Этот голос его разбудил. Схваченный Генри посмотрел на маленькую звуковую колонку одним глазом.
– Тогда зачем?
– Затем, что мы остро нуждаемся в новых сотрудниках.
– Еще бы, с вашим-то уровнем смертности…
– …И мы не сторонники кардинальных мер. Я имею ввиду, что вы попали в число людей, копающих на корпорацию компромат. Что, прикажете, нам было делать в такой ситуации?
Охранники заломили руки Генри за спину и приперли его к стене. Сзади него послышался звон наручников.
– Могли бы просто уничтожить мои данные, – сказал он, упираясь щекой в обои.
– Уничтожали. Несколько раз.
– Так вот почему полетел мой жесткий диск! – вполне бодро воскликнул он.
– Вы были так настойчивы в своих фантазиях о мировом заговоре, что часто натыкались на наши информационные утечки.
Генри закричал, вырываясь из рук охраны:
– Я не буду работать с сумасшедшими! Вы не понимаете? У вас в отделе кадров убили человека!
– Да, иногда такое бывает.
– Вот видите! Для вас это обычное дело. Но не для меня!
Наручники были надеты. Генри силой развернули обратно, и чтобы он стал более сговорчив, охранники показали ему пистолет-электрошокер. Смотритель продолжал:
– Хорошо, Генри. Вот, что я вам скажу – если выяснится, что вы не подходите к работе в назначенном отделе, вас переведут в другой. Более спокойный.
Генри посмотрел на электрошокер, потом на динамик, потом снова на электрошокер.
– …В какой именно?
– Я вам не рассказывал про отдел документоведения?
– Нет. Что там делают?
– Ничего. Поэтому если уж компьютер нечаянно ошибся, вас всегда можно будет перевести туда, где вы благополучно, в полном спокойствии, будете ничего не делать.
– Лучше сразу отведите меня в этот отдел.
– Сейчас вас отведут в отдел компьютерной безопасности – вам выдадут личные вещи сотрудника. Не переживайте, там ничего опасного вас не ждет.
5
Только Генри начинал брыкаться, как перед его взором появлялся успокаивающий пистолет. В случае с Генри он действовал безотказно.
Его привели к нужному отделу и открыли дверь. Сразу за ней поджидал сотрудник, принявшийся обрабатывать Генри как только увидел его:
– Доброе утро, мистер Джонсон! – поздоровался тот энергично.
Красноглазый и сонный Генри посмотрел на него исподлобья.
– Не желаете пройти процедуру регистрации?
– Нет, не желаю.
– Как же так? Вы чего-то боитесь?
– Не счесть сколько всего я боюсь, пока нахожусь в корпорации.
Сотрудник улыбнулся и помахал указательным пальцем.
– Новенькие часто так говорят. Но потом это проходит.
– Что же вы с ними делаете, что они изменяют свое мнение?
– Да ничего такого… Просто до них доходит понимание, что первое впечатление обманчиво. Мы не настолько жестоки, как может показаться.
Что-то похожее Генри уже слышал от Льюиса, того самого Льюиса, который вместе с компаньоном заманил его в эту ловушку. Что действительно Генри понял за короткое время знакомства с CRC – наивным быть нельзя.
– При этом, – Генри повернул голову к охраннику, – отпускать меня вы не собираетесь.
– Разумеется, нет.
– И значит, мне ничего не остается, кроме выполнения ваших указаний.
– Которые нисколько не угрожают вашей жизни.
– Я убедился, что обыкновенное тестирование может оказаться смертельным.
– Строго говоря, мы тестируем не совсем обыкновенным способом… Но вот процедура регистрации безопасна на сто процентов. Что может быть опасного в сканировании отпечатков пальцев и получении личного коммуникатора?
– Я уже ничему не удивлюсь.
– Плюс вы должны будете расписаться в нескольких бумагах…
– Опять?
– О, кажется, я вас понял. Вы расписались в документах отдела кадров, верно? Но те документы касались общих положений. Сейчас вы должны расписаться в бумагах, связанных с работой в конкретном месте.
