Андрей Новиков

«Я еще не вполне уверена, что готова стать матерью. Я пошла к подруге, у нее трое детей, и задала вопрос. Послушай, сказала я ей, допустим, я рискну завести ребенка. Что, если он начнет винить меня во всех своих бедах, когда вырастет? Моя подруга долго смеялась, но все-таки ответила: почему если?»

. – Пойдем, – прошипел Раф. Джульетта поправила на спине свою тяжелую ношу – груз динамитных

позади них. Оператор с бутербродом отложил еду и подался вперед. Стряхнул крошки с груди и переключил

Люди смеются или чтобы сохранить здравость рассудка, или потому, что отчаялись бороться за его сохранность

Голос женщины стал похож на человеческий, в нем появился намек на эмоции. – Нас убивают, а вы только смотрите. В чем наша вина? Мы имеем право здесь жить, никому не мешаем. Разве можно нас отстреливать, как собак? Голос снова дрогнул, и Крейн

ему уже приходилось оперировать Оро – в Центральной Америке, когда

затем, снова ударив кулаком по кнопке, сказал: