С утра напившись кофе с имбирём
И потянувшись к первой сигарете,
Я непрестанно думаю о нём…
О чувственном и трепетном…о лете.
Духоту я на дух не переношу.
Суп извилин сразу плавится в лапшу.
Мне б водички свежей, чтоб не раскисал,
Но ни капли нету, выдохся бокал.
Духота все души взяла в оборот,
Даже ветер сушит, дух его гнетёт.
Нет нигде отдушин, город взаперти,
Дух почти разрушен, в склеп бы уползти.
Кожа словно шуба, вот бы её снять!
Да в воде студёной чуть прополоскать.
Но к ней не пробиться, как асфальт не рой.
А ещё б зарыться в землю головой.
Растекаюсь в кресле, пью горячий чай,
Напеваю песню как-то невзначай.
Духоту я на дух не переношу,
В мыслях убегаю в поле к шалашу.
Вода по трубам, ток по проводам.
Телега по просёлочной дороге.
Земля мешает продвигаться нам
И отнимает силы все в итоге.
Оголив в искушенье плечо,
Смоль волос разметав по подушке,
Ты прошепчешь чуть слышно: "Ещё",
Разрумянив томлением ушки.
Губы, жадно ловя поцелуй,
Обретут половодие страсти.
Чуть дрожа от невидимых струй,
Отдадутся пленительной власти.
Мне тобой не напиться вовек!
Нет предела у чувственной бездны!
Сеть несущих эмоции рек
Говорит, что труды бесполезны.
Нету обочин, нету кюветов,
Нету законов, нету запретов.
Глухо сомкнулись стены заборов,
Пряча мангал от завистливых взоров.
Снова психуя, еду по краю,
Боком с забора пыль обтирая.
Словно в тоннеле, только вперёд!
Лужа по курсу, я – пароход.)))
Мокрые ноги, скрежет цепи,
Вот бы сейчас оказаться в степи!
Чтоб бесконтрольно прокладывать путь
И от тоннелей душой отдохнуть.
Больше заборов – меньше простор,
Мы подписали себе приговор.
Страшно на воле, в клетке – покой,
Стойло возводим своей же рукой.
Не сверли меня глазами,
Стоном душу не трави
И дрожащими губами
Мне на совесть не дави.
Ну и что, что шевельнулся,
Может это я во сне,
Глаз ресницей встрепенулся?
Беспокойно спится мне!
Не тяни за одеяло,
Не пытайся его снять!
Лижешь ухо? Солнце встало?
Тать, опять идти гулять.
В вашем возрасте скажут: вести себя так не пристало!
И ведь тон подберут, чтоб до самой макушки достало.
Повторять будут долго, занудно и очень упрямо,
До тех пор, пока вы не кивнёте согласно-устало.
Свекровь и невестка – гремучая смесь.
Придирки, стенания, гонор и спесь.
Фехтуют на чувствах, интриги плетя.
Проткнут секунданта, не глядя, шутя.
Когда друзья мои все отвернутся,
А недруги сомкнутся за спиной,
Когда в проблемах можно захлебнуться,
Куда пойду в отчаяньи? Домой!
Где мать всегда поймёт и успокоит,
Согреет своим сердцем и душой,
От всех врагов и бед крылом укроет,
Вернёт к истокам буйный разум мой.
Так пусть тебя года совсем не старят,
Заботы и проблемы обойдут,
Подруги радость и поддержку дарят,
Враги просить прощения придут.
Луна затменьем Солнце не закроет,
Тебя я в сердце бережно храню.
Весь мир проблем твоей слезы не стоит,
Родная, я тебя боготворю.
Скребя каблуком по дороге,
Бредут, заплетаются ноги.
Им бедным не сладко пришлось,
Устали, промокли насквозь.
Весь день они тушку носили,
Ходили, бежали не ныли,
И думали лишь об одном:
Что скоро воротятся в дом!
Там будет для ножек услада,
Свобода от обуви ада,
В объятия тапочек нежных,
Попасть и уснуть безмятежно!
Но нету им бедным покоя,
Не дружат они с головою.
Надменного разума высь,
Их с шага сбивает на рысь!
Всё гонит и гонит куда-то,
Воображенье богато,
Сигналы по нервам свистят,
А ноги от боли горят.
Совсем уже бедным невмочь,
За окнами тёмная ночь!
И чтобы вконец не загнуться,
Молят об одном-растянуться.
Скрепя каблуком по дороге,
Как узники в тесном остроге,
Несчастные всё же споткнулись
И в луже без сил растянулись.
У каждого есть крылья за спиной,
Но мало кто их может обуздать.
Волочат, как обузу, за собой,
Убив в себе стремление летать.
Проходят годы, надобности без,
Они преображаются в горбину,
Теряют перьев белизну и вес,
И люди уж не плачут на судьбину.
А что, нормально, скрючены слегка,
Но всё же лучше, чем доселе было.
Вот так, забыв совсем про облака,
Не вспомним даже, что мечту убило.
Она ревнует меня к стихам,
Принять не в силах рожденье строчек,
Ведь оскверняю я кухни храм,
Когда экспромтом пишу листочек.)
Вот вроде ясно понять даю:
Пока не выдавлю мысли строчкой,
Нарывом будут тянуть в гною,
Разрушить надо их оболочку!
Она ревнует меня к стихам,
Молилась лучше бы, что не к людям!
Она ревнует меня к мечтам!
Когда нет действий – за мысли судим.