Тетя Люся закидывала удочку, не останется ли она у нее подольше в роли любимой квартирантки, Галя кивала с расчетом усыпить бдительность и как можно быстрее оттуда сбежать. И даже как-то начала подозревать тетушку в сговоре с Ваней. А что? Вполне могло быть. Но нет. Тетка на руку оказалась чиста и мозгом в эту сторону не продумана. Сама хотела разыскать внука, чтобы у него долг забрать и купить себе новый диван.
Чем дольше Галя находилась в этой резиденции, тем больше всплывало деталей. Иван ее, как выяснилось, постоянно кутил в долг и как не в себя притягивал неприятности на всевозможные части тела. Даже от какой-то венерологической заразы однажды лечился. Видно, ткнулся не туда по глупости. А теть Люся была в курсе, потому что по таким поводам его ссылали к ней в номера, чтобы глаза не мозолил.
Почему до сих пор его жена с вещами не выгнала или тесть не зарезал – непонятно. Чем-то ценен он был для великосветского семейства, раз при себе держали. А поначалу-то да, случилось все исключительно по большой любви с женской стороны. Папенька пытался поперек лечь, но не удалось. Если опустить все детали, то пристроился Ваня красиво и сладко, а говнюк или не говнюк, то уже нюансы, даже скорее дела семейные.
Через неделю на ее работе случилось неожиданное. Приходила Галя туда исключительно после семи вечера. Пока убиралась в подсобках и технических помещениях, наступало время закрытия магазина, и нужно было драить основную территорию заведения – уже ставший до трещинок родным кафельный пол. За кассами в проходе перед выходом хозяин сдавал свободную площадь, и там располагались три киоска: приемный пункт химчистки, аптека и ремонт часов с изготовлением ключей.
В химчистке посменно трудились две женщины, которые поначалу просто наблюдали за Галей, а потом не поленились спросить: почему молодая красивая девка не найдет себе работу поприличней? Кормить их любознательность задачи не было, поэтому Галя отвечала, что личность она творческая, учится на актрису, и нужен ей определенный опыт для роли. Между собой тетки пять раз обсудили, что, скорее всего, Галина чистосердечно врет, но с вопросами отстали по банальной причине – их уволили, а химчистку закрыли. Галя сразу подумала, что не то они чистили, надо было меньше языками трепать, тогда, глядишь, сидели бы на месте.
С аптекаршей она была в хорошем контакте. Через день закупалась у нее на все их общежитие. То теть Люсе что-то понадобится, то соседу пластырь. Так и подружилась с провизором. Особенно когда ближе к закрытию той надо было согнуться и покурить, а этой разогнуться и выдохнуть. Можно сказать, в каком-то месте трудового дня их интересы сходились.
Ремонт часов с заточкой оставался закрытым всю неделю, ровно до забавного момента. Ну как забавного, приятного. Галя встретилась с Марком, который вышел из отпуска и сразу ей понравился. Бывает так, смотришь на человека – и все в нем складно и хочется. Во внешности чувствовалась порода, и верилось, что с жизненными ценностями и нутром ему, как и с внешностью, тоже повезло.
Паспорта у Гали так и не было, обозначенной картины будущего – тоже, лишь сплошной сюрреализм. Зато появился свет в конце тоннеля в виде этого темноволосого парня. Пару дней она за ним наблюдала. Судя по всему, недостатка в женском внимании Марк не испытывал. Вечером к нему подходила каждая вторая женщина, у которой красовались на руке часы или лежал в кармане без разницы от чего ключ.
Необъяснимо, но он обладал каким-то магнетизмом, который заставлял дамочек после оплаты покупок заглядывать к нему в каморку. Что по факту помогало ему делать банк. Они текли, он обслуживал. Ключи, часы, консультации, но не более того. С Галей они не общались до момента, пока у нее не сломалась швабра.
Специально не придумаешь, но случилось это ровно напротив его локации, где она ко всему прочему умудрилась криво поскользнуться, бахнуться головой о его прилавок и вдогонку подвернуть ногу.
