Bestseler

Улей

Tekst
Z serii: Улей #1
329
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Jak czytać książkę po zakupie
Nie masz czasu na czytanie?
Posłuchaj fragmentu
Улей
Улей
− 20%
Otrzymaj 20% rabat na e-booki i audiobooki
Kup zestaw za 26,52  21,22 
Улей
Audio
Улей
Audiobook
Czyta Светлана Шаклеина, Юрий Мироненко
15,29 
Szczegóły
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

«Я просто ищу ангела со сломанным крылом – того, который не смог улететь отсюда».

Джимми Пейдж.

Пролог

Этот день не должен был стать началом конца. Она даже не успела осознать, что именно произошло – настолько сокрушительными оказались изменения.

Первые мгновения после пробуждения ее ослепил искусственный белый свет. Он лился ото всюду, пронизывая окружающее пространство; преломлённые лучи отражались от матово-белых стен и концентрировались в центре замкнутого помещения. Раздраженная сетчатка глаз не позволяла рассмотреть детали, но это место ей точно не было знакомо.

Нестандартной формы стены и потолок, мраморный пол с черно-белым орнаментом, напоминающим пчелиные соты и полное отсутствие мебели, окон и дверей рушили любые возникшие в голове ассоциации. Фантастические версии девушка не рассматривала, как бы сильно происходящее не смахивало на дурацкие сны, которые снятся после просмотра голливудских блокбастеров. Все это и правда походило на сцену из фантастического триллера, но наблюдаемую в реальности, а не на экране телевизора.

Смахнув непроизвольно текущие слезы, она с трудом поднялась на ноги и обхватила руками дрожащие плечи. Холодный озноб пробежал по позвоночнику, слабость разлилась по онемевшему телу. Девушка не знала, сколько времени провела в скрюченном состоянии на холодном полу, но явно немало, судя по колющим ощущениям в задеревеневших мышцах. Она напрягла зрение, пытаясь избавиться от белой пелены, вызванной бьющим в глаза ярким светом. Стало только хуже. Боль пронзила височные доли, туман уплотнился, в ушах зазвенело.

– Есть здесь кто-нибудь? – Набрав полные легкие воздуха, она оглушительно закричала, но собственный вопль едва не разорвал ее барабанные перепонки, ответив многократным эхом.

Сжавшись, девушка прислонилась к гладкой холодной стене, дав себе короткую передышку. Ей необходимо восстановить дыхание, морально собраться и включить логику. Нельзя впустую тратить силы и поддаваться панике – это в любом случае сыграет против нее. Глупо кричать и биться в истерике – утешать никто не прибежит. Бессмысленно гадать, где она и зачем. Ответы известны только тому, кто поместил ее сюда.

Что остается?

Ждать.

Она отрешенно уставилась перед собой, боясь хотя бы на долю секунды опустить ресницы. Какой бы устрашающей не была угроза, она должна ее встретить лицом к лицу.

Девушка не готовилась к сражению, не корчила из себя героиню боевика, а трезво смотрела на вещи. Физически похитителя или похитителей ей не одолеть, а в том, что ее доставили сюда насильно, она не сомневалась.

Другой вопрос: кому могла понадобиться Нина Даль – двадцатитрехлетняя сотрудница небольшой художественной галереи, не обладающая ни огромными счетами в банке, ни сногсшибательной внешностью?

Девушка вела обыденную, незаметную жизнь: училась, работала, много читала, бегала по утрам, дважды в неделю посещала спортзал и бассейн, в качестве хобби писала статьи в научные журналы и занималась фотографией. Развлекалась тоже без особого размаха: исключительно по пятницам она ходила в уютное арт-кафе. У Нины не было ни врагов, ни конкурентов, ни брошенных оскорбленных любовников, которые могли бы затаить на нее обиду и отомстить таким экстравагантным способом.

Нина помассировала виски, унимая зудящую боль, и попыталась воскресить в памяти последние минуты. Подсказка наверняка находится где-то там, но она понятия не имела, что искать.

