–Спасибо, – сказал Я и, пошел с чувством какого-то ложного удовлетворения сквозь серую массу людей в сторону дома. Что-то еще более яркое промелькнуло под ногами. Я нагнулся и поднял. Это был рекламный постер.
« Новая жизнь» – стань успешным с корпорацией «Борей» и коттедж точь в точь, как у нас тут. Свернув и засунув его в карман, Я отправился на наш блошиный рынок. Странный запах и крысы меня не пугали. Зато здесь можно было купить продукты в два раза дешевле, чем в маркете. Купив десяток яиц и черствый батон хлеба, осталось немного мелочи.
Все теперь домой. Через полчаса Я стоял у открытой двери нашей маленькой квартиры. На пороге меня встречала мать. В свои сорок с небольшим – она выглядела как семидесятилетняя старушка. Седые волосы, из-за отсутствия зубов поморщенные сухие губы и глаза – эти впалые и мутные от безысходности глаза. Старый, серый, шерстяной платок покрывал ее узкие, худые плечи.
– Проходи,– тихим, почти писклявым голосом сказала она.
На обшарпанном кресле за старой газетой, сидел отец. Я видел только его седую шевелюру.
– У меня хорошие новости, мне удалось немного заработать. Сейчас у нас будет званый ужин, – сказал Я.
Мать заметно взбодрилась, но отец даже не пошевелился, будто ему было все равно. Я знал, что ему стыдно за нашу нищету, что он ничего не может с этим поделать. На фоне этой безысходности – он и замкнулся.
– Отец, все будет хорошо,– сказал Я,– Все сейчас так живут.
– Почти все,– добавила мать.
Она пожарила четыре яйца, отрезала три куска хлеба. Выложив два яйца в мою тарелку, посмотрела на меня и сказала: « Ничего, ничего, ты работаешь, сынок, тебе надо больше есть». Остальные яйца выложила в две тарелки. Мы ужинали, а мать все время причитала. Что уже ничего хорошего не будет, что эти кредиты нас доконают. Хотя сама настаивала, чтоб Я и отец взяли деньги в банке на мою учебу. Отец оплатил два года, а моего кредита хватило лишь наполовину. Больше денег нам никто не дал и с половины курса, Я вылетел из института за неуплату.
Отец психанул, стукнув вилкой по столу, не доев встал и плюхнулся в свое кресло, спрятавшись за газетой.
– Ничего, потом доест,– казала мать, глядя на него.
Темнело, Я пошел спать. Для экономии электроэнергии, спать все ложатся рано. Проснулся на своей кушетке еще до восхода солнца. Мать и отец вразнобой храпели. Я почему-то вспомнил про рекламный постер, подобранный на кануне мной на улице. Достал его из кармана. А почему бы и нет. Новая жизнь.
Посчитав оставшуюся мелочь, Я, во что бы то ни стало, решил ехать туда. На метро в одну сторону денег хватало. Ехать в самый центр города, выйду пораньше, подумал Я. И уже через час, Я стоял на грязной платформе, ближайшей станции метро. Кроме меня ждали поезд еще человек семь от силы. Люди из-за отсутствия средств предпочитали сейчас ходить пешком. Подошел поезд, и Я зашел в открывшиеся двери вагона. Он был пуст, и я, выбрав место, уселся у окна. Чем ближе состав продвигался в город, тем станции становились чище и красивее. Вагон заполнился на половину и, еще через час, Я стоял на нужной мне станции. Красивая с гранитными опорами и разноцветной мозаикой в стиле постмодернизма.
Я поднялся по эскалатору и вышел на улицу. Люди в центре резко отличались от людей с окраин, некоторые даже улыбались. Это обстоятельство придавало уверенности.
Спустившись немного вглубь улиц, Я уже стоял возле красивого стеклянного здания, на лицевой стороне которого мелькала та самая реклама корпорации «Борей». Недолго помявшись, Я зашел внутрь.
–Здравствуйте,– сказала миловидная девушка на ресепшене.
–Здравствуйте, Я по объявлению.
– Вы хотите работать на нашу корпорацию? – спросила она.
–Да,– слегка замешкавшись, ответил Я.
–Вот договор,– сказала она, протягивая мне несколько бумажных листов.
– Прочитайте и, если согласны, то подпишитесь.
Взяв договор, все так просто, подумал Я и, сел за столик, стоящий в холле.
