Кирилл
Джип остановился у знакомой многоэтажки. Я бывал здесь, когда приходил к Стасу. Мы общались, но только из-за общей страсти, не более.
– Он тоже участвует? – стараясь не выдать тревоги, спросил Петровича. – Думал, мы едем одни.
– Стас – парень не промах и уже не раз принимал участие в боях. А знаешь почему? Деньги, Кирилл. Все любят деньги. Даже тебе они нужны, чтобы девочке помочь.
– Но я бы не сказал, что люблю их. В одном правы – без них сейчас никуда.
– Всегда. Ты слишком правильный, Кир, и это проблема. Это твоя слабость. А слабые быстро ломаются.
– А вы участвуете в боях?
Петрович бывший боксер и отличный тренер. Я был уверен, что он сам участник.
Артем замялся, но потом все же заговорил.
– Я не участвую. Здоровье не позволяет.
– Тогда откуда такая тачка? – спросил, но знал ответ.
Он ставил на таких, как я, и обучал именно для этого. Выбирал лучших. Понимал, что, по сути, меня используют, но другого способа получить двадцать тысяч за несколько раундов не видел.
Деньги нужны были уже сейчас.
Открылась дверь подъезда, и появился Стас, с которым теперь нас нельзя было назвать друзьями-приятелями. Особенно после случая у реки. Но главное в боксе – холодная голова.
Выходя на ринг, нужно оставить все мысли за его пределами.
– Да ладно, Луговой, – парень сел рядом на заднее сиденье. – Сегодня с нами? И как же тебя твоя цыпочка отпустила?
– Отпустила. Она понятливая.
– Как и моя, – лукаво улыбнувшись, парень широко расставил ноги, намерено толкая.
Но я держал себя в руках. Холодная голова! Не вестись на провокации.
– Артем, – Стас общался с тренером, как с равным, и я понял, что давно они вместе «работают». – Сейчас за Кариной?
– Да, – хохотнул Петрович. – Моя дама сердца любит кулачные бои. Ух, львица кровожадная. За что и люблю ее. Да и она меня безумно.
Немного смешно стало. Скорее всего, неизвестная Карина любила деньги, а не Артема. Полноватый, низкорослый и уже стареющий мужчина не мог привлекать. Хотя кто его знает?
Опять остановились. Из небольшого двухэтажного строения выпорхнула длинноногая брюнетка в платье мини и в туфлях на высоченном каблуке. На вид лет двадцать, что подтвердило мою теорию.
Такие любят лишь себя и подарки.
– Привет, мальчики, – томно промурчала девушка. – У нас пополнение? Потрясающе. Стасик? Ты готов набить рыло сопернику? Обожаю этот вид спорта. Такой адреналин!
– Это не спорт, – я ответил за Стаса. – Просто способ поднять бабло.
– Кому как, – девушка подставила тренеру губы для поцелуя. – Ну с Богом, мальчики.
Мы добрались до районного центра достаточно быстро и через сорок минут уже были в каком-то затхлом месте, окруженном барами и ночными клубами.
Повсюду валялся мусор, а стены зданий исписаны забористыми фразами. Немного муторно, но я снова подумал о Вике. Хотя сейчас мне нельзя было отвлекаться, иначе я проиграю.
И денег не подниму, и рожу набьют. Второе произойдет в любом случае.
Мы прошли через ворота, напоминающие гараж, и оказались в огромном помещении.
Людей полно. На ринге уже шел бой. Один из борцов нещадно колотил ногами второго, который лежал на полу, прикрывая окровавленными руками голову.
– Итак, пацаны. Стас, ты пойдешь первым, и сегодня победа не за тобой. Поддашься в середине третьего раунда. Понял? За бабки не переживай, все в ажуре. Уже решено, что бой ты должен слить.
– Понял, – Стас плотоядно улыбнулся, глядя на парня, который сегодня был его спарринг-партнером. – Эх, жаль! Этому чудику хотелось бы голову отбить, а придется поддаться. Пошел! Удачи мне!
– А ты, Кир, сегодня должен просто порвать противника. Бей сильнее. Минут пять поводи его по рингу и в нокаут. Сможешь?
– Наверное, – я уже был не рад, что ввязался в это. – Я не знаю, смогу ли.
