– Тоже без вас не представляю жизнь. – серьёзным голосом, сказал Виктории. – Поэтому надо беречь друг друга.
На этом наши взаимные комплементы закончились. Людмила и Виктория пожелали мне удачи в работе на новом месте. Эдик тоже что-то пробурчал себе под нос в знак наилучшего пожелания мне на новом месте работы. Постучал по дереву, как старый суеверный старик. Затем суеверно поплевал через свое левое плечо, неуклюже перекрестился и решительно вышел из квартиры. До начала моей первой рабочей смены в столовой на закрытой территории военного завода «Эльта» оставалось ровно один час.
Идти до главного контрольного поста не больше десяти минут. Так спешил на новое место работы, что на первом перекрёстке нашей улицы, едва не угодил под легковой автомобиль, который был виновником правил уличного движения. По пути моего движения к военному заводу «Эльта» нет ни одного светофора на нашей улице. Пересечения улицы контролируются придорожными знаками правил передвижения по улице. Расписанными указателями белой краской на пешеходных пересечениях улицы. Поэтому, пересекая улицу на "зебру", которой был расписан перекрёсток, был уверен в том, что идущий в мою сторону автомобиль притормозит перед "зеброй".
В отсутствии светофора на перекрёстке автомобиль обязан пропустить пешехода. Однако легковой автомобиль не только не притормозил перед "зеброй", вдобавок прибавил скорость, чтобы быстрее выскочить на главную улицу, на которой в то время не было никакого транспорта. Проезд был вполне свободен.
– Дура набитая! – заорал, на женщину за рулём автомобиля. – Если не знаешь правил! Не садись за руль!
Ортодоксальная еврейка за рулём легкового автомобиля вместо того, чтобы извинится передо мной за нарушение правил дорожного движения и за то, что меня едва не сбила, она принялась на меня кричать на иврите. Меня так сильно взбесило отвратительное поведение ортодоксальной еврейки в мой адрес, что совсем потерял контроль над собой. Буквально машинально, тут же показал прямо под нос ортодоксальной еврейки. Вначале средний палец руки по-американски. За тем для ясности по-русски показал кулак согнутой до локтя правой руки. Отчего ортодоксальная еврейка сразу едва ни скончалась от возмущения и через мгновение стала звонить по телефону в полицию.
Прекрасно понимал, что если не скроюсь с места события, то мне не суждено работать на запретной территории военного завода «Эльта». На территории Израиля даже совершенно бесправная женщина всегда права. Тем более ортодоксальная еврейка, от которой ведётся иудейский род. Если у тебя мама еврейка, а папа любой другой нации, то ты в Израиле считаешься евреем по матери, а не по отцу, какой-то другой нации. Как у меня мои дети с прибытием в Израиль сразу стали считаться евреями, хотя до приезда в Израиль мои дети считались русскими по своему отцу.
Лично мне Всё равно, к какой нации относятся мои дети. Они Всё равно останутся моими детьми. Тем более, что мои дети носят русскую фамилию. Теперь у евреев появится новая русская фамилия, которых в Израиле достаточно много. Часто можно встретить среди коренных евреев русские фамилии – Берёзов, Сахаров, Андреев и множество других русских фамилий, которые навсегда закрепились на Земле Обетованной евреям. Наверняка можно найти в Израиле чисто русские фамилии – Иванов, Сидоров, Петров, а также многие другие русские фамилии, которые никак нельзя назвать еврейскими фамилиями.
Однако коренные жители до репатриации евреев из Советского Союза даже не подозревали, что такие еврейские фамилии могут иметь русские корни, которые остались от паломников из России. Как от моего дедушки Гурея. Мне никак не хотелось, чтобы мои русские корни в Израиле, прервались из-за какого-то глупого происшествия на перекрёстке улицы. Поэтому прибавил скорость, чтобы как можно быстрее скрыться с места глупого происшествия. Однако у ортодоксальной женщины были свои интересы на это глупое происшествие.
