Ника поникла. Все вышли по улицу, на спортивную площадку.
*
– Она, что, правда, будет бегать? – спросил Дмитрий Алексея, намекая на Мозгастукаву.
Тот закивал.
– Ника не любит бегать, но уже хорошо умеет, потому что почти каждую неделю целый урок тренируется. Физрук у нас прямолинейный, не будешь слушать. Он индивидуальное наказания предоставит. А Нике даже пожаловаться не кому. Ее брат наоборот просит физрука, чтоб она бегала. Потом устает и до конца дня измотанная ходит, – рассказал равнодушно Алексей.
– Значит, уборка биологии будет тихая? – усмехнулся Дмитрий.
– Точно, – вспомнил Алексей. – Ты попробуй сорок пять минут побегать, без передышки. Она будет еле ногами передвигать к концу дня.
– Не нормально как – то получилась… – замялся Дмитрий.
– Тебе ее жаль!? – засмеялся Алексей. – Если бы тебя заставили бежать, она бы тебя еще подгоняла.
– Я же не такой, как она, – мрачно проговорил Разгромов.
– Да забей друг. Она случайно тебе не приглянулась? – поинтересовался друг у Разгромова.
– Ты чего? Нет, конечно… – ответил уверенно Дмитрий.
*
Ника чувствовала, что силы на исходе и готова была упасть в обморок, когда прозвенел звонок с урока. Она направилась в раздевалку. Лолита подошла к подруге и сочувственно ее оглядела, взяв для поддержки под локоть.
– Сергей Валентинович, вы тиран! – воскликнула зло она, они вошли в раздевалку. И только там Ника упала в руки Лолите, без сил. Ее усадили на скамейку.
– Откройте дверь. Свежего воздуха нужно, – попросила вяло Мозгастукова.
Марина торопливо выполнила просьбу подруги.
Ника умылась холодной водой.
– Да, не волнуйтесь, все пройдет, – успокоила подруг Мозгастукава и положила голову себе на колени.
Все девчонки расселились вокруг нее и сочувственно поглядывали на одноклассницу. В открытую раздевалку заглянул Масляков.
– Охре**ть, она там, в обморок упала! – выкрикнул он.
Ника резко встала, подошла, чтоб закрыла двери. Как раз из мужской, вышел Дмитрий.
– Как ты? – спросил серьезно он.
– Я прекрасно. Готова еще сорок пять минут пробежать, – после этих слов, Мозгастукава заперла дверь и села снова на скамейку.
Переодевшись, очень тихо сидела на уроках. Просто не было сил что – нибудь устраивать и вообще дышать. Прейдя в кабинет биологии, никого не увидела и села за стол. На секунду прилегла, положив голову на импровизированную подушку из рук на столе.
*
– Ника… – кто – то позвал ее.
Она подняла голову и зевнула, прикрыв рукой рот. Огляделась, все было сделано. Пахло свежей краской и моющим средством.
– Надя, а кто убрал биологию? – спросила сонно Мозгастукава.
– Не знаю, – рассеяно ответила она. – Я пришла, а ты здесь, как в сонном царстве. Что так замоталась?
Ника встала с места, все еще недоверчиво озираясь по сторонам.
– Сергей Валентинович загонял. На этот раз я пробежала до конца, только вот уснула.
– Я видела, как спускался Разгромов. Наверное, пожалел тебя и сам все убрал, – одобрительно улыбнулась Надя.
Мозгастукава потерла глаза и снова села.
– Я не смогу дойти до дома, точно, – тихо пробубнила она. – Нет сил. Все болит.
– А поедешь в машине Маслякова? Он в классе сегодня дежурит, и надеюсь, не откажет, подвезти, – бодро предложила Надя.
– Согласна, – ответила очень тихо Ника. – Только вот злиться ли он еще за избиения? Не хочу, чтоб меня завезли в лесочек и там закопали…
Дверь закрылась. Через пару минут Надя прибежала обратно. И разбудив Мозгастукаву, они пошли вниз по лестнице. Ника даже не обратила внимания, куда ее посадили и где вообще. Ей было очень плохо, ноги болели, и она не могла поднять их, казалось, что они слишком тяжелые. Когда Масляков сел на водительское сиденья, то обернувшись, спросил:
– Она там в моей машине, ноги не откинет?
– Она просто спит, – недовольно надулась Надя. – Тебя бы заставить урок бегать.
