Za darmo

Вот и осень, господа…

Tekst
0
Recenzje
Oznacz jako przeczytane
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Секунды – вечность до разлуки…

 
Любить – болеть.
             Страдать и каяться.
Стоять на остановке, маяться.
И говорить: а я дурак!
Как без меня она там? Как?
 
 
Любить – с тобой.
             В такси, в метро…
В десанте – люк сейчас откроется…
Любить и верить… Всем назло!
Ведь это счастье – беспокоиться…
 
 
Я просыпаюсь – сквозь дожди
Ловлю протянутые руки.
Не уходи. Ты подожди.
Секунды – вечность до разлуки…
 

Просто рядом будь

 
Любят даже в ветер,
В дождь, в грозу и в снег.
Зная, есть на свете
Близкий человек.
 
 
Любят даже в голод,
И под минный вой.
И в жару и в холод
И под «Боже мой!».
 
 
И когда ревнуют,
И когда – беда.
Жён чужих воруя,
С риском – навсегда.
 
 
Отворяют двери,
Нос любимый – в грудь.
«Мы друг другу верим,
Просто в жизни будь…»
 
 
Говоришь: – Я рада,
Что судьбе назло…
Мы с тобою рядом…
Просто повезло!..
 

Пересеклись

 
Мы с тобой как сговорились –
Встретились и повелись.
Друг об друга занозились.
Стёжками пересеклись.
 
 
Нам бы быть. Не разбежаться.
И не сдаться. Не сробеть.
На судьбу не обижаться.
Сохранить, сберечь суметь…
 
 
Пусть по крыше снова градом.
И в окно дожди навзрыд.
Осень – праздник листопада…
Празднуем. И стол накрыт.
 

Ладно, больше не приду…

 
Ладно, больше не приду.
Отболею. Стон в подмогу.
Унесу с собой беду.
Помолюсь тихонько Богу.
 
 
Не приду. Не приползу.
Не согнусь. Не надо. Хватит.
От тебя себя спасу.
Ну и что, что лихорадит?
 
 
Ну и что, что дождь идёт?
Ну и что – ветра задули?
Ну и что – будильник врёт…
Главное, что – мимо пули!
 
 
Ты была… Мой талисман…
Ты была… Уже не будешь.
А любовь, она – туман.
Время лечит. Всё забудешь…
 

Ты не бойся, мы прорвёмся

 
Ты не бойся, мы прорвёмся.
Не замёрзнешь, я не дам.
Мы назад не обернемся.
Не предашь – я не предам.
 
 
Мы с тобой ещё побродим.
Босиком. И по росе.
Мы живые. Дышим. Ходим
По прибрежной по косе.
 
 
Я целую. Ты целуешь.
Мы сегодня – вдалеке.
Ты зачем на воду дуешь?
Обожглась на молоке?
 

Нос в плечо

 
Может, мне уйти? Туманы…
Растворюсь под крик совы.
Ну, зачем нам эти раны?
А давай опять на «вы».
 
 
А давай мы всё забудем.
А давай, ты – не моя.
Ну, несчастными мы будем.
Я и ты. И ты и я.
 
 
А давай рассвет отменим.
А давай закат сотрём.
Всё изменим, переменим.
И самим себе соврём.
 
 
Что смеёшься, что хохочешь?
Что не так? Какой вопрос?
Расставаться ты не хочешь?
Вот – плечо. А где твой нос?..
 

Вот дана тебе власть всласть!

 
Мне из тысячи – твой лик,
Мне из сотен один – твой взгляд.
Мне из эха лесного – твой крик.
Если яд мне, то – твой яд.
 
 
Если я провалюсь – спасешь,
Если буду тонуть – тяни.
Если я заблужусь – найдешь.
Если я ошибусь – вини.
 
 
Вот дана тебе власть – всласть!
Вот дано тебе – брать, судить.
Вот дано – у другой украсть,
Рядом встать и любимой быть…
 

Спас на крови

 
Зацепились взглядом.
             Нам простится!
Нагрешили. Нам теперь – поститься…
Нам теперь молиться и страдать…
Или просто душу дьяволу продать.
 