Автомобиль ортодоксальной еврейки повернул в мою сторону, чтобы ортодоксальная еврейка не могла потерять меня из виду. Как раз в это время со стороны небольших магазинов за девятиэтажным зданием вынырнула продуктовая фура на свободную от транспорта большую улицу. Продуктовый фургон нос к носу столкнулся с легковым автомобилем ортодоксальной еврейки, которая увлечённая погоней за мной нарушила все возможные правила дорожного движения и буквально протаранила продуктовый фургон, который по своей массе был намного больше легкового автомобиля ортодоксальной женщины. По той причине, что скорость обоих автомобилей была не большой. Легковой и грузовой автомобили отделались изуродованными капотами, а также разбитыми фарами без человеческих жертв и увечий. Теперь не ортодоксальная еврейка, а водитель продуктового фургона набирал номер телефона автодорожной полиции. Тем временем, воспользовался моментом и скрылся во дворах ближайшего квартала, обходя переулками свое движение к проходной военного завода «Эльта». У меня в запасе было времени немного меньше одного часа до начало рабочей смены на военном заводе «Эльта».
За такой промежуток времени можно спокойно выйти к проходной военного завода с любой стороны и не торопясь пройти до главного контрольного пункта к местному телефонному аппарату, откуда предстояло позвонить в столовую военного завода «Эльта». Сообщить о своём приходе на работу. Лишь бы автодорожная полиция ни стала прочёсывать местность по просьбе ортодоксальной женщины, которая могла сослаться на то, что автомобильная авария произошла именно по моей вине, а не из-за неё.
Хорошо изучивший за двенадцать лет микрорайон своего проживания, кругами прошёл к военному заводу, откуда частично просматривалось место аварии автомобилей. Однако этого было достаточно, чтобы мог обозреть обстановку происходящего. Как раз в этот момент вокруг аварии автомобилей скопились автомобили скорой медицинской помощи и автодорожной полиции. Выходит, что кто-то из двух водителей все же получил ранение или лёгкое сотрясение мозга, отчего люди не умирают, но в любом случае нуждаются первичной медицинской помощи.
Неторопливым шагом, чтобы не привлекать на себя особого внимания, показал вооружённым охранникам на проходной свои документы. Сказал им, что у меня сегодня первый день работы в столовой на запретной территории военного завода. Поэтому пришёл так рано, чтобы, вовремя быть у телефонного аппарата, с которого должны сообщить на главный контрольный пост, что на меня есть ишур(разрешение) на работу в столовой военного завода. Выслушав меня внимательно, вооружённая охрана пропустила меня на территорию парковки автомобилей между главной проходной и главным контрольным постом, за которыми находилась запретная территория военного завода «Эльта».
Теперь был в полной безопасности от возможного преследования со стороны автодорожной полиции, которую вызвала ортодоксальная еврейка. На территории военного завода проезд и проход запрещён исключительно для всех. Кроме тех граждан Израиля, которых заранее пригласили работать по пропускам. Пройдя через электронную дверь главного контрольного поста. Оказался во власти прохладного вестибюля, приятно проветриваемого мощными кондиционерами и каждую минуту открывающимися электронными дверями. Сейчас мне предстояло находиться в состоянии покоя минут двадцать, пока начнут прибывать рабочие и служащие военного завода «Эльта».
Затем стану набирать номер внутреннего телефона столовой запретной территории военного завода. Надо будет узнать у Леи Миронски, как мне пройти к своему рабочему месту. Кто-то меня должен будет сопровождать к месту моей новой работы до того времени, когда мне дадут постоянным пропуск свободного входа на запретную территорию военного завода.
С момента получения постоянного пропуска стану действительным рабочим столовой на запретной территории военного завода «Эльта». Сейчас буду всего лишь временным рабочим с испытательным сроком на птичьих правах. Когда меня могут оставить на постоянство или уволить с работы, как ненужного им работника. Также как сделали в мастерской на фирме «Кармель», уволили без всяких причин.
Расположившись в уютном местечке за столиком под небольшим деревом, в вестибюле главного контрольного поста под строгим контролем видеокамер и вооружённой охраны, стал немного дремать, изредка поглядывая на часы. Надо было как-то скоротать мучительное время ожидания. Как назло, здесь нет журналов и газет, чтобы отвлечься на время ожидания. Поэтому приходиться дремать под строгим оком видеокамер и вооружённой охраны, которым предстоит привыкать к моему повседневному присутствию перед их глазами. Точно также как мне предстоит привыкать к ним. Ну, что поделаешь? Такова прелесть жизни. Ко всему новому должны привыкать, как жить на новом месте.