Масляков улыбнулся, заводя автомобиль.
– Меня бы, наверное, через двадцать минут санитары выносили, – насмешливо отозвался он.
Утро для Мозгастукавой оказалась ранним. Тетя ее разбудила в выходной, не свет не заря. Она была зла на весь свет, когда вместо доброе утро, ей напрямую задали вопрос:
– А что это за молодой человек вчера тебя привозил?
Ника натрудила мозги.
– Один друг, – сонно произнесла она, упав снова на подушку. – Я села в его машину и ничего не помню. И у меня болят мышцы….
– Друг… – не поверила ей тетя. – Кались, для него наряжаешься?
Мозгастукава поднялась, встала на ноги, чтоб не накричать на тетю, закрылась в ванной. Душ ей поможет проснуться и успокоиться. Вышла оттуда через час.
– Что ты хотела? – спросила спокойней Ника.
– Одевайся, ты записана на парикмахерскую, – сообщила тетя с улыбкой и вышла.
Целый выходной, они проходили в запланированные места, где ее преображали. Настроения у Ники заметно улучшилось, после парикмахерской. Цвет ее оставили, лишь придав форму волосам. Ее это неописуемо радовало. К ним присоседилась стерва. Помните, брата кукла…. Ника узнала, что ее зовут Наташа. Ей очень понравилась идея смены моего имиджа. И так разговаривала, советовала, болтала, будто мы с ней уже сто лет знакомы и в первый день, она не жаловалась брату на нее. В косметологии ей почти осветлили веснушки.
К вечеру, она так устала, что хотела послать всех…. Ну, вы поняли куда. Не смотрела уже в зеркало на результат. Ее не волновал он, ее заботил только сон. Второй выходной ей испортила Надя. Ей не терпелось увидеть преображения, и она приглашала ее в клуб, в который Ника никогда не ходила. В итоге, ее впустила к ней тетя, Надя стала ее активно будить. Ну и что? Что уже семь часов? Ника спала лицом вниз и до последнего не сдавалась, пока ее не перевернули. Надя застыла и Мозгастукава открыла глаза.
– Там что? Аллергия? – боязливо спросила она.
– Хоть глаза те же…. – наконец вымолвила Надя, резко Ника подорвалась с кровати.
– Интересно, а у меня мозги еще на месте? – расплакалась Мозгастукава.
В зеркале, она увидела почти другого человека и сначала даже не узнала себя. Огненный, рыжий оттенок волос, в стильной прическе до плеч, чистое, белое лицо, большие, светлые глаза, которые стали сильно выделяться, вроде родные пухлые губы, маленький аристократический нос, маленькая, уникальная родинка на скуле. Свои же черты лица, Ника видела по – другому. Она была похоже на куклу, которых ненавидела в институте! И даже испугалась чужого человека в зеркале.
– И ты это прятала под веснушками и не ухоженностью, – не могла еще поверить Надя. – Теперь не у кого не повернется язык даже назвать тебя симпатичной. Только красоткой, или рыжей бестией.
– Это надо исправить…. – растерянно вымолвила Мозгастукава. – Я не могу так появиться в институте.
– Почему? – искренне не понимала Надя. – Теперь этот Разгромов подавиться своей слюной. Хочу посмотреть на его выражения лица, – заинтригованно, потерла она руки.
Ника все еще стояла у зеркала и думала, как же хоть чуть вернуть свой былой образ. Напоминания о Дмитрии, встряхнула ее, она улыбнулась своему отражению.
– Он просто упадет в обморок, – проговорила она так, словно упивалась эйфорией, связанной с приближением долгожданной мести. – А я переступлю через него и пойду дальше…
– Ты все – таки мстительная рыжая бестия! – обеспокоенно воскликнула Надя.
Мозгастукава отошла от зеркала и недовольно посмотрела на подругу:
– Ужасно звучит. Не называй меня так, пожалуйста.
– Ладно, одевайся в клуб.
– Только ненадолго, – пошла, одеваться Ника.
*
Они сели за столик. Ника, если честно немного разволновалась и сидела тихо.
– Пойдем, потанцуем! – перекрикивая музыку, предложила Надя. – Покажешь класс.