Галя олицетворяла собой фигуристку, которая в тот момент собрала все медали. За швабру явно вычтут из зарплаты, если вообще хватит дневного оклада покрыть расход. Сколько уйдет на восстановление ноги – неизвестно. Что с головой – тоже знак вопроса. И больничный выписывать некому. Пришлось положиться на Марка, который обещал решить вопрос со шваброй и договориться с управляющей, чтобы Галю не увольняли, а отпустили на несколько дней домой. Получилось.
Подходило время закрытия магазина. После такого яркого знакомства они решили обойтись без фамильярностей. Галя сидела у него в каморке и придерживала голову, как будто она вот-вот упадет. В районе удара намечалась зачетная шишка. В этот момент она думала не о потерях, а о следующем: хорошо, что не лицом бахнулась, и отлично, что не об аптеку. Проще говоря, удачно зашла.
– Я тебе такси вызову, – сказал Марк. Он тянул вниз оконную решетку в своей будке. Осталось закрыть замок.
– Не уверена, что где-то по дороге не вырублюсь, все кружится, как на карусели, – она изобразила бессилие.
Ей, конечно, было плохо, но не настолько, чтобы отправиться без сознания в далекий полет. А вот возможность узнать Марка получше терять не хотелось.
– Ты в каком районе живешь?
Галя назвала свой адрес, и Марк заверил, что им как раз по дороге и он ее в сохранности довезет. Когда он обхватил ее рукой вокруг талии, чтобы она держала равновесие, ее и вовсе потянуло расплакаться. В какой-то момент она ощутила то, о чем сто лет как забыла – настоящее мужское плечо, если не считать миража с мужественностью Ивана. Да и что теперь вспоминать.
Ей хотелось растянуть эту дорогу до выхода на улицу на бесконечные километры и брести так вечно, но не менее приятно оказалось сидеть рядом и болтать с ним уже в такси. Десять минут поездки пролетели предательски быстро, Марк помог ей подняться до двери и попросил номер телефона. Так, на всякий случай.
Если бы даже он этого не сделал, Галя сама впихнула бы. Но не понадобилось. Сохранила лицо. От чего ее внутренний оркестр бил фанфары, а бабочки плясали от макушки до пят. Галя поцеловала его в гладко выбритую щеку, назвала настоящим мужчиной и поблагодарила за хлопоты. Он обещал быть на связи. Волшебство закончилось, когда она вошла в квартиру и ее увидела тетушка.
– Господи! Ты что, на стрельбах была? Или у вас на работе там что-то обрушилось? Битая и хромая.
На эти крики выполз сосед. Глаза по старой доброй традиции уже были залиты. Сказал, что Галя отлично выглядит, лучше, чем у них бабы на заводе, и обратно уполз в кусты.
– Тебе чаю сделать или в душ хочешь? – спросила тетя Люся.
– А выпить есть что?
– Есть, конечно. Коньяк. Там немного, но на две рюмки хватит.
– Вот и отлично. Мне нужна анестезия.
Тетя Люся развернулась и почапала к себе в комнату, судя по всему, за бутылкой. Галя, всеми усилиями пытаясь не наступать на больную часть ноги, максимально быстро плюхнулась на стул. Посиделки затянулись за полночь, потому что теть Люся оторвала от сердца и притащила еще одну бутылку.
– Это я у Ваньки слямзила, когда он тут зад свой отсиживал. Но нам же это не помешает его выпить?
– С чего бы? Человеческая пакость в хороший коньяк через стекло не проберется. Так что наливайте. И знаете что, у нас с вами есть одна дата для праздника. Ну, подумайте..
– Хм… Повысили тебя, что ли?
– Да при чем тут? Я про дату вам намекаю. Ну? Сегодня ровно месяц, как я у вас проживаю, двенадцатого числа приехала. Вспомнили?
– А, точно, – поддакнула тетушка, разливая по стопкам фирменный коньяк.
– Деньги за комнату я вам через пару дней принесу. На работе дали выходные отлежаться.
– Вот и ладно. Отдохнешь заодно, а то уже синие круги под глазами. Думаешь, я не знаю, что ты еще в двух местах в течение дня тряпкой машешь? Или я совсем дура верить, что ты каждый день уходишь утром погулять, а потом без обеда к вечеру мчишь на работу?
