Пожелаем Виктору Владимировичу доброго здоровья, успехов в работе и семейного счастья!
Панфилов Владимир Игоревич
Заместителем главного конструктора РЛС «Небо-М» по радиолокационному модулю дециметрового диапазона волн РЛМД был Панфилов В. И. О нем я написал целую «поэму» в 2-х частях, однако про данную работу там не упоминалось. Панфилов В. И. отвечал за оригинальную антенную систему – АФАР (λ = 23 см), которая должна была обеспечить обзор пространства электронным сканирующим передающим лучом, окруженном «розой» цифровых приемных лучей. Центральная часть антенны была заполнена приемо-передающими модулями, объединенными в подрешетки 2х2, а по периферии располагались приемные модули. Эта антенна была предложена и рассмотрена в техническом проекте, на базе которого была разработана КД и началось изготовление опытного образца. На этом этапе Панфилов В. И. уволился из института вместе с главным конструктором, главным инженером и его заместителями, руководителями крупных подразделений и рядом молодых людей. Главным конструктором РЛС «Небо-М» стал А. Д. Бомштейн, под руководством которого была завершена эта титаническая работа.
Герасимов Александр Евгеньевич
Герасимов А.Е. заместитель главного конструктора по ОКР «Пример» и РЛС 55Ж6Т. Александр Евгеньевич многие годы был военным представителем на заводе НИТЕЛ. Он был ведущим по выпуску РЛС 55Ж6. В отличие от огромного количества военпредов, с которыми мне доводилось работать, Александр Евгеньевич знал РЛС 55Ж6 до мельчайших подробностей и очень много сделал для повышения качества изготовления. После выслуги срока службы он перешел на работу в наш НПЦ, а сейчас является начальником СКБ. Он знает на память все руководящие документы, ГОСТ(ы), ОСТ(ы), наставления и т.д., состояние всех работ НПЦ. В настоящее время Александр Евгеньевич – главный конструктор модернизации РЛС 55Ж6УТ, которая с успехом прошла испытания и РЛС 1Л13Т. Он остается большим другом любимого завода НИТЕЛ.
Александр Евгеньевич человек в высшей степени организованный, немногословный, трезвомыслящий, высококультурный. Пожелаем ему здоровья и дальнейших успехов.
Краснопевцев Владимир Александрович
Краснопевцев Владимир Александрович заместитель главного конструктора по ОКР «Пример». Значительное время посвятил РЛС 19Ж6, которая стала системообразующей для нашего предприятия. Проявил большую инициативу в освоении передающего устройства, в котором было много сложного и непонятного. Владимир Александрович весьма заметная фигура в НПЦ, он участник всех разработок. Краснопевцев В.А. предан делу, оптимист, уважаемый специалист НПЦ. Пожелаем ему доброго здоровья и успехов в деле создания перспективной техники.
Очень хорошее впечатление оставил конструктор Курамин Александр Борисович, заместитель главного конструктора на ОКР «Пример» и РЛС 55Ж6Т – очень добросовестный, грамотный конструктор, отвечал за компоновку кабин. Александр Борисович – заместитель начальника конструкторского отдела. Я никогда не слышал от него какого-нибудь отказа со ссылкой на занятость, как нередко бывает. Всегда сдержанно, всегда только по делу. От Александра Борисовича веет теплом и доброжелательностью. Успехов тебе, глубокоуважаемый Александр Борисович!
Много работ в ЛЭМЗ я делал с Поймаковым Сергеем Вячеславовичем. Это конструктор по большому счету. Он имеет значительный опыт, грамотность, изобретательность. Предложенные им конструкции отличаются изяществом. Его отчеты с описанием конструкции точны и лаконичны. Спасибо тебе огромное, уважаемый Сергей Вячеславович.
Хочу отметить, что на последнем этапе написания инженерной записки по теме «Кедр», большое творческое участие принял начальник конструкторского отдела Ушнурцев Никита Владимирович, который уточнил ряд конструкций, «разгреб» далеко непонятные детали. Никита Владимирович исключительно покладистый, добрый, услужливый человек. Работать с ним одно удовольствие.