– Забудь о правилах, Луговой. Здесь их нет. Либо ты, либо тебя. Третьего не дано. Сегодня твой первый бой, сынок, ты должен показать товар лицом. А точнее кулаками. Я тебя воспитал, Кирилл. Ты боец и сможешь вырубить его. Иначе не предложил бы. Я в тебе уверен. Готовься. Сегодня твой день!
После Стаса на ринг вышел я. Перчаток не было. Руки перемотали эластичным бинтом.
Бой был выигран, и противник лежал на полу весь в крови. Я даже не заметил, в какой момент реальность перестала существовать.
Адреналин стучал по венам, гулким эхом отдаваясь в висках. Перед глазами все плыло. Несмотря на то, что мой соперник был слабее, я все же поймал удар в голову и пару в левое плечо. Но именно это и стало причиной того, что разозлился.
Сам не понял, как это вышло, но бил паренька беспощадно. Никогда не думал, что вообще способен на это.
– Красава, – Стас похлопал по больному плечу. – Нужно было добить его. И так не жилец.
– Чего? – скривившись, потрогал плечо и, широко распахнув глаза, уставился на Петровича. – Что значит добить?
– Стас шутит, – рассмеялся тренер, но я видел, что он лжет.
Получается, бойцы были пушечным мясом? Я мало смыслил в боях без правил. Никогда не думал о них и вот стою в огромном помещении, заполненном мужчинами и женщинами разных возрастов.
И все как один скандируют: убей. Не мне. Сразу после того, как я спрыгнул с ринга, а моего противника уволокли в какую-то комнату, на ринге появились другие.
– Молодец, Луговой. Я знал, что на тебя можно положиться, – Петрович обнял меня за плечи, и сейчас я почувствовал острую боль и вскрикнул. – Что? Плечо вывихнул?
– Похоже на то.
– Кариночка, душа моя, – тренер поманил пальцем брюнетку. – У моего мальчика плечо вывихнуто.
Девушка ловко обхватила ладонями плечо и резко надавила. Больно, но терпеть можно.
– Пару деньков поболит, но после пройдет, – подмигнула девушка. – Ты не плох. Очень не плох, – девушка посмотрела по сторонам и убедилась, что Артем и Стас находятся достаточно далеко, чтобы слышать ее. – Ты же видел, где живу? Приходи сегодня. Не пожалеешь. В делах сердечных я дама опытная, несмотря на возраст. Мне двадцать, но многое умею. Тебе понравится.
– Спасибо, но вынужден отказаться, – стало смешно и противно. – Мое сердце не свободно, а ты не в моем вкусе.
– Как знаешь, – прошипела брюнетка, но тут же заулыбалась и бросилась на шею тренера.
– Кирилл, поедем? – Петрович выглядел довольным и возбужденным. – Сегодня твой день, сынок. Надо бы отметить.
– Я пас. Мне нужно попасть в пару мест здесь в районе. Если не сложно, отвезите к магазинам.
– Какой именно ищешь? – в разговор влезла Карина.
– Где можно купить мольберт.
– Рисуешь? – девушка мило улыбнулась. – Да, ты полон сюрпризов.
– Девушка моя рисует, – и тут же улыбка с лица красотки испарилась. – Так что? Знаете, куда мне ехать?
– Уверен, что не хочешь с нами в бар? После могли бы в клубе зависнуть. Не столица, но места здесь есть отличные, – Петрович поднял на меня глаза. – Что скажешь?
– Я уже ответил. Мне бы обещанные деньги получить и доехать до нужного магазина. А дальше я сам. На автобусе до дома доберусь. Не впервой.
Петрович передал мне двадцать тысяч и еще пять накинул сверху. Мы доехали до центра, когда уже стемнело.
Нужный магазин уже закрывался, но я вломился в приоткрытую дверь.
Молоденькая продавщица испуганно таращилась на меня, стоя у кассы.
– Покажите мне самый хороший мольберт.
Закупившись, я вышел из магазина и нашел аптеку. Там взял витамины, которые Вике выписала наша терапевт, и забрел в супермаркет. Денег почти не осталось, но мне хватило на малину и чернику.
В итоге в поселок я вернулся только к девяти часам. Понимал, что сейчас мне крепко влетит от Даниловой.
Дошел до ее калитки, прошел через огород и посмотрел в окно. Вика сидела на кровати и держала в руках курицу!
Вошел в дом и постучал в дверной косяк ее спальни.
– Пришел, – тихо прошептала Вика, и вскочив с кровати, бросилась мне на шею. – И не лги мне. Дэн уже все рассказал. Кирилл, это опасно. Ты пошел туда из-за меня?