День начался привычно. Солнечное теплое утро, вкусный завтрак, быстрая дорога в офис, ничем не примечательный пятничный рабочий день. Вечер тоже не предвещал ничего зловещего. Нина, как обычно, посидела с коллегами в кафе, пообщалась с парой перспективных художников, выпила бокал вина и съела вкуснейший яблочный штрудель. Около одиннадцати вечера девушка взяла кофе на вынос, попрощалась с собеседниками и в прекрасном настроении вышла из кафе. Погода стояла чудесная, теплая, безветренная. Ни душно, ни холодно. Идеально – одним словом. Нина решила прогуляться пешком пару кварталов, потом поймала такси, села на заднее сиденье и, сделав глоток карамельного капучино, откинулась назад.

– Тяжелый день? – вежливо поинтересовался таксист, взглянув на нее в зеркало.

– Нет, чудесный, но немного утомительный, – ответила девушка.

Прикрыла внезапно отяжелевшие веки и… всё… дальше пустота. Это было последнее, что она запомнила. В следующий раз Нина открыла глаза уже здесь. Без сумки, смарт-часов и туфель, но, к счастью, в собственной одежде. Если предположить, что водитель решил порезвиться с задремавшей пассажиркой, она бы очухалась скорее в каком-нибудь лесочке за городом, а не в этом странном, замкнутом, залитом белым светом шестиграннике.

Что же, черт возьми, произошло?

Она, правда, уснула в такси?

Просто взяла и вырубилась за секунду?

Сомнительно. Такого с ней раньше никогда не случалось.

Может быть, ей что-то подмешали в кофе? Но зачем?

Даже если допустить, что у бармена были какие-то преступные замыслы на ее счет, откуда он мог знать, что она не уснет, допустим, где-то на лавочке, а сядет именно в то такси?

За ней следили? Заговор группы лиц?

Но какой мотив?

Выкуп? Торговля людьми? Сексуальное рабство? Черные трансплантологи?

Версии, одна страшнее другой, пугающей вереницей закрутились в голове Нины, снова поднимая шкалу паники до небес. Поглощенная своими страхами, девушка пропустила тот момент, когда противоположная стена внезапно пришла в движение. Расползаясь посередине, она образовала широкий проход, впуская внутрь ослепительно-белого пространства размытый темный силуэт.

Нина вздрогнула, но отогнала возникшие в голове суеверные мысли. Дьявол не носит Prada. Бренды создаются для людей, чтобы потешить их тщеславие. Высокая мужская фигура в иссиня-черном костюме однозначно принадлежала человеку.

Пружинистой походкой похититель подошел ближе. Гибкий, подтянутый, грациозный и уверенный, словно хищник, он остановился на расстоянии пары шагов. Нине показалось, что свет вдруг резко стал глуше, утратив резонирующую интенсивность. Сморгнув слезы, девушка наконец смогла взглянуть в глаза незнакомцу.

Зря… зря она это сделала. Ее охватил леденящий ужас, стальной петлей сжав горло и выбив весь кислород из легких. Он не скрывал лицо, а это могло означать только одно – ее не планируют возвращать домой. Ни за выкуп, ни как-либо еще…

Мозг все еще сопротивлялся неизбежному, цепляясь за хлипкую надежду на спасение, но в глубине души она понимала – это конец. Неподдельное сочувствие в прозрачно-голубых глазах похитителя стало немым подтверждением ее мрачным мыслям.

– Я вижу, ты проснулась, – вибрирующий низкий голос запустил по телу Нины табун мурашек.

Его волосы были такими же черными, как костюм, кожа в меру смуглой, черты лица идеально-пропорциональными. Из-за обилия темных тонов насыщенный голубой оттенок прозрачных радужек казался неестественно ярким, гипнотическим. Что-то неживое, неправильное ощущалось в этом парне. Подавляющий волю голос, парализующий взгляд, плавные жесты – все кричало ей об опасности.

Девушка оцепенела, утратив способность контролировать собственные конечности.

– Не надо бояться. Я не причиню тебе вреда, – заметив ее реакцию, мягко добавил незнакомец.

Не надо бояться? Если бы она была в состоянии говорить, то использовала бы весь свой запас нецензурных ругательств. Но язык словно прирос к небу, а в голове образовалась каша из разрозненных мыслей.

