Призрачный престол

Tekst
3
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

– Лорд Андрас и капитан Макдоннелл… Те самые, с которыми мы дрались? – уточнил Дэрри.

– Да, они.

– Твои отец и воинский наставник… Сочувствую, парень.

– Пустое. К тому же, мне хочется думать, это не они настоящие, а некие твари, забравшие их облик.

– Ты в этом уверен?

– Не очень. Но от этой мысли становится несколько проще.

Гледерик коротко кивнул.

Гарет видел обычные лица – не тронутые разложением, не изуродованные смертью. Никакой замогильной бледности, что была бы свойственна, если верить сказкам, вылезшим из могилы покойникам. Впрочем, далеко не всем из присутствующих полагалось лежать в гробу – многих сожгли на костре. Среди солдат Гарет заметил двоих, накануне сбежавших из замка. Он не мог сказать, почему они здесь, вместе с остальными. Может, погибли в дороге.

Конь заржал и остановился, не желая ехать дальше.

– Двигай сюда, малец! – крикнул Макдоннелл. – Лорд Андрас хочет с тобой говорить.

– В самом деле, – подал голос лорд Андрас. – Гарет, будь так добр, слезай с лошади. Засвидетельствуй своему отцу все положенные знаки почтения. Ты и так заставил себя ждать.

Отец и капитан Макдоннеллл держались естественно – будто и не случилось последних месяцев, обратившихся в один нескончаемый кошмар. Солдаты, столпившиеся за их спиной, и вовсе о чем-то перешучивались.

– Это какой-то морок или злое колдовство, – сказал Гарет. – Я сам вас похоронил, милорд. Вырыл могилу лопатой, положил туда вместе с мэтром Бедвиром гроб и забросал сверху землей. Самого мэтра Бедвира я потом попросту сжег. Только уже один. А капитана Макдоннелла, он тут рядом стоит, хоронили мы с вами вместе.

– Ерунды не неси, а то подзатыльников навешаю, – разозлился капитан.

– Никто не умер, – спокойно сказал отец. – Тебе нездоровилось последнюю неделю, Гарет. Ты простудился, плавая в озере, и метался в горячечном бреду. Выкрикивал какую-то чушь про мертвецов, эпидемию, могилы, погребальные костры. Я сам поехал в Акарсайд за лекарем, а вернувшись, обнаружил, что ты сбежал. Выбрался из комнаты, когда слуги заснули, и угнал коня. Пожалуйста, угомонись. Я устал и хочу спать.

– А как же ваши слова? Помню, вы разрешили мне отправляться в столицу.

– Что за глупости? Не разрешал. Это, наверно, тебе тоже привиделось. Ты вечно грезишь приключениями, дальними странами, героическими подвигами. Вполне типично для молодого человека твоих лет. Вот и сочинил себе красивую историю, и сам в нее поверил. Пошли домой. – Отец сделал шаг вперед, перебросив клинок в левую руку, и протянул правую ладонь, закованную в латную перчатку. – Давай же! – прикрикнул он, видя, что Гарет колеблется. – Возвращайся в постель, иначе лихорадка вернется. Я распоряжусь насчет горячего ужина.

Гарет почти решил согласиться – когда вдруг заметил, что отец, до которого оставалось не больше десятка шагов, совершенно не отбрасывает тени. Точно также не отбрасывали теней капитан Макдоннелл и все пришедшие вместе с ним солдаты, хотя месяц ясно светил в вышине. А так, во всех прочих отношениях, совершенно нормальные люди, конечно.

Решение созрело мгновенно. Занимаясь с наследником магией, лорд Андрас первым делом научил его заклинаниям огня. В имевшихся у отца чародейских книгах говорилось, что любые темные твари больше всего боятся живого пламени и текучей воды. Что ж, оставалось проверить это на практике.

Согласно отцовским наставлениям, изначальные стихии неизменно присутствуют в мире, подобно кровяным потокам наполняя незримые артерии вселенной. Взывая к пламени, молнии или ветру, пробуждая губительный холод или жар, колдун вовсе не создает нечто из пустоты – он лишь работает с первоэлементами, перемешивая их, придавая им новую зримую форму. Именно этим Гарет и занялся. На то, чтобы очистить сознание, изгнав все ненужные, мешающие мысли, ему понадобилось около трех секунд. Отец долгими месяцами учил его входить в медитативный транс, необходимый, чтобы творить заклятья, пока это не стало привычным и естественным.