– Нет, – протянул ей мольберт. – Держи. И не ругайся. Я тебе много чего принес.
Девушка прижалась ко мне худеньким телом, и я почувствовал, как за спиной крылья разворачиваются.
Вика
Он пришел, и это главное. Вот первая мысль, прозвучавшая в голове. Живой и, кажется, целый.
– Кир, больше никаких боев, – строго заглянула в его глаза. – Это опасно и вообще страшно.
– Ничего такого, – парень смущенно отвел взгляд. – Обычный бой. Как в боксе.
– Я была на таком с Матвеем, – после упоминания моего бывшего, мышцы Кирилла напряглись. – Чего ты злишься?
– Ревную, – пробормотал мой любимый. – Просто он мне не нравится.
– Я тоже ревную к Лере, – не упустила случая, чтобы не ответить взаимностью. – И если Матвей никогда не появится здесь, то с твоей Рыковой мне еще учиться до конца учебного года. Думаешь, это радует?
– Уверен, что нет. К сожалению, не могу с этим помочь. И я поговорил с ней. Обещала не вмешиваться в наши отношения и тебя не трогать.
– Сомнительно, – я тихо рассмеялась. – Лера не из тех людей, которые так быстро сдаются. Тем более у нее были невероятные планы. И если честно, я понимаю ее, Кирилл.
– В чем?
– Ответь, если бы ты не встретил меня. Где бы ты сейчас был?
– Наверное, с ней, – честно ответил Кир. – Но ты здесь, и это уже навсегда.
По крайней мере, сейчас он мне не лгал.
– Откуда курица в постели?
– Папа твой притащил. Их три и петух. Остальные где-то на улице, а эту я поймала. И, судя по всему, ей нравится спать в постели. Леди, одним словом.
– К утру это мадам тебе всю комнату загадит. Нужен курятник.
– Дорого?
– Я сделаю из подручных средств. Сарай же есть у вас?
– Есть. И погреб во времянке.
– Погреб для солений, Вичка, а сарай сойдет. Доски, сетка и готово. Тем более, что курей всего три. Зато яйца свои, домашние.
– Значит, я тебе помогу его делать.
– Можешь смотреть, но работать не дам, – подмигнул, и побледнел. – В глазах чего-то темно, а в голове море шумит. Хотя я его отродясь не видел.
Парень прикрыл рот рукой и выбежал на улицу.
Значит не все так гладко, как он говорит.
Вернулся минут через десять.
– Данилова, ну не смотри на меня так. Прилетело разок в голову, но уверен, что это не страшно.
– Тошнило?
– Немного.
– Это сотрясение, Кирилл. Самое настоящее. Шум, потемнение в глазах и тошнота. Все признаки. В больницу бы.
– Нет! – парень завертел головой. – Разрешишь у тебя остаться, само пройдет.
– Хитрый, – рассмеялась и услышала звук звонка из ноутбука. – Ой! Я совсем забыла. Машка звонит. Сейчас познакомлю тебя со своей подругой.
– Подруга? И почему же она раньше не звонила? Где они все были, когда ты умирала в больнице?
– Кир, ты не прав и не кричи, пожалуйста. Я повода не давала говорить со мной в таком тоне. Ты, не разобравшись, делаешь выводы и знаешь, они неверны. Машка не могла бы мне позвонить. Я никому не дала номер, да и ноутбук открыла лишь сегодня утром. Прежде чем судить, просто выслушай.
– Все, – парень накрыл мой рот губами и провел языком по небу. – Не злись. Есть у меня такой жирный минус. Но я исправлюсь. Честно.
– Я могу принять вызов?
Кирил улегся на кровать и пожал плечами.
Приняв вызов, увидела довольную Машку во дворе школы. Конечно, учебное заведение очень отличалось от того, где я теперь должна учиться.
Яркие стены, такие же скамейки. Учеников там называли студентами, и на переменах они собирались пестрыми стайками во дворе и ложились прямо на траву в тени деревьев.
– У-у-у, – Машка завертела головой. – У тебя ночь совсем. Ты бы хоть комнату как-то украсила. Самой-то не стремно в темноте?
– Нет, – я весело рассмеялась. – Самое-то. Мне нравится, Марусь.
– Страшно как-то одной в полумраке, – подруга вытянула язык и опустила голову, протянув руки ладонями вперед. – Похожа на зомби?
