Мы переживаем то, что когда-то переживали наши отцы, деды и даже прадеды. По нашим виртуальным сюжетам переживания во время сна можно снимать много сериальные фильмы или писать многотомные драмы, трагедии и даже детективы, которые выглядят настолько реально, что даже трудно представить, что это был фактически обычный сон. Мы также как наши давно умершие предки, которых мы даже не знаем в лицо, переживаем настолько правдоподобно давно прошедшие события, что седеем от давно прошедшего ужаса, заболевание неизвестным врачам заболеванием. Иногда даже умираем от пережитого страха. Настолько наши сны оказываются правдоподобными.
Едва закончилась на первом канале российского телевидения программа "Федеральный судья", как открылась входная дверь в нашу квартиру. Домой пришли Людмила и Эдик. Оказывается, мама с сыном гуляли по комплексу новых магазинов, недавно построенных на месте бывшего каравана вагончиков. Построенных в конце семидесятых годов, для новых репатриантов, неожиданно хлынувших из Советского Союза на Землю Обетованную Богом евреям. Как быстро летит время. Вроде совсем недавно ходил в гости к своим друзьям, которые жили в вагончиках каравана, построенного специально для них, новых репатриантов из Советского Союза.
Тогда, более тридцати лет тому назад, Израиль не был готов принять на Землю Обетованную хлынувший такой огромный многомиллионный поток новых репатриантов из Советского Союза. Сам Израиль по численности населения едва превышало желающих евреев переселиться на постоянное место жительства из Советского Союза на Землю Обетованную. Поэтому пришлось строить для новых граждан Израиля временные караваны домиков, которые затем превращались в современные города Кирьят-Малаха, Ашкелон, Ашдод и многие другие населённые пункты.
– Людмила! Можешь меня поздравить. – радостно, сказал своей жене, когда она появилась в салоне нашей квартиры. – Меня приняли работать в столовую, на закрытую территорию военного завода «Эльта». Всё-таки добился того, о чём мечтал много лет проживания в Ашдоде. Пускай даже не работаю на главном военном производстве в запретной территории военного завода. Но Всё равно работаю там, куда мечтал попасть.
– Конечно, это очень приятное известие для нашей семьи. – грустно, сказала Людмила. – Но с тем, что тебе скажу. Нам радоваться нечему. В городском исполкоме сказали мне, что должна им предоставить письменное объяснение на иврите, что данный биюф (канализация) нам не принадлежит. Ремонт своей канализации мы давно оплатили.
– Ты сама говорила, что из каньона (супермаркет) «Ашдод» в хостель (дом престарелых) на нашей улице перевели общественную контору «Едит» (руки), которая бесплатно занимается помощью русскоязычным репатриантам. – напомнил, Людмиле. – Сходи в эту контору. Попроси служащих или адвоката, чтобы они написали тебе письмо на иврите. Тем более, ты однажды была в этой конторе, когда они находились в каньоне «Ашдод» тебя там знают.
– Таких мало имущих репатриантов как там сотни бывают в течение каждого месяца. – тяжело вздыхая, сказала Людмила. – Ты будешь идти с работы мимо хостеля. Узнай расписание работы общественной конторы «Едит». В свободное от работы время, по расписанию конторы «Едит», схожу к ним за письмом на иврите. Но вряд ли нам это поможет. В городском исполкоме творят что хотят. Им не докажешь, что оплату берут с нас за чужую канализацию. Ирия (мерия) думает, что им все дозволено обогащаться за счёт своих граждан и за нас отдыхать за границей.
Часть-3. Просто наша жизнь.
1. Проблемы вокруг нас.