 
Зацепились взглядом. Как убились.
Ядом страшным, посмеясь, напились.
Катимся в обнимку вместе мы.
От любви, от счастья, от чумы.
 
 
Отрекись. Очнись. Тебе не надо
Сладкого настоянного яда!
Если всё рассудим по уму,
Отпущу, прощу и всё пойму.
 
 
Только ты потом не возвращайся.
Только ты потом – себя кори.
И с другими, как со мной, общайся…
Спас у нас. На нашей на крови…
 

Свои пули сам ловлю

 
А меня тогда убили.
Я не выжил. Не дошёл.
За меня друзья там пили:
Зря в атаку, мол, пошёл.
 
 
Мог бы сзади отсидеться.
И других вперед послать.
Но куда теперь мне деться?
Да пошло оно всё в мать!
 
 
Я других не подставляю.
Если я люблю – люблю.
Я другим не доверяю.
Свои пули сам ловлю…
 

На столе лежит записка

 
На столе лежит записка:
Ты прости, что я зашла.
От тебя живу неблизко.
Просто случай, мимо шла.
Ты прости, что пыль стирала,
Села вдруг на наш диван…
Ты прости, что я не знала,
Что был ранен. Много ран?
Про одну я знаю точно.
Про горючую, до слёз.
Пуля шла в тебя заочно.
Мне казалось – не всерьёз…
А потом всё закрутилось.
А потом всё понеслось.
Снежным комом покатилось –
В ЗАГСе встретиться пришлось…
Мать тебя благословила.
А отец зовет «сынок».
Ты прости, я полюбила.
Да и он с ней жить не мог.
Вот такая чертовщина.
Вот такая чехарда.
Ты ж военный, ты ж мужчина!
А семья – не навсегда…
 

А мы с тобой в ночи столкнулись…

 
Бывают женщины – к разлуке,
Бывают женщины – к беде.
Бывает, ей протянешь руки,
В ответ: «Не вижу, а ты где?»
 
 
А мы с тобой в ночи столкнулись,
На ощупь встретились и… взрыв!
Как будто спали и проснулись.
Любовь нечаянно открыв…
 

Зонт на двоих

 
Не полюбив, расстанемся?
Да… Вроде, без потерь!
В своём кругу останемся.
Чужие мы теперь!
 
 
Нас размело, не встретило.
Не прогремел наш взрыв!
Прошла и не заметила,
Мир новый не открыв.
 
 
А дальше всё, как водится.
А дальше просто быт.
Там будни хороводятся.
И наш вопрос закрыт…
 
 
А может, мы задержимся?
Гроза! Холодный фронт.
Дождь переждём? Продержимся?
И на двоих твой зонт?..
 

Просто иногда пиши…

 
Я ни слева, я ни справа.
Сам с собою – не в ладу.
Поле, плащ-палатка… Травы…
Я опять к тебе приду…
 
 
Я опять тебя укрою.
Я опять тебя уйму.
Залюблю и успокою.
Не отдам. Да, никому!
 
 
Говоришь: – А я не рада…
Не ломай и не греши!
Плащ-палатки мне не надо!
Просто иногда пиши…
 

Всё у нас наперекос

 
Всё у нас наперекос.
Не пойму, свела судьбина.
Я – скала, а ты – равнина.
Я – дорога, ты – откос…
 
 
Возраст хлещет по щеке,
И тоска мне вяжет руки.
Хорошо, что не в разлуке –
Я увял бы вдалеке.
 
 
А закат горит огнём,
А рассвет и птицы будят.
Люди нас ведь не осудят,
Если руки мы сожмём…
 
 
Если руки мы сожмём,
Мир наступит на планете.
И родятся наши дети
В феврале… Мы подождём.
 
 
Ты уже давно во мне,
Как улыбка и грустинка…
Как на солнце паутинка.
Как свеча сквозь мрак в окне.
 

Стрелочник, конечно, гад!

 
Так бывает, так случается –
Сказка в море снов качается…
А рвануть бы снова в лето!
В поезде. И без билета…
 
 
Ручку на себя «стоп-крана»,
И к нему – без чемодана…
Веря, прошлое – забудется.
И мечта сегодня сбудется.
 