– В каком?
– В отделе экспериментальных технологий. Там повышенные требования безопасности. Ах да, мы еще должны будем выдать вам идентификационную карту.
Не дожидаясь вопросов, сотрудник пояснил:
– Без нее вы не сможете попасть в лабораторию отдела.
– Если у меня действительно нет возможности покинуть эти стены, то хотелось бы работать в каком-нибудь… незатейливом месте. Без всяких повышенных требований безопасности.
«И кровопролитий» – хотел добавить Генри. Он осмотрелся: в этом отделе компьютеров было больше чем людей, лабиринты компьютеров, выстроенные из черных и серых блоков. Вычислительные машины мерцали – лампочки на их корпусе загорались то зеленым, то красным.
– Раз система назначила вас в отдел экспериментальных технологий, значит, в этом отделе вам будет лучше всего.
– Очень на то надеюсь. А вообще, знаете, я не доверяю компьютерам в вопросе выбора специальности.
– Зря, мистер Джонсон. Компьютеры лучше человека – они не совершают ошибок.
– Но сделаны они человеком.
Вместо ответа сотрудник вежливо засмеялся и подал знак охране, чтобы она повела Генри за ним. Сотрудник подошел к дактилоскопическому сенсору, встроенному в большой компьютерный блок.
– Собственно, вот биометрический терминал. Приложите к этому месту ладонь.
Охранник грубо схватил руки Генри и снял с них наручники. Манера этих действий давала отчетливо понять заключенному, что тому не следовало шутить с парнями в черной форме. Но и прикладывать руку к терминалу Генри тоже не собирался. Он не сдвинулся с места и сделал такое выражение лица, которое бывает только у обиженных ворчливых стариков.
– А что если меня ударит током?
– Нет, этого быть не должно.
– «Не должно», значит?
– Любая техника может ударить током, но на моей памяти биометрические сенсоры никого током не били.
– Я отказываюсь.
Сотрудник задумался. Он полез в карман, доставая потертый блокнот с ручкой, засунутой под корешок. Среди небрежных помарок он нашел несколько важных сведений о Генри.
– А, я вспомнил. Вы из этих.
– Из кого – из этих?
– Параноиков. Простите, пожалуйста, что забыл об этом, – он убрал блокнот. – Как сотрудник корпорации, я не должен был забывать о вашем расстройстве.
– У меня нет никаких расстройств!
– Не переживайте, я отношусь к этому нормально. Все-таки, в этом месте мы учимся относиться друг к другу с пониманием.
– Но вы неправильно поняли!..
Учтивый сотрудник прислонил руку к стеклу терминала и показал, как проходит процесс. Под стеклом мелькало подобие световых штрихов, бегавших один за другим. Сканирование проходило дольше, чем можно было ожидать: полоски света лениво перемещались по коже, пока внутри техники обрабатывалась информация о строении ладони.
– Видите? Я цел.
Теперь отказываться было некрасиво. Генри поморщился и повторил за ним, демонстрируя, что он никакой не псих и вполне адекватный человек, с которым на тестировании могли бы обойтись и помягче. Когда процесс завершился, сотрудник бодро сказал:
– Отлично. Теперь пойдемте за мной.
Они вышли в небольшую комнату, казавшуюся намного просторней из-за отсутствия вычислительных блоков. Никакого нагромождения железа – разве что один персональный компьютер, но и тот компактных размеров. Сотрудник сел за него и ввел несколько команд, после чего порылся в ящиках стола. Добравшись до нужного, он достал из него неприглядную черную коробку и положил перед Генри.
– Там коммуникатор. В нем не самая мощная начинка, но, тем не менее, это устройство невероятно полезно в стенах корпорации.
Сотрудник сделал жест, приглашая Генри сесть за стол. Генри снова посмотрел на личную охрану. Он сел и осторожно открыл предложенную ему коробку, ожидая увидеть бомбу замедленного действия, но внутри лежал завернутый в полиэтиленовую пленку сенсорный телефон. Гаджет имел толстую угловатую форму светло-серого цвета и переливался стальным блеском.