– Кто ты? – прохрипела девушка, уничтоженная сделанным открытием. Все волоски на теле встали дыбом, спина под тонким трикотажным платьем покрылась холодной испариной.

– Меня зовут Бут, – он безмятежно и широко улыбнулся, заставив ее сердце сделать опасный кульбит.

– Чего ты хочешь? – сипло спросила она.

– Я хочу, чтобы ты успокоилась и позволила мне позаботиться о тебе, – обволакивающим тоном пояснил похититель.

Протянув руку, он бережно убрал выбившийся каштановый локон ей за ухо и удовлетворённо улыбнулся, не заметив на лице девушки следов первичного шока. Но на самом деле ей эта стойкость стоила титанических усилий.

– Ты там, где и должна быть. Улей станет для тебя гостеприимным домом.

– Какой еще, к черту, Улей? – в горле девушки стало сухо, как в пустыне. – Это какая-то секта?

– Корпорация «Улей» – твоя новая семья, Нина. Или правильнее называть тебя Каталея? – вкрадчиво спросил Бут.

Шокировано распахнув глаза, девушка отшатнулась назад и вжалась лопатками в стену. В висках бешено забился пульс, легкие обожгло жаром.

Каталея.

Это имя знали только члены семьи и узкий круг приближенных.

Мужчина точно не принадлежал ни к тем, ни к другим.

А это значит, что все еще хуже, чем она могла себе представить.

Глава 1

«Счастье состоит не в наслаждении, а в желании; оно означает разбить все преграды на пути к исполнению желания».

Де Сад

Полгода назад

«Через семь минут. Условия вам известны».

Прочитав сообщение, господин Мин спешно прервал видеоконференцию, сославшись на неотложные обстоятельства. Затем он резко встал из-за овального стола и быстрым шагом покинул зал для совещаний. Телохранители незаметной тенью последовали за ним. Не оглядываясь, мужчина жестом приказал им оставаться на местах и дальше пошел один.

– Не сейчас, – отмахнувшись от бросившейся навстречу ассистентки, господин Мин торопливо пересек просторную приемную и направился к персональному лифту.

Пока кабинка бесшумно спускалась вниз, мужчина не отрывал взгляда от коллекционных наручных часов, мысленно подсчитывая, есть ли у него время на то, чтобы сменить темно-синий костюм из эксклюзивной коллекции на что-то менее броское. Через семь секунд прозрачные двери открылись, и мужчина уверенно шагнул внутрь. Его телефон снова ожил:

 

«У вас две минуты. Приносим свои извинения за форс-мажор»

Господин Мин недовольно свел брови, нажимая на верхнюю кнопку панели. Он был немного раздражен, потому что не привык подчиняться чужим правилам. Ему гораздо привычнее устанавливать правила для других. Многие небезосновательно считали его диктатором. Но иногда даже диктаторам приходится делать исключения… ради собственных же интересов.

Лифт быстро и бесшумно поднимался вверх. Через минуту мужчина вышел на личную вертолетную площадку, расположенную на крыше. Не сбавляя темпа, он направился в центр очерченного круга. Его взгляд замер на знакомой черной квадратной коробке, находящейся в привычном месте.

Реквизит доставили в промежуток времени, пока было выключено видеонаблюдение. Кто и когда – неизвестно. Вычислить курьера господин Мин не пытался – это запрещено правилами корпорации «Улей». Нарушение любого пункта бессрочного контракта влечет за собой неизбежные штрафные санкции. Какие именно в контракте не указано, но, учитывая специфическую деятельность корпорации, вряд ли они исчисляются в финансовом эквиваленте.

Опустившись на корточки перед коробкой, мужчина спешно снял крышку и поочередно извлек содержимое. Первое – плотная балаклава без прорезей для глаз. Второе – шумоподавляющие наушники. Третье – автоматически защёлкивающееся наручники. Господин Мин быстро надел реквизит в том же порядке, в каком достал из коробки. Щелчок наручников он уже не услышал, как и звук лопастей приземлившегося вертолета, но ощутил порывы воздуха и вибрацию под ногами.