– Ничего я показывать не буду! – вяло отказалась Мозгастукава. – Но если как все…
Она встала и, поправив платья, пошла на танцпол. Ноги все еще напоминали о марафоне на физкультуре, высокий каблук Нике давался с трудом. Но чтоб не расстраивать Надю, она пыталась делать вид, что ей здесь нравиться. В танце, она почувствовала, как кто – то подошел сзади очень близко:
– Ты хорошо танцуешь, – услышала мужской голос она, почувствовала, чью ту руку у себя на талии.
Ника резко развернулась.
– Спасибо. Только, Алексей, убери руки. Я могу и полицию вызвать, написать заявления о домогательстве и засадить надолго за решетку.
Конечность быстро одернули. Он долго разглядывал ее, затем вымолвил:
– Я по – моему перепил…. – и отошел.
Мозгастукава села за столик. Ноги ныли невыносимо. Надя тоже бухнулась в свое кресло.
– Не могу, жарко, – она вмиг осушила бокал.
К их столику подошел Алексей. Он вновь устремил свой взгляд на Нику.
– Долго ты будешь пялиться!? Брысь к своему другу – кошаку… – не выдержала она.
Тот улыбнулся.
– Это реально ты? Мозгастукава? – заговорил с недоверием он.
– Да! – бросила нетерпеливо она. – Теперь вали, пока можешь. По – хорошему говорю…
Но тот не спешил уходить.
– Ты завтра в институт так же придешь или как всегда? – продолжал расспрос он.
Ника устремила на него испепеляющий взгляд.
– Завтра я приду очень злой, потому что кто – то мне не дает отдохнуть! – заорала она. – Есть еще вопросы? Пришли их по емайлу, и я найду для них время. А сейчас, прошу не просить внимания у королевы. Она в отпуске!
Алексей, постаяв еще пару секунд, помахал головой и ушел.
– Ну, подруга, что завтра будет… – протянула Надя и Ника увидела Маслякова, направляющегося к ним.
– Песец! – выругалась Мозгастукава, подымаясь с места. – Алексей пошел всем трубить. Он же пьяный. Сейчас возьмет микрофон у ди-джея и…
– Только ты так можешь, – усмехнулась и подвыпившая Надя.
– Я пойду домой, а ты, как хочешь, – подорвалась быстро с места Ника и заторопилась к выходу.
– Ну, у тебя же нет тачки. Подожди… – подруга последовала за ней. – Я тебя отвезу. А то твоя тетка меня убьет.
Они вышли на улицу.
– Надя, ты выпила. Я с тобой не поеду, – отказалась залазить в машину Ника.
– Хочешь, я тебя отвезу. Как раз домой еду, – услышала она голос Маслякова.
Мозгастукава всмотрелась в него. Он был трезвый.
– Ты не пил? – настороженно спросила Ника.
– Нет, – ответил честно он, открывая дверь автомобиля. – Сегодня решил не прикасаться. Похмелье у меня страшное, а завтра еще в институт.
– Надя спасибо. Меня отвезет Масляков, – она пошла к его машине.
Он открыл ей дверь, именно это ей показалась странным. Он никогда не открывал ей дверь. Этот джентльменский жест проявлял к ней только брат, но она села. Масляков ее уже много раз подвозил, и это подействовала платья и каблуки. Она приедет в целости и сохранности. Фу, как трудно быть красивой же…
– Тебя не узнать… – завел не самую лучшую тему Масляков.
– Масляков, смотри на дорогу. Если вызвался, так довези меня целую и домой. А не по частям и на кладбище, – отрезвила его Ника.
– Не бойся, – усмехнулся он. – Просто я шокирован…
Мозгастукава глубоко вздохнула и выдохнула:
– Привыкай.
Они доехали молча. Ника была счастлива, когда увидела подъезд ее дома, лично открыв машину и кинув спасибо, пошла домой.
*
– Первый урок алгебра, – сказала она Лолите, они поднялись на второй этаж.
Весь класс рассматривал ее с интересом, только одного не было. Ее соседа. Не первый, не второй, не третий урок.
Она села на лавочку и стала ждать звонка. На уроках литературы ее не было никогда, потому что учительница уже не пускала к себе в класс. Она написала новый опрос на доске: Как вам новый образ Мозгастукавой Ники? И один ответ:
Рыжая бестия теперь будет танцевать на сердцах.
