Из каких книг состоит творчество Дэвида Линча
Можно ли понять великого Линча благодаря книгам? Если коротко – нет. Режиссёр всегда сопротивлялся любым попыткам интерпретации своих фильмов, уверенный в том, что кино – это опыт, который каждый зритель переживает самостоятельно. И всё-таки он нередко оставлял публике «подсказки», связывающие его фильмы с мировой культурой, – аллюзии на живопись, знаменитые саундтреки, киноцитаты.
«Линчу удалось соединить три разных кинематографических традиции – сюрреализм Луиса Бунюэля, экспрессионизм Фридриха Вильгельма Мурнау, заострённую интригу и изысканную изобразительность нуара Билли Уайлдера. Но это, конечно, не копирование, а создание собственного сплава из криминальной интриги, „овнешнения“ чувств и причудливого сна», – рассказывает Всеволод Коршунов, киновед, автор книги «Призвание – режиссёр» и ведущий подкаста «Крупным планом» на Кинопоиске.
Во всём этом многообразии литература как будто теряется. Да и есть ли она в экцентричных линчевских фильмах? Скорее – да. Во всяком случае, мы попытались найти некоторые аллюзии.

Книги, которые Линч точно читал
О литературных предпочтениях Линча мало что известно. В Сети можно найти списки книг, которые, возможно, любил режиссёр, среди них – «Преступление и наказание» Фёдора Достоевского и «Превращение» Франца Кафки. О них поговорим чуть позже.
Есть произведения, которые Линч не мог не читать. Хотя бы для того, чтобы подготовиться к съёмкам. Так, сюжет второй полнометражной картины мастера «Человек-слон» основан на одноимённой биографической книге британского хирурга Фредерика Тривза, рассказавшего миру о своём пациенте. Но, как это нередко бывало с режиссёром, для начала книга ему не понадобилась. Хватило одной детали, чтобы ухватить идею будущей картины:
«„Стюарт, знаешь какие-нибудь фильмы, которые я бы мог снять?“ – спросил я. Он ответил: „Дэвид, я знаю четыре таких фильма <...>“. Я отправился в „Нибблерс“ и, как только Стюарт сел за столик, сказал: „Ну давай, Стюарт, говори“. Он ответил: „Первый называется ‘Человек-слон’“, – и словно водородная бомба взорвалась в моём мозгу. Я сказал: „Вот оно“. Это было словно что-то знакомое, нечто из далёкого прошлого. Вне сомнения, это был тот самый фильм, и я даже не спросил, какие были остальные три, да и знать я этого не хотел», – из книги «Комната снов. Автобиография Дэвида Линча».
На момент описанного разговора сценарий «Человека-слона» был уже готов, но в нём, по словам Линча, «не был отражён кризис», и режиссёру пришлось переписывать текст заново. Картина принесла мастеру восемь номинаций на «Оскар», премии «Сезар» и «BAFTA в номинации «Лучший фильм» и... приглашение на режиссёрское кресло в проекте «Дюна».
Эту ленту называют худшей в карьере Линча: огромный бюджет, низкие сборы и, по словам Дэвида Фостера Уоллеса, «большой, претенциозный, невнятнятный провал». Почему так получилось? Уоллес считал, что для успешного воплощения замысла «Дюны» требовалась «комбинация техника и администратора», а Линч, подкованный технически, хорошим администратором не был.
У продюсера фильма Раффаэллы Де Лаурентис другое мнение: «Самой большой нашей ошибкой было то, что мы старались придерживаться оригинала». С этой точкой зрения был согласен и певец Стинг, сыгравший в «Дюне» Фейда-Раута Харконнена. Получается, несмотря на различия литературного произведения и линчевской киноадаптации, режиссёр, похоже, слишком серьёзно отнёсся к шедевру Фрэнка Герберта и перестарался, сделав фильм скучным и затянутым. Картину пытались спасти монтажом, но ничего не получилось. После «Дюны» Линч уже не брался за такие масштабные проекты, впрочем, как и за экранизации в классическом понимании этого слова.
Следующей адаптацией книги в фильмографии великого режиссёра стала мелодрама «Дикие сердцем» по одноимённому роману Барри Гиффорда, где Линч использовал лишь некоторые сюжетные твисты и куски из разных романов серии. При этом в получившейся картине много аллюзий на «Волшебника страны Оз» Баума – вспомнить эту книгу перед просмотром будет нелишним.
Что почитать, чтобы лучше понять творчество Линча:
«Собор Парижской Богоматери» Гюго – роман, идейно близкий к биографии «Человек-слон».
«Дюна» Герберта – культовая космоопера, прославившая своего создателя и едва не погубившая карьеру Линча.
«Дикие сердцем» Гиффорда – первый роман саги о Сейлоре и Луле в стиле нуар.
«Волшебник страны Оз» Баума – детская книга, сильно повлиявшая на Линча.