Каждый проект, которым я занимался, содержал зоны обзора с необходимыми параметрами, которые надо было грамотно выбрать. Занималась этим всегда Рунова Ирина Александровна. Она была заместителем главного конструктора, а если не была, то работала на его уровне. Я посвятил ей много стихов. Читайте, я напишу еще! Ирина Александровна – главный редактор моих книг. Премного благодарен, дорогая Ира.
Март – май 2019 г.
В работах ННИИРТ(а) большая часть творческого коллектива была представлена женщинами, наиболее ответственной половиной человечества. Кто-то говорил, что нанимать на работу надо женщин – работают добросовестно и много не просят. Хочу рассказать о выдающихся разработчицах-женщинах.
Архангельская Лариса Викторовна
Архангельская Лариса Викторовна – ведущий инженер, разрабатывала для одного из изделий сложное приемное устройство на основе параметрического усилителя. Далее участвовала в разработке РЛС 55Ж6. Заведовала аппаратурой автокомпенсации помех высотомера, амплитудно-фазовой автоподстройкой сигналов строк высотомера. Эта автоподстройка называлась «ЗАП» – завиральная автоподстройка. За ее реализацию никто не брался – очень сложное быстродействующее широкополосное устройство. Тогда я вызвал Ларису Викторовну – специалиста по реализации завиральных идей. Через год автоподстройка заработала и вылилась в малогабаритную, весьма точную систему. Лариса Викторовна была, безусловно, выдающимся разработчиком. Она уже несколько лет на пенсии, пожелаем ей доброго здоровья.
Максимцева Евгения Сергеевна
Максимцева Евгения Сергеевна 1923 года рождения – ныне здравствующая активная женщина. Ведущий инженер – специалист широкого профиля, занималась системой СДЦ ряда изделий. А специалист по СДЦ – это обязательно комплексник, он знает все основные системы изделия, т.к. от их четкой работы зависит качество работы СДЦ. Евгения Сергеевна человек очень активный, она никогда не считалась с личным временем, была предана работе до конца. Я имел счастье работать с Евгенией Сергеевной при разработке РЛС П-70, в которой впервые был внедрён сложный зондирующий сигнал (ЛЧМ) со сжатием в согласованном фильтре. В работе все было впервые – передатчик с независимым возбуждением, система сжатия, сочетающаяся с системой СДЦ. Впервые использовалось глубокое ограничение сигналов перед согласованным фильтром.
Чтобы все это освоить требовались очень грамотные и самоотверженные специалисты, каким и была глубокоуважаемая Евгения Сергеевна. Я до сих пор поддерживаю с ней связь по телефону.
Липатова Валентина Васильевна
Липатова Валентина Васильевна – заместитель начальника сектора. При разработке РЛС П-70 она отвечала за большую систему приемников сигналов горизонтальной и вертикальной поляризации. Приняла участие во всех стадиях разработки, включая сдачу 1-ого серийного образца РЛС на берегу Каспийского моря (Азербайджан).
Валентине Васильевне я посвятил стихи «Здесь, в Горьком, в центре недалеко». К стихам добавлю, что Валентина Васильевна – человек безотказный, терпеливый. Она на 55Ж6 заведовала системой автокомпенсации активных помех дальномера. Не помню почему, но этот блок по моей просьбе неоднократно дорабатывался. Разработчики не любят, когда готовый блок и документацию к нему непрерывно надо изменять. Но Валентина Васильевна весьма терпеливо относилась к моим «выходкам». За разработку и внедрение в производство РЛС 55Ж6 она была награждена орденом «Знак почета». Он прекрасно смотрелся на ее аккуратном бюсте.
Прончатова Людмила Александровна
Людмила Александровна Прончатова пришла в КБ ГТЗ после окончания Радиотехникума. Я в это время был ведущим инженером в 1-ой лаборатории, и Людмила Александровна была направлена в мою группу. С тех пор мы работали «под одной крышей». Впоследствии Людмила Александровна окончила Политехнический институт. В настоящее время она занимает должность заместителя начальника отдела.