Почувствовав, как неизвестные берут его под руки, мужчина не оказал сопротивления. Он проходил процедуру доставки в «Улей» множество раз. Подобные меры необходимы для обеспечения секретности местонахождения одного из объектов корпорации «Улей».

В полете ощущение времени и пространства терялись, стирая условные границы под воздействием внешних раздражителей. Неспособность контролировать собственное тело и ситуацию вызвали ощутимый дискомфорт, но господин Мин стоически вынес вынужденные ограничения. Цель оправдывает средства, и в данном случае – перевес чаши весов существенно склонялся в сторону ожидаемого результата. Мужчина ждал от этой встречи очень многого и готов был поставить на кон огромные средства, чтобы получить желаемое. Не только финансовые – возможности господина Мина простирались гораздо шире, и он был уверен, что основатели корпорации «Улей» осознают перспективы взаимовыгодного долгосрочного сотрудничества. Возможные риски мужчина оценивал, как критически низкие. Колебания и неуверенность, по его мнению – признак слабости. Будучи человеком, обладающим огромной властью и влиянием, он в принципе не был склонен к сомнениям и пересмотру уже принятых решений.

Пребывание в неконтролируемой полетной зоне – самая неприятная часть доставки. Ощутив твердость под ногами, господин Мин разрешил себе ненадолго расслабиться, позволяя своим безликим сопровождающим доставить его в приветственный зал для гостей.

– Добро пожаловать в Улей, господин Мин, – раздался в наушниках тягучий расслабляющий голос батлера[1], когда они оказались на месте.

Неестественный тембр и монотонные интонации вероятнее всего являлись следствием клонирования голоса, но его узнаваемое постоянство создавало стойкое впечатление, что он имеет дело с одним человеком, если, конечно, это человек, а не программа. Увидеть приставленного к нему батлера господину Мину не довелось ни разу, и он имел все основания подозревать, что данная привилегия недоступна никому из гостей.

– Рад снова вас видеть. Как прошел полет? – вежливо осведомился приятный мужской баритон.

– Благополучно, – сухо резюмировал гость, делая несколько шагов вперед. Вибрация от этого простого действия создала ощущение масштабности окружающего пространства.

– Если сдвинетесь на полметра вправо, то сможете присесть, – гостеприимно продолжил батлер.

– Не стоит, я не задержусь надолго, – снисходительно отозвался господин Мин. – Надеюсь, что вы уже изучили детали моего заказа?

– В ином случае, наша встреча бы не состоялась, – прозвучал утвердительный ответ.

Мужчина удовлетворённо улыбнулся, скрывая свои эмоции под плотной маской. Предвкушение выбросило в кровь бешеную концентрацию адреналина. Триумф омрачало только одно обстоятельство – ему придется набраться терпения и подождать, пока Улей подготовит и запустит разработанный сценарий.

– Сколько времени это займет? – прагматично уточнил гость.

– Точные рамки пока установить сложно. Предварительно я могу озвучить срок от полугода.

– Я заплачу любые деньги, чтобы ускорить процесс, – жестко произнес мужчина.

– Не сомневаюсь, господин Мин, – «неживой» голос в динамиках был все так же невозмутим и спокоен. – Вы – один из самых ценных и постоянных клиентов корпорации, и основатели дали мне полный карт-бланш для реализации поставленной вами задачи. Это будет сложно, но выполнимо. Улей имеет опыт поимки породистых пчёл. Однако вы должны понимать, что для положительного и безопасного достижения цели потребуются дополнительные расходы. Но даже при благополучном стечении обстоятельств я не могу гарантировать скорость.

– Гарантируйте мне результат, я готов ждать и платить, – металлическим тоном отрезал господин Мин.

– Возможности корпорации безграничны. В этом можете быть уверены. Вы готовы подписать контракт?

– Разумеется, – кивнул гость.

– В таком случае вы знаете, что нужно делать, – деловым тоном произнес батлер. Звякнув наручниками, господин Мин, не без раздражения из-за вынужденной скованности действий, протянул руки вперед. – Поднимите вверх оба больших пальца, – мужчина последовал четким инструкциям, и в следующее мгновение ощутил, как к подушечкам пальцев прислонилось что-то холодное и гладкое.