 
Только в жизни всё, как водится –
Стрелки на путях разводятся.
Стрелочник, конечно, гад!
Он во всём был виноват!
 

Не лгите женщинам, не лгите…

 
Не лгите женщинам, не лгите.
Ложь во спасенье – боли взрыв!
Не получилось – говорите,
Своей беды от них не скрыв.
 
 
И уходите, стиснув зубы,
Боль оставляя на потом.
Прощаясь, не целуйте в губы.
Забудьте улицу и дом.
 
 
Не надо боль делить на части,
Не надо отставлять предел.
По жизни счастье и несчастье
В слова связались – «я хотел…».
 
 
Мужчинам правду говорите.
И по щеке – ладонью влёт!
Его во всём всегда вините.
Он передюжит, не умрёт.
 
 
Мы все всегда в любви на взлёте,
Но падать каждому – своё…
Вы не любили? Не поймёте –
Шаг в пропасть, оттолкнув Её…
 

Значит, точно, долечу…

 
В самолёт! И пусть, как будет!
Как пилот я налетал…
Пусть нас Бог с судьбой рассудит.
Я бояться перестал.
 
 
Перестал я ушибаться.
Перестал я ревновать.
Перестал я ошибаться
И других на помощь звать.
 
 
Успокойся. И не бойся.
Чаша выпита до дна.
Ты – есть ты. Не беспокойся.
И давно уже – одна!..
 
 
Самолёт ревёт на взлёте.
В ночь. Под звёзды… Я шепчу:
– Я тебя не предал вроде.
Значит, точно, долечу…
 

Уходит женщина…

 
Уходит женщина… Как осень.
В листву обрушив снегопад.
И ни о чем, уйдя, не просит.
Не судит: кто был виноват.
 
 
Она прощается порошей,
Морозом майским, сжав виски.
И говорит: ты был хороший,
Не от тебя я – от тоски…
 
 
Не упрекай, мы не подсудны.
Судьба – её не отменить..
Желания «с нуля» подспудны –
За всё других приговорить.
 
 
Уходит женщина… По полю,
Сквозь прошлогоднюю траву.
Сменив неволю на неволю.
Одну несчастную – на ту…
 
 
Потом мы долго остываем.
Потом другим за прошлых мстим.
Несправедливыми бываем.
А думалось, что всё простим…
 

У порога

 
– Не перечь! – Да не перечу.
– Не молчи! – Да не молчу.
Я тушу дыханьем свечи,
Я себя тобой лечу.
Я уже почти в полёте,
Просто громко не кричу.
Мы ещё родные вроде,
Я ещё почти шучу.
 
 
Чемодан ещё не сложен.
Кофе даже не допит.
Только мир мой отгорожен.
Только всё уже болит.
 
 
Только нервы на пределе.
Только ты – за горизонт.
Глупо всё на самом деле…
– Все, шагай. Бери свой зонт.
 

Разлюбить – ещё не бросить

 
Разлюбить – ещё не бросить.
С «разлюбить» ещё нам жить.
Разлюбить – чуть приморозить,
Снегом чуть припорошить.
Отойти и на опушке
На сырую сесть траву.
Холостым – рвануть из пушки,
Чтобы знала, что живу.
Поняла – земля по кругу.
За зарёй идет заря.
Что к единственному другу
Ты ушла, конечно, зря.
Что пока ещё не осень.
Просто мутные дожди.
Что пока прощенья просим,
Не сказали: «Всё, не жди…»
Что пока – не похоронка.
Что пока не улетел.
Что пока нашлась воронка
Где я спрятаться хотел.
Улыбаешься устало:
– Зря колдуешь. Жизнь идёт…
Как же это всё достало!
Извини, такси там ждёт…
 

Я ещё пока не сплю

 
Я ещё пока не сплю.
Я – нормально, я – в порядке.
Знаешь, я тебя люблю.
Беззаветно. Без оглядки.
 