На второй день стали привыкать к ее перемене во внешности. На третий, все приутихли. Даже сама Ника, начала забывать, какой она была раньше. Особенно все эти три дня вся ее парта была в ее распоряжении. Ей было хорошо от этого. Но от того, что не успела отомстить бывшему соседу, было не по себе. Как закон подлости, блин. Была перемена, Ника опустила голову на руки и почти задремала.
– У меня новая соседка!? И тоже рыжая…. – появился голос Дмитрия.
Ника будто проснулась от трехдневного сна. В ее тельце появилась жизнь. В ее мозгу появились зловещие идеи. Она резко подняла голову.
– Что так орать! Люди спят, между прочим…. – поворачивается и видит Разгромова. Нет, правильней сказать, статую Разгромова. Самую настоящую статую…. с открытым ртом.
«Отомстила! Отомстила! Отомстила! Отомстила! – Ника была готова это кричать на весь класс. – Я отомстила Разгромову!» Но это она кричать не стала, хотя не смогла сдержать самую сияющую улыбку в своем арсенале. По – идиотски, но она светилась. Излучала самый сияющий свет в этом классе! Одним движением своего пальчика, она прикрыла челюсть Дмитрия, послышался стук зубов.
– Где ты нашла еще одного демона желаний? – очнулся парень.
– Демоном желаний была я, когда тетя выкладывала на это уйму сил и денег, – проговорила спокойно Мозгастукава и развернулась вперед.
– Фух, теперь та же Мозгастукава. Когда ты начинаешь говорить, кажется, то ты та же рыжая девочка. Закрываешь рот, рыжая девушка.
Ника развернулась к нему и хотела бы накричать, но сказала это весьма спокойно и цинично.
– Ну, пусть, когда я молчу, восхищаются моей красотой, а когда открываю рот, характером…
– Тебе надо язык с корнем вырвать, чтоб ты стала красивой, – съязвил Дмитрий.
– Я вам не помешаю, – улыбнулся Алексей за спиной. – Теперь, с тобой сидит Мозгастукава с которой глаза не оторвешь.
– Как пафосно звучит, – скривилась Ника. – Будто это фраза заучена. Ты случайно ее другим девушкам, как стишок не рассказываешь?
– Съел? – засмеялся Дмитрий.
– Надеюсь, это было вкусно. Просто я не умею готовить, – обратно заговорила Мозгастукава.
– Ты мне уже такие факты сообщаешь? – усмехнулся Алексей. – Еще пока рано….
– Я думала, тебя это должно отпугнуть, – ответила она и села ровно, что – то рисуя в тетрадке.
Алексей повернулся к другу.
– Я хотел тебя на минуту. Поговорить, – попросил хмуро парень.
Разгромов встал, они поспешно вышли из класса.
*
– Ты флиртовал с Мозгастукавой? – удивленно вскинул бровь Дмитрий.
Они приземлились на лавочку.
– Попытался, – отмахнулся Алексей. – Что в институте не было?
– Да, болел… – задумчиво ответил Дмитрий.
Тут из класса выбегает Масляков, а за ним вылетела Мозгастукава.
– Ты меня достал, придурак! – крикнула на весь коридор Ника. – Отдай мою тетрадку!
– Догони, и заберешь, – весело закричал парень.
Мозгастукава погналась за Масляковым и смогла ухватить только тетрадку. Она порвалась напополам и Ника отлетела… кому – то на руки. Нееет! Только не это! Снова те руки. Она их уже запомнила!
– Как ты это… узнал!? – спросил его друг, подорвавшись с места.
– Что? – спросил Дмитрий, посерьезнев.
– Ты встал и поймал ее. Как будто… заранее знал, что она упадет, – ошарашено мямлил Алексей.
– Тебе показалась, – ответил он и отпустил Нику. Затыкал ей пальцем прямо в лицо. – Хоть бы немного была осторожна! Ударилась бы головой и на тот свет отправилась! Вообще с головой не дружишь!?
– Хватит на меня орать, – грубо остановила его тираду Ника. – Сидел бы один на парте, тогда.… Надо искать плюсы.
– Вот именно, надо искать плюсы! Плюс, что я тебя поймал, ты осталась жива! Хоть бы спасибо мне сказала!
– Извини, закончились спасибо! – разозлилась Мозгастукава. Так на нее орать мог только брат. Прозвенел звонок, все отправились в классы. Концерт закончился. Завесы закрываются. А нет. Вы пропустили второй акт….