Людмила Александровна приняла участие во множестве ОКР:
– в ОКР по разработке РЛС СТ-67 Людмила Александровна разработала один из блоков системы защиты от активных помех;
– в ОКР «Небо-У» – являлась ответственным исполнителем по многофункциональному имитатору (разработана аппаратная стойка с блоками), сигналы которого близки к реальным и калиброваны, что позволяет производить измерения основных параметров системы обработки, и тем самым свести к минимуму объем дорогостоящих натурных испытаний. В РЛС 55Ж6У измерения производятся автоматически в процессе функционального контроля и сдачи изделия заказчику на соответствие ТУ. Это позволило на ранних стадиях обработки вскрыть и устранить основные недостатки аппаратуры, тщательно настроить аппаратуру обработки и выходить на натурные испытания в высшей степени подготовленными. Более подробно о данном имитаторе читатель может узнать из журнала ВКО №4/2007г. Заметим, что первый многофункциональный имитатор был разработан на изделии 55Ж6 под руководством Софьи Буниной. Он был выполнен на другой элементной базе и не управлялся автоматически. Имитатор – это мое хобби. Некоторые считают, что в наших имитаторах много излишеств. А мой тезис таков: нет имитатора – нет РЛС. Вот поэтому разработчица имитатора Людмила Александровна является центральной фигурой в аппаратной кабине РЛС и любимицей главного конструктора;
– в РЛС П-18М – стойка имитатора;
– ОКР 1Л119 – заместитель главного конструктора, ответственная за малый комплекс: приемник и вся обработка (первичка, вторичка).
Все работы Людмила Александровна доводила до конца, участвовала в испытаниях, выезжала на позиции заказчика, побывала в Казахстане и в Иране 2 раза. Людмила Александровна владеет всеми приемами проверки комплекса РЛС в целом. Если она появилась в аппаратной кабине – это пришла хозяйка, она может всем распорядиться.
Людмила Александровна пышет здоровьем, всегда веселая, задорная, безотказная в работе, очень добрая к людям. Я побывал с Людмилой Александровной во многих командировках и люблю ее до сих пор.
У нее прекрасная семья, она преуспела везде. Спасибо тебе, дорогая Людка, обнимаю и целую.
Людмиле Александровне посвящен стих Марины Завыловой «Блинчики», который вы также можете прочесть в этой книге.
Махрова Наталья Николаевна
Махрова Наталья Николаевна главный конструктор РЛС Э801 (после Антонова). Я принимал ее на работу. Мне позвонили из Политеха, просили принять девушку – мечтает о радиолокации. Она попала в сектор Крылова И. Г. Под его фактическим руководством защитила дипломную работу и кандидатскую диссертацию. Стала начальником сектора, потом начальником отделения. Наталья Николаевна специалист высочайшей квалификации, очень самостоятельный человек. Она довела до конца ОКР Э801, которая принесла предприятию несметную прибыль. Что касается ее характера и манеры руководства, то лучше не писать, читатель может заплакать.
Антонова Нина Петровна
Антонова Нина Петровна начальник сектора, главный конструктор РЛС П-18, получившей огромное распространение, претерпевавшая значительное число модернизаций, которые продолжаются и по настоящее время. П18 используется на военных аэродромах, в ротах и батальонах РТВ. Много РЛС П18 поставлено за рубеж.
Нина Петровна участвовала в Великой Отечественной войне, имела боевые награды. Она закончила Радиофизический факультет (первый выпуск) Горьковского Государственного университета. Нина Петровна обладала всеми качествами, которые необходимы главному конструктора. Надеюсь, что этот краткий рассказ послужит доброй памяти об этой замечательной женщине.
Колдоркина Наталья Романовна
Колдоркина Наталья Романовна, ведущий инженер, начальник сектора, начальник отдела, заместитель главного конструктора в ОКР «Небо-М». Не могу в первую очередь отказать себе в желании выразить искренний восторг ее внешности.
В отделе Натальи Романовны были разработаны приемо-передающие модули метрового диапазона волн, техническое задание НПО «Пульсар» на ППМ дециметрового диапазона. Она приняла решающее участие в разработке аппаратуры возбудителя передатчика во вращающемся контейнере.
Наталья Романовна точна, знает в совершенстве предмет своей работы. Она является, безусловно, еще одной из выдающихся женщин-разработчиц, которые попадались мне на жизненном пути.