Мне и Людмиле пришлось дважды каждому побывать в общественной конторе «Едит», прежде чем Людмила с письмо на иврите отправилась обратно в триста шестой кабинет Ирии к служащей по ремонту городских канализаций. Конечно, мы не предвидели успеха в таком направлении нашей проблемы. Однако выполнить свой долг в собственную защиту было необходимо, чтобы в мировом суде знали, что мы законопослушные граждане Израиля. Может быть, тогда мировой судья хотя бы частично пойдёт в нашу защиту и снизит нам оплату за несуществующий ремонт нашей канализации? Хотя лично не очень-то уверен, что кто-то пойдёт нам на уступки.
– Ничего определённого не добилась. – разочарованно, сказала Людмила, когда вечером вернулась из Ирии. – Служащая Ирии, не рассматривая наши документы, выписала нам письмо, что получила от меня жалобу. Затем сказала, что мы получим почтой из Ирии результат рассмотрения нашей жалобы, которая будет обсуждаться в мировом суде.
– В мировой суд мы пойдём вместе. – решительно, заявил жене. – Ты подготовь имеющиеся у нас документы по канализации. В мировом суде подниму спорный вопрос по капитальному ремонту канализации нашего дома, когда с нас содрали деньги в несколько раз превышающие стоимость новой канализации.
Кроме того, мне хочется узнать от мирового суда, по какой причине с нас дерут деньги за общественную канализацию, если мы платим городские налоги. Мало того, меня и наших соседей по дому, интересует проблема ремонта нашего жилого дома, который ровесник Ашдода. Почему вокруг нас реставрировали жилые здания, а наш старый дом до сих пор не реставрировали?
– До вызова в мировой суд почти три месяца. – сказала Людмила. -подготовлю необходимые документы. Но, так думаю, что нам легче заплатить предъявленную сумму за несуществующий ремонт канализации, чем бегать по судам. Как бы нам после не пришлось платить двойную штрафную сумму за неоплаченные счета, присланные из Ирии.
– Если мы охотно оплатим сейчас фиктивные счета из Ирии, то нам такие счета будут присылать постоянно. – возразил. насчёт выводов со стороны Людмилы. – С этой целью надо идти до конца, чтобы отвадить от нас шарлатанов.
Благодаря тому, что за тридцать шесть лет совместной жизни мы научились находить в нашем споре компромиссное решение. Поэтому Людмила ни стала дальше спорить со мной. Решила дождаться письма из Ирии, а также доверилась тому, что выскажет мировой суд в октябре месяце в наш адрес. Пока другого выбора у нас не было. Оставалось полагаться на совесть людей, как в мировом суда, так и в Ирие. Может быть, у людей совесть не потеряна? До октября месяца далеко, а нам надо дальше жить. Мы вступили в стадию ожидания. Двадцатого и тридцать первого июля должны пройти банковские чеки, долг по зарплате в столярной мастерской за май месяц.
После чего Людмиле придётся идти обратно в столярную мастерскую к Мишелю и доказывать ему, что он забыл заплатить мне зарплату за апрель месяц. В противном случае нам придётся подавать в мировой суд на хозяина столярной мастерской. Конечно, мне вполне можно свои деньги выбить с Мишеля кулаком. Однако, такой метод может обернуться против меня. В таком случае придётся подавать на Мишеля в мировой суд или пожаловаться в гистратруд (профсоюз). В остальных делах моя жизнь нормализовалась. Дела на работе пошли хорошо. Хозяину и управляющему столовой моя работа нравится.
Управляющий так обрадовался моей добросовестной и быстрой работе, что даже стал предлагать мне устроить в столовую мою жену. Желая таким образом показать, что они заинтересованы в моей работе. Хотели улучшить материальное положение моей семьи в совместной работе мужа и жены вблизи своего дома.
Людмила категорически отказалась работать со мной в одном предприятии. Так как уважает полную свободу в своих действиях во время работы. Несмотря на то, что у неё работа физически тяжёлая и связана с постоянными переездами по местам работы. Людмила не находится под постоянным присмотром со стороны своего начальника. Кроме того, в промежутках между местами работы Людмила может отдыхать дома и заниматься бытовыми проблемами.
