Czytaj książkę: «Кризис-менеджер в Империи. Том 3: Мировой дефолт»

ГЛАВА 1: Аудит государственного масштаба

Дворцовая площадь Санкт-Петербурга тонула в утреннем сером тумане, но у массивных дверей Министерства Финансов было не протолкнуться. Чиновники в расшитых золотом вицмундирах, мелкие клерки и важные банкиры сгрудились у парадного входа, испуганно перешептываясь. Слух о том, что кресло министра официально занял вчерашний студент Академии и младший сын едва не разорившегося рода Соколовых, уже облетел всю столицу.

Мой лакированный экипаж плавно остановился у крыльца. Извозчик угодливо распахнул дверцу, и я ступил на заснеженную брусчатку. На мне был строгий, безупречно подогнанный темно-зеленый мундир министра с высоким воротником, золотым шитьем и тяжелым знаком ордена на груди. Двадцать лет — смехотворный возраст для такой должности в этой Империи. Но за моей спиной стояли не годы, а уничтоженная бизнес-империя графа Воронцова, списанная на дно Финского залива британская армада цеппелинов и личный мандат Государя.

Рядом со мной бесшумно шла Анастасия. На ней было строгое дорожное платье, а в руках она уверенно сжимала тяжелую папку с первыми отчетами Имперского Синдиката. Изменилась не только она, изменился весь баланс сил. Теперь мы играли на самом высоком уровне.

— Расступись! Дорогу его высокопревосходительству! — зычно крикнул сопровождавший нас офицер Тайной Канцелярии.

Толпа чиновников мгновенно раздалась в стороны, согнувшись в глубоких поклонах. Я шел сквозь этот живой коридор, даже не глядя на них. Мой ментальный вычислитель уже работал на полную мощность. Мир вокруг поблек, превратившись в трехмерные таблицы. Я видел ауры этих людей: у одного от кармана тянулась липкая фиолетовая нить отката, у другого — синий контур панического страха. Они все воровали. Годами. Десятилетиями. И теперь они ждали, что молодой министр начнет брать свою долю. Они ошибались. Я пришел сюда не за долями. Я пришел за полной реструктуризацией.

Мы поднялись на второй этаж и вошли в огромный министерский кабинет с окнами на Зимний дворец. За массивным столом из мореного дуба меня уже ждал Высший Финансовый Совет — семеро пожилых, вальяжных чиновников в чинах тайных советников. Возглавлял их старик казначей — князь Мещерский, человек с липкой, насквозь коррумпированной аурой.

— Ваше высокопревосходительство, Михаил Александрович, — Мещерский приторно улыбнулся, прижимая руку к сердцу. — Позвольте от лица всего министерства поздравить вас... Мы подготовили для вас традиционный приветственный адрес и... небольшие списки текущих расходов, требующих вашей немедленной подписи без лишней огласки. Сами понимаете, военное время, блокада Лондона...

Он пододвинул ко мне стопку пухлых папок с гербовыми печатями.

Я сел в глубокое кожаное кресло, не снимая перчаток, и просто положил ладонь на верхнюю папку. Мой дар-вычислитель мгновенно прошил бумагу, считывая скрытые структуры и реальные цифры, замаскированные под «расходы на логистику магического угля».

Через десять секунд я поднял взгляд на Мещерского. Мои глаза были холодными, как лед Обводного канала.

— Князь, вы дурак? — тихо спросил я.

В кабинете повисла мертвая тишина. Улыбка Мещерского замерла, а усики смешно задергались.— М-михаил Александрович... Позвольте, это официальные бюджетные статьи, утвержденные прошлым кабинетом...

— Это не статьи, это примитивное воровство уровня привокзальных наперсточников, — я с силой хлопнул ладонью по столу, так что чернильница подпрыгнула. — Вы списываете триста тысяч рублей золотом на «модернизацию рунных контуров» мануфактур в Риге. Но эти мануфактуры были разбомблены англичанами еще три недели назад! Вы переводите деньги на счета несуществующих заводов! Куда ушли эти средства, князь? В лондонские банки, которые объявили нам бойкот? Вы спонсируете наших врагов прямо из Гохрана?

Мещерский побледнел, его аура вспыхнула грязным, испуганным багровым цветом. Остальные советники начали судорожно переглядываться, понимая, что новый министр за секунду вскрыл схему, которую они прятали годами.

— Это... это ошибка в расчетах! Техническая опечатка! — заикаясь, выкрикнул старик. — Да как вы смеете! У меня связи в Высшем Совете! Мой род...

— Ваш род с этой секунды переходит в статус банкротов, — отрезал я, поднимаясь с кресла. — Анастасия, пиши приказ. Первое: князь Мещерский и все присутствующие здесь советники увольняются без выходного пособия с полной конфискацией личного имущества в пользу казны за системный саботаж и государственную измену. Второе: Тайная Канцелярия уже блокирует ваши домашние сейфы.

— Ты не имеешь права! — один из советников вскочил, выхватывая из-под вицмундира боевой амулет. Вокруг его пальцев закружилась огненная искра. — Мальчишка! Пустышка!

Он не успел договорить. Офицер Тайной Канцелярии, стоявший у двери, среагировал мгновенно — короткий щелчок затвора, и маг рухнул на ковер с простреленным плечом, истошно воя.

— Выведите этот неликвидный актив из моего кабинета, — брезгливо бросил я стражам.

Конвой жестко скрутил бледных, трясущихся чиновников и поволок их к выходу. Мещерский едва переставлял ноги, полностью сломленный моим напором.

Я подошел к огромному окну и посмотрел на Дворцовую площадь. На моем столе осталась лежать чистая кассовая книга Империи. Внутренних заговорщиков мы обнулили за пять минут. Но в этот момент в кабинет тяжело дыша вбежал посыльный из дипломатического корпуса, сжимая в руках срочную депешу.

— Ваше высокопревосходительство! Экстренное сообщение из Парижа! — выдохнул он. — Британский синдикат только что объявил о полном аресте всех золотых резервов Российской Империи во всех европейских банках. Фунт стерлингов идет на удушение рубля. Нам объявили тотальную мировую изоляцию!

Анастасия испуганно посмотрела на меня, крепче сжав пальцы на моей дощечке с отчетами.— Михаил... У нас в казне осталось золота всего на две недели автономного существования. Это дефолт?

Я обернулся к ней и цинично, хищно улыбнулся, поправляя золотые ордена на мундире.

— Нет, Настя. Это не наш дефолт. Англосаксы думают, что их международная финансовая система несокрушима? Они просто еще не проходили мою принудительную ревизию. Напиши Кацу в Бомбей — пусть начинает сбрасывать их индийские облигации. Мы объявляем глобальный маржин-колл для Лондона.