Приятное обещание. Стриптиз для призрака

Tekst
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Глава 3. Элис, ревность и волшебные деревья

Дом Тима даже издалека казался не так уж мал, как предполагала Дженджи и как позиционировала Дорис со слов взыскательного сыночка. Дом располагался на другом конце города, возле озера, на котором многие любили порыбачить, а самые отчаянные горожане даже купались. Нельзя сказать, что озеро было грязным. Напротив, оно было даже слишком естественным, естественно запущенным, поросшим камышом и тиной.

Анжелика и Дженджи топтались на пороге дома и шептались между собой, не решаясь позвонить в дверь. Они спорили и никак не могли определиться, кому из них достанется незавидная участь нажать на кнопку звонка. В итоге, Джен не выдержала и позвонила первой.

Спустя пару минут послышался стук каблуков, и дверь открыла она – молодая брюнетка с точеным станом и четко очерченными губами. Она посмотрела на Дженджи, как бык на тореро, с презрением разглядывая ее с ног до головы тяжелым, ревностным взглядом. Дженджи, несомненно, показалась Элис очень даже нескромно одетой, но ведь именно это первое впечатление она хотела усадить в голове девушки Тима. Дженджи ликовала, сверкая глазами: она добилась своего.

– Вы к кому? – спросила ее Элис грубым голосом.

– Привет, Элис! А это… – Анжелика указала на Дженджи, – Джен, наша почти сестра.

– Что значит, почти? – она снова недоверчиво покосилась на Дженджи.

– Мы жили вместе, раньше, брат не рассказывал? Ну так вот, мы, как сестры. Впустишь? Тим ждет нас. Мы собирались прогуляться.

– Мхм, Любимый! – Элис повернула голову назад и крикнула. – Тут пришла твоя вроде как сестра и Анжелика!

– Пусть войдут! – отозвался Тим.

Анжелика и Дженджи тут же двинулись к двери, но Элис преградила им дорогу.

– Входи только ты. – она указала на Анжелику.

Но тут их напряжение разбавил Тим. Он вышел из дома как всегда вовремя и при полном параде. Его счастливый вид нельзя было сравнить ни с чем. Обняв Джен за плечи, Тим потянул ее к старенькому автомобилю ярко-красного цвета и напоследок крикнул Элис, что вернется поздно.

– По-моему, Элис тебя невзлюбила, Джен. – заметила Анжелика, только они успели отъехать от дома.

– Что за глупости? – Тим сразу вмешался в разговор, не дожидаясь ответа от Дженджи. – Она тебя полюбит, Джи. Вы поладите.

– Она не впустила Джен в дом! Сказала, что я войду, а она останется! – продолжала возмущалась Анжелика.

– Тебе послышалось! – Тим вздохнул и покачал головой. – Элис не могла такого сказать. Это мой дом и мне решать, кто туда входит, а кто нет. Ясно?

– Ты это скажи своей подруге! – рявкнула Анжелика.

– Она такая же твоя подруга, Анжелика!

– Ты прав, не считая того факта, что я не сплю с ней, в отличие от тебя!

Тим и Анжелика злобно переглянулись друг с другом и смолкли, оставив перетирание Элис и ее важности на более уместное время. Тим сердито уставился на дорогу, а Анжи – в телефон.

Дженджи решила не вмешиваться в их спор и пытаться переубеждать Тима, хоть тоже довольно отчетливо расслышала слова Элис. Но Джен вовсе не расстроили эти слова, ведь она получила то, ради чего наряжалась в свой нескромный наряд.

***

– За встречу! – Тим держал перед собой бокал. – За твой приезд, Джи!

– За приезд! – подхватила Анжелика.

Не прошло и часа, как опустела третья бутылка шампанского, и официант снова стоял у их столика в ожидании заказа.

– Желаете что-нибудь еще? – спросил он Тима.

– Девчат… – тот наклонился к подружкам.

– На твой выбор. – медленно проговорила Анжелика, чтобы ответ ее был более понятлив.

– Я, наверное, не буду. Мне хватит. – Дженджи вежливо улыбнулась Тиму, из последних сил стараясь не показать, что она мертвецки пьяна.

– Да брось! – Тим не унимался, – Давай с тобой еще выпьем! Ну? – он посмотрел на Дженджи по-собачьи просительным взглядом.

Невозможно было устоять.