Луна, и без того светившая ясно, запылала в небе неудержимым пламенем, уподобившись солнцу. Темнота бесследно пропала, все предметы сделались ясными и четкими, как всегда случалось в такие моменты. Привычные краски поблекли и сгладились – мир разделился на черный, серый и белый цвета. Живые мертвецы, возглавляемые тварью, укравшей обличье лорда Андраса, приблизились, как если бы находились на расстоянии двух шагов. Гарет смог ясно рассмотреть каждую морщинку на их лицах, видел, как расширяются и сужаются зрачки, отчетливо слышал, как по выщербленному камню дороги скрипят подошвы сапог.

Гарет переплел ладони, сделал быстрое круговое движение кистями, щелкнул пальцами – и на всю улицу встала стена призрачного белого пламени. Оно совершенно беззвучно взлетело вверх на высоту нескольких человеческих ростов, отсекая Гарета от незваных гостей. Колдовской огонь не давал тепла, но юный лорд Крейтон знал совершенно точно, что в нем легко сгорит человеческая плоть, неважно живая или мертвая, и даже расплавится металл. Они с отцом не раз отрабатывали это заклинание – удалившись от замка на безопасное расстояние, конечно.

Живой человек ни в коем случае не смог бы преодолеть подобного препятствия.

Фальшивый лорд Андрас миновал его без труда.

Мертвец вышел из пламени, небрежно повел плечом, стряхивая догорающие искры. Его лицо на мгновение переменилось – черты исказились, потекли и смазались, словно разогретый пламенем воск. Сквозь привычный облик проступало нечто чуждое и незнакомое. Невольно вспомнилось собственное перекошенное отражение, недавно увиденное Гаретом в зеркале.

Минула еще секунда, наваждение пропало и Андрас Крейтон сделался прежним. Его глаза сощурились, губы недовольно скривились. Отец взмахнул мечом, со свистом рассекая воздух, и двинулся к сыну. Следом из огня появился капитан Макдоннелл. Этот, в отличие от лорда Андраса, шел с трудом, явно прилагая усилия – но все-таки шел. Его волосы слегка дымились, на доспехах проступила копоть. Остальных солдат покуда не было видно.

Конь бешено замотал гривой – Гарету пришлось приложить усилия, чтобы успокоить его. Лорд Андрас снисходительно усмехнулся. До него оставалось не больше десятка шагов. Лунный свет переливался на его доспехе.

– Вылазь из седла, – приказал мертвец. – Хорош гарцевать.

– Мы с вами, сударь, не знакомы, так что катитесь к демонам.

– Знакомы прекрасно. Сколько раз тебя розгами сек. Ну хватит уже кочевряжиться. Не слезешь с коня сам – стащу тебя на землю и хорошо отлупцую. За мной не заржавеет.

Гарет до середины выдвинул клинок из ножен, другой рукой перехватив поводья.

– Не приближайтесь, любезный сэр, – сказал он сухо. – Прошу по-хорошему.

Лорд Андрас дернул губы в кривом оскале и ускорил шаг, занося для удара клинок. Обнажил свое оружие также и капитан Макдоннелл. Сталь их мечей тускло блистала в рассеянном свете, отбрасываемом стеной колдовского огня. Острия клинков смотрели прямо на Гарета, который сейчас сосредоточенно вспоминал формулы прочих боевых заклятий, ему известных.

Ему не пришлось вступать в бой. Гарет так и не понял, откуда на деревенской улице появилась странная женщина в вуали, так похожая на его мать. Она будто соткалась из ночных теней, встав прямо на пути у оборотней, укравших обличье Андраса Крейтона и Дональда Макдоннеллла. В одной руке женщина держала кривую саблю, во второй – длинный кинжал, выставив их перед собой в защитной позиции. Гарету почудилось, что по стали клинков волнами перекатывается пламя.