Спасибо тебе, дорогая Наташа! Успехов тебе в воспитании внуков, здоровья и семейного счастья.
Рунова Ирина Александровна
Рунова Ирина Александровна, ведущий инженер, специалист по выбору облика РЛС, главных параметров, определяющих заданные зоны обзора, сектор сканирования, мощность передающего устройства, размеры антенны (а, следовательно, разрешающую способность по угловым координатам, точность измерения угловых координат), помехозащищенность изделия и др.
Технологию ее расчетов я описал в стихах. Ирина Александровна участник большого множества проектов НПЦ. Результаты Ирины Александровны точны и всегда находят подтверждение при испытаниях РЛС.
Ирина Александровна – находка для НПЦ.
Немного о науке
Я получил два образования: первое – в Университете, второе – домашнее, самостоятельное.
Главным результатом первого образования я считаю умение вдуматься очень глубоко и понять суть задачи. На втором месте – хорошая физико-математическая подготовка, а, главное, нам привили интерес и способность сформулировать задачу на строгом математическом языке и умение решить ее нестандартно, наиболее рациональным способом.
К последнему, более специальному образованию, я приступил после 5-7 летней напряженной практической работы, накопив массу вопросов, для решения которых необходимо было учиться.
Я помню, что стал интересоваться содержанием научных журналов и вдруг обнаружил, что не могу читать и свободно понимать написанное, что у меня огромные пробелы в образовании (в знаниях), особенно мне не доставало знаний по статической радиофизике, без которой невозможно было понять радиолокацию. Похвалюсь: через пять лет самообразования я свободно читал книги поэтому предмету и у меня уже возникали замечания по содержанию и изложению некоторых монографий, которые выходили в то время довольно часто. Впоследствии я читал лекции в университете по курсам: прохождение случайных процессов через нелинейные системы, теория обнаружения сигналов в условиях помех. Также писал статьи по этим вопросам. А у себя в институте на протяжении многих лет вел научный семинар по проблемам радиолокации. Основные из этих проблем имели статистическую природу.
Радиофак я окончил по специальности теории колебаний и знал этот предмет, но только в интерпретации моих учителей. Изучение научной литературы высвечивало передо мной другие подробности, и предмет изучения уже виделся мне и другими гранями.
Со временем я почти перестал читать книги интерпретаторов, а старался прочитать о явлении, теореме и т. д. из трудов непосредственных авторов работ, которые, как правило, излагали суть дела значительно содержательней. Меня интересовали и другие научные сферы, например, я прочел все работы Горелика Г. С. и это было преднамеренно – я хотел узнать по порядку как Горелик понял флюктуации в автоколебательных системах. Далее меня заинтересовал научный уровень этого человека в целом. Я хотел узнать все его труды и мысли, понять, чем же велик большой ученый. Не скрою, я примерялся к себе, хотел тем самым понять свой уровень, кто я по отношению к нему. Этот вопрос интересовал меня всю жизнь. Я был знаком со многими учеными, большинство из них разочаровывали меня, и только редкие одиночки являлись примером истинных творцов науки.
Наиболее ярким из них был Ширман Я. Д. Он и изобретатель, и ученый, и педагог. Яков Давидович вырастил научную школу в Харьковской Военной Академии. Среди его учеников были очень талантливые люди. Однако, учитель остался неповторимым и непревзойденным. Я лично был знаком с Я. Д. Ширманом по ряду совместных работ, которые наше предприятие проводило с Харьковской Академией. Это был очень скромный в личной жизни человек, семьянин (кажется, у него было 4 сына). Яков Давидович обладал и недостатками – многое, что делалось вокруг не в его русле, вызывало у него отрицательные эмоции, его тяжело было переубедить, но, справедливости ради, я должен заметить, что два-три раза я настоял на разбирательстве и он признал правильность моих доводов.
Что главное в этом человеке? Он изобретал, убеждал, пропагандировал свои идеи, делал их всеобщим достоянием (в том числе в его замечательных учебниках). Он не успокаивался до тех пор, пока его идея не воплощалась в металл – так было с укорочением сложных сигналов и автокомпенсацией помех. Отрадно заметить, что обе эти идеи были реализованы впервые на нашем предприятии. Первая идея – в РЛК П-70, а вторая – в РЛС «Оборона-14».