На этот раз официант принес бутылку скотча. Джен, сжав губы, понимала, что эта бутылка будет лишней, и после выпитого она не сможет справиться с желанием броситься к Тиму в объятия. Или, если сегодня ей в этом не повезет, с невозмутимым видом уснуть прямо за столиком.

Тим с дружеской теплотой смотрел на Дженджи, изредка отворачиваясь, чтобы обратить внимание на сцену с танцующими девушками, при этом успевая нехотя отвечать Анжелике на ее редкие, но дюже провокационные вопросы. Но взгляд Тима в момент, когда настигал Джен, не был тем восторженным взглядом, на который надеялась она, надев шикарное коротенькое платьице с глубоким декольте. Не меняло расположения Тима и изрядно выпитое им количество алкоголя. Дженджи это огорчало с каждой поглощенной в себя рюмкой.

Когда же Тим и вовсе стал отвлекаться на мобильные звонки, Джен в миг захотелось выхватить телефон из его рук и просунуть в бутылку со скотчем. Уже не сдерживаясь, она готова была излить Тиму все свои чувства, накипевшие за долгие тринадцать лет.

Но тут Тим встал и неожиданно засобирался…

– Извините, вынужден покинуть вас. Элис… – он виновато пожал плечами. – Сами знаете!

– Ты, что, собрался сесть за руль? – обалдевшая Джен ухватила Тима за локоть. – Ну уж нет, не пущу тебя одного! – она прижалась к нему, ощутив боготворимое, но недосягаемое тепло под рубашкой, – Ты нужен мне живой. – затем крепче обняла Тима за талию, уткнувшись лицом в шею и теряя самообладание от роскошного аромата мужского парфюма с примесью алкогольного дурмана, которые, гармонично сочетаясь, придавали Тиму необыкновенный шарм.

– Твоя взяла. – махнув сестре, Тим взял Джен за плечи и повел к выходу. – Заодно прослежу, чтобы вас никто не украл, невероятно ослепительных и изрядно надравшихся красавиц!

***

Спустя несколько дней Тим позвонил Дженджи рано утром и назначил встречу. Она, конечно, же согласилась, ведь ожидала звонка от любимого очаровашки все эти долгие мучительные дни. Тим забрал ее из дома и привез на соседнюю улицу, чтобы показать новый дом.

Этот дом был гораздо больше, чем тот, в котором Тим жил. Недовольная Элис и еще какая-то женщина ждали их у входа.

– Вы еще не передумали покупать супердом? – спросила она Тима.

– Еще нет. – ответил он, а затем поглядел на Джен. – Пойдем, Джи, скажешь, что думаешь по поводу этого местечка!

– Он такой огромный! – восклицала Дженджи, уставившись на особняк.

– Тут есть все, что нужно! – подхватила хозяйка, приметив ее интерес к постройке. – Три спальни: одна внизу, две наверху, две ванные комнаты, кабинет, просторная кухня со всей необходимой встроенной техникой и залы! Пойдемте же, не будем стоять в дверях!

Хоть хозяйке недвижимости в любезности было не занимать, дом был и впрямь прекрасен и поражал своим величием в духе современных тенденций. Открыв парадную дверь, они попали в широкий коридор, совмещенный с кухней и столовой. Кухня отделена от общей комнаты стойкой бардового цвета с черными вставками. Посреди зала большой пузатый диван из белой кожи, рядом дверь, ведущая в спальню.

– Я хочу поставить сюда аквариум. – заявил Тим, когда они вошли в спальню на первом этаже. – Думаю, он будет тут не лишним!

– Но я была уверена, что наша спальня будет наверху! – возразила Элис, показательно надув губы.

– У нас три спальни, любимая. Аж целых три! – Тим обнял Элис и подойдя ближе, шепнул ей что-то на ухо.

Дженджи старалась не обращать внимание на заигрывания Тима и его девушки и поторопилась покинуть спальню, чтобы не увидеть того, чего ей совсем не стоило видеть.

– А там что? – спросила она хозяйку, пытаясь отвлечь себя от неистовых мыслей.

– Комната отдыха, телевизор и все такое…

– Ясно. – нервно бросила она. – Хороший дом.

– Один из лучших! Особняк полностью отремонтирован, вся сантехника и отопление новые, полы, обои – все свежее! Даже мебель была доставлена сюда на заказ. Абсолютно новая мебель! Дом полностью готов к появлению в нем хозяев. Приходи да живи, как говорится! Хотите посмотреть второй этаж?

– Нет, я пойду, пожалуй. До свидания. – кивнув в знак прощания, Дженджи поспешила покинуть дом и всех его обитателей.

Повернув на соседнюю улицу, она заметила один пропущенный вызов, высветившийся на экране мобильного. «Тим. Вероятно, заметил, что меня нет», – подумала Джен, остановившись у светофора в ожидании нужного света.

– Джи! – Тим бежал за ней следом.

Дженджи от неожиданности ахнула и повернулась на голос, любимый бархатный голос, слышать который стало ее самой заветной мечтой за долгие годы, горько-сладким миражом ее темной и неудачной судьбы.

– Пойдем назад, – попросил Тим, поравнявшись с Джен, – мне хочется побыть с тобой. – в столь невинной просьбе она очень хотела бы услышать совсем не то, что Тим действительно имел в виду.

Дженджи кивнула и кратко улыбнулась. Тим снова покорил ее и без того слабую волю. А что ей оставалось? Она не могла и не хотела иначе.

Тим взял ее за руку и повел обратно к дому.

Элис и хозяйка стояли на первом этаже и о чем-то говорили. Увидев Дженджи, у ревнивой подруги Тима тут же пропало настроение, как и дар речи. Джен решила не обращать внимание на поведение Элис, дав понять, что ей совершенно безразлично то предвзятое мнение насчет нее самой. Дженджи мило улыбнулась Элис в ответ на ее презрительный взгляд, сверкнув рядом белоснежных зубов, и остановилась возле Тима с невинным видом.

– Как тебе дом? Нравится? – Тим похлопал Джен по плечу.

– Почему ей должен нравиться дом? Не она же будет жить в нем! – взорвалась Элис, не обращая внимание на смущенную её репликами хозяйку «недвижимой прелести».

– Элис, ее мнение мне дорого. – спокойно объяснил Тим. – Запомни это. Джи? Думаешь, стоит его купить?

– А если я скажу нет? – Дженджи посмотрела на Тима глубоким проникновенным взглядом.

Тот, не смутившись, ответил.

– Тогда я передумаю.

– Тим! Это ведь дом твоей мечты! – Элис обвила его вокруг шеи, нагло оттолкнув Дженджи в сторонку, чтобы та не мешалась.

 

– Что ты скажешь? – Тим убрал с своих плеч руки Элис, ожидая ответа.

Джен укоризненно поглядела на Элис и заставила себя улыбнуться.

– Мне нравится!

– Здорово! – Тим схватил Элис за ягодицы и приподнял над собой. – У нас теперь есть дом, Элис!

– Да, есть! – Элис нежно гладила его по голове, – Только он слишком велик для нас двоих. Ты знаешь, на что намекаю. Мы ведь уже это обсуждали. Ты обещал мне, что как только мы переедем, этот вопрос снова поднимется!

– Пока что мы не переехали, милая. Подожди до вечера, там и поговорим. Джи! – Тим все еще держал Элис на руках. – Спасибо тебе, ты настоящий друг!

– Всегда рада помочь.

Джен, стерев с лица желание расцарапать своим свежим маникюром рожу Элис и всю ее наружность, опустила взгляд. Она привыкла делать вид, что не обращает внимания на взаимоотношения Тима и его девушек. Дженджи частенько приходилось присутствовать при его поцелуях с другими, приходилось ждать за дверью или плакать в туалете, пока Тим развлекался с ними в их общей комнате. Этот раз не являлся исключением ни для кого.

– Может, прогуляемся, пока грузчики доставят сюда наши вещи? —ласково спросила Элис Тима.

– Как ты на это смотришь? – он в свою очередь перевел взгляд на Дженджи. – Ты с нами, Джи?

– Я домой. Обещала помочь твоей матери. Сегодня день пересадки растений, к которому Дорис долго готовилась…

– Спасибо тебе за то, что помогаешь маме. Она без тебя не справится. Ты хорошая и отзывчивая, Джи.

– Порой даже слишком. – Джен нечаянно произнесла эту мысль вслух, но Тим сделал вид, что не расслышал.

***

– Она тебя на дух не переваривает, не ошибаюсь?

– Да, это так, Дорис. – достав растение из горшка, Дженджи вздохнула и принялась тщательно осматривать корни. – Этот нормальный.

– Сажай. Отличный цветок! Сколько себя помню, он всегда был в этом доме. Этот цветок – связь наших поколений, поскольку хранит в себе информацию о прежних владельцах. Да и к тому же, живет не один век! Поговаривают, он обладает магическими свойствами…

– Это же простой бонсай! – усмехнулась Дженджи, вертя в руках с виду обыкновенное, но сильно располневшее карликовое деревце.

– Все в этой жизни просто для глупца, который не желает осознавать обратного. Ты ведь в курсе, кем была твоя мать. Как бы там ни было, это правда. Дакота была очень сильна в магии. Не знаю, какая болезнь или что-то еще сгубило ее стойкий организм, но… – Дорис в порыве ностальгической грусти опустила глаза. – мне не хватает Дакоты. Без нее все наши заклинания перестали работать. То, что мы с ней проворачивали вдвоем, перестало иметь смысл, когда она ушла. Догадываешься, о чем я?

– Если честно, нет. И не хочу знать. – увернулась Дженджи, придумывая боле интересную тему, которая не затрагивала бы ее мать. – Тим сегодня купил дом. Недалеко отсюда, через две улицы.

– Случайно не тот, во дворе которого цветет сирень?

– Он самый. А вы видели этот дом?

– Сам дом не представляет для меня интереса, а вот дерево… – Дорис с досадой покачала головой. – Очень плохо, когда во дворе растет сирень. Это кладбищенское дерево, оно притягивает потустороннюю энергетику.

– Вы верите в эту чушь? – усмехнулась Дженджи. – Я думала, что эти увлечения должны были улетучиться с возрастом!

– Конечно, верю. И ты должна, ведь в тебе живет дар!

– Какой еще дар? Я ничего не замечала в себе с самого рождения.

– Потому что ты не хочешь верить в то, что дано природой. Если бы ты хоть раз послушала свою мать, то знала, что ты, Дженджи, необычное дитя. У тебя есть то, чего нет у других. Даже моим детям не суждено было получить то, чем ты обладаешь.

– Откуда вы знаете, что я отличаюсь, к примеру, от Анжелики?

– Лимон. – сразу ответила Дорис. – Чертов лимон! Я с младенчества пичкаю Анжелику этим заковыристым фруктом в любом виде, однако, чуда не происходит.

– Вот почему она такая худая… – Дженджи отшучивалась, как могла. – А что есть во мне?

– А ты съешь лимон и узнаешь!

– Так не честно! Я даже не представляю, что меня ждет!

– А ты знала, что вернешься сюда спустя тринадцать лет? Нет. Но ты рискнула и вернулась. Уверена, ты правильно поступила. Здесь твое место. Тебе не быть счастливой, пока рядом нет моего сына. Так хотела твоя мать. – Дорис повернулась в сторону бонсая. – Она прокляла тебя, собственноручно закопав в ненависти другого. Ничего личного, просто твой отец плохо с ней обошелся. А теперь между тобой и Тимом существует незримая связь, которую трудно объяснить.

– Так что же, получается, я не буду счастлива, пока Тим не со мной? – Дженджи крайне удивилась услышанному. – Почему мать увезла меня отсюда? Она знала, чем это кончится?

– Дакота все знала. Да вот только не было выбора ни у кого из нас. Принеси-ка воды, дышать нечем стало… – Дорис схватилась за сердце, рывками глотая воздух.

Глава 4. Откровения Тима

Тим Ральдос примчался сразу после приезда скорой помощи.

– Жить будет. – произнес доктор, с виду напыщенный старикашка с до жути проникновенным взглядом бывалого Казановы. – Давление снижено, угроза миновала. Берегите ее!

– Спасибо, доктор. – Тим поспешно сунул ему деньги в кармашек халата.

– Не за что, мистер Ральдос. Обращайтесь в любое время.

Дженджи сидела на кухне, вертя в руках пустую чашку, где с минуту назад еще было успокоительное.

– Как ты? – Тим присел рядом и взял ее руки в свои.

– Пойдет. – отвернулась Джен, стыдливо убрав руки под стол.

– Джи, не вини себя. – бархатный тембр Тима и его прикосновение к плечам здорово успокаивали. – Это могло случиться с мамой в любое время.

– Нет, это моя вина. Мне не стоило расспрашивать ее о прошлом.

– Вы говорили о Дакоте? Мама болезненно воспринимает все, что связано с ней. Я пытался образумить ее и заставить забыть, но она непреклонно стоит на своем. Ты ведь знаешь нашу маму, она неустанно твердит про какие-то заговоры и прочую хрень.

– Так ты в курсе?

Дженджи с удивлением поглядела на Тима. Тот пожал плечами.

– Они обе были помешаны на магии, Джи. Если бы наши матери бросили свои волшебные штучки сразу же, у них бы сложилась другая жизнь, а у нас с тобой была бы полная семья. И не росли бы мы без отцов.

– Моя мать прокляла меня.

Тим, услышав это, сразу смолк. Некоторое время он думал, опустив глаза, затем посмотрел на кухонные шкафчики.

– Твоя мать любила тебя, Джи. – спокойно продолжал он. – Выбрось эти поганые мысли из головы и подумай о чем-нибудь хорошем.

– Прости, пожалуйста. У твоей матери случился приступ, а я тут распинаюсь про какие-то глупости.

– Ничего, мама уже не в том возрасте, чтобы бегать кросс. – Тим увлеченно поглядел Дженджи в глаза и пододвинулся ближе. Сейчас его глаза казались ярко-зелеными. Загадочная улыбка Тима говорила о том, что ее обладатель желает узнать о Джен немного больше. – Кстати, бегаешь по утрам?

– Бывает, но не часто. А ты?

– Хотелось бы… Может, когда-нибудь, придешь ко мне в шесть утра и заставишь пробежать с тобой пару кругов? Я бы не прочь начать день в такой приятной компании. – Тим, повернувшись к чайнику, налил себе кипятка, затем потянулся за кофейной банкой. – Элис давно пилит меня по поводу спортивных занятий. Она считает, что с моим образом жизни я протяну недолго и не смогу своевременно обзавестись потомством.

– Ааа, вот оно что. – понимающе закивала Дженджи, пытаясь понять, что на самом деле происходило в его голове в данный момент. Хотел ли Тим обзавестись статусом мужа и отца, но по какой-то причине отнекивался кому-то назло, либо отрицал семейные ценности в принципе? Эта тайна никак не поддавалась осмыслению женским окружением Тима. – Элис считает, что ты станешь импотентом от сидячей работы? От такого труда только геморрой можно заработать, и то, по большей части, на голову.

– Ты права, Джи. Но, как бы там ни было, я работаю над тем, чтобы не стать овощем в плане сексуальных подвигов. – Тим заносчиво задрал голову, шутливо показывая перед Джен свою важность. – Веришь, я еще остаюсь привлекательным для женщин!

– Наслышана. – удрученно произнесла Дженджи.

– Интересно, и о чем еще тебе рассказала Анжелика? Или это была мать?

– Не стану сдавать конкретно кого-то, но знаю, что ты любишь погулять в свое удовольствие. И еще ты много потребляешь алкогольных напитков.

– Это не пьянство, Джи. – с досадой в голосе проскрипел Тим. По всей видимости, этой темой его изрядно достали. – Всего лишь средство от депрессии и нудной ежедневной волокиты. Кофе?

– Можно бы. – Джен кивнула. – Так что скажешь в свое оправдание, Тим?

– Не будь, как Элис. Ты ведь Джи. Не надо пилить меня. Я живу так, как хочу, и возможно, когда-нибудь, пожалею об этом. А может, и нет. Некоторые полагают, что я поступил неправильно, связав жизнь с Элис, и она не способна дать того, что мне нужно. Возможно, они правы…

– Но? – Дженджи уловила в речах Тима долгожданные сомнения. Похоже, он и сам жалел, что выбрал именно Элис, а не кого-то еще.

– Не всем жить так, как следует. – Тим устало улыбнулся. – Иногда нужно отступать от правил. Так живется интересней.

– А ты не думал, что жизнь дается всего раз? Второго шанса не будет.

– Никогда. – честно отвечал он. – Я выбрал себе то, что мне нужно. О большем и мечтать не приходится. Вот, посуди! Дом своей мечты купил, машина есть, девушка есть. Работа хорошая тоже есть. Кстати, я подумываю уволиться, хочу открыть собственное дело. Куплю магазин. Даже присмотрел один в центре города. Уверен, что сделаю правильный выбор. Нельзя же потратить всю жизнь на клеточную работу с бумажками…

Дженджи покачала головой. Какой все-таки непростой ее любимый Тим!

– Ты непостоянный. В этом проблема.

– В точку! – подхватил Тим. – А ты так ничего о себе и не рассказала. Все, что нам с сестрой удалось из тебя выдавить в баре, было слишком расплывчатым и невнятным. Джи, что с тобой стало за годы разлуки с нами? Где тот буйный огонек в глазах? Где те отвисшие щечки, которые были видны даже сзади и за которые я постоянно трепал тебя, хомячок? Ты помнишь свои щеки?

– Помню!

Рассмеявшись, Джен подняла на него глаза и тут же покраснела. Жар ударил в лицо, дыхание остановилось на полвдоха. Их взгляды встретились очень близко. Тим задумчиво изучал Дженджи, ложка с сахаром застыла в руке. Его глаза, сверкая мокрой зеленью ближе к зрачкам, постепенно переходили в карие с желтизной, таившие в своей глубине некую животную дикость, с виду неприметную, но, если приглядеться, она выглядела необычно и крайне завораживала. Джен не могла понять, что означала та его эмоция, и почему у Тима глаза молниеносно и довольно контрастно переходили из одного цвета в другой.

Неожиданный стук в дверь заставил их мысленно возвратиться в эту комнату.

– Потом расскажешь, да? – Тим неуклюже встал из-за стола и пошел открывать непрошеным гостям.

В это же мгновение на кухню вошла Дорис.

– Вы уже встали? – Дженджи подала ей руку, чтобы помочь присесть на табурет.

– Не могла позволить любимым деткам пить растворимую дрянь из пакета. Решила сварить вам настоящего кофе и самой выпить чашечку-другую.

– Вам только что сбили высокое давление! – волнительно причитала Дженджи. – Какой вам кофе? Если и можно, то только растворимый, и всего четверть ложки, чтобы воду подкрасить!

– Не вороши пыль за зря! – Дорис с полным беспристрастием махнула рукой и поглядела в сторону коридора. – Тим уже драпанул домой?

– Нет. Кто-то постучал, и он пошел открывать.

– Жаль. Ох, и ругает меня за это… – она порылась в ящике у плиты и достала оттуда пачку сигарет. – Что ж, сегодня я потерплю его наставления о вреде курения. Будешь?

Дженджи брезгливо поморщилась и отрицательно покачала головой.

– А зря! – мать Тима подняла вверх указательный палец. – Очень полезная вещь. Для мозгов, имеется ввиду!

– Ммм… – Дженджи скривила губы, с укором косясь на старушку-веселушку, – сигареты убьют ваш мозг быстрее старости?

– Они помогают более складно подумать, чего хотелось бы изменить завтра. Особенно, если в табак добавить кое-каких необходимых для того травинок… Да не о том ты подумала! – Дорис с недовольством закатила глаза от пугливой реакции Джен. – Мы же с твоей матерью увлекались травами, вот и знаю пару сборов, помогающих при определенных недугах.

– А травы, которая помогает забыть, у вас нигде не завалялось?

– У меня все запасы почти иссякли. Осталось только, по-моему, против тараканов и хмельное. Но его не дам, оно слишком ценно для меня!

– Мама! Ты опять за свое! – Тим вошел на кухню и, отобрав у матери сигарету, потушил ее о раковину.

– Вот же адский цербер ты, сын! Я пока не лишилась разума, чтобы ты мог указывать, что мне делать, а что нет! – Дорис следом невозмутимо подожгла вторую сигарету. – Кого там принесла нелегкая?

 

– Элис. – Тим погладил себя по волосам и протяжно вздохнул.

– Ах, госпожа королева пожаловала в мой взлохмаченный курятник. И что же она не переступила порог? Боится подцепить очередную заразу?

Тим был удивительно спокоен, несмотря на жесткую провокацию со стороны матери.

– Я отправил Элис домой. Моя девушка, вообще-то, беспокоилась за тебя, мама.

– С чего бы это? Ах да, пришла справиться, не подохла ли я. – Дорис изобразила на лице обиду, задрала голову к потолку, а затем медленно сделала глубокую затяжку. – Ладно, молчу.

– Я сегодня останусь здесь на случай чего. – Тим обратился к Джен. – А где Анжелика, кстати? Почему ее нет? Ее поставили в известность?

– Нет. – Дженджи неуверенно встала из-за стола, чувствуя вину перед ними обоими. – Я не стала ее беспокоить. У Анжи важная встреча сегодня.

– Важная? – Тим раздраженно хмыкнул. – А насколько важная, она не говорила?

– Ты же не отчитываешься сестре, с кем и когда ты видишься по ночам, вот и она не стала. – буркнула Дорис, активно не уступая сыну.

– Мама! – повысил голос Тим.

– Лучше бабушка!

– У нас в семье, что, пополнение ожидается?

Тим, вспомнив о том, что обещал сделать, но так и не сделал, быстро заварил кофе и подал Дженджи. Затем подставил сахарницу поближе, присел рядом, с удивлением посмотрев на ее плоский живот.

– Нет! – почти сразу ответила Дорис. – К превеликому горю, пока не случилось! Когда, сын?

– Ах, вот оно что… – Тим в раздражительности изобразил звук, что не слишком отдаленно напомнил ржание лошади. – А почему я?! Почему не Анжелика или не Джи? Почему сразу я?

Тима до тошноты допекла эта тема. Он нахмурился.

– Я что же, умру, так и не увидев внуков? – продолжала ворчать Дорис. – Вон, Дакота уже не дождалась!

– Да ты что? – Тим вновь поглядел на Джен. – Прими мои соболезнования. Не знал. Значит, это правда? – он повернулся к матери. – Дакота и впрямь прокляла Джи?

– Да, сын. Это чистейшая правда! – заметив его изумление, Дорис виновато скривилась. – Хочешь сигаретку?

– Нет уж! – Тим презрительно поморщился.

– Вот вы нежные… Одна не хочет, второму вредно. Возьми, расслабься!

– Что там внутри? Наркотики?

– Не дождешься. Какой ты мнительный, прямо как Дженджи! Вы стоите друг друга! Два сапога пара! Кстати, Тим, – Дорис присела напротив, поставив пепельницу перед собой. – у тебя жизнь тоже шла криво, пока Дженджи не приехала. Работа была, но повышения ты ждал долго. Дом купил только сейчас, а семья… – она покачала головой. – Милый мой сынок, разве это можно назвать семьей-то, а? Это же сплошная битва за рай на земле!

– Да брось! – неуклюже рассмеялся Тим, строя из себя дурака, но все вокруг заметили, что от этих провокаций он ощутил неловкость. – Проблемы были и есть у каждого. Я сам разберусь! Не лезь в это!

– Вот! – Дорис изобразила на лице несчастье с хитрющим прищуром. – Слышишь, Дженджи! Тим каждый раз так говорит! Не лезь, не твое дело, не приставай, я умный… Я же мать! Разве я могу посоветовать плохое?

Дженджи и Тим хором ответили «Да», а потом так же синхронно рассмеялись, потешаясь друг над другом.

– Идеальная пара… – мечтательно воспроизвела Дорис.

– Что? Какая пара, мам? – Тим с трудом подавил смех, – Джи как сестра мне! О чем ты вообще? – он отрешенно глянул на Дженджи, потом снова на мать. – Знаю, таблетки, которые ты выпила, вызвали побочные эффекты. Давай-ка в кровать, и без разговоров! – он взял Дорис под руку и повел наверх.

Дженджи осталась сидеть на кухне и изучать узоры скатерти, интенсивно размышляя над услышанным. «Почему мать Тима так сказала? Может, это как-то связано с проклятием? А если оно и Тиму досталось? Дорис упомянула, что у него жизнь не клеилась, пока я не вернулась в город. А что, если она права? Но… есть одно весомое «но»! Разве заставишь человека, который столько лет не обращал на тебя внимания, наконец-то сделать это? Нет, насильно мил не будешь. Тим и сейчас не хочет даже подпускать мысли о близости со мной. Для него я все та же сестра-малявка, хомяк Джи с жирными щеками, которые видно из-за спины. Может, у Тима не ладилось, пока не умерла моя мать, а после ее смерти проклятие ослабло или исчезло вместе с моей матерью? Что я несу… Мне пора бы подумать о чем-то более важном, чем магия и неразделенная любовь.»

Тим вскоре вернулся и примостился рядом с Дженджи.