Мир снов и галлюцинаций
«Линч напомнил каждому, что мы восемь часов в день смотрим авангардное кино – наши сны. Потом просыпаемся и забываем о них. Линч обладал способностью их не забывать. И сейчас, говоря образно, он не умер, а проснулся. Его трудно назвать „сюрреалистом“ или „авангардистом“. Он сделал то, что почти невозможно, – придумал жанр своего имени. „Как у Линча“ – вот почему он так важен», – рассказывает писатель, драматург и сценарист Валерий Печейкин.
Собственный почерк и фирменный стиль режиссёр нашёл уже в первой полнометражной картине – сюрреалистичном фильме ужасов «Голова-ластик», который сам Линч считал своей наиболее духовной работой:
«Он появился благодаря неясным чувствам внутри меня, я сам их не понимал. Тогда я взял Библию и стал читать, и я читал, читал, читал. Потом я дошёл до одного предложения и сказал: „Вот оно“. А вот что это было за предложение, сказать не смогу», – из книги «Комната снов. Автобиография Дэвида Линча».
«Голова-ластик» – это история вымышленного персонажа Генри Спенсера, ведущего однообразное существование в замкнутом пространстве мрачного промышленного города. Неожиданно его жизнь меняется: герой узнаёт, что стал отцом инфернального ребёнка, и медленно начинает сходить с ума.
Знакомые Линча и исследователи его фильмов считают, что в сюжете есть отсылки к биографии режиссёра, который во время съёмок тоже стал отцом. Но и кафкианские мотивы здесь видны невооружённым глазом. Они проявятся и в будущих работах Линча. Например, в знаменитом сериале «Твин Пикс» и его полнометражном приквеле.
«Неслучайно в третьем сезоне „Твин Пикса“ портрет Кафки висит в кабинете заместителя директора Гордона Коула, которого сыграл сам Линч. Заметьте, Кафка тоже породил собственный жанр – кафкианство. Можно связывать творчество Линча или Кафки с буддизмом, с коанами. Но оба эти автора слишком индивидуальны, чтобы раствориться в пустоте небытия», – уверен Валерий Печейкин.
Если углубиться в разбор сезонов «Твин Пикса» и полнометражного фильма ужасов «Твин Пикс: Сквозь огонь», то можно разглядеть не только кафкианские мотивы. Так, тема двойничества, сопряжённая с влиянием некой потусторонней силы (Боб, вселяющийся в тела других людей) ещё в XIX веке была разработана Достоевским, а к мотиву трансцендентного ужаса обращались многие авторы, самый известный из которых – Говард Лавкрафт.
Тема двойничества очень сильна и в нуаровом хорроре «Шоссе в никуда» о семейной паре, чей брак зашёл в тупик, и в психологическом триллере «Малхолланд Драйв» о голливудских актрисах, и в последнем фильме режиссёра – драме «Внутренняя империя». Его премьера, кстати, прошла на Венецианском кинофестивале 2006-го и была приурочена к вручению Линчу премии за вклад в киноискусство. Картина в целом была неплохо принята критиками, но собрала немногим больше затраченного на неё бюджета. Линч понимал, что его снова недооценили.
«Картина не взлетела. Трёхчасовой фильм, который бы кто-то понял? Дохлый номер. Большинству людей непонятно и скучно. Кажется, от него ожидали большего, как и от „Твин Пикс: Сквозь Огонь“. Но тем не менее я люблю „Внутреннюю империю“ и мне очень нравилось над ней работать. Недавно я пересмотрел её после очень долгого перерыва и принялся копать её. Картина получилась достаточно глубокой, она ведёт в различные места и обладает текстурами, которые очень хорошо работают вместе. Но тем не менее фильм показался мне коротким», – из книги «Комната снов. Автобиография Дэвида Линча».
Что почитать, чтобы лучше понять творчество Линча:
«Замок» и «Превращение» Кафки – истории, наиболее близкие по атмосфере многим фильмам Линча.
«Преступление и наказание» и «Братья Карамазовы» Достоевского – романы, в которых силён мотив двойничества.
«Зов Ктулху» Лавкрафта – рассказы «гениального безумца» (это определение Линчу бы тоже подошло), где древние мифы стали воплощением необъяснимого ужаса.
«Убийство у Тилз-Понд. Реальная история, легшая в основу “Твин Пикс”» Гивенса и Бушмана – тру-крайм о реальной девушке, судьба которой похожа на жизнь Лоры Палмер.
Психоанализ
«Язык не поворачивается навесить на Линча какой-то ярлык. В нём сочетается несочетаемое. Он и сюрреалист, и романтик, он фантаст и он же внимательный прагматик. В нём сошлись бульварная дерзость и метафизическое спокойствие. Как всё это назвать? С чем сравнить? Нет, пожалуй, нет. Линч – это Линч. Он – начало и конец своей собственной философии и жанра», – считает киновед и критик Ксения Щетинина.
Однако фильмы Линча всё время пытаются объяснить через призму различных концепций. Так, в нуарной драме «Синий бархат» критики видят фрейдистскую символику. И сцену изнасилования Дороти Валленс, например, приписывают «эдипову комплексу». Эта картина стала вершиной творчества режиссёра. Изначально принятая прохладно, со временем она превратилась в культовую. А сюжет, как всегда, пришёл к автору «из воздуха» или, как в этом случае, из снов.
«Важный отрывок сценария к „Синему бархату“ мне приснился, но я помнил этот сон лишь некоторое время после пробуждения. Я от него проснулся. Я записал два образа из сна: полицейская рация и пистолет. Этого было достаточно. Я всегда говорил, что не придаю такого значения ночным снам, для меня гораздо важнее те, что я вижу днём. Я люблю логику сновидений. Случиться может всё что угодно, и всё что угодно будет иметь смысл», – из книги «Комната снов. Автобиография Дэвида Линча».
Едва ли «Синий бархат» можно свести только к фрейдистской интерпретации. Многое фильм взял от традиции нуарной литературы и кино, многое – от символизма. Ещё сложнее «упаковать» в одну концепцию «Шоссе в никуда», о котором мы уже упоминали. Словенский культуролог Славой Жижек также рассматривал картину через призму фрейдизма и, конечно, не безосновательно. Но Линч точно не стал бы снимать фильм, если бы тот допускал простую и понятную интерпретацию. Даже в самой светлой и внешне лёгкой картине мастера «Простая история» (название будто само намекает) можно увидеть множество подтекстов:
«Всё относительно. «Простая история» – мирный фильм, но в нём есть и жестокость. Когда газонокосилка Элвина едва не теряет управление, это представляет большую угрозу для Элвина. Но эта жестокость уравновешена – в фильме должно быть равновесие. <...> «Я всегда говорил, что „Простая история“ была для меня самым экспериментальным фильмом, она разительно отличается от всего, что я делал раньше. Однако на самом деле всё, что ни возьми, – эксперимент. Ты собираешь части, которые считаешь правильными, но не узнаешь, так ли это на самом деле, пока не начнёшь собирать из них картинку», – из книги «Комната снов. Автобиография Дэвида Линча».
Что почитать, чтобы лучше понять творчество Линча:
«Введение в психоанализ» Фрейда – одна из наиболее известных книг о практике классического психоанализа.
«Искусство смешного возвышенного. О фильме Дэвида Линча „Шоссе в никуда“» Жижека – знаменитое эссе, в котором автор даёт свою интерпретацию линчевского фильма.
«Избранные эссе» Уоллеса – сборник автора-постмодерниста, в котором он рассказывает о многих культурных явлениях, в том числе о фильмах Дэвида Линча.«Лучшие истории о невероятных преступлениях» – сборник нуарных детективов, которые отчасти помогут погрузиться в атмосферу линчевских картин.
Книги Дэвида Линча
Режиссёру всё-таки удалось отучить нас от навязчивого вопроса «что хотел сказать автор?». Каждый раз он снимал всё более запутанные фильмы, которые тем не менее остаются на слуху не только у критиков, но и у широкой публики. А смерть мастера многие фанаты восприняли как личную потерю.
«Что ж, Линч – гений, и, как любой гений, он необратимо меняет искусство, а соответственно и жизни тех, кто к этому искусству прикасается. Но что хочется особенно отметить – как незаметно и как ловко Дэвид Линч пристрастил массового зрителя к сложному артхаусному кино. Такой многослойный, такой непонятный, такой противоречивый – он встроился в культурный код нескольких поколений. Кому из его коллег удавался такой трюк – сделать артхаус популярным? Сам он говорил, что считает близкими себе Бергмана, Феллини, Хичкока. Но в каком-то смысле ему удалось их обойти. Много ли вы знаете людей, которые с лёгкостью процитируют того же Хичкока? То-то и оно! А агента Купера цитируют то тут, то там», – делится критик, киновед и редактор издательства «Бомбора» Ксения Щетинина.
С уходом режиссёра умерла надежда и на то, что он когда-нибудь всё-таки сподобится объяснить свои фильмы. А может, он уже это сделал? Ведь сразу в двух книгах он впустил своих зрителей на съёмочную площадку. В автобиографии «Комната снов», написанной совместно с журналисткой Кристиной Маккеной, режиссёр рассказал о технической стороне процесса: поиске продюсеров и спонсоров, истории съёмок и даже рождении идей, а в медитативной книге «Поймать большую рыбу» приоткрыл для читателей дверцу в свой внутренний мир, позволив посмотреть на многие вещи его глазами.
Что почитать:
«Комната снов. Автобиография Дэвида Линча» – истории о жизни и творчестве знаменитого режиссёра.
«Поймать большую рыбу. Медитация, осознанность, творчество» – бестселлер великого мастера, в котором он рассказал, откуда черпал идеи и как ему удавалось не обращать внимания на жёсткую критику.
«Дэвид Линч. Человек не отсюда» Лима – ещё одна биография талантливого режиссёра, в которой он раскрывается не только как автор фильмов, но и как художник, предприниматель, фотограф и человек, практикующий и проповедующий трансцендентальную медитацию.