 
Я живой, пока ты здесь.
Я живой, пока ты дышишь.
Справедливость в мире есть…
Всё, уснула. И не слышишь…
 

Мне казалось

 
Мне казалось, мне казалось…
В связке мы и горы тут.
Горы здесь, но оказалось
В горы порознь идут.
 
 
Мне казалось на вершине
Мы вздохнём, беда – внизу.
Мне казалось, что отныне
В рюкзаке тебя несу.
 
 
Мне казалось – не напрасно.
Мне казалось – навсегда.
Вот ледник. Да не опасно.
Просто мёрзлая вода.
 
 
Мне казалось – ты навстречу,
А тебе – что спишь, в бреду…
Мне казалось, что не встречу.
А тебе – что не дойду.
 
 
Мне казалось – гром повсюду.
Мне казалось – только ты!
Ладно, вспоминать не буду.
Свадьба. Счастье! Вот – цветы…
 

Ты не знаешь, как болеют

 
Ты не знаешь, как болеют,
Попадая в беспредел…
Ты не знаешь, как умеют
Жизнь отправить в передел.
Ты не знаешь, как прощают.
Ты не знаешь – волком выть…
Как, простив всё, обещают:
Верить, чувствовать, любить…
Я в ромашках разуверюсь.
К счастью чашки нам не бить.
Чёрной кошке я доверюсь.
Ей виднее, как нам быть.
Ты не знаешь, как болеют –
Крутит, сдавливает, в дрожь…
Как виски в момент седеют.
Ты блондинка. Не поймёшь.
 

Не оставляй себе ключи

 
Не оставляй себе ключи.
Не сувенир. Ты не вернёшься.
Протяжным эхом отзовёшься
В беззвёздной сумрачной ночи.
Не оставляй себе ключи.
 
 
Не надо прошлое беречь.
Надежда-ниточка порвалась.
Она соединить старалась,
Преградой к отступленью лечь…
Не надо прошлое беречь.
 
 
Не надо под окном стоять.
Давить на жалость – это стыдно.
Ты похудел. Отсюда видно.
Чего теперь уж горевать…
Не надо под окном стоять.
 
 
Не надо плакать мне навзрыд.
И лезть на стенку в исступленьи.
Расстались. Это ль преступленье?
А сердце… Да и пусть болит.
Не надо плакать мне навзрыд.
 

А давайте

 
А давайте улыбаться.
И цветы дарить. И быть.
А давайте оставаться
В этой жизни, что б любить.
А давайте удивляться.
И смеяться. И грустить.
А давайте ошибаться.
Чтобы было что простить…
 

От отчаянья спасаясь

 
От отчаянья спасаясь,
В стон срываясь, не скулят.
Зубы сжав, от боли маясь,
Говорят: да пусть болят.
 
 
Дрожь уняв, не захлебнувшись,
Пересиливают шок.
И не сетуют: вернувшись,
Всё иначе б сделать смог…
 
 
Жизнь диктует нам законы:
В прошлое растаял след.
Здесь война, а полигоны
И парадные прогоны –
В прошлой жизни, где нас нет…
 
 
От отчаянья спасаюсь,
Зубы, стиснув, не боюсь.
Я собрался, постараюсь.
Я же обещал – вернусь.
 

Так бывает

 
Так бывает – прорывает.
И в тебе тот снег не тает…
Ты держись там, не грусти.
Я вернусь ещё. Прости.
 
 
Так бывает – нас взрывает.
С парашютом – в бездну, в ночь…
Твой любимый улетает…
Навсегда? Зачем? Помочь?
 
 
Так бывает – отступают.
Тянут тех, кто не дошёл.
За собой мосты взрывают…
Я в разведку. Я пошёл…
 

Я в Париж с ним не хотела

 
Как смешно и как нелепо:
Мы в Париже, ресторан.
– Чёрную икру? – Нет хлеба!
И еще воды. Стакан…
Как смешно: – Венчаться будем?
– Мы? Венчаться? На хрена?
Через месяц всё забудем.
Я – гражданская жена.
Как смешно и как обидно:
– Отойду. Мне позвонить…
Сквозь ресницы явно видно –
С милой будет говорить.
У меня напряг, он скажет,
У меня опять аврал.
Текст готовил. Не промажет.
Он всегда, как мне, ей врал.
Я в Париж с ним не хотела.
Я хотела в лес к костру.
И гитару. Я бы спела.
Но другому. Не ему.
Но другой хотел вернуться
С необъявленной войны…
Не вернулся. Струны рвутся.
Всё, Париж… И всплеск струны…
 

Мы выбираем путь особый

 
Есть люди – закрывают двери,
Есть те, которые зовут…
Есть люди-прочь, они как звери,
В инопланетной черной вере –
Назло врагов к вам приведут.
 