Он уже проходил подобную процедуру, но подробности удивительным образом ускользнули из памяти. Возможно, это не простое совпадение.

– Сейчас вы почувствуете короткий укол и небольшое жжение, похожее на укус пчелы, – в интонации голоса появились живые человеческие эмоции, опровергающие теорию господина Мина.

Его собеседник не программа и не продукт искусственного интеллекта. В пользу этой версии работали усиленные меры для соблюдения анонимности батлера, хотя Мину привычнее считать его менеджером или исполнителем.

В оба пальца почетного гостя одновременно вонзились острые короткие иглы, но боль от прокола была незначительна и озвученное жжение, скорее всего, являлось следствием нанесения антисептика. Гораздо больший дискомфорт вызвало легкое головокружение, пробудившее приобретенную с годами мнительность, но и та быстро улетучилась, оставив чувство расслабленности и эйфории.

– Авансовый платеж спишется с вашего депозитного счета автоматически, размер второго транша станет известен после того, как пчелка окажется на территории Улья. Третий вы внесете, когда она будет полностью внедрена в сценарий. До финального этапа, у вас есть возможность внести в него незначительные изменения и поправки. Так же вы можете отменить заказ, но сумма траншей должна быть внесена полностью, иначе контракт будет считаться незавершенным, а это повлечет за собой неприятные для вас последствия, – обволакивающий тембр в динамиках методично перечислил детали, создавая странное, немного пугающее ощущение проникновения. Как будто голос звучал не извне, а внутри. Действовал, как вирус, просачиваясь в голову, и запустив разрешительную программу, считывал мысли, как файлы с засекреченными данными.

– Пункты контракта по-прежнему…, – он хотел добавить «мне недоступны», но его бесцеремонно прервали:

– Доверие, господин Мин – это главное правило, на котором строится наше сотрудничество, – прохладно напомнил батлер, закрывая все дальнейшие вопросы.

Если бы этот парень работал на него, то за подобное неуважение в лучшем случае был бы уже уволен, а в худшем отправился бы в тюрьму для политзаключённых.

– Может быть, вы желаете встретиться с кем-нибудь из ваших пчелок в личных апартаментах? Сэнди давно скучает без дела, – батлер резко сменил направление диалога, возвращая своему голосу привычные тягучие вибрации.

– «Так сладок мед, что, наконец, он горек. Избыток вкуса убивает вкус»[2], – театрально ответил господин Мин.

– Цитируете Шекспира? – невидимый собеседник позволил себе нотку иронии.

– Вы против?

– Наоборот, – непринужденно заверил батлер. – По-моему, Улей самое подходящее место для Шекспира. «Ад пуст. Все Дьяволы сюда слетелись».[3]

– Именно так, – благосклонно согласился гость. – По поводу Сэнди… Она отработала свой ресурс. Мне больше неинтересно, и поэтому я не вижу смысла продлевать оплату ее содержания.

– Контракт будет расторгнут с этой минуты, – после непродолжительной паузы, произнес батлер. – Не хотите попрощаться лично или что-нибудь ей передать?

– Нет. Хотя, – прервавшись, мужчина ненадолго задумался. – Я же могу выбрать способ… хмм… расставания?

– Разумеется. Вам так же доступен вариант перевода пчелки на девятый уровень, в таком случае вы получите внушительный кэшбэк.

– Я не нуждаюсь в кэшбэках. Сэнди достаточно потрудилась для моего удовольствия, и было бы справедливо отпустить ее.

– К сожалению, это невозможно.

– Под словом «отпустить» я имею в виду не буквальное значение. Я выбираю воду.

– Воду? – с легким недоумением уточнил батлер.

– Однажды Сэнди сказала мне, что мечтает превратиться в русалку и уплыть с острова. Дайте ей такую возможность, – в жёстком и резком голосе мужчины проскользнули ностальгические нотки. – А потом отберите.

– Хорошо, мы это устроим. Желаете наблюдать онлайн? – вежливо уточнил невидимый собеседник.

– Разумеется, и сделайте так, чтобы последнее шоу с участием Сэнди запомнилось мне надолго.

Глава 2

Настоящее время

Бут

Почему, черт подери, она не плачет?

