Дай нам шанс

Tekst
0
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Глава 02

Год спустя

– Я не хочу в сад, – Тамила хмурилась над тарелкой с кашей. – Лето, мам. Не хочу! Я туда и так хожу все время.

– Мне нужно на работу.

Треплю дочь по темноволосой макушке. Была бы моя воля, уехала бы с Тами к родителям на дачу. Свежий воздух, лес, клубника скоро созреет, красота. Летом сидеть в душном офисе хочется меньше всего.

– А давай я дома тебя подожду, тихо-тихо сидеть буду, – глаза дочки зажглись озорным огоньком.

– Перед телевизором, угу, – зеваю. Кофе в турке на плите слишком долго варится. Усну ведь. – Лучше скажи, как тебе мамин новый костюм?

– Черный, – дочка кривится.

Действительно черный, ничего не поделаешь. На новом месте работы именно такой дресс-код. В чем еще можно продавать очень дорогие автомобили?

По квартире разносится тихая трель звонка.

– Доедай, а я пойду открою.

В такую рань у нас может быть всего один гость.

– Привет, – за огромным букетом белых роз не сразу различаю подругу. – Зашла поздравить с первым рабочим днем?

– Почти, – Тоня всунула мне букет. – Кофе есть?

– Уже ждет тебя в кухне.

– Тамишка, привет, кашей делиться будешь?

Подхватываю тяжеленный букет. Аромат сумасшедший, сладкий. Бутоны свежие, крупные. Ни одного шипа.

Сколько мне не дарили цветы? Год? Два?

А таких, как эти, – никогда, пожалуй.

Дема всегда обходился скромными букетами, пока мы встречались, а когда начали жить вместе, и вовсе перестал дарить. Муж считал, деньги лучше потратить на что-нибудь полезное – продукты, одежду, ремонт машины. Но праздники… на них-то можно было побаловать.

– Опять таинственный поклонник?

– Он самый…

Наблюдаю в кухне, как тарелка с рисовой кашей перекочевала к Тоне, рядом дымится кружка с кофе. Тамила обложилась глазированными сырками и печеньем.

– Каждый эфир заканчивается розовым безобразием. Ставить негде. И одинаковая записка внутри: «Антонина, ваш голос разбивает мне сердце».

Подруга эффектно вздыхает, прикладывая ладонь к груди. Голос чистый и грудной, заслушаться можно. Тоня ведет программу «Бессонница» для полуночников. Музыка, откровенные разговоры, острые темы.

– За год можно было что-нибудь пооригинальнее придумать.

– За год можно было сто раз на свидание меня позвать и в постельку уложить. Тами, не слушай, – Тоня принялась за кашу. – И чего не ешь? Вкусная. Эх, мне бы сейчас в садик: сон в обед, играй, сколько хочешь, кормят трижды в день.

– Есть еще второй завтрак и полдник.

– Боже, мечта, а не жизнь. Цени, Тамиш, потом школа, универ, взрослая жизнь.

– А я скорее работать хочу, – бурчит дочка. – Буду покупать все, что захочу – игрушки, вкусняшки, лизуны.

– Ну-ну. В реальности тебя ждут счета за коммуналку, стоматолог, кредиты и прочие взрослые радости. Если хватит на шоколадку после всех счетов, уже удача.

– Не пугай Тамишу раньше времени, – отправляюсь варить еще один кофе.

– А костюмчик ничего, мрачненький, – замечает подруга. Сама она в салатовой майке и потертых джинсах. Короткая черная стрижка обрамляет лицо с ярким макияжем, в ушах пластиковые розовые кольца. Я бы тоже с удовольствием так на работу ходила, но боюсь, не оценят.

– Блузка белая, – указываю свежим нюдовым маникюром на вырез пиджака. – Я должна выглядеть строго и представительно. Салон – один из лучших, не представляешь, какие там машины продаются. Тами, беги за рюкзачком, скоро выходим, – озабоченно смотрю на мобильный. Не хватало только опоздать в первый день.