 
И в этом соплетенье злобы,
Тепла, надежды и беды,
Мы выбираем путь особый.
Добро там самой высшей пробы.
В конце дороги дом и ты…
 

Ну, приказывай, вели!

 
Ну, приказывай, вели!
Власть твоя – до беспредела.
Ты же победить хотела.
Мы вничью же не могли!
 
 
Отступаю и сдаюсь.
И твои целую руки.
Казнь? Я казни не боюсь.
Я теперь боюсь разлуки.
 
 
И когда звонок и – сбой,
У меня рука немеет…
Как же трудно мне с тобой!
И легко. Любовь ведь греет.
 
 
Что-то мне опять не спится.
И тревожно на душе.
Эта женщина Жар-птица,
В небо рвет на вираже.
 
 
У неё глаза искрятся
И зовут меня с собой.
Мне они ночами снятся…
Засыпаю. Всё, отбой…
 

Про тёщу

 
Мать любимой – это свято
Для поэта и солдата.
Ухожу – перекрестит.
Прихожу – поймет, простит.
 
 
И нальёт, и успокоит,
Дочери разбор устроит.
Скажет: – Всё, мы разберёмся.
Мы поплачем… И напьёмся.
 
 
Скажет: «Он не виноват.
Там война, а он – солдат».
– Ты куда в платке? Ты к храму?
Ну а я – проведать маму…
 

Сквозь дымный сон

 
А сквозь дымный сон
Твои глаза.
И опять я поутру
Пью росу.
Это, видно, выпала
Полоса
Счастья, что несу тебя
На весу.
 
 
А там у опушки
В озерке лягушки,
А у меня, бедного,
Две макушки…
Где-то к нам торопится
Журавлиный клин,
Где-то в крике бьются
Строки тоски.
 
 
Ты когда проснёшься вдруг –
Не реви.
Позови меня
И потри виски.
А там у опушки
Квачут лягушки.
Сколько снов безумных
В моей подушке…
 
 
Март уже кончается,
Закрывает дверь.
Не горюй, любимая,
Впереди апрель.
Небо распогодилось,
Синью разошлось.
Думали – не встретимся.
Обошлось…
 

Вот так и пишутся стихи

Вот так и пишутся стихи –

 
 
На взлёте и на повороте.
И так прощаются грехи –
Когда волна угасла вроде.
 
 
Был дым, который унесло,
Был взгляд в осенней непогоде.
А я пишу тебе назло,
Хватая куст в водовороте.
 
 
Опять вираж на вираже,
Опять в коленях дрожь на дрожи.
Я не люблю тебя уже.
А ты смеёшься: – Не похоже…
 
 
Вот так и пишется строка,
Сквозь боль,
             сквозь снег непониманья,
Чтоб обратить твоё вниманье,
Стрелой пронзив наверняка…
 

За окном туманище…

 
За окном туманище –
Просто мрак!
Я твоё пристанище,
А не враг.
Порт, где укрываются
От беды.
Дом, где обращаются
К вам на ты.
Март ворчит и ёжится
Под вороний крик…
Я с тобой в разлуке быть
Не привык.
 

Путешествие в новый колодец

 
Вот вишу я, как червь,
             на верёвочке –
Пропасть снизу,
             на ножках кроссовочки.
Небо – в капельку,
             глина мажется…
Ты любила меня, мне кажется…
Устою, отбоюсь, отрекусь.
Скрипнет ворот –
             на землю вернусь.
Чарку выпью, крякнув, до дна.
Что колодец? Вот ты – глубина…