Подавив зевок, я отвожу взгляд от застывшей фигурки в бежевом невыразительном платье и смотрю на часы. Прошло более трех часов с того момента, как я покинул белую соту, и за это время девушка ни разу не пошевелилась. Все так же сидит полу, прижав колени к груди, и уронив на них голову, отрешенно смотрит в пространство. Кажется, что ее расфокусированный взгляд направлен прямо на меня, но это иллюзия. Прозрачный режим стен работает только с внешней стороны.

Раздраженно нахмурившись, я продолжаю наблюдать смертельно скучное и однообразное кино. Никакой тебе динамики и неожиданных поворотов событий. Тоскливо, нудно, неинтересно и ни разу не возбуждающе. Не то, чтобы я рассчитывал на развлекательное эротическое шоу, но хотелось бы увидеть хоть какие-то стандартные реакции. Крики, вопли, рыдания, истерики, хаотичные метания из угла в угол. Можно, как по отдельности, так и все сразу, а не вот это отрешенное депрессивное окоченение, от которого меня клонит в сон.

Подавляемые эмоции обычно ничем хорошим не кончаются, а лечение нервных срывов не вписывается в имеющийся временной график. Если через пару недель она будет не готова…. Нет, этот вариант лучше исключить сразу. Еще ни одна из моих дрессированных пчелок не выбыла из игры до старта.

– О чем задумался? – легкое прикосновение заставляет меня вздрогнуть.

Медея.

Надо же какая честь. Главная ведьма шабаша тоже явилась посмотреть на новое приобретение.

– Я не слышал, как ты подошла, – быстро взглянув в безупречно красивое лицо, снова перемещаю фокус внимания на неподвижную пчелку, отлов которой отнял гораздо больше усилий, чем обычно.

– Почему ты здесь, а не внутри? – Медея вонзает острые коготки в мое плечо, заставив почувствовать их даже через плотную ткань пиджака. – Какие-то сложности, Бут? – мурлыкающие нотки женского голоса приятно обволакивают слух.

 

– Решил дать ей время прийти в себя, – спокойно отвечаю я.

Дея убирает руку и встает рядом со мной, окутывая медовым ароматом своих духов. Она пахнет божественно и сладко, как и положено королеве пчел. Вот только питается вовсе не амброзией и нектаром. Хотя, если учесть, как часто требуется пополнение рядов трутней, аппетит у нее тоже божественный.

– С породистыми пчелами легко не бывает, но время – слишком ценный ресурс, чтобы расходовать его впустую, – прагматично замечает Медея, словно невзначай дотрагиваясь до моего локтя.

– Я знаю, Дея.

– Она много лет вела двойную жизнь. Учитывай этот факт, и он поможет тебе в обучении.

– Что ты хочешь сказать? – повернув голову, я вопросительно смотрю в выразительные янтарные глаза. Обманчиво-теплые и влекущие, они способны соблазнять, убивать и видеть гораздо глубже, чем другие.

– Взгляни на нее, – Дея переводит взгляд на новую пчелку, и я делаю то же самое. – А теперь спроси себя: кто перед тобой? Нина Даль – обыкновенная ничем не примечательная девушка, или Каталея Гейден – дочь влиятельного политика, вынужденная жить под чужим именем? Как только научишься различать, поймешь, как действовать дальше. И еще один совет. На время адаптации отведи подозрение пчелки от нашего почетного гостя.

Я молча киваю в ответ, прекрасно понимая, что она имеет в виду.

Смысл борьбы теряется, когда финал предрешен, а господину Мину не нужна смирившаяся со своей участью сексуальная игрушка. Его сценарий предполагает нечто совсем другое. Гостей Улья на всех его уровнях, за исключением восьмого и девятого, крайне редко интересует секс в чистом виде. Единицы хотят чего-то обыденного или слегка незаконного. Всё банальное доступно им в обычной жизни. Купить человека любого пола давно не проблема. Улей дает клиентам больше – безграничные возможности. Игра в Бога или Дьявола. Каждый выбирает то, что ему по душе. Задача корпорации – предоставить этот выбор, учесть любые пожелания, подготовить и организовать процесс, обеспечить условия, гарантировать анонимность и безопасность.

– Удачи, Бут, – ласково улыбнувшись на прощание, Дея удаляется так же бесшумно, как и появилась. Не удержавшись, я провожаю взглядом ее стройную, запечатанную в медное платье фигуру, до тех пор, пока она не исчезает в бесконечно-длинном коридоре.

Выждав полчаса, я снова захожу в белую соту и неспешно приближаюсь к забившейся в угол пчелке. Закрыв глаза, она вполне достоверно создает видимость сна, но меня не так-то просто обмануть. Опустившись перед ней на корточки, я склоняю голову к плечу, с любопытством рассматривая измученную девушку. Отсутствие физических реакций с ее стороны могло бы обмануть любого, но подготовленный наставник распознаёт фальшь даже на расстоянии.

– Я знаю, что ты не спишь, – произношу с ласковой улыбкой. С закрытыми глазами она ее не увидит, но непременно услышит. Этого достаточно, чтобы мозг пчелки считал правильный посыл. – Твоё упрямство бессмысленно. Молчание ничего не изменит. Рано или поздно ты захочешь в туалет или почувствуешь жажду, и тебе все равно придется обратиться ко мне, – сделав паузу, даю ей осмыслить услышанное, но она упорно играет роль застывшей статуи. Что ж попробуем по-другому. – Я не смогу тебе помочь, пока ты не начнешь говорить.

Девушка резко вскидывает голову, обращая на меня умоляющий взгляд. Воспаленные веки и покрасневшие глаза не прибавляют ей привлекательности, как, впрочем, и любой другой женщине в схожей ситуации. Красиво страдать дано далеко не всем.

– Я хочу домой, – сдавленно шепчет она, убирая с лица спутанные светло-каштановые волосы. – Пожалуйста, дай мне уйти.

– Любое желание, кроме этого, – я с сожалением качаю головой. В стальных глазах пчелки вспыхивает гнев, придавая радужкам серебристый оттенок.

– Это все, что я хочу, – ее голос звучит гораздо тверже, избавившись от плаксивых жалобных ноток.

– Подумай еще. Любое, Кая, – удерживая упрямый взгляд, я нежно прикасаюсь к бледной щеке, стирая одинокую слезинку. Дернувшись, девушка испуганно отползает в сторону.

– Меня зовут Нина, – яростно шипит она, впиваясь пальцами в свои колени. – Нина Даль. Тебе нужна Каталея, Кая или кто-то еще, а не я. Ты ошибся. Я Нина, Нина Даль, – повторяет, как заведенная.

Я молча наблюдаю за ее истерикой, не перебивая и не предпринимая попыток приблизиться. Пусть говорит. Это необходимо в первую очередь ей самой. Моя задача – установить контакт. Пусть и не с первого раза, но я с ней справился.

– У меня есть документы, удостоверение личности, водительские права. Если не веришь, найди мою сумку и проверь. Я могу дать телефон директора галереи, моих коллег, фитнес инструктора и еще десятка людей. Все они подтвердят, что я говорю правду.

– Я верю, что ты говоришь правду, – киваю с искренней обезоруживающей улыбкой, и она ожидаемо теряется, растеряно хлопая пушистыми светлыми ресницами. – Но мы оба знаем, что никакой ошибки нет. Каталея Гейден пять лет назад исчезла из всех сетей и статей светских хроник. Это случилось после покушения на ее мать, в результате которого женщина погибла. Примерно в это же время, в другой стране, в небольшом тихом городке появилась Нина Даль, тихая незаметная девушка, усердно трудящаяся в художественной галерее и избегающая публичных мест, социальных сетей и близких отношений. Исключения – коллеги по работе и крошечное арт-кафе для своих. Мне продолжить?

– Нет, – хрипло отзывается она, обреченно опуская голову.

– Ты была очень осторожной. Не вини себя. Если тебя это утешит, признаюсь, что ты оказалась весьма трудным заказом, – доверительно сообщаю я. – Тебя охраняли, как дочь президента, Кая. Отец сделал все, чтобы обеспечить твою безопасность.

– Дело в нем? В моем отце? Я нужна для политического шантажа? – приняв неизбежное, девушка наконец начинает задавать разумные вопросы.

– Господин Гейден не входит в круг интересов корпорации, – я позволяю себе жесткий бескомпромиссный тон. Она должна понять истинное положение вещей сейчас, чтобы потом нам не пришлось снова и снова возвращаться к этому вопросу. – Твой отец не имеет никакого отношения к происходящему и не сможет тебе помочь.

– Он заплатит любые деньги… Даст все, что попросите, – отчаянно шепчет пчелка, поднимая на меня потерянный опустошенный взгляд.

– Господин Гейден не входит в круг интересов корпорации, – с сожалением повторяю я.

– Тогда не понимаю… Зачем? Почему я?

– Улей выбирает лучших, Кая.

– Но я обычная! – восклицает она.

– Очень скоро ты поймешь, что это совсем не так, – заверяю без тени сомнения и, медленно выпрямившись, протягиваю девушке руку: – Пойдём со мной.

Она какое-то время колеблется, настороженно всматриваясь в мое лицо, выискивая подвох или подсказку, но не найдя ни того ни другого, обреченно вздыхает и вкладывает ледяные пальцы в мою ладонь. Я помогаю пчелке подняться на ноги, поправляю растрепавшиеся волосы и награждаю поощрительной улыбкой.

– У тебя очень красивые глаза, Кая, – взяв ее лицо в ладони, внимательно изучаю правильные аристократические черты, которые не способны скрыть ни припухлости, ни покраснения и темные круги. Немного огранки и породистая пчелка засверкает, как драгоценный бриллиант. – Но настоящий оттенок волос придется вернуть, – подвожу итог детального осмотра, ласково скользнув пальцами по высоким впалым скулам, длинной шее и узким плечам. Какая удивительная покорность. Я поражен.

– Хватит, – шумно выдохнув, Кая делает шаг назад.

Наши взгляды сталкиваются в молчаливом противостоянии, секунды летят одна за другой, превращаясь в минуты, в воздухе разливается искрящееся напряжение, заставляя меня недоверчиво прищуриться. Она смотрит без страха, с откровенным любопытством и толикой смятения, словно не она каких-то пять минут назад в застывшей позе сидела на полу.

Девушка на удивление хорошо владеет собой, учитывая обстоятельства. Выросшие в тепличных условиях породистые пчёлки обычно ведут себя совершенно иначе. Требуют, сыплют оскорблениями, угрожают, потом начинают предлагать деньги, секс, связи, а когда до них доходит вся плачевность их положения, переходят к бессмысленным мольбам или пытаются соблазнить, иногда то и другое одновременно. Новенькая с самого начала продемонстрировала нестандартные реакции, усыпив меня своей пассивностью. Но сейчас я склонен думать, что девчонка вовсе не так скучна и неинтересна. Уверен, что она еще сможет меня удивить.

– Ты собирался куда-то меня отвести, – напоминает Кая, разрывая зрительный контакт.

Пока рано делать выводы, но она определённо обладает крепкой стрессоустойчивой психикой. Это значит, в ней силен инстинкт самосохранения и имеются задатки аналитического ума, повышая ее шансы на выживание. Удачное приобретение. Очень удачное.

– Пойдем, – коротко кивнув, я мягко беру ее за руку и тяну к стене, которая автоматически превращается в раздвижные шторы.

– Как ты этим управляешь? – любопытствует Кая, внимательно осматривая открывшийся проем.

– Все соты и уровни Улья оснащены сканерами, считывающими отпечаток сетчатки глаза, – охотно поясняю я, увлекая ее за собой в узкий коридор. Стена за нашими спинами снова становится цельной. – Двери открываются только для тех, у кого есть доступ. У тебя его нет. – добавляю, предугадывая следующий вопрос. Возможно, его бы и не последовало. Распахнув глаза, Кая потрясенно рассматривает новые локации, вертя головой во все стороны.

1Батлер – профессионал в сфере гостеприимства самого высокого уровня.
2Цитата из пьесы У. Шекспира «Ромео и Джульетта»
3Цитаты из пьесы «Буря», имеется еще одна трактовка перевода – Ад пуст, все бесы здесь.