Галя сама не понимала, почему ей было стыдно это озвучить. Денег катастрофически не хватало, а признаться, что она годится только в поломойки в этих обстоятельствах, оказалось противно даже себе.
– А, можешь ничего не объяснять. Знаешь, сколько я всего за эту жизнь насмотрелась? Давай лучше выпьем.
– Давайте. Только скажите, откуда вы знаете про остальную работу?
– Вот ты наивная! Что ты хочешь скрыть в трех березах, когда на районе со всех сторон разведка. Знакомые начирикали. Ты ж девка заметная, вот и спрашивают – не твоя ли там у нас в салоне полы моет? Трудно описать, что ли? Это кажется, что Москва большая и здесь просто скрыться или потеряться. А по факту – все та же деревня, только масштабом шире. Мозг-то у людей тот же.
– Да вы, теть Люсь, у меня тут, я смотрю, мозг! – Галя подняла рюмку: – За вас!
От стресса и с непривычки лекарство мигом подействовало, и Галю разморило. Оставалось аккуратно транспортировать свое тело до кровати и уложить его спать. Часы показывали полночь, а телефон – сообщение. Марк интересовался, все ли у нее в порядке. Она посмотрела на себя в зеркало, ухмыльнулась. Порядком ее вид назвать было сложно.
– До свадьбы заживет! – сказала себе Галя.
Потом вспомнила, что она довольно пьяная, и решила, как приличная женщина, кроме спасибо и спокойной ночи, ничего лишнего не писать.
Проснулась она от жуткой головной боли. Последствия удара смешались с похмельем, хотелось горячего чая, в ванну и потом еще полежать. Теть Люся бегала огурцом, как будто не участвовала во вчерашнем разгуле. Сказывались боевой дух и выдержка. Когда она увидела Галю, то даже икнула.
– Ой… В гроб кладут краше, честное слово.
– Вот спасибо вам на приятном слове. И доброе утро, – сказала Галя, заползая на кухню.
– Кофе будешь?
– Нет, мне лучше чая. Поставите воду?
Она жестами показала, что пока сходит в ванную, чтобы реанимировать сознание.
– Тебе какой заварить?
– Зеленый.
– Ладно, дуй. Я все сделаю.
Гале захотелось обнять тетушку, но лишних сил на это не обнаружилось. Поэтому она кивнула, пустила похмельную слезу и сконцентрировалась на первичных целях: после душа хлебнуть чая, выпить таблетку от головной боли, намазать ногу и снова лечь спать. Ближе к вечеру Галя вроде пришла в себя, стала похожа на отдохнувшего человека, хоть и с шишкой, и решила лучше прощупать Марка. Ей свербило продолжить общение, но меньше всего хотелось на парня как-то сильно давить.
Она взяла телефон и вначале в очередной раз набрала номер Ивана, но он, как всегда, был недоступен. После этого вернулась мыслями к Марку. Написала ему ни к чему не обязывающее сообщение: «Привет. Спасибо тебе еще раз, что помог вчера. Мне было приятно твое внимание».
Ответ не заставил себя ждать, прилетел бумерангом. Марк спросил, может ли он позвонить. В этот момент Галя подумала о нем, что нельзя быть настолько приличным. Даже на мгновение показалось, что наконец повезло. После ее согласия созвониться разговор затянулся на бодрых сорок минут. Говорили обо всем и птичках. Марк предложил привезти ей после работы апельсинов, она же не стремилась хвастать своими хоромами и принимать в таком виде гостей. Договорились увидеться завтра вечером в сквере возле соседнего торгового центра, чтобы попить кофе и прогуляться.
Галя от такого поворота событий уже готова была в знак победы и фарта сплясать сальсу. Так воодушевилась, что даже нога перестала сильно болеть. Но теть Люся не дала погрузиться с слюнявые мечтания, принесла новости.
– Ванька объявился, представь! Обещал завтра заехать, интересовался, на месте ли ты. Про паспорт у него спросила, сказал, что при нем, сказал, привезет.