Не успел, как следует привыкнуть своему месту расположение, как от проходных ворот на внутреннюю парковку автомобилей военного завода «Эльта» хлынул поток разномастных легковых автомобилей и больших автобусов. Основная масса прибывших людей рванула к турникетам, расположенным под бетонным навесом возле главного контрольного поста военного завода. Другая незначительная масса людей стала быстро заполнять вестибюль главного контрольного поста военного завода «Эльта». Настало время телефонного звонка на место моей работы. Вцепившись в ближайший телефонный аппарат расположенный у стойки за небольшим зелёным деревцем в вестибюле главного контрольного поста военного завода. Стал набирать записанный на листке бумаги номер внутреннего телефона столовой на запретной территории военного завода. Мне надо было вовремя пройти к своему новому месту работы, чтобы не опоздать ни на одну минуту. Таковы правила, издавна заложенные во мне.
– Доброе утро! Вас беспокоит Александр Черевков. – сказал в телефонную трубку, когда с шестой попытки дозвониться, услышал знакомый голос Леи Миронски. – Сегодня первый день моей работы у вас в столовой военного завода. Вы мне на прошлые недели сказали позвонить в ём решён (воскресенье) за десять минут до работы.
– Да! Да! Прекрасно помню. – ответил голос в телефонной трубке. – Вам придётся подождать в вестибюле.
В телефонной трубке раздались длинные гудки. Положил телефонную трубку на аппарат. Обратно расположился в уютном месте под зелёным деревцем за небольшим письменным столиком. Раньше намного дольше ожидал положительного результата. Могу и теперь подождать. Хотя не всегда положительный результат и отрицательный результат выглядят именно так, как их называют. Бывает так, что отрицательный результат спасает вашу жизнь, а положительный результат наоборот угрожает вашей жизни. Надо обязательно точно знать предназначение к чему-то положительного результата и отрицательного результата. Совсем ни так, как чёрное является ночью, а белое озаряется днём. Даже горькая правда иногда бывает лучше сладкого вранья. Не все между собой в значении сопоставимо.
Например, когда во время проживания с тёщей в Перми мы узнали, что наша домработница больна сифилисом, то первый из нашей многочисленной семьи рванул в больницу на обследование. Принял на себя блокаду уколов от сифилиса, сдал массу различных анализов, всесторонне обследовался, прошёл тест на предмет сифилиса. С самого детства, когда стал созревать мой разум, остерегался от разных заболеваний, особенно боялся инфекций. За три часа до назначенного врачами времени, на получение результатов на сифилис. Был возле поликлиники с мыслями о жизни и смерти. Мне легче было сразу умереть. При мысли о возможном заболевании инфекционной болезнью. Чем знать, что буду жить, в тоже время мучатся от заразной болезни, которая может погубить не только меня, а также всю мою вполне здоровую семью. Прежде должен покончить того, кто заразил меня и мою семью.
– Ваш результат отрицательный. – сказали в регистратуре поликлиники, когда дошла моя очередь на ответ.
Может быть, у регистраторши была какая-то семейная драма или она сама была сильно больна в этот день? Но результат моего обследования звучал от неё, почти как от покойника покойнику. От трагического лица регистраторши понял, что моя жизнь закончилась вместе с отрицательным результатом по состоянию моего здоровья, которого у меня больше нет, никогда не будет. Осталось лишь принять решение, как покончить свою жизнь в этот роковой день. Ни стал вешаться, так как у меня не было в тот момент верёвки, также как не было у меня оружия. От поликлиники до железной дороги или до моста через реку Кама было довольно далеко, чтобы мог там покончить свою жизнь под колёсами поезда или в глубоководной реке.
У меня не было другого выбора, как только перед смертью с горя напиться, как это делали многие русские мужики, к которым себя причисляю. Как раз к этому моменту под руку подвернулись два парня, которым просто нужен был повод напиться. Так что мы трое по поводу нажрались до свинства. Когда наследующий день отрезвел в участковом отделении милиции и в акте о моем задержании в нетрезвом виде указал причину моей пьянки, то все присутствующие просто покатывались со смеха от моего акта о причине моей пьянки. Долго не мог понять причину смеха окружающих меня людей в участковом отделении милиции. В то время как моя жизнь фактически была на волоске от смерти из-за болезни.