Женщина с коротким замахом ударила саблей, метя лорду Андрасу прямо в лицо. Клинок сверкнул, стремительный как молния. Лорд Андрас рванулся навстречу, закрываясь от выпада своим тяжелым мечом. Капитан Макдоннелл оказался справа, размахнулся, метя незнакомке по ногам. Та отдернулась, ушла в сторону текучим и плавным движением, и сразу же уколола капитана кинжалом в горло. Макдоннелл парировал, лорд Андрас ударил сам, но женщина выставила рукоять сабли, об которую бессильно заскрежетал отцовский клинок.

Незнакомка – оторопевший Гарет даже мысленно не посмел назвать ее своей матерью, леди Эленой Крейтон – оказалась между своих противников и крутнулась, атаковав обоих. Кинжал вошел капитану Макдоннеллу в сочленения доспехов, но юноша не успел заметить, выступила ли кровь. Женщина в вуали торопливо отступила – прежде, чем лорд Андрас успел бы ее достать. Нанесенный им удар, нацеленный столь знакомой незнакомке в плечо, пришелся в пустоту.

– Да скачи же прочь! – закричала женщину Гарету. – Не оглядывайся!

На сей раз юный лорд Крейтон охотно последовал полученному совету – а вернее, его конь сам рванул прямо с места в карьер, будто земля загорелась у него под копытами. Гарет с трудом удержался в седле. Впереди возникли бревенчатая стена крестьянского дома и плетеная изгородь. Юноша вскрикнул и припал к крупу, когда конь перемахнул через изгородь, оказавшись в чужом огороде. Из-за спины раздавались звон стали, вскрики и короткая ругань, но Гарет, как и было ему велено, не смотрел назад.

Он промчался задними дворами, свернул в какой-то переулок, попутно опять едва не свалившись с лошади, и наконец совладал с нею. Мимо промелькнули погост и мельница, неприметная тропинка уводила в поля – по ней Гарет и поскакал. Под копыта ложились осенние травы, в ушах бешено свистел ветер, а в небе масляным фонарем зависла луна. Впереди темной стеной вставал лес. Гарет взял чуть влево, выезжая обратно на нырявший между деревьев тракт. Дорогу никто не стерег – с этим юноше повезло. Живые мертвецы, сколько их не явилось по его душу, остались далеко позади, в деревне. Возможно, пытаются преодолеть стену пламени или дерутся с его нежданной защитницей.

В голове промелькнула сумасшедшая мысль – а что, если на подмогу ему действительно явилась родная мать, леди Элена Крейтон? Вдруг они все, и она, и отец, и капитан Макдоннелл взаправду вернулись с того света, призванные неведомыми силами? Предположение выглядело настолько абсурдным, что Гарет второпях его отмел. Леди Элена любила читать, хорошо вышивала и зимними вечерами нередко бралась за лютню, но Гарет никогда в жизни не видел ее с мечом, кинжалом или тем более саблей.

 

Накатило желание обернуться, посмотреть, нет ли погони, но юноша подавил этот порыв. Раз та странная женщина приказала не оглядываться – значит, возможно, и вправду не стоит. В сказках с героями, нарушавшими данный им строгий наказ, непременно потом случалось нечто плохое. Гарет понятия не имел, в какой именно сказке он очутился. Пока по всем признакам выходило, что в достаточно страшной.

Дорога летела вперед, прямая как стрела, рассекая древесную чащу. По бокам вставали могучие дубы и вязы. Ветки деревьев тесно переплетались над головой, закрывая темное небо. Гарет ехал быстро, не останавливаясь, не позволяя ни себе, ни коню передышки. Он помнил наставление матери, если то, конечно, была его мать – добраться до столицы королевства и найти там Айдана Бирна. Но сперва – город Акарсайд, благо тут по пути. Предстояло разобраться, что за страшная напасть приключилась со всем миром.

Глава пятая

– Как-то вот так, – подытожил Гарет.

Юный лорд Крейтон изрядно побледнел, и к концу рассказа его била дрожь. Не то от ночного холода, не то от воспоминаний о пережитом волнении. Дэрри, пока слушал, успел проникнуться к мальчишке сочувствием. Он не досконально помнил собственную юность, некоторые вещи все же выпали и пока упорно не желали возвращаться. Однако одно Гледерик Брейсвер мог сказать точно. С ним подобного ужаса никогда не случалось.