К тому же у Людмилы есть свой принцип – никогда не работать в одном предприятии с мужем или со своими детьми. В общем-то, тоже придерживаюсь точно такого принципа. Зачем выставлять напоказ отношения между мужем и женой? Мало ли что могут подумать люди о нас, когда мы хоть как-то будем общаться с Людмилой на рабочем месте.
– Ты знаешь, какое грандиозное открытие сегодня сделала! – торжественно, воскликнула Людмила, как только вошёл после работы в свою квартиру. – Стирала на машинке наше белое белье и случайно положила в стиральную машинку свою красную кофту. После стирки всего нашего белья у меня получилась прекрасное нижнее белье розового цвета. Так думаю, что ты до сих пор в своей жизни никогда не видел такого прекрасного женского нижнего белья.
– Мне пока не подвернулся такой случай, чтобы с кем-то сравнит твоё нижнее белье. – с иронией сказал жене. – Хотя мне стоило хоть раз гульнуть от тебя, чтобы было с чем сравнивать…
– Ты, о чём это говоришь? – ревниво, спросила Людмила. – Тебе не стыдно в таком возрасте говорить всякую чушь?
– Чего стесняться? – удивлённо, задал вопрос на вопрос Людмиле. – Если ты давно отличаешь меня от других мужчин по цветам моих носков. Теперь, после твоей стирки вся семья будет отличаться по цвету белья от всех проходящих по улице.
– У тебя нет другой причины, как подкалывать меня в моих ошибках. – с обидой в голосе, сказала Людмила. – Ты лучше посмотри на свою жизнь со стороны.
Мне не хотелось из ни чего устраивать балаган. Ни стал раскручивать семейную проблему. У нас в жизни было много ошибок. Мне неудобно было подшучивать над ошибками своей жены. Так как у меня за тридцать шесть лет совместной жизни можно было найти массу ошибок. Семья всегда должна быть тайной для всех окружающих людей. Чем меньше выставляешь напоказ семейные проблемы, тем легче будет жить семье в своём замкнутом круге. Разумная семья сама должна уметь переживать и радоваться в событиях собственной семейной жизни. Любое вмешательство в семейные проблемы чревато развалом семьи. Так как в семье не прислушиваются к зову собственного сердца, а слушают суждения посторонних лиц.
За долгую семейную жизнь мы с Людмилой научились справляться с семейными проблемами без вмешательства со стороны. Мы никогда не показывали свои "болячки" родным и близким. Поэтому сохранили семью несколько десятилетий. В то время как наши братья и сестры, которые обсуждали со всеми свои семейные проблемы, много кратно, раз разводились, женились и выходили замуж. Отчего, всегда страдали дети, которые рождались от разных браков и фактически не имели рядом с собой настоящих родителей, которые должны рожать детей по любви и быть вместе.
Ну, ладно! Оставим суждения о семье. Вернёмся к обычной повседневной жизни, которая, в общем-то, сложилась не плохо при нашем положении репатриантов из бывшего Советского Союза. Когда большой бизнес в бывшем Советском Союзе и работу по высшему образованию пришлось сменить на посудомоечный агрегат в столовой военного завода «Эльта», где мог бы работать по специальности откачником-вакуумщиком или наладчиком электронного оборудования. Если бы не бюрократический аппарат, в данном случае сотрудников военного завода «Эльта», которые несколько лет тому назад сослались на мой возраст и не приняли меня по специальности на военный завод, где всё равно работаю из-за принципа.