– На дурочку ты похожа. Значит, летом домой?
– Да! Сил моих больше нет, клянусь. Конечно, здесь круто и все такое, но я хочу в Москву.
– И что в Москве?
– Раньше там была ты. Ну, по крайней мере, я смогу летом рвануть в твою деревню. Скучаю безумно. Нам есть о чем поговорить. Сейчас ты не готова к разговорам, но я надеюсь, твой ковбой залечит раны, – Машка довольно улыбнулась.
– Ковбой? – Кир прыснул от смеха. – Я коровам хвостики не кручу.
– Япона мама! Данилова, вот ты козище! Не могла, что ли, сразу намекнуть, что ты там не одна? Опозорилась я знатно. Привет, Кирилл. Я Маруся!
– Ну, привет, Маруся, – парень поднялся и просунул руку мне под кофту. – За подругу не переживай. Она не одна. В обиду точно не дам.
– Маш, – я косо взглянула на парня. – Помнишь наш поход на бои без правил.
– К сожалению. Я потом неделю не могла ни спать, ни есть. Почему спрашиваешь?
– Потому что мой молодой человек сегодня в таком поучаствовал. Расскажи ему, чем может закончиться такой бой. Ты немного больше об этом знаешь.
– Кирилл, – Машка стала серьезной. – Эти бои могут стоить бойцам жизни. И были случаи гибели на ринге и даже после. Мой дядя в ментовке работает и рассказывал жуткие вещи. Они не раз прикрывали такие места. Увы, людям подавай хлеба и зрелищ. Как всегда. Я, конечно этого не понимаю, но клубов таких хоть жопой жри.
– Слыхал? И это еще не все, – я стукнула парня в плечо, и он вскрикнул. – Плечо тоже? Кир, ну зачем ты туда пошел?
– Так, ребят. Давайте вы не при мне ругаться будете, – Прохорова послала нам воздушный поцелуй. – Вам приятных снов или не снов, – подруга смешно закатила глаза. – А я на пары помчала. Ох уж эта разница во времени. Все, чмоки, погнала.
Закрыв ноутбук, поставила его на небольшой письменный стол и обвила руками шею Кирилла.
Тот тут же усадил меня к себе на колени и укачивал, будто ребенка. И как на него злиться? Как доказать ему, что его поступок мог стоить ему жизни.
– Начинай ругать, я готов, – зарылся лицом в мои волосы. – Но я хотел как лучше, Вик. Ты же о новом мольберте мечтала.
– И мы бы его купили, но немного позже. Кирилл. Я с тобой не из-за выгоды, понимаешь? Но не скрою. Мне нравится мольберт. И еще ты говорил, что он не единственный подарок. Доставай все.
Кирилл заметно оживился и, скинув меня на кровать, бросился к пакетам.
– Вот, смотри, – содержимое посыпалось на пол. – Краски, карандаши, палитра. Девушка продавец оказалась довольно милой. На самое дорогое денег не хватило, но она мне принесла товары со стока. Сказала, что раньше на них цена была вдвое выше.
Я дыхание затаила, разглядывая краски.
– Кирюш, да это лучшие масляные краски.
– Нравится?
– Не то слово, – прошептала и потянулась за поцелуем. – Обещай, что больше этого не будет. Первый и последний раз ты на эти бои ходил.
– Вик, еще один раз. Просто хочу, чтобы ты меня поняла. Тебе массажи нужны. Моих денег хватит, но после мы не сможем уехать отсюда. Разве ты не хочешь вернуться в Москву?
– Не такой ценой. И если ты поедешь на бой, то я хочу быть рядом. Либо так, либо никак! Это мое условие. А теперь давай раздевайся.
– Это я с радостью.
– Дурак, – рассмеялась, глядя, как он стягивает футболку и надевает ту, что я оставила на подушке. – Маме позвони. Скажи, что у меня останешься. А я утром наберу Дениса. Пусть скажет училке, что ты плохо себя чувствуешь. Отлежишься у меня.
Я протянула руку, на которой был надет браслет и Кирилл перехватил мою кисть.
– Мать подарила? – брови парня поползли вверх. – Хранила для невестки. Говорит, фамильная цацка.
– Подарила. Мы поговорили, и она вроде как приняла меня. А там, кто знает. По крайней мере, в конце согласилась не лезть в наши отношения.
– А у нее есть выбор?