Вынашивал в голове планы своей кончины. После того, как выяснилось, что слово "отрицательный" в данном случае отрицает моё возможное заболевание сифилисом. В таком случае вполне здоровый человек, которому следует жить, а не умереть через свою кончину. Получив такое радостное известие об отрицании моего заболевания сифилисом, ржал ни меньше присутствующих людей в участковом отделении милиции.
Ведь если бы не вчерашняя пьянка по этому поводу, то мог бы покончить собой. Должен был благодарить вчерашних парней, которые напоили меня до свинства, а также участкового милиционера, который растолковал мне значение слов "отрицательный результат". Так как благодаря пьянке вчера вечером с парнями, а также моего задержания за пьянку участковым милиционером, буквально случайно остался жив.
Однако сейчас ожидая результат от Леи Миронски. Так думаю, что сегодня положительный или отрицательный результаты будут иметь своё прямое предназначение. Третьего просто не может быть. весьма конкретный человек в любом решении. Не люблю никаких промежуточных ожиданий и обещаний. Всегда приемлю положительный или отрицательный результат. Обещание и ожидание, как близнецы бесконечное неопределённости в бездумной пустоте.
– Александр Черевков! Вас приглашают к телефону. – сказал вооружённый охранник с телефонной трубкой.
– Да! Здесь. Иду! – сказал, вооружённому охраннику, стоящему с телефонной трубкой в руке возле КПП. – Сейчас подойду.
– Александр! Извините, пожалуйста, за ожидание, но на вас нет ишура (разрешения) на работу в столовой военного завода «Эльта». – услышал в телефонной трубке тревожный голос Леи Миронски. – Пока мы будем выяснять причину задержки разрешения на вашу работу у нас, вам стоит подождать нашего телефонного звонка в течение этого дня.
– У вас есть номер моего домашнего телефона. – грустно, сказал в трубку телефона. – Буду ждать от вас ответ у себя дома.
– Хорошо! Мы, как только получим ишур (разрешение) на вашу работу у нас в столовой, так сразу вам позвоним. – сказала Лея Миронски в телефонную трубку. – Думаю, что нет никаких проблем вам работать у нас.
Длинные телефонные гудки в трубке для меня были, как звон молота о наковальню, на которой лежит моя голова. Так как слишком импульсивный человек по своей натуре, то мне стоило применить к себе усилия, чтобы не взорваться бешенством над тем, что все мои искренние намерения работать в столовой на запретной территории военного завода, вдруг, так неожиданно оборвались. У меня в душе теплилась надежда на мою удачу, которая словно Фортуна часто поворачивается ко мне передом и только изредка, вижу мрачный зад фортуны моей жизни. Стараясь не впадать в истерику от внутреннего волнения, поблагодарил вооружённого охранника за телефонный звонок и не торопясь, вышел из здания главного контрольного поста военного завода «Эльта».
За восемь лет проживания в Израиле, давно привык к тому, что когда говорят "мы вам позвоним", то это равнозначно отказу в работе или в каком-то другом серьёзном вопросе. Поэтому не надеялся на то, что мне дадут разрешение на работу в столовой на запретной территории военного завода «Эльта».
Однако так долго стремился работать на запретной территории военного завода, что готов был пойти на унижение ожидать необходимого результата. С детства привык терпеливо добиваться своего пускай даже на моё терпение уходят дни, месяца и годы моей жизни. По-другому не могу понимать свою жизнь. Иначе, зачем живу, если не смог добиться поставленной цели?
Выйдя за территорию военного завода, увидел проезжающий по улице полицейский легковой автомобиль. Вспомнил об аварии автомобилей, которую спровоцировала ортодоксальная еврейка за рулём легкового автомобиля. Мне никак не хотелось окунаться в проблемы ортодоксальной женщины, которая наверняка хотела повесить на меня свои проблемы автодорожного движения.
Поэтому не пошёл сразу домой по улице Хапальмах, а прямо из проходной военного завода «Эльта» направился на рынок в «шук Бет» за баночным пивом, чтобы оттуда с обратной стороны нашей улицы безопасно вернуться к себе домой без подозрительных взглядов со стороны соседей. Затоварившись на рынке «шук Бет» десятью баночками пива, а также солёными и маринованными маслинами(зейтим), спокойно направился через городской парк к себе домой с обратной стороны улицы Хапальмах.