– Персональный телефон? – недоверчиво спросил Генри, доставая его из пленки.
– Мы говорим «коммуникатор». Поскольку он всецело заточен под коммуникационные цели. Понимаете, вас еще не ознакомили со всеми… прелестями корпорации. В некоторых случаях это устройство может спасти вам жизнь.
Теперь, когда Генри взял коммуникатор в руки, он разглядел на тыльной стороне устройства симметрично расположенные мелкие шурупы. С ними телефон выглядел брутальней, хотя благодаря точно очерченным линиям он все еще сохранял признаки элегантности. Коммуникатор был увесистым, и Генри догадался на счет одной особенности устройства:
– Ударостойкий…
– И водонепроницаемый, – добавил сотрудник. – С помощью него вы сможете связаться с коллегами. Или, если пригодится – вызвать наших медиков. А то и вовсе – запросить поисково-спасательную операцию. Мало ли куда вы попадете.
Генри нервно усмехнулся.
– А куда я могу попасть?
– Не могу сказать однозначно.
– Может, хотя бы намекнете?
– Намекнуть? Мистер Джонсон, у нас здесь такая работа, что вы можете оказаться где угодно.
– Вы говорите о командировках?
– Нет. И боюсь, я больше не вправе вам что-либо сказать.
– Что ж, ладно. Так или иначе я об этом узнаю…
Сотрудник проигнорировал его и вернулся к инструктажу:
– В коммуникатор встроен датчик, отслеживающий ваше местоположение.
– Отлично. Вам пригодится, если я вздумаю убежать. Кстати, в этом случае я не буду брать с собой телефон.
– Он нужен не для того, чтобы следить за вами. А для того, чтобы спасать вас.
– Что?
– Еще в нем установлена программа, получающая прогнозы по магнитным бурям.
– Что значит «спасать»? Что вы задумали? И зачем мне прогнозы магнитных бурь?
– Все за тем же, мистер Джонсон.
Сотрудник подъехал поближе к столу и скрестил пальцы.
– Поработав у нас, вы станете иначе воспринимать магнитные бури. Вы, мистер Джонсон, будете работать в отделе, который изучает их воздействие на исследуемые объекты. Объекты, существование которых держится в строгой тайне.
– Летающие тарелки? Вы отправите меня в космос?
Сотрудник пристально смотрел на Генри, затем безнадежно вздохнул и снова полез в ящики. На сей раз он достал пластиковую карточку, на которой, к большому удивлению Генри, были не только его имя и фамилия, и не только название отдела, но и фотография с паспорта.
– Откуда у вас эта фотография?
– Здорово, правда? Вам не пришлось делать рутинные операции, вроде заполнения анкеты, введения паспортных данных… У нас все это уже есть.
Хотя Генри и сказал, что ничему не удивится, это обстоятельство застало его врасплох. Он сдержанно ответил:
– Мне стоило догадаться.
– Корпорация всегда на шаг впереди!
Сотрудник широко улыбнулся.
– Как же далеко простираются ее связи?
– Достаточно далеко, чтобы можно было получить паспортные данные.
Он пододвинул пачку документов, лежавшую на краю стола. Сотрудник отдавал бумажки по очереди.
– Распишитесь о том, что вы получили карточку и коммуникатор.
– Может, все-таки ответите на счет секретных объектов? – спросил Генри, послушно расписываясь.
– Здесь распишитесь о том, что не будете разглашать информацию, связанную с работой в отделе. Здесь о том, что часть вашей зарплаты будет уходить на страховку…
– О корпорации ходят легенды, – перебил его Генри. – Якобы, вы работаете с машиной, искривляющей пространство. Говорят, вы ставите опыты над людьми, пытаетесь воздействовать на их мозг. Я не знаю правда ли все это. Но, наверно, с чем-то таким мне и предстоит столкнуться.
Генри поставил росписи и вернул бумаги сотруднику.
– «Корпорация ядерных исследований». Так вы называетесь.
– Мы с вами называемся, – поправил его сотрудник.