– Она всегда думала, что он есть у тебя. И выберешь ты Леру.
– Она полюбит тебя, – Кирилл поудобнее устроился на кровати. – Ты из тех, кого не любить невозможно.
Вот только я не верила в то, что Антонина меня действительно примет в свою семью. Не тот она человек. Ею движет лишь расчет. И при любом удобном случае она еще себя обязательно проявит. И я не уверена, что найду в себе силы ей противостоять.
Я вся в мать. Слабая и трусиха.
Вика
Очередное утро. Я открыла глаза и провела рукой по подушке, но Кирилла в спальне уже не было.
Неужели в школу пошел? Почувствовала болезненный укол ревности. Сам факт существования Леры напрягал. А еще предчувствие чего-то нехорошего.
Примерно так я чувствовала себя, сидя на втором этаже нашей дачи, когда родители внизу орали друг на друга.
Память понемногу возвращалась и мне вдруг стало плохо. Настолько, что я вновь откинулась на подушки и прикрыла глаза.
Я вспомнила, что услышала в тот вечер.
Мать обвиняла отца в малодушии, а тот даже не отпирался. Сначала он просто молчал, но после тоже начал кричать.
Теперь он винил ее в том, что их жизнь была пресной и безвкусной.
Вот оно как.
Иногда лучше действительно не помнить. Мы выехали в ночь лишь потому, что папина женщина позвонила ему и сообщила о том, что их общий сын сломал руку. Потому отец и сорвался с места. И не по собственной воле. Мама настояла.
Сколько же еще придется пережить и вспомнить.
Долги были не единственной причиной этой роковой и последней ссоры.
И вдруг я поняла, что не одна в этом мире. Бабушка у меня самая лучшая. Но есть брат. Я не знаю, кто его мать, и не виню в том, что семья развалилась.
Я просто очень хочу их найти. Если, конечно, моя память не играет со мной. Я ведь не только ногу повредила в этой аварии. Голова была разбита, потому я и не помнила, как оказалась в клинике.
Теперь все вставало на свои места.
Протянув руку к подоконнику, взяла в руки смартфон.
Номер тети Оли записала после выписки, но не звонила.
А вот теперь должна. Может быть, она знала о папиной второй семье и поможет мне в поисках близких людей?
Набрала номер и прикрыла глаза, чувствуя, как сильно дрожат руки.
– Алло, – из динамика послышался звонкий голос маминой единственной подруги. – Говорите, я вас слушаю.
– Доброе утро, тетя Оля, – на одном дыхании проговорила. – Это Вика.
– Викуся моя, – голос женщины стал тише. – Ну что же ты? Пропала. Не звонишь. Как ты, моя хорошая?
– Лучше. Намного лучше. Я сразу к делу, иначе потом струшу.
– Что-то случилось? Если нужны деньги, только скажи, и я перечислю.
– Нет-нет, что вы. Дело не в деньгах. В ту ночь я кое-что слышала. Не уверена, что это на самом деле было, и все же спрошу. У папы была вторая семья?
В трубке возникла довольно долгая пауза. Я успела искусать губы в кровь, пока не заговорила тетя Оля.
– Это правда. Мама твоя знала об этом, а вот тебя они берегли. Олег, отец твой, не собирался уходить от вас. Скандал был, скорее всего, не из-за сына и Риты. Причиной ссор всегда было другое. Твой папа не хотел признавать мальчика. Я только знаю, что Рита позвонила ему в ту ночь и попросила приехать, а он отказал.
– А мама, стало быть, настояла.
– Мы говорили с ней до того, как вы сели в машину. Ну а дальше ты сама все знаешь. Мне жаль, что тебе пришлось столько пережить. Я надеялась, что ты не узнаешь об изменах отца.
– Значит, это было не единожды? – в сердце неприятно кольнуло.
В комнату вошел Кирилл и обнял меня, вопросительно указав на телефон.
– Потом, – тихо прошептала, прикрыв трубку рукой. – А как мне найти Риту, теть Оль? Вы можете отыскать адрес?
– Я его и так знаю, детка. Но Рита ни на что не претендует. Она оплакала твоего папу, потому что любила и продолжает жить. Вот только Темочка, брат твой, часто болеет.
– Я не ругаться с ней хочу. Наоборот, рада, что у меня кто-то есть.
Тетя Оля обещала прислать мне адрес Риты и взяла с меня слово не пропадать больше.
