Czas trwania książki 27 godz. 32 min.
1930 rok
12+
O książce
«Моя жизнь» Льва Троцкого – мощная, честная и вдохновляющая книга о судьбе человека, изменившего ход мировой истории. Это откровенные мемуары одного из самых ярких умов XX века, написанные с блеском, страстью и философской глубиной. Перед читателем – путь от юных лет до изгнания, от революционного подъема до трагедий и размышлений о судьбах народа и личности.
Вы узнаете:
• Как закаляются убеждения и какой ценой человек платит за веру в идеалы.
• Что ощущает политический лидер на вершине и в изгнании.
• Почему борьба за идеи может стать смыслом жизни – и проклятием одновременно.
• Как личная история Троцкого раскрывает противоречия и драму всего XX века.
Эта книга – не просто воспоминания, а исповедь человека, жившего на грани истории. Она будет интересна всем, кто ищет понимание силы идей, характера и судьбы, способных изменить мир.
Inne wersje
Крупская однажды сказала в 1927 г., что если б жив был Ленин, то, вероятно, уже сидел бы в сталинской тюрьме. Я думаю, что она была права. Ибо дело не в Сталине, а в тех силах, которые Сталин выражает, не понимая того.
Потому что Сталин никогда серьезной работы не выполнял. «Первое качество Сталина – леность, – поучал меня когда-то Бухарин. – Второе качество – непримиримая зависть к тем, которые знают или умеют больше, чем он. Он и под Ильича вел подпольные ходы».
Отец научился разбирать по складам уже стариком, чтобы иметь возможность читать хотя бы заглавия моих книг. Я с волнением следил за ним в 1910 г. в Берлине, когда он настойчиво стремился понять мою книжку о немецкой социал-демократии.
Сплошным безумием революция кажется тем, кого она отметает и низвергает.
Но он отталкивал меня теми чертами, которые составили впоследствии его силу на волне упадка: узостью интересов, эмпиризмом, психологической грубостью и особым цинизмом провинциала, которого марксизм освободил от многих предрассудков, не заменив их, однако, насквозь продуманным и перешедшим в психологию миросозерцанием. По некоторым разрозненным его замечаниям, которые мне в свое время казались случайными, но вряд ли были такими на деле, Сталин пытался найти во мне поддержку против невыносимого для него контроля со стороны Ленина.