– Хорошо. Дайте подумать. То, что мы занимаемся научными исследованиями – это ясно. Но в какой сфере? Судя из названия корпорации, мы исследуем ядро, или ядра. Вычислительные ядра компьютеров? Ядра планет? Они как раз связаны с магнитными полями…
– А вы говорите, что компьютеры ошибаются. Вы очень любопытны.
Мужчина встал из-за стола и подошел к окну. Через него он посмотрел вниз, на людей, проходивших мимо здания организации – на тех, кто был в полном неведении относительно ее деятельности.
– Если бы вас назначили в другие отделы, например, в отдел маркетинга – вы бы нескоро узнали, чем мы занимаемся на самом деле. Извините, мистер Джонсон, но ничего конкретного я сказать не могу. Побудьте еще некоторое время в неведении, и удостоверьтесь в том, что к вашему счастью, вы будете работать на своем месте.
Он повернулся и посмотрел на охранников.
– И чуть не забыл. Раз уж вы посетитель исправительно-оздоровительного комплекса…
– Чего, простите?
– Корпус, в котором вас содержат.
– Вы про тюрьму?
– Это не тюрьма. Это исправительно-оздоровительный комплекс C 12. Вы что, не знаете о месте, в котором будете жить?
– Как-то не интересовался.
– Так вот. Посмотрите на ваших сопроводителей. Их мало, а таких, как вы, много. Не думаете, что их следует отпустить?
– Но тогда я смогу убежать.
– Вот мы и подошли к самому главному. Вам, как постояльцу комплекса C 12, нужно выдать специальный браслет. Он нужен для того, чтобы вас било током в случае несанкционированного выхода из зоны корпорации.
– О, нет, вот этого точно не надо! – Генри встал с кресла, и охранники направили на него пистолеты.
Генри сел обратно.
– Как скажете.
1
Генри стоял за дверью отдела компьютерной безопасности. На его правой руке держался плотно прилегающий браслет – хотя и не настолько плотно, как снятые наручники. Запястья чувствовали себя свободно, и Генри потер их, чтобы смягчить остаточный дискомфорт.
Его пальцы невольно попадали на поверхность браслета. Она была такой же, как у выданного телефона, и напоминала стальной браслет часов. Генри даже задумался о том, сколько несчастных носят эти опасные приборы, о которых даже не подозревает остальная часть людей, думая, что видит на чужих запястьях обычные часы.
И, конечно же, Генри не мог не вспомнить об одной религиозной теории заговора, в которой утверждалось, что грядущий антихрист будет управлять людьми через чипы, поставленные на правую руку и на лоб. Пока что на лбу у Генри не было гаджета, но вот на руке уже имелся. Или, погодите, неужели чип на лбу у него побывал на тестировании?
Генри поднял глаза наверх.
Так что же – корпорацией управляет антихрист? Если подумать, Генри даже не знает имя того, кто управляет CRC, как и не знает, кто управляет другими крупными организациями. Имена президентов и премьер-министров у всех на слуху, а вот имена генеральных директоров и президентов корпораций на поверхность почему-то не всплывают.
– Ай, ладно! – сказал Генри сам себе.
Почему он вообще об этом думает, если охрана ушла? Вот она – отличная возможность сбежать. Надо лишь найти чем снять этот браслет.
– Прошу прощения, – обратились к нему.
Генри немедленно развернулся к тем, кто с ним заговорил. Он увидел молодых сотрудников, робко улыбающихся и на вид совершенно безобидных – полная противоположность тому, что он ожидал встретить в организации. Незнакомцы выглядели как типичные неопытные стажеры.
– Вы не подскажете где отдел компьютерной безопасности?
– Вон… там, – выдавил он из себя и указал на дверь позади.
Браслетов у них не было. Подозрительными они не казались. Ну и пусть – это было только на руку Генри, который, дождавшись ухода этих сотрудников, ушел бродить по коридорам.
Новенькие же остановились у двери. Заходить в отдел они не стали, и дело было не в их нерешительности, а в том, что все необходимое, что выдавалось в отделе компьютерной безопасности, уже было с ними. Они стояли в ожидании, потому что здесь было установлено место их встречи с представителем отдела экспериментальных технологий.