Пускай даже, моя работа никак не связана, со специальностью и с образованием. Мне хочется сказать не об этом, а о том, что существует случай, как Бог, который сводит людей по одному и тому же случаю. Как это случилось со мной и с той ортодоксальной еврейкой, в мой первый рабочий день в столовой на военном заводе «Эльта». Когда спешил на работу в столовую на закрытую территорию военного завода, то едва не угодил в реанимацию ближайшей больницы, находящейся в соседнем городе, но не в нашем городе. Тогда ортодоксальная еврейка на своём легковом автомобиле едва не сбила меня на малом перекрёстке нашей улицы. Мало того, ортодоксальная еврейка в нарушении всех автодорожных правил пыталась с помощью полиции задержать меня. Хотя бы за то, что показал ей под нос свой средний палец и кулак, сжатый в локте. Нарушая все правила дорожного движения, ортодоксальная еврейка совершила аварию со встречным грузовым автомобилем…
Надо же было такому случиться, что через три недели после моего столкновения с автомобилем ортодоксальной еврейки, едва вторично не угодил под её автомобиль, когда выходил на нашу улицу из ворот военного завода «Эльта». Прямо напротив главных ворот военного завода, на перекрёстке двух улиц, вместо светофора сделали круговую развязку автомобилей. Любой автомобиль, въехавший на круг, имеет право проезда по кругу в правую сторону, так же в левую сторону по ходу своего движения в отсутствии встречных машин.
Таким образом, автомобильная авария встречных машин фактически невозможно в отсутствии таковых. Единственным недостатком круговой развязки автомобилей были пешеходные дорожки перед кругом. Каждому автомобиля был шанс проскочить на свободный круг или наскочить на пешехода, который твёрдо знает, что перед "зеброй" на пешеходной дорожке любой автомобиль обязан притормозить, чтобы пропустить пешехода на "зебру", которая перед любым автомобилем как светофор или знак запрета наезда не пешехода.
Однако водители, не желая пропускать пешехода перед собой, нарушая правила, пытаются проскочить под самым носом обычного пешехода. Почти также случилось, когда вышел из ворот военного завода на улицу Хапальмах. Как раз в этот момент по кругу ехал автомобиль ортодоксальной еврейки, которая три недели назад едва не сбила меня. Видимо на этот раз ортодоксальная еврейка решила исправить свою ошибку трёхнедельной давности и окончательно задавить меня. Наверно, у ортодоксальной еврейки с того самого дня нашей встречи "поехала крыша" или ортодоксальная еврейка не могла мне простить мой средний палец на кисте руки и кулак руки, согнутой в локте? Мне трудно определить, что больше понравилось или не понравилось во мне той ортодоксальной еврейки, которая надолго запомнила меня.
Ортодоксальная еврейка, разворачивая свой автомобиль по кругу, вдруг, признала меня выходящего из ворот военного завода «Эльта». Стала показывать на меня пальцем женщине сидящей в салоне её автомобиля на заднем сидении, а также своему младенцу, пристёгнутому рядом с ней на первом сидении. Все трое, младенец и две женщины, которые находились в легковом автомобиле ортодоксальной еврейки, уставились на меня, совершенно забывая о том, что они находятся в легковом автомобиле на круге развязки по трассе, а не у себя дома выглядывают в окно.
Наверно, ортодоксальная еврейка рассчитывала, что пойду на пешеходную дорожку через "зебру", а она во что бы то ни стало, собьёт меня? Однако пошёл направо по тротуару. В то время как с левой стороны от автомобиля на "зебру" выехал на велосипеде ортодоксальный подросток лет двенадцати с длинными пейсами (косичками) до самого подбородка. Видимо доверчивый подросток думал, что правило уличного движения, знают взрослые водители автомобилей. Но все было, ни так, как знал не опытный подросток. Удар легкового автомобиля пришёлся на переднее колесо легкового автомобиля. Такой удар спас подроста от неминуемой гибели.
Если бы подросток успел проехать на полметра вперёд, то в таком случае лишь чудо могло спасти подроста от наезда на него легкового автомобиля на скорости. Так как наезд легковым автомобилем на велосипед подростка был прямо перед моими глазами, то отчётливо видел момент удара велосипеда легковым автомобилем. Подросток совершил поистине цирковой сальто-мортале с велосипеда и удачно приземлился ногами на кирпичную брусчатку, разделяющую дорогу на две полосы на пешеходной дорожке. Затем подросток слегка сел на брусчатку и тут же вскочил на ноги, раскачиваясь на переходе. Можно сказать, что парень никак не пострадал.