Всякое происходило в его жизни, и немало плохого в том числе. Проигранные сражения и предательства друзей, и без вероломных красавиц тоже не обошлось, но ничто не шло в сравнение с услышанным. Увидеть родного отца, возвращающегося из страны смерти с намерением тебя убить – удовольствие всяко пониже среднего.

Мальчишка держался хорошо. Иногда выглядел растерянным, иногда отвечал невпопад, но это ерунда, учитывая все, что он перенес. «И это при том, что он вырос под родительским крылом. Я-то в его годы уже успел сделаться рыцарем и побывать на двух войнах. И тем не менее все равно бы просто орал и бился в истерике, случись со мной нечто похожее».

Когда молчание совсем затянулось, Гарет напряженно спросил:

– Вы уснули или язык проглотили? Что скажете?

– Я думаю, пора на боковую. Конь твой свалил, правильно? Значит, пойдем пешком. Двинем в этот ваш Акарсайд, а потом и до столицы доберемся. Посмотрим, встают мертвецы тут или по всему вашему королевству. – «Лишь бы только по всему миру не появлялись. Куда меня, черт побери, занесло?»

– Без лошади идти будет долго, а мест, подобных этому, я больше не знаю. Что, если следующей ночью или потом на нас нападут? Пешком до Акарсайда, наверно, дня три.

– Если нападут, отобьемся. Я знаю парочку приемов против нечисти.

Перед мысленным взглядом Гледерика встал отчетливый образ. Осенний лес, почти такой же, как этот, но где-то в совсем отдаленных землях. Хмурые деревья обступают маленькую поляну кольцом, между крон завывает холодный ветер, в костре еле теплится пламя. Седовласый мужчина в доспехах рассказывает ему, совсем еще юному, про время на излете года, когда духи бродят среди людей, принимая чужие обличья. «Остромир, так его звали. Венетский странствующий солдат удачи. Многому меня научил».

– Нужно выставить стражу, – заявил Гарет. – Вдруг они еще вернутся.

– Выставим. До рассвета часов шесть? Дрыхни, толкну тебя через три.

Лорд Крейтон сонно кивнул и свернулся калачиком на земле, заворачиваясь в плащ. Вскоре послышался его храп – достаточно шумный, чтобы поднять на ноги роту солдат. «Глядишь, и нечисть разгонит». Гледерик сидел на траве, вороша веточкой потухшие угли, и пытался собрать воедино свои разрозненные воспоминания.

Его прошлое разбилось в осколки, перечеркнутое ударом меча. Детство и юность сделались близкими, зрелый возраст – терялся в потемках. Он мог с закрытыми глазами перечислить все государства Срединных Земель, назвать их владетелей и столицы, но понятия не имел, когда и как посетил большинство из них. Последней смутно припоминалась война – кровопролитная, яростная, ставкой в которой служил королевский престол.

Дэрри соврал Гарету – вернее, не сказал ему всей правды. Его далекие предки действительно происходили из дворян, но далеко не простых. Пращур Гледерика, безвестный бастард, взявший себе фамилию Брейсвер, приходился незаконнорожденным отпрыском настоящему принцу крови. Тот путешествовал по континенту и завел себе интрижку в одном из его уголков – а потом уехал дальше и сгинул, убитый врагами.

Сам принц прибыл из некого отдаленного королевства. Об этом королевстве юному Гледерику вечера напролет талдычил отец, сожалея, что их семья не владеет причитающимся ей по праву. Если, конечно, считать, что потомкам бастарда вообще причитаются какие-то права.

«Именно туда, на родину предков, я и направился, покинув знакомые с малых лет стены. Я двигался долгим кружным путем, минуя множество стран и задерживаясь иной раз там на год или два. Видимо, в конечном счете я все же добрался до конечной цели своего путешествия и обзавелся короной. Впрочем, от холодной стали она все равно не спасла».

А теперь он живой мертвец, и похоже, таких тут немало.

Когда Гарет попросил Дэрри предоставить доказательства, не является ли тот колдовской тварью, Гледерик немного поколебался. «Вполне возможно, являюсь. Кровь течет, сердце бьется, но те ребята тоже выглядели вполне обыденно. Кто знает, что я теперь такое». Перевозчик советовал никуда не отклоняться, идти прямо, хотя попробуй, конечно, двигаться прямо в кромешной мгле.