Вскоре к ним подошла улыбчивая (как и все здешние сотрудники) девушка в строгой одежде. У нее были длинные каштановые волосы, которые в совокупности с ее неприступной деловой внешностью сразу привлекли внимание новичков. Девушка представилась:
– Здравствуйте, меня зовут Эмили Хантингтон. Я секретарь отдела экспериментальных технологий.
Новенькие поздоровались и поспешили задать вопросы о предстоящей работе, но Эмили их перебила:
– Кажется, вас должно быть трое. С вами никого больше не было?
– Нет. Только мы.
– Странно.
Эмили достала коммуникатор и, включив его, бегло прочитала информацию о новичках.
– Полагаю, – говорила она, посматривая на запястья сотрудников, – вы не из комплекса C 12.
– Нет, а что это такое?
– Своеобразная гостиница для наших работников. Что ж, видимо третьего ожидать не стоит. Ничего, его все равно приведут.
Новички не понимали, о чем говорит Эмили. Но это их и не смущало – они были полны энтузиазма, ведь их ждала работа в столь интересном и загадочном месте.
2
Генри прошмыгнул в туалет. Кабинки пустовали, и беглец заметался от одной к другой в надежде найти что-нибудь что поможет ему избавиться от устройства слежения. Какие бы предметы ему на глаза не попадались, ни один из них не подходил – не будет же он колотить браслетом о ребро крышки унитаза, или по урне, или, что еще смешнее, по туалетной бумаге?
Но вот держатель туалетной бумаги… им можно попробовать. Лучших вариантов у него не было. Генри сел на унитаз, снял рулон бумаги с держателя и принялся мучить его стержень, вгоняя под браслет. Выглядело это так, словно Генри подпиливал устройство.
Затея не помогала. Генри разнервничался и потянул руку вниз, придерживая ее второй рукой, создавая давление на браслет с внутренней стороны. Эти потуги привели к тому, что стержень у крепления к стене треснул и опустился вслед за запястьем.
– Да что такое!
Генри запаниковал. Он вытянул пальцы скованной руки, придавил большой палец максимально к ладони и потянул браслет с руки уже без хитроумных затей. Дальше основания ладони браслет сдвигаться не желал, и больно было продолжать его стягивать. Но Генри не останавливался и внезапно в суставах страдающей руки что-то хрустнуло, став источником еще большей, резкой боли в ответ на которую Генри яростно закричал и психанул: он ударил рукой по стене, чтобы отомстить браслету.
Стало еще больней.
А прибор запиликал сигналом, похожим на звон будильника со старых телефонов, и Генри с вытаращенными глазами уставился на него.
3
Рядом с массивными дверьми в отдел экспериментальных технологий находился сенсор, предназначенный для удостоверений, и звонок с маленьким экраном, который поддерживал видеосвязь – на тот случай, если в отдел пожалует важный гость, не имеющий специального пропуска.
Прежде чем провести карточкой по сенсору, Эмили повернулась к новеньким:
– Вам ведь не рассказали с чем мы работаем?
Новенькие покачали головой.
– И вы ничего не знаете о приоритетных научных направлениях корпорации?
Головы снова закачались.
– Может быть, у вас есть какие-нибудь предположения о том, что за дверью?
– На основании услышанного, предполагаю, там черная дыра.
– Интересно, но если бы на Земле образовалась черная дыра, нас бы с вами в живых уже не было.
– Это миниатюрная черная дыра, чье разрушительное действие сдерживается неким полем.
– Уже ближе, но все-таки это не черная дыра.
Интерес у новеньких разжегся еще больше. Довольная Эмили поспешила приоткрыть им завесу над тайной и почти прислонилась к сенсору. Но ее действия были прерваны: к их небольшой компании приближался сотрудник Генри Джонсон, ведомый, по стандарту, двумя блюстителями порядка. На Генри невозможно было смотреть без сожаления – его глаза были готовы вот-вот разразиться слезами, на щеке горела небольшая ссадина.