– Как вовремя-то. Может, вы без меня тут, а? Заберите у него документы, не хочу его физиономию видеть. Мне как раз завтра вечером уйти надо по делам.
– Он вроде хотел с тобой переговорить. Тебе во сколько уйти надо?
– Еще точно не знаю.
– Хорошо, я ему передам, а там сами разбирайтесь. Я в ваши дела лезть не буду.
– Да нет у меня с ним больше никаких дел, кроме как одного нюанса в виде документов. Даже морду нет желания расцарапать, как бабка отшептала. Паспорт хочу забрать, и все.
Теть Люся покачала головой то ли в знак понимания, то ли сочувствия, не поймешь, и вышла из комнаты, чтобы Галю на ночь глядя не донимать. Галя же верила, что не зря ее принесло в столицу, хоть и такими путями. И стало совершенно неважно, что вместо привычной работы психологом она грязной тряпкой по углам машет. Это же временно, только сейчас.
В глубине души ей что-то подсказывало – все скоро изменится. Должна же быть в этой жизни мало-мальская справедливость. Не просто так ее по жизни помотало. В этих раздумьях и без аппетита она аккуратно легла на постель и постаралась провалиться в глубокий сон.
Не тут-то было.
В полудреме она слышала, что кто-то начал открывать в квартире входную дверь. За время проживания в этих апартаментах желания следить, кто пришел-ушел и все ли дома – особо не было. Кто там ломился, она понятия не имела, и значения этому не придала. А зря. Буквально через минуту в ее комнату влетели два здоровенных амбала. Их совершенно не смущало, что она лежала в ночной рубашке. Они встали по обеим сторонам возле прохода, уперли руки в боки.
– Поднимай свой зад.
Галя еще туго соображала, поэтому встревоженно смотрела на обоих и желала выяснить – а, собственно, куда и зачем?
– Тебе помочь или сама справишься?
– Одевайся давай, надо прокатиться.
Один из амбалов сделал шаг вперед.
Галя осторожно откинула одеяло, спустила ноги на пол, но не спешила подниматься. Чуть повернув голову, она увидела в коридоре своего, как бы правильней сказать, несостоявшегося супруга. Иван стоял понурый, молчал и старался на нее не смотреть.
– Ваня, а что происходит? – выдавила из себя Галя.
В ответ прилетело ноль внимания, да и что удивляться, в коридоре вместо Вани стояла тряпка. Амбал еще раз показал жестом, что пора бы что-то накинуть и пройти на выход.
– Кто-нибудь объяснит, вообще, что за дела? Вань? – она уже переходила на крик.
Тут Иван поднял на нее глаза и сказал, что лучше обойтись без лишних вопросов и просто пройти с ребятами.
– Ого! С ребятами! Еще скажи с друзьями. А если я не поеду?
– Ты сейчас серьезно? – гаркнул один из увесистых парней.
Одного его тона оказалось достаточно, чтобы замолчать. Всем видом эти товарищи внушали опасность на двенадцать по десятибалльной шкале.
– А вы можете выйти, чтобы я переоделась? Или мне прям так, в неглиже ехать?
– У тебя две минуты. И это, куртку накинь, там прохладно.
Выбора не оставалось. Как только они шагнули из комнаты, она метнулась к шкафу, достала джинсы и легкий свитер, нашла в сумке какие-то деньги и сунула на всякий случай в задний карман. Телефон, блин, разряжен. Куртка, что еще?
Ей уже стучали, торопили, думать было некогда. Когда она выходила, примчалась теть Люся, чтобы добавить в ситуацию драмы.
– И куда вы, ироды, ее забираете? Иван, ты совсем сдурел? Что творишь?
– Только ты сюда не лезь, а? Не усугубляй. Без тебя куча забот.
Он развернулся ко всем спиной и последовал к выходу за двумя амбалами и Галей. У последней подкашивались коленки. Ей казалось, что она спит и видит сто пятьдесят третью серию бандитской мыльной оперы, лихие девяностые, блин. Но все было более чем реально, а от этого особенно страшно.
На втором этаже один из парней остановил Ивана и сказал, что тот вполне свободен и больше не нужен. Второй же подталкивал Галю в спину, чтобы не останавливалась и шла по лестнице вниз.