К этому времени на нашей улице не было никаких скоплений полицейских автомобилей, так же как не было разбитого легкового автомобиля и пищевого фургона, которые столкнулись нос к носу по вине водителя автомобиля, ортодоксальной женщины. Видимо автодорожная полиция поставила к себе на штрафную площадку оба автомобиля, совершивших аварию. Теперь спокойно могу ожидать звонка от Леи Миронски насчёт разрешения на работу в столовую на запретную территорию военного завода «Эльта». В противном случае надо идти вновь искать себе другую работу, где без особого разрешения возьмут меня работать туда, куда подхожу по своей квалификации или по-своему пред пенсионным возрастом.
Можно конечно позвонить к служащей коахадама «Товаль персональ» и сообщить им о том, что мне вторую неделю в столовой военного завода «Эльта» морочат голову с ожиданием разрешения выхода на работу в столовую военного завода. Ведь это коах-адам «Товаль персональ» (частное бюро по трудоустройству) направил меня на работу в столовую военного завода «Эльта». Пускай теперь коах-адам «Товаль персональ» сам разбирается, почему мне не дают ишур(разрешение) на работу в столовую военного завода. Взамен мне могут предложить новое место моей работы.
– Здравствуйте, Марина! – сказал, в телефонную трубку, когда услышал знакомый голос служащей коах-адама «Товаль персональ». – Вас беспокоит Александр Черевков. В столовой военного завода «Эльта» вторую неделю мне морочат голову ожиданием выхода на работу. Если они не могут взять меня на работу, тогда вы ищите мне другое место работы.
– Сейчас позвоню в столовую военного завода «Эльта». – сказала мне, Марина, в телефонную трубку. – Узнаю причину задержки ишура(разрешения) работать в столовой военного завода «Эльта». Вы пока подождите моего звонка.
Положил на аппарат телефонную трубку домашнего телефона. Остался у телефонного аппарата ждать чего-то, не понятно, чего, как с моря погоды. Надо набраться терпения и дождаться конечного результата, а не понятного промежутка, от которого нет никакой пользы. Одни только убытки в потраченном для меня драгоценном времени. Не понятно почему? Но в последние годы моей разумной жизни мне почему-то постоянно не хватает времени на все мои разумные и не разумные дела. Всё время, как на старте перед полётом в космическое пространство. Мне хочется как можно быстрее взлететь, но разные обстоятельства моей жизни откладывают мой полет куда-то в пространство.
– Да! Вас внимательно слушаю. – сказал в телефонную трубку, когда опять затрещал домашний телефон.
– Это вас беспокоит Лея Миронски. – сказал в телефонной трубке знакомый женский голос. – Можете прямо сейчас выходить на работу. На вас выписали ишур (разрешение) на три дня. Когда придёте на территорию военного завода, то позвоните по внутреннему телефону в столовую. Вышлю человека на сопровождение вас к месту работы.
– Большое Вам спасибо! За долгожданное сообщение. – радостно, сказал в телефонную трубку. – Через десять минут буду на заводе.
В туже секунду положил телефонную трубку на аппарат телефона. Закрыл на ключ двери в нашу спальню, в которой находилось самое ценное семьи, это мой персональный компьютер, документы и небольшие денежные сбережения на чёрный день. В прихожей надел на ноги те самые ботинки, в которых мне предстояло работать в столовой на запретной территории военного завода. Закрыл входную дверь нашей квартиры и спустился на улицу. Ровно через десять минут звонил Леи Миронски по внутреннему телефону военного завода «Эльта».
Минут через двадцать из столовой военного завода за мной пришла женщина похожая на индианку. Вполне возможно, что женщина была репатрианткой из Индии? Точно также как бывшие хозяева нашей квартиры тоже были когда-то новыми репатриантами из Индии, которые во время продажи нам квартиры обдурили нас сразу на тысячи шекелей.
Но не будем грустно думать о прошлом. У всех наций достаточно много шулеров и честных людей. Тем более что мне предстоит работать на равных с этой женщиной из Индии. К тому же устроился работать в столовую военного завода «Эльта», а не выяснять национальные интересы разных народов. Репатриация в Израиле сделала нас всех едиными независимо от расы, национальности, вероисповедания и образования.