– А вот и мистер Джонсон! – заулыбалась ему Эмили. – Вы как раз вовремя.
Ни новенькие, ни секретарь не поинтересовались почему его привела охрана и почему у него был побитый вид.
– Отпустите меня, – взмолился он.
– Вы даже не знаете, что вас ждет, а уже хотите сбежать.
– Я знаю, что любопытство… до добра не доводит.
Эмили подошла к нему и положила руку на плечо:
– Не переживайте. Не вы первый, не вы последний, кто устраивается к нам в отдел, будучи постояльцем комплекса C 12. Просто расслабьтесь и примите судьбу.
Она мягко похлопала его по плечу и развернулась к дверям. У Генри задергалась нижняя челюсть, пока он подбирал слова, чтобы возразить.
Секретарь, не желая больше тянуть время, провела карточкой по замку. Огромные ворота отворились. То, чем она возмутила Генри, перестало иметь значение. На новичков упал мягкий свет, и они увидели нечто столь прекрасное и невероятное, что отшатнулись назад, как будто боясь, что это нечто, обладая огромными размерами, свалится на них. Удивительно, но оно парило в воздухе без каких-либо приспособлений, оно медленно вращалось и испускало светло-голубое сияние. А смотреть сквозь него было одно удовольствие – за толщей водянистого сгустка виднелись трубы и шестеренки, изображение которых преломлялось от бегающих волн. Столь плавные искажения гипнотизировали.
– Что это? – завороженно спросил один из новеньких.
– Большая проблема.
– В каком смысле?
– Во всех смыслах.
В разговор вступил другой новичок:
– Поразительно! И эта проблема находится в нашем городе? Как о ней никто не узнал?
– Изначально она имела куда меньшие габариты. Ее было легко спрятать.
– Так она еще и растет?
– Постепенно. А вообще, Большая проблема – это неофициальное имя. То, что вы сейчас видите, имеет строгое научное название – ядро геомагнитной аномалии.
– Так вот оно что, – заговорил Генри и затряс плечами, чтобы надоедливые охранники отлипли от него. Его руки освободились, и он победоносно указал на шар. – Вот чем занимается корпорация! Этой… Этим… ядром! Теперь все стало на места! Вы… Вы!.. – он опустил руку. – А что вы с ней делаете?
– Изучаем, проводим опыты.
– Какие опыты?
– Масштабные.
– О которых никто не имеет понятия… Я был прав, Боже мой, я был прав! Какие-нибудь кошмарные эксперименты, из-за которых погибают люди!
Эмили терпелива ждала, пока всплеск эмоций у Генри Джонсона сойдет на нет.
– Я даже не могу о них рассказать! И сбежать от вас не могу! Вы хорошо работаете, у вас все схвачено…
– Спасибо. Но на самом деле, вы всегда можете попробовать сбежать.
– Правда?
– Да, хоть сейчас.
– Как будто мне ничего за это не будет.
– Вас снова приведут сюда. И вы снова можете убежать. Через какое-то время вам надоест. Или, если ваши побеги будут слишком частыми, вас отведут в более отдаленные места.
– И казнят.
– Может быть, я не уверена.
– Стало быть, мне в любом случае конец?
– Берите пример с этих ребят – они не унывают.
– Вы не ответили на мой вопрос.
– Что вам рассказать про нашу работу?
Генри закрыл лицо руками. Бежать – бессмысленно, кричать – тоже, его душа целиком и полностью принадлежит корпорации. С этих пор идет обратный отсчет до конца его жизни, и он, несчастный Генри, ничего не может с этим поделать.
– А как давно вы изучаете Большую проблему? – спросил новенький, которого не заинтересовал состоявшийся диалог.
– Двадцать восемь лет.
– Но, насколько я знаю, корпорация возникла раньше.
– Как и эти ядра.
– Выходит, их много?
– Множество, раскиданное по земному шару. На месте возникновения ядер оперативно строятся наши лаборатории, чтобы никто не узнал об их существовании.
– Но почему? – спрашивал другой новичок. – Зачем все скрывать?