Пока она спускалась, резко запахло свежей мочой, и ей очень хотелось, чтобы это был Ваня. Она так и видела, что это он обоссал штаны, но проверить уже не могла. Жаль. Ну да ладно.
На улице их ждала большая машина. Как водится у всех бандитов – черная. Ее впихнули на заднее сидение, заблокировали двери и повезли в неведомую даль. Пока ехали, в голову лезло всякое. Обрывки воспоминаний и рассказов, что обычно делают такие мальчики с приличными и не совсем девочками. Выглядело все как лотерея, потому что она понятия не имела, куда ее везут и зачем. Относительно Вани выражения складывались нецензурные, надо же было на ком-то упражняться.
«Ну как? Как можно было так попасть?»
«Да вот так. Сама дура!» – говорил внутренний голос. И судя по всему, в этот раз он оказался прав. Но что с того?
Галя прислонила голову к стеклу машины, кожу обдало холодом. Она на минуту закрыла глаза, и как будто провалилась в сон. Ей виделось свое захолустье, родная квартира, где нет этого кошмара. В конце концов, теперь у нее есть еще один повод выбраться из этого недоразумения – Марк. В этот момент, прямо здесь, в чужой огромной машине, ее иллюзии о счастливой жизни летели в пропасть.
«Галя, дыши, слышишь? Успокаивайся. Дыши! Раз, два, три, четыре…» – шептала она себе.
– Эй, ты там не дрыхни! Мы скоро приедем, – сказал один из амбалов.
Она не реагировала, пыталась сконцентрироваться, ей в тот момент было на этих товарищей все равно. Сколько они добирались до места, Галя понятия не имела. Картина за стеклом показывала, что это совсем уже не Москва, а какой-то лес. Вдалеке светились огни, значит, там стояли дома. Когда они остановились у высокого забора, ей сквозь стекло удалось разглядеть только часть крыши. Справа от нее один из парней открыл дверь, схватил Галю за руку и начал тащить на себя.
– Я сама выйду, не нужно, мне так больно, – сказала она ровным тоном, пыталась не показывать весь ужас, который сидел у нее внутри.
– Да не дергай ее, – гаркнул ему второй. – Куда она денется. Только обыщи на всякий случай. Мало ли что там в карманах.
Он быстро прощупал ее корпус, проверил одежду, забрал телефон, а потом убрал от Гали свои грабли. Кивнул напарнику головой, мол, все хорошо, и скомандовал кому-то по рации:
– Открывай!
Через пару секунд она услышала резкий щелчок и дверь в воротах открылась. Когда Галя шагнула во двор, ее взору предстала странная картина. Она не могла понять, что именно ей напоминает этот дворец – пещеру Али-Бабы или хоромы цыганского барона.
Засада была в том, что и то, и другое предвещало минимум хорошего. В голове крутилась мысль: чему быть, того не миновать. Но до тошноты хотелось только одного – жить.
Нос учуял запах свежего шашлыка, тут явно намечался поздний ужин. Как-то успокаивало, что мясо уже имеется, и она в этом плане не пригодится никак. Во дворе стояло еще четыре машины. Нехитрая математика. Значит, в доме могло быть человек двадцать.
«Капец, к чему же готовиться?» – спрашивала она себя и бездонное небо.
Ей не дали времени на раздумья, опять подтолкнули в спину и попросили пройти вперед. Главную дверь открыли. Она шагнула внутрь.
И сильно удивилась: там мало что блестело и сияло, не то что снаружи. Взору предстал просторный холл, который перетекал в бесконечный по размеру зал. В разных концах комнаты можно было заметить то нарды, то покерный стол, то шашки, то бильярд. Хозяин – интеллектуал-игроман? Галя оглядывалась, сбитая с толку скромностью в обстановке. Если сюда добавить пару деталей игрового формата, то можно смело вешать вывеску «местное казино». В тот же момент мимо пробежала овчарка.
– Садись, хозяин скоро выйдет, – сказал один из провожатых. Они все были похожи друг на друга, но она уже начала различать их по чертам лица. У одного был кривой нос, у другого косил глаз. Третий даже не скрывал правую руку без двух пальцев. Остальной бандитский колхоз еще не показывался.