– Псс, – Тоня привлекает мое внимание, когда дочка скрывается в детской, – рассказывай.

– О чем?

– Как свидание прошло?

– Ужасно, – выпаливаю. Сажусь к Тоне за стол. В горле ком. – Больше не пойду ни на одно. Хватит.

– Да что такого он сделал? Анкета на сайте знакомств выглядела хорошо, в переписке тоже отлично себя проявил.

– Он сказал, – вяло взмахиваю ладонью и понижаю голос до шепота, – что у него нет прав на управление транспортным средством с прицепом*.

– Не поняла, – глаза Тони округлились.

Я робко кивнула в сторону детской. В глазах мимо воли блеснули слезы. Обидно не за себя, за Тами. Как можно сравнивать подобные понятия?

– О боже, очень жестоко, Кать. Ужасно, просто. Он идиот.

– Действительно, – почти залпом выпиваю горячий кофе. Напиток обжигает, но даже это лучше, чем гадкое чувство внутри, которые вызывает воспоминание о неудавшемся свидании.

А парень действительно сначала был нормальным. Мило улыбался, комплименты говорил, я смогла расслабиться. Зря.

– Я удалила анкету.

– Кать, не все такие, как он.

– Да, согласна, – пожимаю плечами, – но попадаются мне именно такие. У каждого из них своя правда, почему чужой ребенок им помешает, только мне от нее не легче.

Помню, как тяжело отходила от прошлогоднего летнего романа. Приятный, красивый парень. Тимофей… Каким бы он был, если бы я ему про Тами сказала? Может, и не сказал бы подобных обидных слов, что-нибудь приемлемое придумал. Но суть…

– Я готова, – дочка появляется с блестящим розовым рюкзачком на плече. Нежное летнее платье с цветочками, две косички. А улыбка, от нее сердце екает.

Никогда не будет рядом со мной мужчины, способного отнестись к ней пренебрежительно. Лучше одной. Мама права: надо смириться и жить для нее.

– Отлично.

Быстро убираю со стола, последний раз осматриваю себя в зеркале перед выходом – строгий костюм, лодочки, волосы собраны в пучок. Наношу на губы нежный блеск и отправляюсь к девчонкам. Обе ждут меня со скучающим видом.

– Созвонимся, – Тоня целует меня и Тамишу, – у меня есть пара идей, как устроить твою личную жизнь.

– Лучше свою устрой и выясни, кто твой тайный поклонник.

– Я так подумала, не буду, – подруга хмурится. – А вдруг он мне не понравится? А так цветы, записки, романтика. Все, я отсыпаться.

Завожу Тамишу в садик рядом с домом, затем бегу на остановку. До новой работы добираюсь в течение часа.

На машине было бы в два раза быстрее. Права у меня есть, а вот взять кредит на покупку транспорта страшновато. Аренда квартиры тянет много. Плюс неясно останусь ли я на новом месте после испытательного срока.

Здание автосалона мне нравится. Огромный куб высоток в пять этажей с наполовину затонированным остеклением. Внутри видны дорогие автомобили, стойка ресепшена, рекламные стенды разных марок. Пара работников, прохаживающихся между автомобилями.

– Здравствуйте, – приветливо улыбаюсь главному менеджеру Константину Эдуардовичу. На вскидку ему около сорока, подтянут, улыбчив.

– Привет, зайди в отдел кадров. Они переделывали какие-то документы, просят подписать еще раз.

– Хорошо.

После всех формальностей приклеиваюсь к Лидии Станиславовне, моему куратору. Она поведает мне обо всех тонкостях работы с нашими непростыми клиентами.