Однако подросток был в шоке. Парню нужна была не медицинская, а психологическая помощь. Так как никого из родственников подростка рядом не было, то к подростку на помощь со всех сторон побежали охранники главного проезда на территорию военного завода. Туда же побежали прохожие, которые находились вблизи перекрёстка и своими глазами видели нарушение правил дорожного движения легковым автомобилем, за рулём которого была ортодоксальная еврейка вместе со своим ребёнком и подругой.
Ортодоксальная еврейка, находясь за рулём своего легкового автомобиля, несколько секунд была в шоке, так же как пострадавший от неё подросток. Немного придя в себя, ортодоксальная еврейка направила свой легковой автомобиль в правую сторону от места происшествия, при этом виновница происшествия постаралась ещё раз наехать передним колесом своего легкового автомобиля на переднее колесо велосипеда ортодоксального подростка. Тем самым ортодоксальная еврейка окончательно лишила подростка средства спортивного передвижения по городу. Все присутствующие на месте происшествия думали, что ортодоксальная еврейка стремиться скрыться с места происшествия. Поэтому со всех сторон стали кричать и свистеть.
Кто-то полез в свои карманы за блокнотом и авторучкой, чтобы записать номер легкового автомобиля сбившего подроста. Кто-то побежал наперерез легкового автомобиля, рискуя своей жизнью, пытаясь остановить нарушителя дорожного движения и виновника происшествия. Легковой автомобиль ортодоксальной еврейки проехал на правую сторону улицы. Остановился возле тротуара прямо рядом со мной. Ортодоксальная еврейка с перепуганным лицом посмотрела укоризненно в мою сторону. Показала мне свой кулак.
Мне удалось сохранить неопределённость в своём лице. Едва сдерживая порыв показать ортодоксальной еврейки средний палец своей руки или сжатый кулак, согнутый в локте. Слишком много было рядом свидетелей, которые могли сообщить прибывшей полиции, что виновником данного происшествия был именно никто другой, как изгой в моём лице. Ортодоксальная еврейка выбралась из своего легкового автомобиля. Со слезами в глазах направилась к пострадавшему подростку. Виновнице происшествия надо было как-то быстрее наладить хорошие отношения с пострадавшим до приезда полиции.
В противном случае ортодоксальную еврейку могли судить. Даже лишить водительских прав на длительный срок. Тем более что три недели назад ортодоксальная еврейка нарушала правила движения в этом самом месте. Убедившись в том, что пострадавший велосипедист вполне здоров, ни стал ждать, когда ортодоксальная еврейка с легкового автомобиля сменит свое внимание к пострадавшему подростку на велосипеде и обратит внимание на мою персону. Мне не хватало проблем со стороны ортодоксальных евреев, которые и так недовольны, что рядом с микрорайоном ортодоксальных евреев находится микрорайон обычных горожан.
Ортодоксальные евреи ведут себя как захватчики на Земле Обетованной, заселяя целые микрорайоны и даже города, где определяется ортодоксальный порядок, который стесняет обычных горожан. По определению ортодоксальных евреев в пятницу и в субботу, а также во все религиозные праздник в месте проживания ортодоксальных евреев наступает полная тишина, в которой не должны звучат музыка и разговоры. Даже любое передвижение запрещено и, может быть, наказано побоями?