– А вот нашлось одно. Спасибо, – прошептала добродушно Ника, подходя к парте, улыбнувшись.
– Я доволен, – прошипел Дмитрий и принялся вылаживать книжки на стол.
«Как грубо.… А она вообще – то пыталась помириться, – приземлилась на стул Ника. – Ну, вот дождется еще от меня таких вежливых слов! Как для себя рая, нечисть чертова!»
Мозгастукава посмотрела вперед, тут увидела руки Лолиты, которая пальцем куда – то указывала и бесслышно хохотала. Ника развернулась и встретилась с глазами Дмитрия. Он рукой подпер голову, чтоб было удобно…. ее разглядывать! Ну, сейчас, я тебе устрою!
– Вообще – то у меня материал в голове, а не на лице, – прошептала она, недовольно. – Или, ты как демон умеешь сканировать мозг?
– Что? – очнулся Разгромов и отвернулся от Ники.
– Разгромов! – вызвали его к доске. – И в каком же году?
Тот поднялся и растерянно огляделся. « Конечно, – подумала насмешливо Ника. – Ничего же не слышал.
И написав в тетрадке дату, указала Дмитрию на нее. Но тот заметив цифры написанные карандашом, вдруг произнес:
– Я не знаю….
– Садитесь, Разгромов, – выдохнула учительница. – В следующий раз будьте внимательней.
Дмитрий сел на место.
– Ну, ты и… честный человек…. – проговорила многозначительно Ника. – Но здесь это не уместно!
– Мне не нужны твои подсказки. Я конечно не вундеркинд, но прочитаю и выучу, – заявил смело Разгромов.
– Желаю удачи, – хмыкнула равнодушно девушка и поудобней уселась на стуле.
Прозвенел звонок с урока и Ника, захватив сумку, пошла на выход. Где ее встретила Надя и Масляков.
– Извини, – виновато сказал он, протягивая ей половину тетрадки. – Я не думал, что она порвется.
– Не переживай, я все ровно их потом выкидываю, – успокоила весело его Ника.
– Зачем? Ты хорошо рисуешь? – задал ей вопрос Масляков.
– Не люблю выставлять напоказ свои умения, – отмахнулась Мозгастукава. – Надя, пойдем в столовую.
– Я тебе хотела это предложить. А с завтрашнего дня сесть на диету, – уверенно ответила подруга.
Они неторопливо зашли в столовую.
– Что ты бредишь, Надя? Какая диета? – готова была взорваться Ника. Не могла дружить с девчонками, которые садятся на диету, потому что они пытаются втянуть в нее всех окружающих, чтоб им легче было не жрать.
– Девчонки, идите к нам! – услышала Мозгастукава голос Лолиты и автоматически обернулась. Удивилась, увидев ее за столом Алексея и Дмитрия. И друг Разгромова ее подругу не скромно обнимает. Ника давно знала, что Лолита не ровно дышит к Алексею, но и знала, что тот бабник. Он сам недавно хвастался, будто так поступает с однокурсницами, потому что, он молодой и ему нужно гулять, как котяре в Март. И этот Март у него четвертый год.
– Я уже приглядела другой столик, – уклончиво ответила Ника. – Люблю сидеть у окна.
– Ты боишься Разгромова? – улыбнулся вызывающе Алексей.
– На уроках мне хватает, – решила согласиться Мозгастукава, чтоб они отстали ее и дали спокойно поесть.
Купив себе порции, они направились за столик, как вдруг Ника чувствует, как ей хлопнули по мягкому месту. Она остановилась и, обернувшись, увидела… Алексея, который три дня никак угомонится. Лолита побледнела. Ника чувствовала себя униженной и злой. Ей это, ой как не нравиться…. Мозгастукава опустила глаза на тарелку.
– Не поесть мне сегодня…. – обреченно проговорив эта, она разворачивается и надевает ему тарелку на голову.
Там был как раз суп, который теперь можно выжать с него. Как Алексею не повезло, что сегодня не каша. Или повезло, потому что она бы этой тарелкой припечатала по его тупому мозгу и поработала пластическим хирургом над его носом. Затем Ника в поразительном спокойствии, отряхнула руки, пошла, купила булочку и чая, села на выбранное место. Все молчали. В столовой, кроме этих двух компаний не было. Алексей снял тарелку с головы.
