Недалеко от дома, на куче темных отполированных штанами бревен сидело человек шесть или семь мужиков вместе с печальным арбитром местной футбольной федерации. Длинная царапина под его носом успела подсохнуть и теперь темнела единственным, но лихим мушкетерским усом.
– Где Брагин? – выпалил Степа,– обдав сидящих горячим лошадиным дыханием.
– Утонул, – как по команде хором ответили мужики.
– Домой он приезжал?!
– Не-е-т. Так ты ж с Ириной…, заговорил Казаков и запнулся.
Стрелецкий побагровел, раздулся как мыльный пузырь и взорвался отборным высокохудожественным матом.
У кислого любителя футбола от крутого поворота событий мигом запылало лицо, и ярко расцвели уши. Половинка мушкетерских усов нервно задергалась.
Степан Иванович заканчивал длинную и эмоциональную тираду в окружении нахлынувшей родни и прибежавшими за новостями соседями. Со всех сторон посыпались вопросы. Стрелецкий открыл рот, чтобы достойно ответить, но рядом зарычала машина, и возле гудящей толпы остановилась хлебовозка. Отворилась дверь кабины и из нее выплыл живой и невредимый «утонувший» герой дня Брагин Николай Петрович.
Его хмурый недовольный вид подействовал на толпу как холодный душ после бани. Все, почему-то, успокоились. Полетели шуточки, смешки, и вскоре вся улица смеялась. Через полчаса всеобщего веселья подъехала милицейская машина, с кузова которой спрыгнула Ирина, молодая и сильная жена Брагина. В одной руке она держала связку удочек всего рыболовного «кооператива», а в другой ведро полное отборных карасей – побочный продукт длительной поисковой операции.
Разговоры стихли. Брагин мельком глянул на жену и опасливо втянул голову в широкие костлявые плечи. Все замерли в ожидании «грозы», но за дальностью утомительной дороги женский праведный гнев стих, ярость к «паразитам» притупилась, и поэтому сильные атмосферные явления отменялись.
Ирина поставила ведро с рыбой на землю и на глазах у большой толпы произвела над своим «любимым» «гражданскую казнь». Орудуя руками и мощным коленом, она превратила связку новых отборных удочек в жалкую кучку ненужного мусора. В завершение торжественной церемонии Ирина громогласно лишила своего Николая определенной части гражданских свобод, а именно: – она объявила ему вечный безоговорочный запрет на рыбную ловлю во всех ее проявлениях, и … категорическое табу на встречу со всеми собутыльниками.
Запрет на рыбалку от своей жены получил и Казаков, правда, в менее жестком виде.
Вот так и закончилась эта история. В течение долгих двух месяцев суровый и вечный приговор оставался в силе.
Затем жены оттаяли и «за давностью лет» высочайшим помилованием простили своих непутевых. Им разрешили по выходным дням ловить рыбу в местной мелковатой реке, но, правда без ночевок и других не менее приятных мероприятий.
Прошли годы. Поблекли трагические краски этой истории, комические засияли ярче, и теперь все участники с удовольствием вспоминают свои похождения и охотно рассказывают о них всем желающим. Во время очередных воспоминаний и была записана эта достоверная история со слов Казакова Николая Васильевича.
Пос. Волоконовка 1985 год.
Послесловие.
Рассказ в качестве литературного сценария игрового фильма написан в далеком 1985 году для Народной любительской киностудии «РМЗ-фильм». Однако воплотить эту историю в качестве фильма не удалось. В 2021 году рассказ извлечен из архива и представляется для широкой аудитории.
В рассказе фамилии героев изменены, а имена и отчества настоящие. Названия населенных пунктов истинные.
Пос. Волоконовка. 2021 год.