Многие светские евреи в Кнессете (парламенте) Израиля добиваются отмены религиозных порядков по всей стране, кроме компактных мест проживания ортодоксальных евреев. Всё-таки Израиль является светским, современным государством, а не страной религиозных обрядов. Каждый вправе жить по-своему и соблюдать свои религиозные обряды, при этом, не мешая жить другим. Израиль должен быть демократическим со всеми приемлемыми порядками разных национальных культур, которые завезены из других стран исхода. Светские депутаты в парламенте добились от Кнессета некоторых привилегий национальных меньшинств, которые желают соблюдать свои национальные, культурные обряды, завезённые в Израиль с мест исхода.
Выходцы из африканских государств сохранили за собой языческие обряды. Репатрианты из Индии соблюдают буддийские обряды. Бухарские и йеменские репатрианты придерживаются некоторых исламских обычаев. Новые репатрианты из бывшего Советского Союза, которых трудно назвать меньшинством в Израиле, так как по своему количеству русскоязычное население стоит на одном из первых трёх мест.
Репатрианты из бывшего Советского Союза в своём подавляющем большинстве соблюдают христианские обычаи. Празднуют христианский Новый год. Отмечают христианскую пасху и разные христианские обряды. Некоторые репатрианты из бывшего Советского Союза даже крестят своих детей, а во время свадьбы венчают своих молодожёнов в христианских храмах и церквях. Репатрианты из бывшего Советского Союза едят свинину, пьют водку. Не едят кошерную пищу. Не носят религиозный головной убор "кипа". Женятся и выходят замуж за представителей других национальностей, независимо от различия вероисповедания.
Кроме того, репатрианты из бывшего Советского Союза отправляют своих домочадцев учиться в русские школы и высшие учебные за ведения, которые есть фактически во всех крупных городах Израиля. Даже в русских школах европейских стран и в школах самой России можно встретить еврейских детей.
Легко удалившись от возможного преследования со стороны ортодоксальной еврейки на легковом автомобиле, почему-то был уверен в том, что всё-таки окончательно у меня не порвана связь со Стариком ОН из племени людей-птиц. Пускай даже между нами прекратилась разумная связь, которая длилась больше двух десятков лет. Всё-таки какая-то наружная, односторонняя связь сохранилась. Хотя бы со стороны Старика ОН в отношении меня. Иначе как объяснить тот факт, что каждый раз, когда надомной зависает какая-то не минуемая опасность, то кто-то умело отводит от меня такую опасность без ущерба как лично для меня, так для того человека, кого подставляют взамен меня.
Просто не верю в сплошные везения во время частых опасностей, постоянно преследующих меня в течении многих лет, как в бывшем Советском Союзе, так в Израиле, где мы проживаем четырнадцать лет. Всем везения против опасностей должно быть какое-то разумное объяснение. Привожу простой условный пример. Не может быть такого, чтобы падающий прямо на голову с чистого неба "кирпич" изменил траекторию своего полёта и упал рядом с намеченной жертвой. Выходит, что какая-то неведомая сила отводит от меня доселе неминуемую опасность.
Конечно, мне жалко, что потерял умственную и виртуальную связь со Стариком ОН из племени людей-птиц. Но что поделаешь! Такова прелесть нашей жизни, мы что-то находим, а что-то теряем. Не знаю, что больше стоит, длинная жизнь в племени людей-птиц или обычная жизнь среди смертных людей, среди которых живу со дня своего рождения. Мы настолько сильно привязаны друг к другу, что просто не представляем, как мы могли бы жить отдельно друг от друга.
После смерти мамы часто думаю, что может быть, было бы лучше, если б согласился с условиями Старика ОН, когда Старик ОН предлагал мне перейти в другое измерение жизни, навсегда теряя обычный контакт со своей семьёй? Ведь после того, как мы перебрались из Таджикистана на постоянное место жительства в Израиль, а моя мама из Таджикистана переехала жить в Россию в Благовещенск. Мы фактически стали жить в совершенно разных измерениях жизни и в разных частях света. Однако, это не мешало нам поддерживать виртуальную связь друг с другом методом писем, телефонной связи, электронной почты через Интернет по персональному компьютеру, а также разумной связи родственных чувств независимо от места расстояния и времени.
