Czytaj książkę: «Верность или услаждение: Два понимания любви»

Предисловие

Люди ненавидят любовь

(Александр Грин «Позорный столб»)

Тема любви, точнее психология любви, интересовала меня с подросткового возраста. У меня всегда вызывали отклик книги, в которых показана любовь как ценностное отношение к другому человеку, когда он дорог независимо от удовольствия, от новизны, от возможного дискомфорта или даже страданий, которые с этим человеком связаны. Такой идеал любви зафиксирован в ряде произведений художественной культуры, особенно тех, которые были созданы до начала XX века.

Совершенно иное представление о любви пропагандируется по голливудскому киностандарту. Самец и самка друг друга увидели, искорка проскочила, любовь закрутилась-завертелась, а потом хэппи-энд. Но в реальной жизни хэппи-эндов не бывает, потому что такие пары распадаются. Об этом говорит статистика разводов, можно почитать в Википедии биографию кинозвёзд и прочих популярных персон.

С этой голливудической любовью что-то явно не так. Потому что люди сошлись, в ЗАГС пришли и потом разбежались. Возникает вопрос: если собирались разбегаться, зачем шли в ЗАГС? А если сходили в ЗАГС, зачем тогда разбегаться? Налицо какое-то имманентное противоречие.

Причина всего этого в том, что сейчас люди в своей массе формируются как сластолюбивые эгоисты-гедонисты, для которых главное – это удовольствие. Основатель психоанализа Фрейд заложил для этого «эгоизма-гедонизма» теоретическую базу, когда сформулировал четыре принципа работы психики. Два из них – принцип удовольствия и принцип нирваны, в смысле что раз психика к этим вещам стремится, значит оно и правильно.

Но это про психику животного. А люди и на Эверест залезают, и в космос летают, и много такого делают, чего животные не будет делать в принципе, никогда. А сводить человека к животному – неправомерно. Даже точнее скажу: неправомерно считать, что все люди такие, как их описал Фрейд.

Люди не одинаковы. Большинство способно только на утилитарно-прагматическое отношение, и всё, что говорил Фрейд, к этой биомассе относится самым непосредственным образом. При этом изредка встречаются люди, способные на что-то большее. Я их называю в своих книгах «пассионариями», для них я пишу свои книги, в частности, эту книгу, которую вы читаете сейчас. Она является продолжением другой книги, которую я в 2024 году опубликовал на Литрес¹.

Пассионарии способны на ценностное отношение, к делу, идее (убеждениям) и другому человеку. Эти особенные люди стремятся не к тому, чего хочет большинство, и любят они не так, как биомасса. Поэтому у них бывают, мягко говоря, проблемы. Особенно остро «вопрос любви» встаёт, когда человек оказывается в ситуации односторонней любви. Когда другой человек дорог ему и фактически незаменим, а он его отвергает. И не просто избегает, а считает направленное на него ценностное отношение чем-то патологичным (манией, аддикцией). Это очень больно, драматично и трагично.

В такой ситуации стандартные современные особи идут к психотерапевтам и начинают свою одностороннюю любовь «прорабатывать». А психотерапевт сначала втирается в доверие и притворно эту любовь одобряет, а потом своими прицельными интервенциями её обесценивает. Подводит клиента к тому, что это аддикция, зависимость, что клиент отдаёт меньше, чем получает, и это противоречит его интересам. Чаще всего это вполне разумный подход, когда любовь основана на идеализации – приписывании другому человеку того, чего в нём нет, и что можно найти в ком-то ещё.

Но если клиент относится к тем немногим, кто способен на ценностное отношение к другому, а психотерапевт переориентирует его на утилитарно-потребительское отношение, если клиент поведётся на психотерапевтический бред про «аддикции-зависимости» и «другие варианты удовлетворении потребностей», этот клиент себе очень сильно навредит. Потому что он будет жить не в согласии со своей внутренней природой, а ничего хорошего из этого получиться не может.