– Чтобы ответить на этот вопрос, вам надо изучить историю геомагнитных аномалий. Некоторые вещи… произошли не по нашей вине. Геомагнитные ядра засекретили задолго до появления корпорации.
Генри повел руками вниз, растягивая кожу на лбу, щеках и подбородке. Он косо посмотрел на новичков – почему эти болваны не боятся? Что с ними не так? Какая разница сколько лет этим шарам, если однажды и они, и Генри встретятся в CRC со своей смертью?
– Знаете, что? Я вижу вам тут очень интересно. А я, наверно…
Охранники закатили рукава.
– Вы осведомлены о последствиях, – сказала Эмили.
Генри неожиданно расхрабрился:
– Да, осведомлен. И это удивительно. Зачем я вам нужен, если у вас есть такие замечательные добровольцы? Они такие же… как вы! Вот и берите их! А меня отпустите.
– Неужели вы не хотите здесь остаться? Перед вами – явление природы, вычеркнутое из человеческой истории. О нем никто не подозревает, в то время как вы способны узнать об аномалиях все, что захотите. Да еще и деньги за это получите.
Внутри скептического параноика что-то шевельнулось.
– Вы ведь хотели бы этого – быть по ту сторону заговора.
То, что внутри него шевельнулось, зашевелилось еще сильнее. Что-то похожее на вдохновение, на желание окунуться в эту информацию с головой. Но сомнения слишком глубоко проникли в разум Генри.
– Если не можете определиться, ничего страшного. Все решит руководитель нашего отдела.
– Как будто он захочет уволить меня.
– Нет. Это не в его полномочиях. Но он может перевести вас в другой отдел, если вы попросите.
– В отдел документоведения?
– Честно сказать, не знаю почему некоторые новички хотят попасть в отдел документоведения. Там же скука смертная.
– Для некоторых смертная скука – самое то.
– Хорошо. Если вы захотите, вас переведут туда.
– Переведут? На самом деле?
– Если мистер Колленберг примет такое решение, то – да. Он внимательно относится к пожеланиям сотрудников.
4
Алоис стоял перед стеклом и смотрел на Большую проблему. Он скучал, несмотря на то, что находился перед страшным творением природы.
Алоис старался о ее опасности не думать. Он размышлял о других вещах. Например, о том, что ядро светилось с достаточной силой, чтобы вечером можно было экономить на электричестве. Оно освещало лабораторию холодными голубыми лучами, и Алоис подумал, что ядро следовало бы назвать «Холодное солнце», но затем он отмахнулся от этой мысли, посчитав, что «Большая проблема» лучше соответствовало природе ядра: если бы не оно, Алоис сейчас не находился бы здесь, не убивал своими экспериментами людей, и вообще в городе было бы гораздо спокойней.
Так он и стоял с философским выражением лица, пока в отдел не пожаловала Эмили с новыми сотрудниками. Алоис должен был их проверить, потому что в последнее время он был не доволен работой отдела кадров. Они зачастили назначать к нему в лабораторию не подходящих для него людей. Алоис, конечно, понимал, что текучесть (смертность) кадров у него высокая, но если пытаться исправить ситуацию неподготовленными кадрами, то эта самая текучесть только возрастет.
А Эмили в свою очередь понимала, что им сгодится любой сотрудник, лишь бы он хорошо зарекомендовал себя перед Алоисом. Их лаборатория была в такой ситуации, когда выбирать не приходилось. Поэтому она всячески мотивировала прибывших, и отдельное внимание уделяла Генри Джонсону, сопровождаемому охранниками:
– Некоторых пугает вид геомагнитных аномалий, но не бойтесь. Большую часть времени ядро безобидно.
– Большую часть времени? О чем мы еще не знаем?
– Ядро окружено защитным полем, которое блокирует смертоносное излучение. Иногда мы отключаем его ради недолгих экспериментов. И излучение распространяется по городу.
– Вы рискуете жизнями миллионов человек?!
– Не принимайте близко к сердцу.
Больше ничего не поясняя, Эмили повела их к Алоису.