Наверно, всё-таки свалял дурака, когда не согласился с предложением Старика ОН из племени людей-птиц перебраться работать и жить в дискодроме племени людей-птиц. За мной всё равно сохранялось право виртуальной связи со своей семьёй. Можно было условно считать, что нахожусь в длительной командировке. Мы когда-то всё-таки снова вместе встретимся. Обычный прогресс в наше время настолько стремительно развивается, что даже не заметишь, как виртуальная связь с разными измерениями жизни вскоре превратится в обычные встречи между людьми.
– Ты знаешь, что у меня к тебе имеется печальная весть. – тревожным голосом, обратилась ко мне Людмила, когда вошёл в квартиру. – Только, пожалуйста, не расстраивайся, не забывай, что ты давно не подросток.
– Говори все. После смерти мамы и брата Юрки, ты меня ничем не удивишь. – грустным голосом, сказал жене.
– До меня дошли слухи, что столярная мастерская Мишеля сгорела дотла. – сообщила Людмила, вполне возможную весть. – От столярных мастерских Мишеля и Мордыхая остались одни только бетонные колонны.
– Так им и надо! – торжественно, воскликнул. – Бог знал, кого наказывал. Думаю, что наши чеки оплатили?
– В том то и дело, что пожар случился сразу после оплаты нам банковских чеков от Мишеля. – подозрительно, глядя на меня, ответила Людмила. – Именно поэтому сейчас многие думают, что пожар в столярной мастерской и оплата банковских чеков Мишеля как-то были тесно связаны между собой. Не может быть дыма без огня. Кто-то был заинтересован в поджоге столярной мастерской. Мне не хочется думать, что это дело твоих рук. Но так думают люди…
– Какая глупость! – неуверенным голосом, стал оправдываться перед женой. – Зачем мне такие жертвы? Ведь за Мишелем долг в размере более трёх тысяч шекелей. К тому же законопослушный гражданин Израиля. Зачем мне поджигать его столярную мастерскую? Если в Израиле существуют Гистратруд (профсоюз), мировой суд, БАГАЦ (Высший суд справедливости), а также много других правовых инстанций, которые могут наказать Мишеля за неуплату мне зарплаты. Кроме того, если сожгу столярную мастерскую, так это будет только на руку Мишелю. Ведь во всём Израиле существуют страховки на любую недвижимость и на любой транспорт. Так что пожар поможет Мишелю избавиться от всего хлама и обновить полностью все станки и оборудование столярной мастерской. Другое дело если пожар устроил Николай, которого выгнал Мишель в присутствии меня и ничего не заплатил…
– Так ты, оказывается, ничего не знаешь?! – удивлённо, с тревогой в голосе, воскликнула Людмила. – Николай повесился месяц назад в своей коморке над рестораном «СССР». Николая обнаружили по запаху, когда труп стал разлагаться. От трупного запаха у присутствующих в этом здании начались головокружение. При такой сильной жаре труп разлагается в течение суток. О гибели Николая мне стало известно в магазине «Мания» от одной знакомой, которая собралась отмечать день рождение своей дочери в ресторане «СССР», но от трупного запаха банкет сорвался.
– Жалко Николая. – искренне посочувствовал гибели бывшего сослуживца по столярной мастерской. – Какой бы он не был, но он человек. Надо его помянуть. Ведь в Израиле даже хоронить Николая некому было.
Людмила ничего ни стала говорить по этому поводу. Тут же открыла холодильник. Достала начатую бутылку водки, немного закуски и приготовила поминальный стол на кухне. Налил полстакана водки себе и в память Николаю. Накрыл поминальный стакан с водкой ломтиком с хлеба с солью. Помолчал немного в память о Николае. Затем чокнулся своим стаканом о поминальный стакан водки Николая. После того, как выпил свой стакан водки, собрался спать.