К сожалению, у нашего предприятия не было авторитетного научного руководителя, не было ученого совета. Это можно было бы организовать, когда Крылов И. Г., и Марескин В. М., и Пахомов Ю. М., и Лейких М. А., и Бляхман А. Б., и Островский М. И., и я и другие ученые нашего института были на подъёме. К сожалению, уважаемый Г. К. Киселев не понял, какая сильная научная школа была у него «под рукой», да и мы не выходили к нему с какими-либо предложениями.
Наши сотрудники были вынуждены защищаться в Политехническом институте, где ректор Ю. С. Лезин, наш «руководитель», по уровню научной квалификации был значительно ниже нас. По жизни эта была безнравственная личность. Диссертации наших сотрудников, написанные, по сути, без его участия, выдавались на научную школу Лезина Ю. С. Таким образом, он сумел уворовать у нас целую научную школу.
Март 2019 г.
В этом рассказе я хочу описать один эпизод, сыгравший в моей жизни судьбоносную роль. В своих воспоминаниях я не раз упоминал о злодеяниях в отношении меня и моих работ, творимых директором института Проскуриным В. А.
Когда мне было 58 лет, я был вынужден подать заявление об освобождении меня от должности начальника 8-ого отдела, который я возглавлял 18 лет, в котором вырос мощный творческий коллектив, преуспевающий в разработках, научной и изобретательской деятельности. Причина моего ухода заключалась в том, что я не умел работать по указке и трансформировать этот стиль в отношении сотрудников отдела. Кроме того, руководство начало «залезать» в дела отдела, вплоть до отмены моих распоряжений. Я думаю читателю понятно, что такой поворот событий был связан с огромными переживаниями, которые подтачивали мое здоровье. Я все время находился в состоянии конфликта, чуть не покончил жизнь самоубийством. Кстати, мой коллега, тогда начальник отдела, почтеннейший Хмелев С. Д. так и сделал.
Как-то раз при очередном нападении на мою работу, я не выдержал и сказал Проскурину, что еду в Главк с жалобой на его самоуправство. Он подписал мне командировку (дело было в пятницу). В понедельник я прибыл в Москву с соответствующей докладной запиской. Меня встретил главный инженер Главка и показал «бумажку», которую привезли в Москву в субботу, опережая мой приезд. Бумага была от «треугольника» института. В ней утверждалось, что я потерял связь с коллективом и т.д., и предлагалось освободить меня от обязанностей главного конструктора РЛС «Небо-У». Начальником Главка был Минаев Ю. П., бывший сотрудник нашего института, получивший совсем недавно, «на халяву», премию за РЛС «Небо».
Ранее, когда я заходил к нему в кабинет, он вскакивал со стула, бежал к двери и заключал меня в объятия. Теперь, когда я зашел к нему, он не встал из-за стола, не предложил мне сесть. Он сразу объявил: «Я думал у вас конфликт с Проскуриным, а тут подпись уважаемого секретаря Парткома (не хочу называть фамилию ныне здравствующего секретаря) и Профкома. Мы освобождаем тебя от обязанностей главного конструктора, вопрос согласован с министром и зам. министра». Я ему толкую, что я приехал с докладной, надо бы разобраться. Он сказал, что докладную возьми с собой, иначе не миновать санкций, подписавшим ее вместе со мной моим заместителям А. И. Калинцеву и В. Н. Таланову.
Я вышел из кабинета, докладную не забрал, отдал под расписку секретарше. Вышел из Главка я «никем». В институте делать мне было больше нечего. Бродил по Москве, думая «тяжкую думу». Где, у кого набраться сил, можно ли противостоять этому? И я пошел, куда бы вы думали, в мавзолей В. И. Ленина, посмотреть на очень сильного человека, который противостоял громаде империи и выиграл. Не помню правда, набрался ли я у Ленина сил или нет, но прибыв на работу на другой день, я позвонил первому секретарю Обкома – Ходыреву Г. М. Он принял меня через несколько дней, назначил разобраться в моей жалобе инструктора Обкома (фамилию не помню). Тот приехал в институт, начал опрашивать сотрудников и сообщил мне свой вывод: «Да вы оба достойные люди, однако, два медведя в одной берлоге ужиться не могут. Я считаю, что Вы должны покинуть институт».