– Что случилось, Красивая? – Кирилл словно читал мое настроение. – Дрожишь, напряжена. Что-то о родителях?
– В яблочко, Кир. Пойдем, расскажу вам с бабушкой кое-что важное.
– Я могу тут подождать, если это личное.
– Я хочу, чтобы ты был рядом. Идем.
Схватив парня за руку, потащила во двор. Бабушка сидела в палисаднике и вязала, а вокруг нее бегали куры.
У сарая крутился Денис. Несмотря на то, что на улице уже начинало холодать, парень был без футболки.
Не скрою, что вид подкачанного тела одноклассника не заинтересовал. В одежде он казался щуплым и худощавым, а на деле – красавчик.
– Нравится Дэн? – настроение Кирилла упало ниже плинтуса. – Может, ты с ним замутишь?
– Ты опять? Кирилл, не начинай. Отношения так не строят. Либо мы доверяем друг другу, либо расходимся. Я не давала тебе повода.
– Потому что мы вместе несколько дней.
– Если ты такого обо мне мнения, то почему не уходишь? Почему ты все еще здесь?
– Все, я понял. Я дурак. Викусь, я реально не знаю, как бороться с этим. В сплетни не верю, но, блин, если что-то мне показалось, то не докажешь обратного.
– А ты постарайся справиться со своими демонами. Иначе твой характер погубит тебя и меня заодно.
– Поцелуй, – дернув на себя, парень обхватил руками мою талию. – Один маленький поцелуй и я успокоюсь.
– Дурак, – я надула губы, обвивая его за шею, и осторожно прильнула к губам. – Идем. То, что вы сейчас услышите, важно. Ба! Я с новостями.
Сплетая пальцы, мы взялись за руки и дошли до палисадника.
– Что, Викуся? На тебе лица нет.
– Ба, я вспомнила, почему мама ругала отца. У него есть сын. Я не спросила, сколько ему, но, как сказала тетя Оля, он часто болеет. В тот вечер он руку сломал, и его мать позвонила отцу.
– Мама знала? – руки бабушки дрожали. – Вот так вот. А я-то думала, что Света счастлива. Оказалось, что все обман.
То же самое ощущала и я. Обман, ложь, иллюзия. Все носили маски, а я так не умею и не хочу.
– Что делать будем? – Кир обхватил мое лицо ладонями.
– На каникулах рванем с тобой в Москву. Познакомлюсь с братом. А там видно будет. Я рада, что он есть.
На этом разговор и завершили, но у каждого остался неприятный осадок глубоко внутри.
– Так чем вы тут занимаетесь? – я потащила любимого парня к сараю. – Курятник?
Были прибиты полки, а Денис натягивал сетку. Сколько ж я проспала?
– Давно работаете? Идемте завтракать.
– Я с радостью, – Дэн бросил на пол инструменты. – Только, чур, я не ем то, что приготовил Кир для тебя, Данилова?
Мы вошли на кухню, и я ахнула. В тарелке была овсянка с ягодами.
– Выглядит аппетитно, – провела рукой по щеке своего парня. – А ягоды откуда? Черника – дорогое удовольствие.
– Из района привез, – смущенно опустив глаза, улыбнулся Кирилл. – Покормить?
– Вы такие милые, – Денис закатил глаза, но выглядел расстроенным.
И я поняла, что это из-за меня. Вот только этого не хватало. Еще одного поклонника. Тем более после того, как Кирилл устроил сцену.
Только к вечеру ребята закончили работать над постройкой курятника. Я тем временем штудировала физику и географию. В этом году выпускные экзамены, а я даже не знаю, смогу ли поступить хоть куда-нибудь.
– Я домой, – Дэн подмигнул мне и, накинув ветровку, вышел за калитку.
– Я могу остаться? – Кирилл захлопнул учебник и отодвинул его. – Подтянешь по алгебре.
– Твоя мама меня скоро проклянет, но я хочу, чтобы ты остался. Когда ты спишь рядом, я не кричу во сне.
– Больше никогда тебе не будет больно, Красивая, – парень приблизил ко мне лицо и поцеловал в тонкий шрам на щеке. – Ты будешь самой счастливой, слышишь?
И я знала, что буду. А еще была уверена, что счастье не будет долгим, от того мне и хотелось быть как можно больше времени с Кириллом. Потому что я не знала, когда и при каких обстоятельствах судьба снова ударит меня.