– Людмила! Слушай меня внимательно. – обратился к своей жене. – Мне неизвестно, как там обстоят дела с поджогом столярной мастерской Мишеля. Но у меня к тебе есть один совет, который повторяю в течение тридцати шести лет совместной жизни. Твой язык – твой враг. Запомни это до конца своей жизни. О чём бы тебя полиция и соседи не спрашивали насчёт сгоревшей столярной мастерской, ты ничего ни знаешь, ничего не слышала. Насчёт меня тоже ни с кем, ни смей говорить. Тебе муж и отец твоих взрослых детей, а также источник материального обеспечения семьи. В мои дела ты никогда не суёшься. Так как доверяешь мне все тридцать шесть лет нашей совместной жизни…
– Так ты сжёг столярную мастерскую! – удивлённо, воскликнула Людмила. – Почему со мной не советовался?
– Ну, ты, полная тупица! – возмущённо, воскликнул насчёт выводов жены. – О чём тебе говорил, что твой язык – твой враг. Ты свои выводы вынесла на улицу грязь из дома. Если бы даже, совершил, поджёг столярной мастерской, то свою жену не поставил в известность. Нам не хватало быть криминальной семейной парой на старости лет.
После разговора с Людмилой на кухне, отправился спать после трудового дня и после выпитой водки в честь поминок повесившегося Николая. В этот вечер мне было не до работы над книгой трилогии «Прелести жизни». Надо было отдохнуть от эмоций, которые переполняли меня через край. Людмиле тоже надо было немного пораскинуть своими мозгами, чтобы не болтать лишнего. Если вдруг к нам придёт полиция с вопросами о поджоге столярной мастерской.
2. Предсказанная смерть.
Еврейские праздники, местами похожие на рабочие будни, а также на обычные воскресные дни, прошли незаметно в нашей семье. Если бы не моё трудоустройство в столовую на территорию военного завода «Эльта» и не тревожные телефонные звонки с Перми в России, то праздничные еврейские дни в Израиле никак не отразились бы в моем сознании. Мне даже запоминать не надо такие будничные дни, которые ничем не отличаются. Однако через еврейские праздники в Израиле прошла чёрная полоса в нашей семье. В начале сентября, до нового года по еврейскому календарю, из Перми позвонила Циля, средняя сестра моей жены. Циля сообщила, что Зинаиду Петровну, мою тёщу и маму многодетной семьи положили в больницу в тяжёлом состоянии.
Вроде ничего необычного не произошло. Мы все иногда болеем, кто редко, а кто часто, все зависит от здоровья и от возраста. К моему примеру, даже не помню, когда был в больнице. В то время как наш сосед по лестничной площадке постоянно лежит в больнице. Бомжи вообще не обращаются к врачам. Не смотря на антисанитарные условия жизни, бомжи живут значительно дольше обычных людей и редкая смерть среди бомжей, проходит незаметно для людей. Вот только болезнь моей тёщи как-то сразу отразилась в моей памяти и прошла траурным телефонным звоном через всю планету Земля. Так как к этому времени дети и родственники Зинаиды Петровны Пивень жили в разных концах земного шара.
Несмотря на то, что мы не очень-то жаловали друг друга письмами и телефонными звонками, болезнь многодетной мамы сплотила нас вокруг болезни мамы. Сестры стали по телефону перезваниваться между собой. Наладилась почтовая и телефонная связь между Пермью и Москвой в России, а также с Ашдодом в Израиле. От сестёр моей жены узнал, что единственный брат Пётр спился и превратился в бомжа.
– Вы, что, все полные дуры?! – возмущённо, кричал на свою жену и в телефонную трубку сёстрам жены. – Куда вы смотрите, что ваш единственный брат превратился одновременно в алкоголика и в бомжа. Скоро на Урале начнутся морозы. Вскоре после естественной смерти своей мамы, вы можете потерять на морозе своего единственного брата.