Чего не мог добиться Советский Союз за семьдесят лет советской власти, чтобы все народы стали едины без расы и религии, в Израиле такое явление происходит мгновенно, как только мы сходим по трапу самолёта на Землю Обетованную. Мы тут же превращаемся в единую, серую массу рабочих, которые должны вкалывать на благо Израиля.
5. Работа в посудомойке.
– Познакомься! Наш управляющий. – представила Лея Миронски, парня лет тридцати пяти. – Зовут его Мотя. Он контролирует качество нашей работы.
После обмена взаимными комплементами, Мотя повёл меня в посудомоечный зал знакомить с коллективом, в который вливаюсь с сегодняшнего дня и, вполне возможно, что буду работать с ними до пенсии? Если конечно меня не выгонят досрочно с работы, как это было многократно раз в разных фирмах, в который работал с увлечением. Однако увольняли меня без всякой причины. Даже не объясняли, почему не устраиваю управляющего или хозяина фирмы. Такова система приёма и увольнения, рабочих и служащих во всех предприятиях Израиля.
Марокканец по имени Шломо, лет тридцати пяти от роду, ростом с меня и такой худющий, словно узник концентрационного лагеря при фашистах, принялся подробно объяснять мне принцип моей работы на посудомоечной машине, которая собой заполняла весь посудомоечный зал. Старался, как можно внимательнее знакомиться с условиями моей работы, чтобы показать себя с лучшей стороны и остаться здесь работать хотя бы до следующей безработицы. Как мне показалось с первого взгляда, то по сравнению с предыдущими работами, эта работа на посудомоечной машине для меня была просто небольшой разминкой мышц, которые в первый мой рабочий день даже не успели устать.
Так как всю грязную посуду из зала общепита подавали по конвейеру прямо ко мне или привозили в пластмассовых ёмкостях на тележках. Мне только надо было успевать раскладывать на конвейере посудомоечной машины грязную посуду, которую чистой из автомата принимал другой мужчина и раскладывал на специальных тележках. Кроме меня на посудомоечной машине работало около десяти человек, который в основном занимались тем, что привозили ко мне грязную посуду, а увозили от моего напарника чистую посуду.
Три женщины очищали грязную посуду от остатков пищи и помогали мне раскладывать грязную посуду на конвейере посудомоечной машины. Весь процесс мой посуды занимал чуть больше двух часов рабочего времени. Затем мы все дружно направились на обед. На первый взгляд столовая показалась мне обычным общепитом. В действительности была современная столовая из двух огромных залов с кухней и раздачей пищи между двумя залами столовой.
Работа столовой по "шведскому столу" принятому во многих современных ресторанах в гостиницах, а также на современных курортах по всему миру. Каждый посетитель берет себе пищу такую, которая ему нравится по вкусу или подходит по состоянию его здоровья. Вкус, состояние здоровья и аппетит никогда не подводили меня. Поэтому, чтобы не обижать мой желудок, взял продуктов всех понемногу. Все выбранные блюда едва умести на столе с двумя женщинами из Индии, которые взяли себе блюд меньше, чем один.
Однако никто из шестидесяти работников столовой не обращал никакого внимания на мой страстный аппетит. Каждый взял себе покушать столько, сколько позволял аппетит и здоровье каждого. Конечно, на халяву и слона можно съесть. Как бы после желудку и здоровью не было худо. В моей жизни бывали такие случаи, когда на халяву объедался пчелиного мёда в гостях, шоколада во время экскурсии на кондитерскую фабрику и много чего другого. После чего мне было так дурно, что на съеденную дармовщину не мог годами смотреть. Поэтому в этот первый раз в столовой на военном заводе ел столько, сколько в норме помещалось в желудок.
После обеда мы занимались лишь тем, что мыли остаток грязной посуды после нашего обеда и чистили из шланга напором воды всю посудомоечную машину, которую нам приходилось частично раскрывать и разбирать для мойки. Никакого физического труда в этой работе не было. Тем более что все продукты и отходы после питания транспортировались на небольших тележках. Такую работу свободно могли выполнять женщины, а для мужчин просто забава. Весь коллектив столовой работал как одна машина.