Стоило новеньким сделать несколько шагов, как Генри увидел на стене след недавнего убийства, отчего любые дальнейшие расспросы перестали его волновать. Шансы на то, что он все-таки захочет здесь работать, таяли с каждой секундой.
Алоис приветствовал их:
– Добро пожаловать в отдел экспериментальных технологий!
Он заметил, как Генри пялится на кровь.
– Извините за это пятно. На днях у нас произошел несчастный случай – вот, до сих пор ждем, пока здесь приберутся.
Генри даже не удивился этим словам, и повернулся к Алоису с кислой миной. А между тем, Эмили хотела, чтобы у Алоиса сложилось только хорошее впечатление от новичков. Она исправляла ситуацию:
– Расскажите, пожалуйста, мистеру Колленбергу о себе.
Первыми начали новички, горевшие желанием получить эту работу. Парни робко представились. Рассказали о своем образовании, об увлечениях, описали личностные качества. Говоря о последнем, они произносили шаблонные заезженные фразы: про успешность, карьерный рост, желание трудиться во благо общества, и так далее. Поэтому Алоис не понял – не подходят эти двое или вообще не годятся.
– Знаете, – говорил Алоис, – у вас весьма оригинальные характеристики. Мы давно ищем людей, желающих быть успешными и трудиться во благо общества. Но вы должны знать, что вас привели работать в довольно серьезный отдел корпорации. И того, что вы описали, будет маловато.
Новички терялись в догадках о том, чего еще от них требуют. Алоис не стал томить и разъяснил:
– Мы работаем с объектом, рядом с которым, не буду от вас скрывать, гибнут люди.
– Я так и знал, – уже без истерики произнес Генри.
– И нужно иметь особую психику, чтобы здесь хотя бы просто находиться. Понимаете, о чем я? Вы должны быть психопатами.
– Поехавшими убийцами.
– Совсем не обязательно. Видите ли, если бы сотрудники друг друга убивали, то и работать было бы некому. Вы должны быть психопатами, но такими, которые умеют держать себя в руках. Задача сложная. Разумеется, поскольку вас допустили до нашего отдела, то отклонения в психическом развитии вы явно имеете. Но с другой стороны, сможете ли вы работать в отделе, где часто происходят несчастные случаи?
Вопрос был скорее риторический и не требовал сиюминутного ответа. Однако другой новичок быстро и с гордостью ответил:
– С большим удовольствием! – но сразу после этого застенчиво почесал голову.
Алоис с удивлением посмотрел на Эмили. Та подошла к нему вплотную и прошептала на ухо:
– Этого достали из психбольницы.
Руководитель все понял, и вернулся к разговору:
– Ну что ж. Мне нравится ваш настрой, – похвалил он сумасшедшего. – Что касается остальных?
Второй новенький, соглашаясь с первым, тряс головой как взбудораженная собака трясется перед любимым хозяином. Настал черед подозрительного парня, с которого охранники не спускали глаз.
Но у Генри желание здесь работать окончательно пропало, когда Алоис рассказал о несчастных случаях:
– Я не собираюсь…
– Перед тем, как вы определитесь с ответом, – перебил его Алоис, – позвольте вас спросить: что вы знаете о психопатах?
Генри оказался в замешательстве резким словесным выпадом, но быстро сориентировался:
– Эти люди имеют серьезные проблемы с психикой. Они испытывают куда меньше привязанностей в сравнении с другими, возможно, не испытывают вообще, равно как и сострадания. И они, что следует из названия, могут психовать.
– Абсолютно верно, – согласился Алоис.
И задумчиво произнес:
– Психуют и убивают… Так вот, эти самые приступы психоза, или безумия, случаются тем чаще, чем опасней работа. Наш отдел – один из самых опасных, следовательно, у нас высокая частота убийств. Прибавьте к этому работу с геомагнитным ядром, которое само по себе приводит к несчастным случаям. Вы все еще хотите здесь работать?
Разумеется, ответ Генри был очевиден – Алоис разнес его желание здесь работать в пух и прах. Он приготовился отказаться, но его опять прервали: