Czas trwania książki 20 godz. 18 min.
12+
O książce
Лев Троцкий в сознании большинства фигура весьма расплывчатая. И в зависимости от того, кто о нем говорит – обожатели или скептики – превращается то в невинно убиенного ангела революции, символа сталинского предательства, то в этакого черта в пенсне, еврейского кровопийцу, вырезавшего миллионы русских людей. Тем важнее первоисточник. Кем был Троцкий? Почему он вознесся так высоко, а потом так бесславно пал? Была ли альтернатива сталинизму в СССР? Однозначных ответов на эти вопросы нет. Но чтобы начать разбираться в Троцком хоть немного, нет лучше способа, чем прочесть мемуары этого низвергнутого революционера. К тому же, это не просто документ невероятной эпохи, смешавшей в кучу войны, интриги и революции, но и просто отличная литература. Писал Троцкий вдохновенно и ярко, умел видеть смешное, а временами книга и вовсе воспринимается как захватывающий приключенческий роман.
Сын состоятельного землевладельца и предпринимателя, Лев Бронштейн (Троцкий) – ближайший сподвижник Ленина, создатель Красной армии, нарком по иностранным, военным и морским делам, демон Революции – как назовут его позднее. Блестящий публицист и политик начала века, Троцкий был первым революционным деятелем, у которого были личные секретари, стенографировавшие каждую речь лидера и фиксировавшие все произнесенные им вслух мысли. Ведь он – гениальный, прирожденный агитатор, его выступления собирают полные площади и цирковые арены, зажигают и ведут за ним толпу. И все это в полной мере отражено в его книгах – глубоких по содержанию и блистательных по форме.
Inne wersje
Opinie, 1 opinia1
Достаточно хорошая книга, которую можно рассматривать и как автобиографию, и исторический очерк событий, предшествующих и последующих революции.
Отец научился разбирать по складам уже стариком, чтобы иметь возможность читать хотя бы заглавия моих книг. Я с волнением следил за ним в 1910 г. в Берлине, когда он настойчиво стремился понять мою книжку о немецкой социал-демократии.
Сплошным безумием революция кажется тем, кого она отметает и низвергает.
Потребность во лжи, как и привычка к ней, отражает противоречия нашей жизни. Можно сказать, что газеты говорят правду скорее в виде исключения. Этим я вовсе не хочу обижать журналистов. Они не очень отличаются от других людей. Они являются их рупором.
Отношение к Ленину, как к революционному вождю, было подменено отношением к нему, как к главе церковной иерархии. На Красной площади воздвигнут был, при моих протестах, недостойный и оскорбительный для революционного сознания мавзолей. В такие же мавзолеи превращались официальные книги о Ленине. Его мысль разрезали на цитаты для фальшивых проповедей...
Даже вынужденные менять существо своих взглядов люди втискивают его чаще всего в старые формы.