За полчаса до окончания смены все было закончено. Мужчины и женщины направились в свои раздевалки, чтобы переодеться в домашнюю одежду и вернуться к своим автобусам, которые привезли утром всех рабочих и служащих работать на запретной территории военного завода «Эльта». Лично мне транспорт до дома не нужен, живу от места работы в десяти минутах ходьбы. Переодевать надо всего лишь одну сорочку униформу, выданную мне на работе управляющими столовой. В остальной одежде пришёл из дома. Довольный успехом прошедшего дня словно подросток довольный жизнью весело шагал по улице Хапальмах к своему дому.
За восемь лет проживания в Израиле никогда не работал так близко от дома. Даже когда работал в промышленной зоне лёгкой промышленности через дорогу от нашего микрорайона, в столярной мастерской по изготовлению мебели для синагоги. Прежде чем после окончания работы отправиться домой, у меня уходило много времени на чистку одежды от стружек и опилок. Кроме того, чтобы быстрее прийти домой, мне нужно было идти напрямую через пустырь или нарушать правила уличного движения, по дороге проскакивая на красный цвет светофора перед транспортом, идущим на перекрёстке под светофор.
Тут же по пути к дому нет никаких светофоров. Надо только быть внимательным, чтобы на "зебре" во время пересечения перекрёстка не угодить под автомобиль, который нарушает правила уличного движения и не пропускает перед собой пешехода, идущего на "зебру". Как это было утром сегодняшнего дня, когда ортодоксальная еврейка едва не сбила меня своим автомобилем на "зебре". Мало того, нарушая правила уличного движения, совершила аварию, пытаясь задержать меня с полицией. Когда проходил перед своим домом место бывшей аварии, которую утром спровоцировала ортодоксальная еврейка на своём легковом автомобиле, то кроме битого стекла от фар автомобилей на месте бывшей аварии больше ничего не было.
Хорошо, что все хорошо кончается. Даже происшествие заканчивается интересно и романтично. Серая повседневность скучна для моей жизни, просто неинтересно так жить. Другое дело, когда вокруг тебя бурлит такая страстная жизнь, которая наполнена экстремальными случаями, выходящими из правил повседневной жизни.
Войдя в свою квартиру в половине пятого вечера, ни застал дома никого. Виктория сейчас живёт на съёмной квартире у своего старшего брата Артура в Ашкелоне. Там же работает на мойке автомобилей возле заправочной станции. Так надо работать и жить после службы в израильской армии, чтобы как одиночке получить из армии деньги на учёбу в университете. На службе и в жизни в Израиле все построено на обмане. Правительство Израиля всячески обманывает своих граждан, которые в свою очередь обманывают Израиль. Так получатся, что на Земле Обетованной все построено на хитрости и на обмане. Иначе тут жить не могут.
Пока никого не было дома, решил немного расслабиться после напряжённого дня. Включил телевизор на первом канале российского телевидения, где в этот момент после новостей были программы "Ералаш", «Суд присяжных» и "Федеральный судья", которые одинаково люблю смотреть.
Мне не чуждые людские смех и горе. Почему бы нам ни посмеяться, над нашими глупостями, тем более над детскими? Мы все когда-то были детьми. В тоже время сострадание нам становится ближе с годами. За годы своей жизни мы столько много видим людского горя, что у нас в генах заложено сострадание к людям. Порой беда перехлёстывает через радости и смех. Хотя мы сами всегда стараемся жить весело. Не надо далеко ходить за примерами из нашей жизни. Достаточно посмотреть на мою жену Людмилу, которая родилась почти через пять лет после войны с фашистами. Однако моей жене часто снятся сны военного времени. Бывает так, что среди ночи Людмила вскакивает с постели и пытается убежать от расстрела, который якобы пытаются осуществить фашисты. Иногда проснувшись среди ночи, Людмила указывает мне на обычную тень с улицы, которая зависла на нашем платяном шкафу. Требует от меня убрать верёвку, которой пытаются её повесить фашисты.
Пытался разобраться со стороны знакомых психологов и психиатров, о таком странном поведение моей жены, вполне здорового человека. Не сговариваясь между собой, знакомые мне психологи и психиатры почти в один голос заявили, что у моей жены обычный генный синдром страха на фашистов, которые в течение длительного времени преследовали в частности её родных евреев. Так же как у многих детей и даже взрослых, бывает, что часто сняться сны давно прошедших войн и трагедий, которые были в их роду по отцовской или материнской линии. Словно дети сами участвовали столетия назад в тех самых ужасных событиях, которые до глубины души потрясли наших далёких предков.