– Лида и на ты, – она улыбается. Мой куратор старше меня лет на пять, не больше. Слегка полноватая блондинка с приятными ямочками на щеках. – Сейчас я покажу тебе расписание показов на день, клиентские списки и шаблоны ответов на телефонные звонки. Возможно, что-то несложное попробуешь, посмотрим, короче.

Следующие два часа Лида очень подробно рассказывает о работе. На нас не только показ автомобилей, но и обработка входящих звонков, работа с базой постоянных клиентов, обновление актуальной информации на электронных площадках.

Клиенты – люди часто непростые, ценящие свое время и хороший сервис. Ни при каких условиях мне нельзя вступать в конфликты, разговаривать на повышенных тонах. Только улыбка и уважительное отношение. При возникновении проблем, следует вызывать главного менеджера.

– А владелец «Ланкора» часто бывает в салоне?

– Обычно раз в месяц, – Лида сделала нам чай в комнате отдыха. – У Войцеховского пять салонов в Москве. Они основные. А мы на отшибе, – она вздыхает, – хотя я не отказалась бы видеть его чаще. Тимофей Семенович очень хорош. В него влюблены все девушки в салоне, от менеджеров до бухгалтеров и экономистов.

– Ого.

– Ого-го! Сама увидишь скоро. Его сиятельство посетит нас через три недели, – Лида с благодарностью приняла молочную шоколадку с орехами, которую я купила к чаю. – Только сильно не обольщайся.

– Вообще не планировала, – развожу руками. После последнего свидания ближайший год я вряд ли отважусь на флирт с мужчиной. – Но все равно интересно почему.

– Собирается жениться и не на абы ком, а на начинающей певице и модели. Лиза Вишневская – очень эффектная девушка. Ну, знаешь… ноги от ушей, фарфоровая кожа, шикарная грудь.

– Ясно.

Мне неинтересно, с кем мутит наш владелец, поэтому переключаю разговор обратно на рабочую тему.

– Первое время будешь стоять за стойкой ресепшена, так что тренируй неснимаемую улыбку.

– Понятно, буду, – бормочу. Улыбаться я люблю, конечно. Но весь день… действительно придется тренироваться.

____________

*Отсылка к выражению «разведёнка с прицепом». Шутка среди мужчин, считающих отношения с девушкой, имеющей ребенка, неприемлемыми.

Глава 03

Первые недели на новом месте показались выматывающими. Калейдоскоп лиц, марок автомобилей, списки клиентов, постоянные звонки и жуткая боязнь где-нибудь ошибиться. Лида, видя мои старания, постоянно подбадривала. Уверяла, что у меня очень хорошо получается.

Но главным испытанием стал первый показ и продажа новенького «Мерседеса». Его покупал солидный дядечка за шестьдесят для своей девушки.

Именно в такие моменты, когда тебе старпер с пафосом говорит в адрес повисшей на руке молоденькой восемнадцатилетней девчушку «моя девушка», и нужна та самая хваленая выдержка и неотдираемая улыбка. Мы уважаем любых клиентов, ценим и вообще любим. Ни в коем случае не осуждаем.

Девчушка вздыхала, что нет красненькой, огорчённо мурлыкала своему котику о счастливом цвете. Чтобы девушка не расстраивалась, заказали ей с Костей машину из Москвы.

 

– Спасибо, Екатерина, – мужчина сально облизал мою фигуру. Даже черный костюм с юбкой до колена не спас от его сканирующего взгляда. – Мы обязательно оставим вам чаевые.

– Через неделю приедет обновленный «Лексус», – я кивнула на его и так новую машину, – комплектация максимальная.

– Понял вас.

Вместе с оплатой и чаевыми на следующий день пришла коробка конфет.

– Катерина, спасибо за помощь. Обязательно обращайтесь по любому вопросу, – я показала карточку, вложенную под крышку, Лиде и шустро бросила ее в ведро для бумаг. Ну и намеки.