«Я свернул и очутился здесь. Оказался в каком-то странном, вывернутом наизнанку месте, где все почти совсем привычно и вместе с тем совершенно не так. Знакомые вещи перемешаны с незнакомыми, а время на дворе – и вовсе непонятно какое. Не то глубокая древность, не то полгода назад».

Он запрокинул голову, вглядываясь в ночное небо. Звезды складывались в привычный рисунок – как им и положено в октябре. Над самым северным небосводом вставала Большая Медведица, а прямо над ней уютно разлеглась Малая. Разгоняя чернильный мрак, ярко горели Полярная звезда и Вега. На юге сплетались мерцающим узором Андромеда и Пегас. Старые звезды остались прежними. Они не изменились даже в этом перекрученном мире. Сколько раз он так же вглядывался в них, отойдя по нужде от походных костров.

Может, и получится выбраться отсюда, отыскать дорожку домой. Должна же она хоть где-то найтись – за неожиданным поворотом, на перекрестье тропинок, в самый нежданный момент, только смотри по сторонам и не зевай. Каких бы ты ни наломал дров, всегда остаются шансы возвратиться назад и все хоть немного поправить. Никогда не стоит вешать нос и терять надежду.

Но сперва требуется помочь юному лорду Крейтону, а то на беднягу семьдесят семь напастей свалилось, и непонятно, каких еще ждать. Скучать в ближайшее время уж точно не придется – в этом Гледерик Брейсвер ни капли не сомневался.

Гарету снились скверные сны. Его преследовали, за ним неотступно гнались, его желали поймать и убить. Все в точности, как и в безрадостной яви – можно подумать, и вовсе не засыпал. Откуда-то, неким чутьем, он сознавал, что грезит – но все равно, даже прикладывая мысленное усилие, не мог пробудиться. Кошмарное видение следовало одно за одним, не давая высвободиться из своих пут.

Мертвецы пировали в главной зале замка Крейтон, проливая на пол вино и швыряя кости оголодавшим тощим псам. Лорд Андрас выпивал свежую кровь из кубка, и с его кисти начинала слазить кожа, обнажая плоть. Анвин, все также нагая, садилась отцу на колени, целовала его в уста. Капитан Макдоннелл обгладывал собственную руку, откусывая палец за пальцем и смачно хрустя. За окнами стлался непроглядный мрак, залепивший их чернильной темнотой. Ему казалось, он слышит отдаленный грохот – будто раскалываются кости земли.

Гарет проснулся на покрытой росой холодной траве, ощущая режущую боль в горле и ломоту во всех мышцах сразу. Юноша кое-как выпутался из насквозь пропотевшего плаща и огляделся. Костер давно отгорел, поляну заливали серые сумерки раннего утра. Дэрри Брейсвер сидел неподалеку, опершись спиной о стоячий камень и о чем-то размышляя. Он повернул голову, заметив, что Гарет очнулся.

– Хорошо спалось, лорд Крейтон?

– Омерзительно. Я, кажется, заболел.

– Сочувствую. Предложил бы глинтвейн для согрева, да вот чем не богат.

– Само пройдет, я надеюсь. Вы не разбудили меня подежурить.

– Вы так сладко спали, что мне стало неловко.

– Сэр Гледерик… – Гарет понял, что начинает злиться. – Я вам не малое дитя.

– Разумеется. Вы – человек, толком не отдыхавший несколько дней. Не хочу тащить вас на плечах, когда свалитесь с ног от усталости.

– А вы? Сами не свалитесь? Глаз ведь совсем не сомкнули.

Дэрри небрежно пожал плечами:

– Что я, в походы никогда не ходил. До вечера продержусь, а то и до следующего.

Собрались быстро. Гарет кое-как встал, борясь с подступившей дурнотой, отряхнул с запыленной одежды прилипшие травинки, наскоро пригладил волосы. Он чувствовал себя на редкость подавленно. Горло болит, голова раскалывается, лошадь убежала и непонятно, как ночевать в следующий раз и не вернутся ли мертвецы. Дэрри, напротив, являл собой образец жизнерадостности – словно бы и не бодрствовал всю ночь напролет. Пришелец из иного мира сладко потянулся, затоптал костер и встал у выхода из кромлеха, чуть нетерпеливо поглядывая на Гарета.