– Я надеюсь, ты усвоил урок, – обиженно проговорила Лолита, вставая с места. – Я вот, усвоила. – Она взяла свою кружку и направилась к столу Ники.
Блондинка приземлилась на места возле Мозгастукавой, и Ника засомневалась в ее состоянии. Она была бледна, как мел.
– Прости меня, Ника, – сказала серьезно Лолита.
– Ты не виновата, что бывают такие уроды на свете, – проговорила она и встретилась глазами с Дмитрием. Она пыталась увидеть в них осуждения или ненависть. Она же унизила его друга, но тот улыбнулся. Мозгастукава облегченно вздохнула, но не смогла улыбнуться в ответ. Силой воли отвела глаза. Ей так нравилась его улыбка. Самая лучшая на свете. О господи, о чем она думает… Дура!
Она быстро встала.
– Мне перехотелось, есть, – сказала неожиданно Ника. – Я пойду на урок.
Мозгастукава понесла кружку в мойку.
– Ты мне еще за это ответишь. Я тебе обещаю, Мозгастукава, – пригрозил Алексей, в это время, пытаясь хоть что – то сделать со своим видом возле раковины.
Ника услышала угрозу и ненависть в его голосе. Остановилась, безразлично смотря на его действия.
– Я тебе говорила, чтоб ты отстал, – спокойно проговорила она. – Ну, ты совсем обнаглел! Пойми, если я внешне немного изменилась, то в душе я все такая же Мозгастукава. Та же с ярко рыжими волосами, веснушками и когда прическа потеряет форму и действия лазера закончиться, я стану прежней. И даже если я напялю всю эту химию на себя снова, я не изменюсь. Я такой человек, который все анализирует и взвешивает. Мой мозг кроме твоего досье за три года и характеристики составленной по твоему поведению, ничего не видит.
– Если тебе интересно знать. Твой Разгромов тоже монашечью жизнь не ведет и если обращает на тебя внимания, то это не продержится даже до того, когда спадет вся химия с лица и волос! – выдохнул злобно Алексей, нагнувшись над раковиной.
– Фух, – устало выдохнула она. – Он не мой. Может, только сосед по парте. И спасибо за предупреждения. Вдруг что, у меня есть деньги купить еще один суп.
Она замолчала и скрестила руки на груди. Ее пугала своя реакция на слова Алексея. Не ожидала. Что – то внутри нее верила, что Дмитрий не такой. Но это не так, это надо запомнить.
Ну, правильно какой человек может выбрать такого друга, как этот? Только такой же… Дурак дурака видит издалека.
– Ты плохо поступил с Лолитой. Может, извинишься…
Тот испепеляющее на нее взглянул. Этот взгляд ей понравился больше, чем за те три дня, что он бросал на нее.
– Извинюсь, тебе то что!? – прикрикнул раздраженно он.
– Просто Лолита моя подруга! – не поверила своим ушам Ника. В его голосе было столько безразличия. Бедная Лолита. – Я хочу, чтоб ты вообще не подходил к моим подругам! – Она направилась к двери, пуляй, в крайней степени возмущения.
Мозгастукава сразу перепрыгивая через ступеньку, пошла на урок алгебры. Прозвенел звонок. Когда она зашла в класс, увидела за третьей партой Лолиту. Она плакала. Ее успокаивала Марина. Она сочувственно посмотрела на них и нерешительно подошла.
– Тебе лучше идти дальше и не останавливаться здесь! – закричала Марина на Мозгастукаву.
Ника постояла пару секунд, переваривая услышанное, и выбежала с кабинета, врезавшись в Дмитрия, который заходил в проход.
– Что ты так несешься!? – строго проговорил он, но Ника молниеносно пробежала вниз по лестнице.
Выбежав на улицу, она села на ступеньки и расплакалась, закрыв лицо руками. Было так стыдно. Она, получается, отняла у подруги ее мечту. Увела парня. Но если не она, то любая другая была бы на ее месте. Это же очевидно.
– Возьми платок. Сейчас туш потечет, совсем не красивая будешь, – услышала она голос Дмитрия.
– А мне плевать! Проваливай! Называй меня, как хочешь, но я больше ничего не сделаю с собой! – подняла она на него гневный взгляд.
Он сидел рядом на ступеньках, Ника его с силой толкнула в грудь, и встала на ноги.