– Поверь, пишут и не такое, – Лида пожала плечами, – мы для них персонал, мясо. Считают, можно все. Но если начальство узнает о шашнях с клиентами ради повышенного вознаграждения – уволят. Репутация для Войцеховского важна, он церемониться не будет.

– Фу, – морщусь, – такое не для меня.

– До тебя девочку уволили именно из-за подобного, – шепчет мне Лида. – Скандал был приличный. Хорошо, смогли замять.

На выходные увожу Тамишу к родителям. И мне, и ей необходимо отдохнуть и расслабиться.

Дочка с удовольствием бегает по газону босиком. Пускает мыльные пузыри и тискает кота. Жаль, мы не можем завести дома животное – хозяйка квартиры против.

– Как новая работа? – мы с мамой расположились в беседке рядом с нашим небольшим деревянным домиком. Отец отправился внутрь полежать, отдохнуть от жары.

– Хорошо, на днях получила премию, – хвастаюсь первыми успехами.

– Ничего себе, ты же только устроилась.

Мама принялась расставлять на белоснежной скатерти тарелки. На улице лето, можно позволить себе обед на свежем воздухе.

– Работа такая. За продажи начисляется комиссия, бонусы всякие. Иногда клиент может оставить чай, если обслуживание ему очень понравилось.

– Но они не позволяют себе лишнего?

– Мам, кругом камеры. Нет, конечно. А как вы с папой?

– Потихоньку, – мама отправилась в дом и вернулась с холодником. Вкусный, на кефире. У меня слюнки так и потекли. – Отец уснул. Тамила, иди руки мыть.

– Ну мам, я не буду есть.

– Руки мыть, – бабушка как всегда непреклонна.

– Мам, потом, оставь. С отцом поест.

– Разбаловала.

Мама разливает холодник по тарелкам. На меня все время посматривает, словно сказать что-то хочет, но не решается.

– Что? – сдаюсь я.

– Видела Демида позавчера, – садится за стол. – Ездили с отцом за продуктами. А там он с этой.

Новую пассию моего мужа и по совместительству бывшую подругу, которая раньше появлялась у нас в гостях регулярно, мама, кроме как «эта», никак не зовет.

– Понятно.

– Она с животом. Довольная, – мама губы поджала. – Тварина проклятая, в чужую семью без зазрения совести влезла, отца у ребенка отобрала и в ус себе не дует.

– Увела… мам сколько можно. Мужчина не теленок, чтобы его уводили. Демид сам так решил.

– А ты и бороться не стала.

– Мам, за что бороться? Он мне изменил, – понимаю, что опять начинаем один и тот же разговор, но остановиться не могу.

– Изменил… Все мужики изменяют, Кать. Такая натура у них гулящая.

– Мам, не надо.

– Отец твой тоже святым не был. Такие они, Кать. Надо было гордость свою поумерить и принять обратно. А теперь что? Он с этой шмарой ребенка родит, счастливым будет. А ты? Сидишь одна с дитем, никому не нужная, – всхлипнув, мама вытирает салфеткой лицо. – Жалко мне тебя. Так вся жизнь и пройдет, кому ты нужна?

– Спасибо, мам, умеешь поддержать, – у меня пропадает аппетит, да и настроение вообще. Мама своими разговорами меня словно добивает каждый раз.

– Он хоть алименты платит?

– Положенные по суду, – перевожу взгляд на Тамишу. Она резво носится за котом между яблонями, пытаясь поймать за хвост. Но кошак хитрый, знает, чем ему Тамишины игры грозят, не дается.

Любящая, тактильная. Совсем не злая, не капризная девочка. Как можно добровольно лишать себя общения с ней?

– Не звонит?

– Нет.

– Все она, точно тебе говорю. Только о своем ребенке думает, а что Тамиле тоже нужен отец, ей наплевать. Как ты могла с ней общаться? Такую змею на груди пригрела.

Я и сама не знаю, как так получилось. Мы с Надей были дружны, я никогда не могла заподозрить, что она сможет поступить со мной так. Никакой симпатии к мужу с ее стороны не замечала.