И я очень надеюсь, что мои книги «Верность или услаждение» и «Любовь или либидо» смогут стать концептуальной основой для людей, способных на любовь как ценностное отношение к другому. Позволят такому человеку понять, что это не «с ним что-то не в порядке», и что он не «аддикт-мазохист». Просто социум так сформирован, что ценностное отношение к другому человеку считается патологией, и поэтому отвергается как что-то ненормальное, маниакальное, безумное – эпитеты можно разные навесить.

Если вы скорее пассионарий, чем биомасса, и другой человек может быть вам дорог, независимо от удовольствия и выгоды, очень важно осознать, что вы отличаетесь от большинства. Своё личностное своеобразие необходимо осознавать, утверждаться в нём, и строить свою жизнь и свою судьбу, свои поступки и решения, исходя из своего личностного своеобразия. А не из принципов биомассы, что «не с тем, так с этим», «с кем легче с тем и лучше» и «незаменимых нет».

Потому что эти принципы не ваши. И если вы будете жить по чужим принципам, то в конце концов почувствуете очень сильное разочарование, в своей жизни и в самом себе. И поправить этого будет нельзя. Я называю такое разочарование «экзистенциальным фиаско», и надеюсь, что моя книга поможет вам его избежать.

Услаждение и эгоизм

Другой – средство удовлетворения

Социум – это биомасса, стандартно сформированные социоиды, на 99 с лишним процентов, да почти на все сто. В них есть два измерения: биологическое и социальное. Биологические потребности естества, которые они изо всех сил стараются удовлетворить, и социальный стандарт (шаблон, предписание «как надо»), которому они изо всех сил стараются соответствовать.

Этой огромной биомассе индивидов нужно лишь удовольствие и социальное одобрение. Они это называют «гармония с собой и социальной средой». Для них это идеал жизни: удовлетворяться, и чтобы хвалили-поощряли, а не наказывали или сажали в тюрьму. В общем, это животные с надетым социальным намордником. Именно эту позицию проповедовал З. Фрейд, а за ним и все психоаналитики.

Как биомасса относится к индивидам противоположного пола? Очень просто – потребительски. Другой нужен либо ради секса, либо ради денег, либо ради жилплощади, ну или чего-то подобного – материального.

Также биомасса пользуется другими людьми для регуляции низших эмоций. Половое влечение – разрядка, агрессия – разрядка, тревога – снижение. Почему я называю эти эмоции «низшими»? Потому что существуют и другие – высшие, вдохновение, например. Это когда один человек становится для другого музой, идеалом… А не боксёрской грушей для разрядки агрессии. Часто вы наблюдали такое?

Любовь как услаждение

Для биомассы любовь – это услаждение. Любить – значит взаимно услаждаться, практиковать комфортно-приятное времяпрепровождение. Хочешь быть успешным в любви – умей услаждать особей противоположного пола, и будут тебя хотеть и давать, и будет тебе счастье. Отсюда – культ сексапильности и брутальности, и прокачка соответствующих ТТХ².

Помимо услаждения, в любви есть ещё одно измерение – деятельная забота. Наиболее эффективные особи человечьего стада практикуют в любовно-половой сфере разделение труда. С этим услаждаюсь, с этого бабло качаю. Или максимизируют удовольствие, заводя одновременно нескольких половых партнёров. Именно так получаются «любовно-половые многоугольники».

Для большинства современных людей справедлива формула: «любовь равно флиртовать плюс сношаться». Для биомассы именно эти два процесса, флиртовать и сношаться, на 99 процентов исчерпывают содержание того, что они называют словом «любовь».

Сношаться – это дает удовольствие полового характера, и тут все понятно. Увидел – возбудился – трахнул – разрядился – в нирване. А флиртовать – это тоже удовольствие, эмоционально-интеллектуального характера. Так же, как игра в покер, экстремальные виды спорта – эмоции доставляет и нервы щекочет.