– Вы завтракать разве не хотите? – спросил лорд Крейтон.

– Хочу. А еще я хочу убраться отсюда подальше. Недоброе какое-то место, хоть и магическое. Вполне вероятно, именно потому и недоброе.

Гарет отчего-то обиделся за старый кромлех.

– Это недоброе место уберегло нас вчера.

– До известной степени. Ваши друзья все равно ведь прорвались сквозь кольцо? Ладно, не будем про это. До обеда двигаемся вдоль дороги по обочине, слышим топот копыт или какой еще шум – ныряем в кусты и осматриваемся. А там нарвем кореньев, грибов или чем еще ваши леса смогут нас угостить. Я бы расставил силков, да времени, увы, нет. Реки поблизости не намечается? Из меня неплохой рыболов.

– Акарсайд стоит на Кеттл, но пока до нее дойдем… Разве что ручей подвернется.

– На ручьи вся надежда. Ладно, потопали.

День занимался неспешно, пелена серых облаков скрывала солнце. По низинам стлался легкий туман, на древесной листве проступил иней, тянуло холодным ветром. Гледерик шел бодро, легким пружинистым шагом, засучив руки в карманы. Иногда он даже принимался напевать что-то себе под нос, совсем, впрочем, негромко. Иноземный наемник ничего не боялся и смело глядел вперед, вышагивая в неизвестность, а вот Гаретом владела тревога.

Ночные кошмары упорно не собирались выветриваться из памяти. Юный лорд Крейтон пристально оглядывался по сторонам, ожидая нападения каждую минуту. Вдруг из-за очередного раскидистого бука или вяза выступит, занося клинок, оборотень в обличье отца, капитана Макдоннелла или кого-нибудь из замковых гвардейцев.

Прежде мертвецы не появлялись при солнечном свете, но это еще ни о чем не говорит – они вообще прежде никогда не появлялись. На памяти Гарета, во всяком случае. Он попытался вспомнить все, что отец рассказывал ему о некромантии. О ней говорилось в ветхих книгах, хранившихся в семейной библиотеке и унаследованных от основателей рода.

Могущественный чародей, наторевший в темных искусствах, способен призывать из-за грани духов и призраков – и повелевать ими, если, конечно, у него достанет мастерства и воли. Впрочем, любой дух своеволен и неизменно норовит сбросить оковы, наложенные своим пленителем, так что сноровка здесь требуется преизрядная.

Опытный колдун знает, как наделить призрака отжившей плотью, вселив его в тело недавно умершего, извлеченное из могилы. Вот только трупу полагается быть достаточно свежим, не дошедшим еще до поздней стадии разложения. Ходячие скелеты, скалящиеся голым черепом, существуют только в нянюшкиных сказках. Даже лучшему некроманту не под силу заставить двигаться побелевшие кости, давно лишившиеся мышечной массы. И в любом случае необходимо сперва отыскать и подчинить подходящего духа. Сам по себе мертвец не оживет, его разум давно опустел, еще в момент смерти. Необходимо вновь разжечь погасшую искру хотя бы подобием жизни.

Усвоенные во время учебы знания с трудом соотносились с собственным недавним опытом. Отец и его люди выглядели вполне живыми. Признаки смерти уже должны были проявиться на их телах, однако Гарет не заметил ни положенной бледности, ни трупных пятен. Некроманту под силу замедлить разложение мертвого тела, но вовсе повернуть его вспять? От такого недалеко до разгадки секретов вечной молодости и бессмертия, но Гарет о подобном ничего не читал.

 

Значит, на него все же напали оборотни, метаморфы, похитители чужих лиц? Но откуда у них взялось доскональное знание вещей, ведомых лишь настоящим Андрасу Крейтону, Дональду Макдоннеллу и Анвин? Вчерашние противники выглядели слишком живыми для восставших мертвецов и слишком осведомленными для колдовских существ, надевших не свою личину. Здесь что-то крайне серьезно не сходится, существует непонятная недосказанность, некий изъян. Отец, настоящий отец, находись он рядом, непременно бы стукнул по руке и приказал думать дальше – до тех пор, пока все не прояснится.