Не согласившись с ним, я пришел на прием к первому секретарю Приокского райкома – Батыреву Александру Васильевичу. Он бывший заместитель директора ГТЗ им. Ленина по производству, хорошо знал о наших успехах при внедрении в производство РЛС «Небо», которая серийно производилась на заводе. Хочу заметить, что при внедрении РЛС «Небо» не было ни одного случая бранной переписки завода и института, как это было ранее в порядке вещей. Я и мои заместители не вылезали с завода, все замечания устранялись на ходу. Еженедельно мы – это старший военпред Г. П. Свиридов, главный конструктор завода Яштыков и я собирались и прорабатывали в деловом порядке возникшие вопросы, тут же выпускали необходимые распоряжения и дело шло как «по маслу». Батырев А. В. выслушал мое сообщение и немедленно позвонил Минаеву Ю. П. с просьбой задержать решение по моему вопросу. Через небольшое время Батырев А. В. собрал совещание в райкоме, на котором присутствовали Проскурин и Антонов В. А. (главный инженер института), секретарь парткома института, «треугольник» ГТЗ им. Ленина – директор Копылов В. С., главный инженер Яштыков М. П., секретарь парткома (фамилию позабыл), инструктор Обкома, который рекомендовал мне уволиться. Я сделал доклад об обстановке в институте с критическими замечаниями в адрес руководства. Началось обсуждение. «Треугольник» ГТЗ им. Ленина был буквально в возмущении действиями Проскурина. Решение Батырева А. В. было отозвать «клевету», мне продолжить работу, а Проскурину и секретарю парткома института выражено порицание.
Я хочу выразить глубочайшую благодарность
А. В. Батыреву, который буквально спас мою жизнь. Если бы не он, страшно подумать, чем бы это все закончилось. В последующие годы мы с Александром Васильевичем будем непрерывно взаимодействовать, когда он будет на посту директора НИТЕЛ и далее, когда он дорастет до заместителя Губернатора Нижнего Новгорода. Хочу заметить, что любые вопросы, которые у нас возникали, решались Александром Васильевичем в спокойном положительном духе. Я никогда не слышал от него бранного слова. Мы и в настоящее время сохранили дружбу, хотя он уже не пенсии.
На следующий день я должен был выступать на совещании командиров подразделений, в которых функционировала РЛС «Небо». Утром дома перед выступлением я решил написать краткий план выступления. И что же я обнаружил? Я не мог написать ни одного слова, я забыл все буквы, рука не могла писать. Короче говоря, вместо того, чтобы идти на завод, я подался в больницу. Голова моя еле удерживалась на плечах, глаза остановились. Меня немедленно госпитализировали с диагнозом – полное нервное истощение.
Только через два месяца я выйду из больницы, а еще через четыре научусь писать и думать. Далее я отправлюсь в степь Сары-Шаган на боевые учения. В них будет участвовать две РЛС «Небо» на разнесенных позициях. Мне снова предстоит война уже с комиссией, которая предъявит претензию, что РЛС дают разную высоту по одной и той же цели. Я с назначенным комиссией представителем разберусь на месте, приведу доводы, что претензия не обоснована, потом найду ошибку в программе КСА «Байкал» и уеду непобежденным, не считая флюса и операции в местной больнице.
Интересно было бы рассказать о животном мире степи – сайгаках, стаи которых мчались в свете фар автомобиля, об огромных орлах, отдыхавших у оазиса. О том, что в степи стояла жара 45 градусов. Я наслаждался ей. Купался в озере Балхаш. Эта поездка привела меня к окончательному выздоровлению.
А сейчас «вернемся к нашим баранам». Через пару лет началось новое нападение, опять хотели меня «снять», опять у них это не вышло. Ряд существенных подробностей на эту тему содержится в рассказе «Капустин Яр». На этот раз после больших хлопот, таких как создание «партии» по снятию Проскурина и создание Совета Трудового коллектива, война разрешилась в нашу пользу. Об этом я расскажу в отдельных очерках.