Да и от Демида не ожидала. Он всегда говорил, что Надя его раздражает. Одевается броско, смеется громко. И вообще вульгарная.

Как я пропустила?

Наверное, слишком доверяла. Слишком была измучена бессонными ночами и заботой о маленьком ребенке. Мы с Демидом отдалились, но я искренне верила, что все наладится. У всех появляются дети, есть непростые периоды в отношениях, кризисы.

Ошиблась, упустила.

– Давай не будем, мам, ладно?

Сбрасываю босоножки и несусь по газону следом за Тамишей. Поднимаю на руки, кружу под заливистый детский смех.

Все у нас хорошо будет.

Отдохнув на природе, возвращаемся в город. Тамишку ждет садик, кружок балета и неспешная подготовка к школе. А у меня встреча с самым главным начальником.

Войцеховский – фамилия такая красивая. Интересно уже посмотреть, какой он на самом деле. Подпаду ли я, как и все, под его чары или останусь равнодушной.

Можно было погуглить, как он выглядит, но мы с девчонками договорились о чистом эксперименте. Я встречаю его на ресепшене и даю отчет, насколько хорош по десятибалльной системе.

– Вот увидишь, ты не устоишь, – усмехнулась Оля. Она сегодня была при большем параде, чем обычно. Мне даже показалось, что макияж и прическа сделаны в салоне. Если так, то офигеть она расстаралась, учитывая, что нам к девяти.

Ждали высокое начальство с самого утра. Каждый сантиметр выставочного зала был натерт до блеска. Сотрудники ходили по струнке, в комнате отдыха никого.

Надеюсь, такой ажиотаж будет у нас не чаще раза в месяц, я привыкла работать в более расслабленной обстановке.

До обеда отвечаю на звонки. В запаре совсем забываю о приезде начальника. Прижимаю трубку телефона к уху, уточняю удобное для клиента время и одновременно заношу встречу в расписание на планшете.

– Спасибо, что выбрали нас, – вешаю трубку. От улыбки лицо сводит и хочется расслабиться, но…

– Здравствуй, – до меня доносится знакомый голос из прошлого. Столбенею, поскольку не ожидала, что когда-либо наши дороги пересекутся вновь.

Тимофей?

Такого не может быть. Ну не бывает.

– Здравствуй… – мой взгляд с пуговиц на белой рубашке перемещается выше к кадыку, к подбородку, к чувственным губам, пока не достигает изучающих зеленых глаз, – …те, Тимофей Семенович, – добавляю я. Сложить два плюс два не составляет труда. В туманных воспоминаниях тот Тимофей что-то упоминал о работе в автомобильном салоне. Тачка у него была очень крутая. Войцеховский – красавчик по мнению всех девчонок в салоне. Таких совпадений действительно не бывает.

Мы смотрим друг на друга со смесью удивления и неверия. В моем взгляде добавляется неловкость. Мужчина, с которым я провела незабываемые выходные, а потом полгода страдала из-за этого у Тони на плече, – мой новый начальник. Тим все такой же, не изменился ни грамма. Привлекательный, с притягательной улыбкой, хриплым мужским тембром. Я часто думала, как он живет, чем дышит? Нашел ли такую, как хотел?

– Тим, мне позвонил менеджер, – рядом с ним вздыхает девушка, роющаяся в своем мобильном. Только сейчас ее замечаю. Как и предупреждала Лида, она особенная. Ноги от ушей, оголенного тела больше, чем одетого. На открытых участках нанесен сияющий блеск. Лицо словно отфотошопленное – точеный носик, огромные глаза, аккуратные пухлые губы. Она откинула длинную прядь рыжих волос назад. Надо же, они идеально сочетаются. Наверное, и дети будут рыжими, как солнышки. На пальце девушки блеснуло колечко. – Нужно ехать. У меня прослушивание через час. Вечером интервью для популярного журнала. Заберёшь меня?

– Да, – он мягко улыбнулся своей спутнице. Та, не церемонясь, обняла его за шею и поцеловала. Глубоко и без стеснения.

Чтобы не мешать нежностям, я уткнулась в планшет невидящим взглядом. Надо как-то собраться.

– Я постараюсь не задерживаться, но ты знаешь, как это бывает. Могу увлечься, если вдохновение настигнет.

– Наберу за час, чтобы ты успела собраться.

– Спасибо, Тим, ты лучший, – она хлопнула в ладоши. Вильнула подкаченной попкой и побежала к такси, ожидающему у входа.

– Где Костя? – раздалось спокойно. Взгляд Тима ощупал мое лицо еще раз, словно вспоминая.

О чем он думает? В прошлом я не дала ему свой номер и не стала ничего объяснять. Тогда мы были на равных. Сейчас ситуация сильно изменилась.

– Был в своем кабинете, я сейчас наберу, – хватаюсь за мобильный на столе. Под изучающим взглядом Войцеховского некомфортно. Особенно после поцелуя с невестой. Знаю, у меня на Тимофея нет и никогда не было никаких прав. И все равно в сердце неприятно колет.

– Не стоит, Катерина Павловна, – в его голосе появилась легкая усмешка, – я сам поднимусь.

– Конечно, – смазанно киваю и отвечаю на очередной звонок, как на спасение.

Как только появляется возможность, сбегаю в дамскую комнату.

В зеркале ужас – щеки горят, губы нервно искусаны, ладони подрагивают.

Надо срочно прекращать.

Случайные любовники, такие в современном мире сплошь и рядом. Мы друг другу ничего не обещали. Расстались, и каждый пошёл своей дорогой. Тимофей давно забыл обо мне и не вспоминает. У него нереально красивая талантливая невеста, которой я и в подметки не гожусь.

Нет смысла волноваться, полдня – и Войцеховский уедет. А в следующий его приезд я могу взять отгул, например. Или мы, как сейчас, можем сделать вид, что ничего не было и мы не знакомы.

Брызгаю в лицо прохладной водой, немного поправляю макияж. Его невесте лет двадцать, может быть двадцать два. Певица, модель, вау…

Забудь, Катя, забудь. Воспоминаниями и глупыми мечтами только больнее себе сделать можешь.

Поправив одежду, с удовлетворением замечаю, что пришла в себя. Никаких щенячих глаз или чего-то подобного Тимофей увидеть не должен. И девочки, им тоже лучше не знать о том, что у меня с их боссом было, сплетен и домыслов не оберусь.

Одно дело, если он просто всем нравится. Совсем другое – я с ним спала.

Выхожу в коридор, где натыкаюсь на Тимофея. Господи, за что?

Кроме нас, тут никого, дверь за мной захлопывает. Обратно бежать глупо.

Он делает пару шагов, останавливаясь слишком близко. До меня долетает аромат его свежего лаймового парфюма. Он всплывает в моих воспоминаниях, потянув за собой остальное. Наш доверительный разговор, близость, потрясающие летние выходные. Солнце, путающееся в его медных волосах. Они на ощупь очень мягкие и приятные. Мне хочется коснуться их и приходится себя одернуть.

– Неожиданно, да? – произносит Тимофей вслух.

– Да, – отвожу взгляд, – я не знала твою… вашу фамилию, когда устраивалась, просто…

– А если бы знала, не стала бы на меня работать?

– Нет… я не о том… просто, не знаю. – Боже, когда сильно волнуюсь, начинаю нести бред.

– Тимофей Семенович, можно вас? – Оля материализуется за спиной Войцеховского. При полном параде, блузка расстегнута на три верхних пуговицы, показывая соблазнительный край кружевного белья. Мне достается недоумевающий ревнивый взгляд. Похоже, она серьезно претендует на шефа, несмотря на невесту.