– Похоже, в этом доме успокаивать нужно не маму. Вид у тебя уж слишком печальный, Джи. Я могу чем-то помочь? Может, угнетают стены этого дома? Слушай, а переезжай ко мне! Дом большой, тесно не будет.

– Чтобы твоя девушка совсем озверела и живьем меня сожрала?

– Элис добрая. – Тим задумчиво почесал затылок, выдавив виноватую ухмылку, – Обычно добрая… Но, мне кажется, что она ревнует к тебе. – он перевел взгляд на дверь, потирая нижнюю губу подушечкой указательного пальца. – Глупо, да?

– Очень. – слова Тима задели Дженджи за живое, но она, проглотив комок обиды, не подала виду, продолжая с восторгом глядеть на его мягкие и чувственные губы, которые очень давно мечтала поцеловать.

– Вот и я о том же. Мы с тобой росли вместе, знаем друг о друге все. – Тим откинулся на стуле и с любопытством продолжал. – Так в чем же дело? Может, расскажешь о своей жизни? А если я признаюсь, что моя жизнь наладилась, но не с твоим приездом, а чуть раньше… Но, все-таки, полагаю, что твой приезд не прошел мимо моей фортуны, поведаешь то, что скрываешь?

– Скажу, что моя жизнь настолько жалкая, что и думать о ней нечего. Не о чем вспоминать, да и говорить не хочется лишний раз.

– Хорошо, я понял. – Тим вздохнул и поглядел на свои скрещенные пальцы. – Мама рада тебе.

– Да. Она говорит, что я ей, как родная дочь. – Дженджи отвела глаза в сторону.

– И я рад тебе. Ты меня понимаешь, с тобой легко общаться, ты простая и открытая. Мне не хватало этого.

– Не совсем понимаю… – Дженджи устремила все внимание на Тима. Она боялась, что упустит нечто важное, что он собирался сказать.

– Ну, моя жизнь напоминает забег на длинной дистанции. Проснулся себе, и бежишь, бежишь, ничего и никого не замечаешь. Не думаешь ни о чем другом, кроме как угодить близким тебе людям. Единственное место, где могу остановиться и подумать о себе – это бар. Там друзья, знакомые, новые люди. – Тим прокашлялся. – Ты знаешь, иногда попадаются и интересные! Не обращала внимания, сколько людей интересных? Одни забавные, другие странные, третьи примитивны. Но есть интересные! Они отличаются.

– Какая же тогда я?

– Ты? – Тим придвинулся поближе. Пальцы его с нежностью коснулись кончиков ногтей Джен и щекотливо доползли до запястья. – Ты особенная, Джи, не похожа ни на кого. В тебе есть что-то…

– Ты имеешь в виду какие-то чудо-способности?

– Нет, я говорю то, что думаю о тебе. А что ты умеешь?

– Не знаю. А ты как думаешь?

– Как думаю я? Хм… – Тим оценивающе поглядел на Джен. – Мне кажется, ты лучший в мире друг. От тебя веет чем-то умиротворенным.

– Наверное, поэтому в моей жизни все скучно и пресно. – проглотив его слова с искривленным лицом, Дженджи с укором уставилась на скатерть и пробубнила. – Надо бы что-то поменять в себе!

– Не надо. Ты и так самая лучшая. – тихо продолжал он. – А друзья? У тебя есть друзья? Ну, может, коллеги?

– Коллеги мои очень своеобразные. Я находила общий язык с ними, пока находилась на работе, а вот в жизни не хотелось видеть их совсем. Хотелось убежать подальше от себя и от всего, что окружало каждый день.

– Понимаю. У каждого есть такие коллеги. Так, где ты работала?

– В ночном клубе.

– Ух ты, как интересно! – его глаза заблестели. – Моя стихия! Администратором? Барменом?

– Тим, моя работа слишком, как бы сказать… – Джен неловко посмотрела куда-то сквозь него. – не хочется вспоминать об этом. Бывают и постыдные работы.

– Значит, стесняешься говорить, кем работала. А знаешь, я бы гордился тем, что у меня хотя бы есть работа. Нет стыдной работы. Ну… – Тим в задумчивости почесал висок. – Если ты о проституции, то это, скорее, не работа, а запрещенная деятельность, правда, не во всех странах. А другие работы хороши сами по себе. Некоторые бывают, порой, непосильно тяжелы, но все же терпимы. Работа приносит деньги. Иначе, для чего вообще работать?