Галя ждала.
Жутко хотелось пить. На столе в трех шагах от нее красовался мини-бар, где, скорее всего, была вода. Не только же вискарем они тут едины. Галя поднялась с кресла, шагнула к бару и потянулась к стакану.
– Не, нормально? – сказал один из бугаев. – Ты куда почесала?
Она все никак не могла привыкнуть к тому, что надо спрашивать разрешения встать и сесть.
– Воды-то можно выпить?
– Если ты с расчетом, что сейчас напьешься, потом дернешь в туалет и оттуда бежать – сразу забудь.
Галя посмотрела на него как на идиота, бежать и правда мыслей не было. Она хорошо помнила, какой высоты стоял вокруг дома забор. Хоть и приходилось в детском доме сигать из окон и уходить на пару дней в самоволку, но тут такой номер не прокатит.
– Я просто хочу пить!
Больше ей не сказали ни слова, просто молча наблюдали за каждым действием. Галя чувствовала себя подопытной крысой. До сих пор не пришло понимание, то ли ей яду подсыпать хотят в перспективе, то ли тупо расчленить. От таких мыслей хотелось впасть в ступор, но было не время. А с учетом не так давно ушибленной головы, концентрация в моменте оказалась важнее всего. Сложно, но придется.
«Ну, давай, думай», – уговаривала она себя.
Все было мимо кассы. О чем думать, если непонятно куда приплыла?
Пока она возилась с водой, в комнату вернулся пес. Подбежал прямиком к ней, обнюхал и сел рядом. Охранял. Наверное, для хозяина, который вот-вот придет. Она налила полный стакан и вернулась вместе с ним на место в кресло. Собака последовала за ней, даже пыталась заигрывать, лизнула пальцы на руке.
– Хоть ты меня не сожрешь, уже хорошо, – обратилась она к собаке. – И как зовут тебя? Молчишь? Правильно, нечего со мной разговаривать. А то еще привыкнешь, а меня потом увезут в лес и прибьют. Придется потом скучать.
– Ты, может, заткнешься? Напилась, вот и успокойся.
Галя решила последовать совету одного из амбалов. Время тянулось бесконечно долго. Нога начала ныть, голова болеть, таблеток с собой не было. Когда придет хозяин – неизвестно. В таком темпе скоро захочется лечь на пол и тихо скулить, как рядом лежащий пес. Но тут мохнатое животное подскочило и понеслось в сторону витиеватой лестницы. Кто-то спускался со второго этажа как раз рядом с огромным диваном и покерным столом.
Через несколько секунд Галя увидела человека, который больше был похож на доктора наук в летах, чем на предводителя притона или местных команчей. Никаких наколок, шрамов, мата и гонора. Он с ней мило поздоровался, представился Валентином Михалычем и даже спросил, как дела.
Галю это немного успокоило, но бдительность не усыпило.
– У тебя, наверное, есть вопросы?
Она кивнула.
– Спрашивай.
– Почему я здесь?
– Надеюсь, тебе это не разобьет сердце, но ответ будет мало приятным.
– А вы кардиолог? Ну, охрану свою попросите, откачают, если что. Вдруг я в обморок брякнусь от неожиданности. Мало ли что.
– Острая на язык, люблю таких. Не скучно с тобой будет, это сразу видно.
– Не скучно где?
– Это уже второй вопрос, а мы еще первый не закрыли.
– Ладно, как скажете, мне торопиться некуда. Я же тут на долгосрочный банкет попала, так?
– С банкетом позже решим, по обстоятельствам. А ответ более чем очевидный. Твой дорогой Иван, или кем он там тебе приходится, проигрался в карты. Так продулся, что в припадке чуть не заложил свою жену. Что поделать, больной на всю голову человек, игроман. Просто на кон поставил свою женщину. Ты же она? Вот поэтому ты здесь.
– Но я не жена. Я ему вообще по сути никто.
– Это уже не важно. Правила есть правила. Социальный статус не оговаривали, лишь обозначили пешки. А сдал он нам тебя. Так что…
– Интересно вы тут живете, что еще сказать, – Галя задумалась. – И что дальше?