Ничего особенного, формальности. Возраст, семейное положение, образование, простые требования соответствия к сотрудничеству с корпорацией. Я за последние полгода столько раз заполнял такие анкеты, что не сосчитать. И тут Я прочитал последний пункт. Корпорация берет на себя все финансовые обязательства сотрудника. Сотрудник же пожизненно отрекается от права на увольнение по собственному желанию.
Осталось только подписать, Я задумался.
– Вы сомневаетесь? – спросила девушка на ресепшене.
Куда уже хуже? – подумал Я и, подписав документ, передал его ей в руки. Она быстро его, пролистав, сказала ожидать, указав на кресло, куда-то понесла документ. Через минуту она вернулась на место уже без договора и, принялась что-то писать. В ожидании неизвестности, Я чувствовал себя как то не уютно. Я слегка вздрогнул, когда в этой тишине брякнуло, пришедшее мне СМС сообщение.
Я достал смартфон: « Спасибо за сотрудничество, все Ваши финансовые обязательства погашены. Вам одобрен новый кредит». В недоумении Я выключил смартфон.
– Вы приняты, – сказала девушка.
– Так все просто? А что мне нужно будет делать?– спросил Я.
– Следуйте инструкциям и не задавайте вопросов. Здесь это не приветствуется. Вас определили в отдел сознания. Ваш выбор в исполнительный отдел остался неудовлетворенным.
– Из-за татуировок, – добавила она.
Мне в принципе было все равно, в этом пункте, Я ставил галочку наугад. Она, поняв это, сказала: «Ваш синий лифт, минус шестой этаж ».
На нужном мне этаже суетилось много людей в белых халатах и медицинских масках.
– Вы новый сотрудник? – выглядывая из стеклянного кабинета, спросила женщина.
Я утвердительно кивнул.
– Проходите сюда, добавила она, и скрылась за дверью.
В кабинете стояло какое-то фантастическое оборудование. Я такого никогда не видел.
– Раздевайтесь и ложитесь на этот стол,– скомандовала она.
Я подчинился.
Разноцветные лучи забегали по моему телу, потом кто-то сзади одел на меня маску с газом. Все, больше ничего не помню.
Я сидел на стуле в полной растерянности. «Соберись, не сдавайся»,-сказал Я себе. Страх нужно контролировать. Только мысль о том, где мое настоящее тело не давала мне покоя. Разберемся, подумал Я, и это меня немного успокоило. Что было дальше? Я немного напрягся. В памяти всплыло множество мобилей, стоящих в ряды. Я слесарь-программист мобильного сервиса Александр. После работы сижу дома. Рядом жена Кристина, мы курим синтетическую наркоту и молча отъезжаем на диване. Звонок в домофон. Это мой клиент Костя Нежить. Я беру пакет с наркотой, выхожу из дома, и сажусь к нему в мобиль.
– Ну что, все с собой,– спросил он, доставая стеклянную трубку из кармана двери.
– Да,– сказал Я, показав ему пакет с голубыми кристаллами.
После того, как мы пришли в себя после перекура, Нежить заявил.
– Сейчас покупаем виски и едем к одной бабе. Она после этой синтетики такое вытворяет. У нее муж ученый, он допоздна каждый день работает.
Я не хотел ехать, потому что Нежить после употребления спиртного вперемешку с химией, становился настоящим монстром. Но и отказать Я ему не мог.
Мы купили две бутылки виски в ближайшем маркете и через пять минут уже стояли возле какого-то дома. Дверь открылась, и на пороге Я увидел ее. Это была моя Света, она жестом позвала нас в дом. Нежить прямо с порога протянул ей трубку, забитую наркотой, и воспламенил зажигалку. Она затянулась три раза, пошатнулась. И мы, взяв ее под руки, уложили на обеденный стол, стоящий посреди столовой. Нежить сразу расстегнул на ней халат и трясущимися руками стянул тонкие трусики. Она лежала поперек стола, и голова ее немного свисала назад.
–Давай, – сказал Нежить, и Я подошел со стороны головы. Как это мерзко, подумал Я, немного придя в себя. И опять погрузился в воспоминания. Это было больше похоже на групповое изнасилование по ее согласию, даже точнее не согласию, а безразличию. Она курила эту синтетику и делала то, что мы хотели, и мы делали то, что хотели мы. Все это продолжалось часа три. Нежить, употребив почти все спиртное, окончательно съехал с катушек.