Думать дальше не вышло. Гледерик вырвал Гарета из размышлений, схватив за рукав:

– Вроде едет кто-то! Шустро прячемся, монсеньор.

Гарет и Гледерик схоронились рядом с обочиной, спрятались за кустами подорожника в высокой траве, припадая к земле. Вскоре Гарет в самом деле различил гулкий топот копыт. Ехало, оценил он второпях, около десятка всадников, никак не меньше, и двигались они быстро. Здравый смысл призывал к осторожности, но любопытство перевесило. Очень хотелось посмотреть самому, кто же явился на сей раз. В конце концов, раньше покойники ни разу не приходили днем, да и лошадей у них не имелось!

Несмотря на попытки Гледерика его задержать, Гарет пополз вперед, к самому краю дороги, и приподнял голову. И в самом деле – около десятка всадников на гнедых лошадях, в полной броне. Пластинчатые латы, шлемы с плюмажами, глухие опущенные забрала, длинные копья, треугольные щиты. За спинами – плащи в черно-серую полоску. На корпус позади предводителя скачет герольд, держит знамя – три черных ворона на сером поле, рассеченном ломаной черной линией, образующей прямой угол, направленный острием вверх. Королевский стяг Регеда, чтимый с давних времен.

Всякое, конечно, возможно. Нельзя исключать, что это возвратились демоны из Бездны, прибегнув к новым уловкам. И все же, те находили Гарета, движимые неким своим колдовским чутьем, а эти скачут прямо по тракту, не замедляя темпа, будто и не собираются останавливаться и не чуют добычи. В любом случае, ужасно надоело бродить по глухомани, не имея никаких вестей, что творится во всем прочем мире, за пределами этого вымершего края. А если даже пришел враг, сколько можно прятаться, не лучше ли встретить его лицом к лицу?

Преодолев колебания, Гарет встал на ноги. Горло все еще жгло, кости ломило, но голова сделалась холодной, мысли обрели ясность.

– Жить надоело? – зашипел Дэрри. – Не терпится самому загреметь на тот свет?

– Это королевские конники. Судя по флагу и цвету плащей.

– А если нет? А если у них и кони мертвые, как сами всадники?

– Значит, рискнем. Я волшебник, а ты держи меч наготове.

Неожиданно для себя Гарет перешел на «ты». Иномирный гость недовольно скривился, но все же кивнул и тоже поднялся из травы. Гарет вздохнул, попытался обратиться к магии, почувствовал, как она мягко отозвалась в ответ. Меж пальцев затрещали искорки, готовые разродиться смертоносным пламенем. Лорд Крейтон вышел на середину тракта, демонстративно не прикасаясь к эфесу. Дэрри, настороженный и недовольный, встал рядом с ним, плечом к плечу.

Их сразу заметили. Некоторые из всадников вскинули копья, кто-то что-то крикнул, доставая из ножен клинок, но предводитель сделал отряду знак остановиться. Гарет нервно выдохнул, наблюдая, как конники придерживают коней, выставив наготове оружие. Луков и арбалетов он на виду не заметил, но прекрасно понимал, что если дойдет до драки, даже магия может не выручить. С отрядом вполне может обнаружиться и собственный волшебник, а если его и не найдется, Гарет все равно не был уверен, что его заклятие накроет стольких противников за раз.

– Доброй дороги вам, господа! – заорал Гледерик. – Куда путь держите?

– Держим куда нам положено! – крикнул в ответ командир. Его голос, доносившийся из-под забрала, звучал слегка приглушенно. – А вы откуда и куда, фоморы вам в глотку?

Недружелюбный тон ничуть не смутил Гледерика. Он даже ухмыльнулся.

– Покажите лицо, добрый сэр. Тогда и предоставлю ответ по всей чести.

– Охренел, образина?!

– Не гну спину перед всякими проходимцами, любезный сударь.

Что ж, отметил про себя Гарет, Брейсвер не врал хотя бы в одном – он действительно настоящий рыцарь. В противном случае он едва ли бы вел себя настолько нахально, разговаривая с королевскими солдатами.