– Да, Оль, зайди, – взгляд Тимофея упал мне на бейджик, голос стал будничным,– Катерина Павловна, больше не задерживаю. Можете идти на рабочее место.

– Хорошо, – медленно обхожу обоих.

Мягкое мурлыканье Ольги царапает по моим нервам. Черт, личная жизнь Войцеховского меня не касается.

В комнате отдыха девчонки скопом налетают на меня. Ника с Машей из бухгалтерии, Зоя – секретарь Константина Эдуардовича, Лера, Мила, Таня из экономического. Тут же отделы закупок и логистики, как без них – Катя, Оля, Зафира, Яна, Рита. Мой куратор и теперь подруга Лида закрывает длинный список фанаток Войцеховского. Как же много у нас девушек, оказывается.

– Говори!

– Десятка, да, – растягиваю губы в улыбке.

– Вступай в наш клуб разбитых сердец, – Зафира, милая пампушка, вздохнула. – Рыжий с каждым приездом все лучше становится. Как такое возможно?

– Магия, – смеется Лида. – Оли нет. Она что, решила не обедать?

– Какой обед? Намарафетилась и понесла начальнику какие-то бумажки, – скривилась Милка. Видно было, осуждает. – Войцеховский, если кивнет, с неё трусы меньше, чем за секунду слетят.

Девчонки быстренько обедают, я тоже пытаюсь что-нибудь в себя всунуть. Вторая половина дня – сплошное мучение. Тимофей все время где-то в зале. Держу спину ровно, улыбаюсь посетителям и отвечаю на телефон. Я профессионал, я выдержу эту пытку.

 

В конце дня быстренько собираюсь, мне еще за Тамишей в садик. Моей секретной дочерью, о которой высокий начальник не в курсе…

– Катя, – Оля ловит меня на выходе. Она немного на взводе. – Ты о чем с Войцеховским болтала?

– Ни о чем, – меня ее напор заставляет отступить.

– Я видела, как ты ему улыбалась. Только пришла и думаешь подкатить?

– Нет, ты что!

– Поверь, мне дорогу лучше не переходить, – Оля идёт на выход, успев задеть меня плечом.

Я в шоке.

Медленно выхожу из стеклянных раздвижных дверей на крыльцо. Она успела пересечь парковку и вьется у машины Войцеховского. Оттого, как Оля ему улыбается и он улыбается ей в ответ, становится противно. Хорошо, что метро находится в другой стороне и мне не нужно проходить мимо них.

– Стой, – меня догоняет запыхавшаяся Лида, – ты чего не подождала?

– Извини, задумалась.

– Войцеховский на тебя пялился, – подруга берет меня под руку.

– Шутишь?

– Нечего было в телефоне сидеть, больше бы по сторонам смотрела, тоже заметила.

– Не думаю, что он пялился, – мой голос дрогнул, – скорее наблюдал, как я работаю. Я новенькая, Лида. Это нормально.

– Угу, видела, как Оля к нему прилипла?

– Да, сложно такое не заметить…

– Не выгорит у нее ничего. Год увивается. Как Войцеховский ни приедет, один и тот же цирк, – Лида хохотнула.

– И не надоело? Мне кажется, это унизительно. К тому же у него есть невеста.

– Олька хочет спонсора богатого. Войцеховский – предел её мечтаний. Она и в Москву всегда едет под любым предлогом, только бы его там выловить.

Вот это настойчивость. Судя по благосклонности Тимофея и его улыбкам, он вполне не против Олиного внимания.

– Мне было вынесено первое китайское предупреждение. Представляешь?

– Одуреть у нее крышу рвет! Оля тоже заметила, как он на тебя пялился, – Лида цокнула.

– Он не пялился, – закатываю глаза. Хорошо, что Тимофей уезжает завтра. Он привез с собой слишком много проблем.