Посмотрев отрешенным взглядом мимо меня сказал: « Сейчас мы ее убьем!»
Я стоял, опершись копчиком на край стола, скрестив между собой руки.
Как два таких разных человека могут сосуществовать в одном личности? Прилежный семьянин, в порту начальник, всегда приветливый. Со своей красоткой женой Викой, под ручку везде ходят. И сейчас? Глядя на него, думал Я. Следующее, что Я осознал, меня полностью отрезвило. Светлана, обнаженная лежала поперек кожаного кресла и, ноги ее конвульсивно подергивались. Склонившись над ней, стоял Нежить. Его длинные тонкие пальцы обвивали ее тонкую шею. И что-то, бормоча себе под нос, он странно улыбался. Я, схватив со стола недопитую бутылку виски, со всего маха ударил его по затылку. Обмякнув, он рухнул на пол. Света вскочив с кресла и, держась рукой за шею, хватала ртом воздух, будто рыбка, оказавшаяся на суши. Посмотрев на меня испуганно недоумевающим взглядом, она побежала и закрылась в ванной комнате.
Судорожно перебирая мысли, что теперь делать? Я не придумал ничего лучше, как подойти к их домашнему сканеру, приложить к нему ладонь и вызвать полицию. Складывалось впечатление, что они стояли за дверью. Не прошло и двух минут, как Я уже открывал двум офицерам входную дверь.
– Тут такое произошло, – пытался Я им объяснить цель вызова.
– Помолчите, мы в курсе! – подойдя к приходящему в себя, что-то мычащему Нежитю, сказал старший офицер. Наступив ему огромным берцем между лопаток, так, что Нежитя аж расплющило по черному кафельному полу, защелкнул наручники на кистях за спиной. На пороге появились два человека в серых костюмах.
Стоп. Прейдя в себя, громко подумал Я. Это же те люди из комиссии, перед которыми Я сегодня распинался у интерактивного экрана.
– Всех троих в отделение! – оглядев комнату, приказал один из них.
Укутанную полотенцем Светлану, провел мимо нас второй полицейский.
– Вы едите с нами,– обратились ко мне люди в сером.
Они не спрашивали ничего, ни во время поездки, ни в кабинете, куда меня доставили.
Один из них подошел ко мне. В его руках был какой-то странный смартфон, какой Я сегодня тоже видел. Он прислонил его к моей ладони. И теперь. … Вот Я – Алексей Александрович. Поднявшись со стула, Я опять подошел к зеркалу. Дикий ужас охватил меня. Я думал о родителях, о Свете и обо всем, что со мной произошло. Не собственное тело послушно стояло перед зеркалом, а глаза из его отражения смотрели прямо в душу.
– Слушай! Мы во всем разберемся, – сказал я отражению в зеркале и отошел в сторону от него.
Чтобы выбраться из этой передряги , нужно мыслить трезво. Необходимо победить страх. С этими мыслями Я открыл дверцу бара и достал оттуда бутылочку двадцатилетнего виски и пачку Marlboro. Приложив горлышко бутылки к губам, Я высосал из нее больше трети. Тепло, разливающееся по всему телу, вытесняло страх, а пережитый мною страх не позволял пьянеть. Я наоборот только сейчас протрезвел. Прикурив сигарету от настольной зажигалки и сделав еще пару глотков виски, Я убрал бутылку в бар и закрыл его дверцу. Но ненадолго. Следующий раз, когда Я открыл эту дверцу и достал из бара початую бутылку виски, то больше ее туда не убирал. Пил виски, курил сигареты, думал. Все мои мысли пытались сложиться в нечто логичное, но бегая, как крысы в лабиринте, они никак не могли найти выход. Упершись в невидимую стену, они буксовали на одном месте. Мне уже нечего было добавить. Нужна дополнительная информация, подумал Я. На часах, было полседьмого вечера. Допил последний глоток и выкинул пустую бутылку в офисное ведро. Хоть и не хотелось, но пора уже было собираться домой. Подходить к зеркалу, чтоб поправить свой галстук, Я не решился. Погасив кругом свет, закрыл дверь приемной на ключ и, зайдя в лифт, спустился на подземную стоянку нашего НИИ. Домой, скомандовал Я, пристегивая ремень безопасности, сидя в мобиле. Роботизированная система, огласила все параметры движения. До прибытия в пункт назначения было чуть больше пяти минут.