– Это все из – за тебя! – кричала, как ненормальная Ника. – Все! Чтоб тебя жарили в аду, так, чтоб ты превратился в курицу гриль и тебя съели озверевшие грешники!
– Все теперь сказала!? Теперь садись обратно, – серьезно попросил ее Разгромов.
– Я с тобой не сяду! Я сюда первая пришла, ты должен уйти! Пока это все не сотрется, – показала указательным пальцем она на лицо. – Не одна особь противоположного пола не подойдет ко мне!
– Да нужна ты мне? – снисходительно бросил Дмитрий. – Я хотел быть просто другом!
Ника примирительно села на ступеньки и немного подобрев, проговорила:
– Ладно, друзей я люблю заводить.
Дмитрий молчаливо подал ей платок.
– А теперь давай бери платок и плач…. – посоветовал доверительно он.
Ника, приняв платок, стеснительно улыбнулась.
– Я уже не хочу… – бодрее ответила она. Разгромов ее весьма по – дружески обнял.
Она подняла голову и встретилась глазами с Дмитрием. Улыбка на его лице спала и он тоже, как завороженный вглядывался в ее глаза. Его взгляд опустился на губы и стал маслянистым, притягательным. Парень лихорадочно выдохнул. Невидимый магнит сработал очень неожиданно. Их лица приблизились. Затем Дмитрий нагнулся и припал к губам Ники, прижав ее к себе тесней….
*
Мозгастукава вдруг очнулась. Стопе! Стоп! Стоп! Где ее мозги!? Она открыла глаза. Разгромов оторвался от ее губ и вновь славил их. Ника оттолкнула его ладошкой в грудь, он слегка отстранился и открыл глаза.
– Мозгастукава, охре**ть, как ты целуешься… – томно вымолвил он. – Я чуть голову не потерял.
Ника резко подорвалась с места.
– Сейчас ты ее реально потеряешь! – закричала угрожающе бойко она. – Ты использовал мою слабость, чтоб…. Держись от меня подальше! – она побежала за ворота училища и направилась домой.
«О нет! Что она надела! Единственный раз в жизни вообще не думала мозгами! Как она завтра пойдет в институт?
Но она пойдет и Разгромову не поздоровиться. Она его растопчет. Она его…. уничтожит! Его последние слова…. Что они означали? Он смеялся над ней? Или нет? Она целовалась не первый раз. И даже не хочет вспоминать учителя… биологии».
Дома находилась тетя, хотя Нике бы хотелось побыть одной.
– А что так рано, Ника? Ты что обратно ушла с уроков? – уперла руки в бока тетя, зайдя в ее комнату.
Мозгастукава упала лицом на подушку.
– Да, тетя. Извини, но мне надо было уйти, – стыдливо пробурчала Ника.
– И что за причина такая? – робко поинтересовалась она.
– Пожалуйста, тетя! – не выдержала она.
Родственница удалилась. Ника довольно быстро уснула.
– Просыпайся! – ее не очень уж нежно разбудили.
Мозгастукава зашевелилась.
– Уже утро? – сонно спросила она, продирая глаза.
– Нет! А ну давай, собирай свои манатки и ко мне домой! – услышала она грубый голос брата и резко открыла глаза. Перед ней стоял разгневанный Сергей.
– Вставай, говорю! – требовательно закричал он.
– Я не поеду, – уверенно ответила Ника. Таким она брата никогда не видела. Он был в бешенстве.
– Почему, сегодня на уроках не было!? Каждый день, где – то шляеш*ся! Устраиваешь концерт на каждом шагу! Ты должна учиться! Ты должна взрослеть! Я чувствую, ты это сможешь сделать под строгим контролем….
Мозгастукава резко встала и дерзко выдохнула:
– Сергей, мне уже двадцать два и я сама могу решать!
– Я сказал… – напряженно посмотрел ей в глаза брат, и Ника принялась собирать чемоданы.
*
– Если здесь будет эта! Я уйду! – услышала Ника, сидя на кухни ссору брата с его мымрой за стеной.
Она отпила глоток кофе и поставила чашку на стол.
– Да, проваливай! Достала, истеричка…. – безразлично ответил ей Сергей.
– Ты… ты меня променяешь на нее…. – послышался всхлип за стеной.
Мозгастукавой даже стало интересно, чем закончиться эта мелодрама.
– Сережа, твоя сестра не выносима. Она кинула в меня кружку и у меня теперь шишка на голове.