Командир ловко спешился, подошел к ним поближе, сдернул забрало. Молодое еще относительно лицо, не старше тридцати зим. Крепкая челюсть, гладко выбрит, прямой нос, холодный взгляд серых глаз, а ноздри едва заметно раздуваются от бешенства. Выше среднего роста, крепкий. Полуторный меч в ножнах на поясе.

– Ты кого назвал проходимцем, урод?

– Не урод. Сэр Гледерик Брейсвер, из дома Карданов. А вас как следует звать?

– Никогда не слышал о таком сэре и про такой дом.

– Так и вас, сударь, лицезрею впервые. Повторю свой вопрос.

– Капитан Остин Колдер, Коронная армия Регеда.

– Капитан, не сэр? – заулыбался Дэрри. – Вы дворянин хотя бы?

– Я офицер, что важнее, и врежу тебе по зубам, если сейчас не заткнешься.

– Уймитесь оба, милорды, – сказал Гарет холодно. – Вы нашли неподходящее время для ссоры. Капитан Колдер, мое имя Гарет Тудер Крейтон, и я лорд всех окрестных земель, от скалы Кантри до реки Теград. По какой надобности вы оказались в моих владениях?

Офицер при его словах лишь сильнее нахмурился:

– Лорд Крейтон, настоящий лорд Крейтон, получается? Не самозванец? А то мало ли, ходит тут всякий сброд. Времена, сами понимаете, настали весьма скверные.

Вместо ответа Гарет вытащил из-под рубашки родовой медальон, на серебряной цепочке висевший у него на шее. Медальон украшал фамильный герб Крейтонов – три косые стрелы в обрамлении двух длинных прямых мечей, и рыцарский шлем наверху. Остин Колдер внимательно рассмотрел медальон и вернул его Гарету.

– Точно не разбойник? Не сняли его с трупа настоящего лорда?

– Вы оскорбляете меня, капитан.

– Простите. Я уже говорил насчет нехороших времен. – Офицер все еще не выглядел до конца убежденным. Он немного поколебался, а затем спросил: – Хочу также удостовериться, человек ли вы. Живой, настоящий, не восставший из гроба, не соткавшийся из ночной тьмы.

«Выходит, гости из страны мертвых посетили не только меня?»

Неприятное известие. Очень. Тревога вернулась вновь, многократно усилившись.

– Приглядитесь получше, и заметите у меня тень.

– Этого мало. Иногда они отбрасывают тень, иногда нет. Иногда у них течет кровь при ранении, а иногда не течет, а иногда они пропадают, истаивают, стоит их хорошенько ранить. Толком и не проверишь. Каждый раз все иначе. Но пустите все же немного крови, если вас это не сильно затруднит.

Колдер извлек из ножен кинжал и протянул Гарету. Решив, что упираться бессмысленно, юноша принял клинок левой рукой и быстро сделал на правой ладони надрез. Совсем как Дэрри при вчерашнем знакомстве. В висках билась лишь одна лихорадочная мысль – судя по словам королевского офицера, неприятности творятся не только в окрестностях родового замка. Впрочем, наивно было надеяться, что доскачешь до ближайшей заставы, и все ночные кошмары навсегда останутся за спиной.

Колдер удовлетворенно кивнул, заметив выступившую кровь:

– Сойдемся на этом. Мои люди все равно наготове, так что имейте это в виду и лишний раз не дергайтесь, я прошу. Извините, что встретили вас настолько неласково, лорд Крейтон, но уж поверьте, за последние месяцы мы всякого ужаса навидались.

«Я тоже».

– Не стоит извиняться, капитан. Вы приехали из Акарсайда?

– Да, приписаны к гарнизону. Получили приказ направиться в ваш замок и срочно доставить вас сюда. В смысле не сюда, а в город. Также получили предупреждение, что можем столкнуться с нечистью и скорее всего наверняка столкнемся. Гнали во весь опор. Торопились и потому несколько перенервничали, к моему глубокому сожалению, – голос капитана сделался немного неловким. – Понимаю, у вас три сотни вопросов, но давайте сперва развернемся назад? По пути я все объясню. Если поторопимся, прибудем на место поздним вечером. Ночью тут лучше не задерживаться.