикнул он ей.
– Так я и знала! – Она расстегнула один из вспомогательных ремней на его штанах, примотала к ближайшему корню и защелкнула карабин на каком-то свободном кольце. – Вот! Так будет надежнее!
В старом, поросшем мхом корневище хватало места им обоим. Холодный ветер и дождь, летевший по ревущему воздуху почти горизонтально, заставили учителя и охотницу плотно обхватить друг друга руками. Дыхание девушки, спрятавшей свое лицо у его шеи, хорошо согревало, и вскоре он понял, что ему будет еще теплее, если он сделает так же.
Скоро по траве и по грунту сплошным ручьем потекла грязная вода. Ледяные струи мгновенно намочили всю одежду и обувь, забрались в рукава и за пазуху. Холодно было так, что заломило суставы. Еще через какое-то время воды стало столько, что, лежа на боку, было сложно не захлебнуться.
– Это нормально?! – проорал Эму Сандре, более опытной в лесных ночевках.
– От дождя так не бывает! – ответила та, и из ее рта вырвалось облако пара.
Закоченевшими руками они стали хвататься за корни и подтягиваться повыше, чтобы вода не попадала им в лицо.
– Это озеро! – заключил Эму. – Оно вышло из берегов!
Вместо ответа девушка кивнула учителю, предлагая взглянуть на что-то необычное.
Эму повернул голову в ту сторону, куда указала Сандра. Рядом с деревом, легко справляясь с течением, плавало нечто среднее между креветкой и сомом длиной чуть меньше метра. Существо, не обращая внимания на непогоду, лакомилось мелкими моллюсками, которых несло из озера.
– Хорошо, что хоть кому-то хорошо! – только и успел произнести Эму, как диковинная тварь пустилась наутек, спасаясь от какого-то темно-зеленого тритона, не сильно превосходившего ее в размерах.
Когда ветер начал стихать, а дождь снова стал похож на дождь, инструктор отвязал свой ремень от коряги и встал на ноги, преодолевая тяжесть мокрой насквозь одежды. Эму продрог так, что двоилось в глазах, и дальше валяться в ручьях ледяной воды было уже небезопасно.
Вымокший и озябший мир вокруг Эму терпеливо и понуро ждал окончания шторма. Все четыре трирога лежали на брюхе, развернувшись к ветру и упершись крупами в стволы деревьев. Их глаза были прикрыты, и казалось, что им совершенно наплевать на какой-то там шторм. Уди и Милош, одной рукой придерживая пожитки, чтобы они не уплыли, отрывали от своей одежды нечто смахивающее на пиявок.
– А где Брутан и Хельга? – оглянулся кассийский инструктор по сторонам.
– Должны были быть вон за тем деревом, – подошла к нему Сандра.
– Как ты думаешь, они были привязаны? – Учитель машинально поднес руку к уху, чтобы включить гарнитуру, но тут же вспомнил, что перед штормом лично упаковал все рации в непромокаемый мешок.
– Думаю, что нет, – пожала плечами Сандра. – Ты же им об этом ничего не сказал.
– Кажется, их унесло. – Эму напряг зрение, чтобы разглядеть что-нибудь сквозь плотную пелену осадков и тумана. – Брутан!!! Брутан!!!
– Даже если они где-то рядом, то им тебя все равно не слышно из-за шума дождя, – остановила его девушка.
– Надо ехать на поиски!
Кассийский инструктор направился к машине заводчан, под которой были спрятаны седла. Из-под автомобиля ему широко улыбнулся Милош:
– Славная нынче погодка!
– Что опять стряслось? – не оборачиваясь, спросил Уди, выжимая огромной ручищей свои рукава.
– Хельга и Брутан пропали, – объяснила за учителя Сандра.
– Мы поедем их искать. – Эму нагнулся за седлом.
– Возьми машину! – схватил его за локоть старик. – Так будет быстрее. Или хочешь, я поведу?
Эму разогнулся и посмотрел сначала на девушку, потом на Милоша.
– Я был бы очень признателен, если бы ты и Сандра остались с вещами, а за руль сел Грабовски. Ты ведь умеешь водить эту штуку?
– Да, конечно! – потер руки Милош.
– Ну вот, – расстроилась девушка.
– Не ной! – цыкнул на нее Эму. – У тебя спецзадание: поймай к ужину пару тех усатых зверюг, которых мы видели, когда прятались.
Машина на своих ажурных колесах держалась в лужах так же, как и на твердой почве. Отъехав от валуна, Милош с остервенением надавил на газ и обдал грязью Сандру и Уди.
– Виноват! – бросил он через плечо, когда в ответ на его неаккуратность мимо просвистел килограммовый ком глины. – На самом деле ты зря отказался от помощи Уди. Да, он уродлив, но он хороший человек. – Грабовски укоризненно посмотрел на своего коллегу.
– Именно поэтому я оставил с Сандрой его, а не тебя, – бросил Эму, не удостоив Милоша ответным взглядом.
Крик учителя разносился по обширным каменистым предгорьям и застревал в свежих листьях больших незнакомых деревьев. Вода начала уходить, оставляя на траве тела мелких озерных обитателей и куски водорослей. На легкую добычу слетелись тучи небольших пернатых ящериц. Инструкторы проехали несколько километров на запад, но так ничего и не обнаружили.
– Тучи уходят, – произнес наконец Милош. – Если они не ранены, то, возможно, сами вернутся к лагерю, ориентируясь на дым от костра.
– А если не вернутся? – Эму перестал вертеть головой.
– Тогда мы можем искать их тут целую вечность. Пространства огромные. Течение было сильным. Черт знает, куда их могло унести.
– Ладно, – хлопнул Эму по поручню. – Давай возвращаться.
Найти обратную дорогу по следам, оставленным уходящей к озеру водой, было несложно. Пройдя относительно плотное скопление деревьев, машина пружинисто выскочила к пасущимся трирогам. Звери с аппетитом поглощали и моллюсков, и рыбешек, и тритонов, и водоросли.
На валунах, у которых во время шторма прятались Милош и Уди, в теплых лучах предзакатного солнца сушились различные предметы одежды. На размокшем грунте уже горел костер, а Сандра, Хельга и Брутан швырялись друг в друга водорослями и громко смеялись.
– Ты посмотри на них! – притворно сдвинул брови Милош и спрыгнул с высокой подножки. – Мы их тут ищем, с ног сбились, а они развлекаются!
– Где вы были? – сурово спросил Эму. – Вас унесло?
– Да, но недалеко, – ответил Брутан.
– Это из-за меня, – опять поспешила выгородить парня Хельга.
– Решили потискаться под шумок и потеряли бдительность? – засмеялся собственной остроте Милош.
– Было холодновато для этого, – с импульсивностью конвейерного робота отреагировал Брутан. – Мы зацепились вон за то дерево.
– А что ж мы вас там не видели? – недоверчиво усмехнулся Эму.
Хельга в ответ пожала плечами:
– Вы пронеслись мимо слишком быстро. Мы даже окликнуть вас не успели.
– Было весело, когда они вышли сразу после того, как вы уехали, – хрипло засмеялся Уди.
– Только зря два часа потеряли! – сплюнул Эму.
– Зря ничего не бывает, – тихо ответил ему старик. – Уж поверь мне…