Тишина. Затем снова сдержанный голос брата.
– Пойми, Наташа. Пока она была здесь, она была тише….
– В институте, Сергей! – закричала вновь истеричка. – Ты хоть бы слышал, как она со мной разговаривала, когда не было тебя…. Мы с ней не уживемся. Я даже не знаю, кто с ней когда- нибудь уживется! Сергей, она уже взрослая девочка и будет вечно на твоей шее…. Да, ни один парень не захочет с ней связываться!
– Хватит, Наташа! Ей просто надо доучиться. Она моя сестра и если вечно будет на моей шее, так этому и быть! – окончательно ответил Брат, затем послышался стук дверью. Стены в квартире затряслись.
Мозгастукава встала и подошла к раковине. Включила кран, вымыла кружку, практически бесслышно зашел брат. Он стал рядом, и устало попросил:
– Ты можешь быть чуть спокойней с Наташей?
Ника спокойно поставила кружку и, не смотря брата, равнодушно ответила:
– Не могу. Если я буду спокойной здесь, то оторвусь на институте. Я не… это получается само собой.
Сергей схватил помытую сестрой кружку и кинул в стенку.
– В кого ты такая дура!? – разъяренно проорал он и вышел.
Она вытерла руки об полотенце и пошла в свою комнату. Закрылась, взяла сумку. Достала учебник истории и принялась изучать его.
*
Утро было не лучше. Брат ее поднял слишком рано, и Ника уснула прямо за столом.
– Рота подъем! – закричал ей на ухо Сергей. – Тебе десять минут на сборы.
Мозгастукава подняла голову и сонно взглянула на часы.
– Что я там буду делать? Так рано, – заныла обреченно девушка.
– Я во столько уезжаю в институт, и ты будешь ездить туда со мной. Наташа сказала, что тебя не повезет. – Он тяжело вздохнул и посмотрел на дверь. – Она вообще не выходит из комнаты.
Ника просто промолчала и молча, отпила большой глоток с кружки.
«Сам виноват. Хоть пусть сколько вздыхает. Я не напрашивалась к нему в гости.
Он сам меня притащил. Наоборот, она попытается окончательно подпортить нервы ей».
Ника встала и мрачно сообщила:
– Все. Я готова.
В машине брат с ней старался заговорить, но все начинания прерывались на полуфразе. Когда они приехали, вдвоем были несказанно рады избавиться от общества друг друга. Ника сразу поднялась на второй этаж, легла на лавочку в темном уголке и заснула.
– А вот ты где. Просыпайся, – Мозгастукаву затрясли. – Подъем!
Ника от перепуга резко встала и кого – то задела рукой. Как говориться: лучшая зашита, это нападения.
– Ты меня покалечила, – взялся за нос Дмитрий.
Она продрала глаза и увидела оживленный коридор.
– Я пропустила уроки? – еще больше разнервничалась Ника. – Ой, извини. Не надо было так близко подходить. Дай посмотреть, что там.
Разгромов убрал руки.
– Кровь! Я тебя реально покалечила. Хотя… тебе так и надо, – Ника накинула сумку на плечо, стыдясь вчерашнего дня и пошла по коридору.
Она взглянула на большие часы в холле. Получалась, что первый урок, историю, она проспала. Нормальненько… Брат ее толкает на преступления. Может и второй урок пропустить? Пойти против его правил. Разрушить его границы, которые он поставил для нее. Прикольно! А потом я его еще дома добью, Наташей. Наташа, три рубля и наша. Ну, брат три рубля на нее не тратит. Она сосет с него деньги, как высокомощный пылесос. А Сергей ничего не замечает. Ни ее новых туфлей с красной подошвой за семьдесят тысяч, ни чего подобного. Вообще, для чего мозги даются вундеркиндам?
Она вчера тоже оплошала, и брат перед противоположным полом слаб и слеп. Ладно, пойду на урок…. И там устрою концерт…. А может погром….. Что получиться…. Может и то и другое.
Она вошла в спортзал. И направилась в раздевалку.
– Твой брат узнал, что тебя не было на первом уроке, и сказал физруку, чтоб ты круги наматывала в скоростном темпе, – в дверях ей сообщила Лолита. – Лучше убеги и со второго урока.
Ника уселась на скамейку и с психом толкнула ногой сумку в дверь, она со скрипом немного приоткрылась.