– Вот я тоже думаю, что дальше с тобой делать.
Он повернулся к одному из охранников.
– Как думаешь, с ней как обычно поступить или по второму сценарию?
– Эта борзая, суеты будет много. Лучше по второму.
Она почувствовала, как побежали мурашки. Сейчас какой-то безмозглый мудак решал ее судьбу, а она даже не могла представить всю красоту двух предложенных вариантов. Дело пахло керосином. Галя набралась смелости и воздуха и выдала:
– Вы же сами азартный человек, Валентин Михайлович, правда? Так давайте с вами проиграем нестандартный вариант. На лице так и вижу, скучно вам, все одно и то же. Так может…
Его глаза налились сталью, тут же повеяло холодом, от этого взгляда хотелось провалиться. Кажется, Галя ошиблась с теорией неожиданности, но через пару секунд оказалось, что нет.
Валентин Михайлович явно не любил, когда кто-то вклинивался без спроса с мнением или начинал перечить. И, ясное дело, этот дядька был не так прост. Но что ей было терять, разве что отбитую о прилавок голову и сомнительные мечты.
«Главное – не показывать, что боишься. Главное – не труситься. Галя, вспомни, когда тебя били в детдоме, а ты все равно стояла на своем и держала лицо!»
Установка действовала, сидела она спокойно и не моргала. За ее спиной послышался звонок, это трещал ее телефон. Галя повернулась на звук и посмотрела на охранника. Тот достал трубку, глянул на дисплей и сказал, что звонит какой-то Марк.
– Это кто? – спросил главный.
– Так, случайный знакомый.
– Искать будет? – но продолжил, не дождавшись ответа. – Да какая разница, все равно не найдет.
Пес крутился вокруг хозяина, периодически подходил к Гале, потом улегся на ковер возле барной стойки и тихо засопел. Все это время каждый персонаж в комнате молча наблюдал за собакой и своими мыслями. Явно все решали, что делать. А Галя так и не могла понять, есть ли у этого, с виду приличного, дядьки какой-то разумный план. И что ей делать дальше? Ждать и молчать или лезть на свой страх и риск в пекло.
В комнату вошла женщина средних лет и сказала, что в кабинете ждет адвокат, чтобы подписать какие-то бумаги. Валентин Михайлович велел всем ждать, развернулся и ушел. Эта тягомотина Гале уже порядком надоела. Все стало походить на китайскую пытку, душа требовала четкого понимания, что дальше будет происходить, как и где. Но долго сидеть не пришлось, главный вернулся быстро и сразу обратился к ней с вопросом.
– Так что ты там хотела предложить? Говори.
– Я не знаю, какие у вас на меня планы, – тут ее перебили.
– Да в Дубай тебя отправить, что уж там. Девка ты видная, используют по назначению. А начнешь выделываться, так закопаем через дорогу в лесу.
– Ты бы заткнулся, – сказал главный одному из охранников. – Разговаривать стал много. А ты его не слушай, видишь, голова у человека отбитая, совсем дурной.
Охранник фыркнул, но сказать что-то в ответ не осмелился.
– Продолжай, что ты предлагаешь?
– Давайте сыграем.
– Вот те на, – главный засмеялся, остальные подхватили от неожиданности.
Когда гвалт прекратился, он продолжил:
– И во что ты хочешь играть, а главное – на что?
– В нарды. На себя.
– То есть, если ты выигрываешь, я тебя отпускаю, верно?
– Верно.
– А если ты в проигрыше?
– Так какие варианты? Делаете со мной что хотите.
– Это даже забавно, потому что без вариантов, но мне интересно.
– А почему без вариантов?
– Потому что все, что у меня сейчас есть, я выиграл. И это не только фарт, но и ум. Дом, в котором мы сидим – ставка. Внутри все переделал под себя, а снаружи не стал, пусть все думают, что притон, и обходят стороной. Бизнес с подсолнечным маслом – тоже один товарищ проиграл в карты. У меня целая империя, и все построено на игре. Я не проигрываю. Ты все еще хочешь потягаться?
– Да, хочу. Заодно и проверим, насколько вам фартит. Конечно, если дадите слово, что отпустите в случае моей победы.
Гале казалось, что за ее спиной все дружно фыркнули и замерли в ожидании хозяйского ответа.
Еще бы. Какая-то молодая баба, не очень похоже, что с мозгами, решила тягаться с боссом. Выглядело все как анекдот.
– Хорошо, я согласен. Обещаю отпустить, если выиграешь.
Стадо выдохнуло.
– Принесите нам сюда стол и нарды.
Кабанчики метнулись выполнять указание. Через минуту Галя сидела напротив главного, смотрела на игровую доску и молилась непонятно каким богам.
– В простую или бешеную?
– Бешеную, – ответила без раздумий.
– Ладно. Тогда начинай, дамы вперед.
Он пододвинул кости ближе к ее половине доски кости.
– Ну что, мальчики, ставки делать будете? Такого у нас еще не было.
Валентин Михайлович задорно хихикнул и как-то разгорячился. Банда высказала свое мнение, что тут без вариантов и кто-то с длинными волосами после этой партии явно отправится в темный лес. Галю эти рассуждения не сбивали, она пыталась сосредоточиться. Со времен ее юности на пути не встречалось человека, кто бы у нее в нарды выиграл. Сегодня предстояла бойня насмерть. Потому что противник попался нехилый, и на кону стояло не много не мало – ее жизнь.
– Ну, кидай, – босс сидел в ожидании.
Галя провела рукой по шее, спустилась чуть ниже, потрогала свой амулет на цепочке. Потом взяла с поля два кубика, поднесла к губам, поцеловала. За спиной начали подзуживать, что у бабы свои шаманские ритуалы, но они вряд ли помогут. Она не слушала, выбросила кости. Они показали три и шесть.
У главного выпало на два меньше. Первый ход был за Галей. Валентина Михайловича явно ситуация веселила, он как-то забавно ерзал в ожидании. Она начала ощущать его азарт, это читалось во всей его позе, улыбке и глазах.
В первой половине игры Галя вела, окружающие занервничали и даже подошли ближе, встали в кружок. Потом боссу фартануло, и он начал выбрасывать подряд дубли. Охранники шутили, что пора идти за веревкой и мылом.
Через какое-то время стало очевидно, что Галя проиграет. При всем раскладе невозможно было успеть вывести все фишки домой и потом выбросить за доску с минимальным количеством ходов.
Пока все потирали руки и лизали одно место боссу, Галя начала бросать дубли. Один, второй, следующий. У босса даже не представилось шанса коснуться кубиков за последующие семь минут. Сердце Гали билось в такт с шашками, дыхание синхронизировалось с выбросом костей. Она обогнала главного так быстро, что остальная публика даже не успела моргнуть.
– Охренеть! Как ты это сделала? Я же тебя закатал на середине партии! – босс неприкрыто смеялся.
Галя ждала, что он рассердится, и от волнения сидела с вспотевшей спиной. Но он продолжал заливаться, даже пустил слезу, сказал, что его давно так никто не веселил. Она вообще перестала понимать, что происходит, и уже стала прощаться с жизнью.
– Ладно. Потешила ты меня, что еще сказать. Секретом поделишься?
– Никаких секретов. Чистое везение, – сказала она ровным голосом, силы начали ее покидать, все ушло на концентрацию и игру, а голова продолжала болеть. – Воды можно?
– Что уставились, обормоты, воды дайте сегодняшней чемпионке, – босс махнул рукой и показал на графин. – У меня тут возникла мысль, может, здесь останешься. Начнешь играть с гостями, деньги зарабатывать. Если такая фартовая, то зачем тебе останавливаться?
К этому моменту она совсем сникла, от перенапряжения жутко хотелось спать.
– Вы обещали меня отпустить.
Пес резко подскочил, подошел к окну и начал гавкать. Галя посмотрела в его сторону и обнаружила, что за окном почти утро. Где-то вдалеке показался рассвет.
– Жалко мне тебя отпускать.
Главный подпер кулаком подбородок, локоть поставил на край кресла и пристально ее разглядывал.