3 książki za 35 oszczędź od 50%

Теперь ему ничего не нужно

Tekst
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Теперь ему ничего не нужно
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

© Ю. М. Медведько, перевод, 2020

© А. С. Полошак, перевод, 2020

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2020

Издательство АЗБУКА®

Часть первая
Начало

Глава первая

Холл «Принcесс-отеля» был переполнен. Люди слонялись туда-сюда, убивая время перед ужином. В дальнем конце зала, у открытых дверей ресторана, собрались официанты, терпеливо ожидающие клиентов. Часы показывали начало восьмого, и в холле царило оживление: люди пробирались к столикам, чтобы поприветствовать знакомых, или перекрикивались друг с другом – кому как нравилось.

Уильям Даффи сидел в углу, потягивая крусту с «Бакарди». На столике перед ним выстроилась батарея бутылок. Бармен – по дружбе – позволял ему смешивать коктейли самостоятельно. Даффи сидел, не снимая шляпы, – пил, курил, хмурился и мрачно посматривал по сторонам. Внезапно он заметил Сэма Макгвайра. Тот пробирался между столиками, то и дело бормоча извинения. Даффи протянул руку и дотронулся до манжеты Макгвайра. Сэм тут же остановился.

– Боже мой! – произнес он. – Похоже, я начинаю слепнуть.

– Ну, пока что все не так уж плохо, – заметил Даффи, разглядывая собеседника. – Ты, конечно, ослепнешь, но еще нескоро.

Носком туфли Макгвайр подцепил стул, придвинул к себе и с ухмылкой плюхнулся за столик.

– Планируешь уйти в запой? – поинтересовался он, глядя на коллекцию бутылок.

Даффи подал бармену знак. Тот принес еще один стакан и окинул сидящую перед ним парочку внимательным взглядом. Глаз у него был наметан.

– Только не перестарайтесь, ладно? – попросил он.

– За нас не беспокойся, – ответил Даффи, наливая ром в шейкер.

– Надеюсь, беспокоиться не придется, босс. – Бармен еще раз пристально посмотрел на них и вернулся за стойку.

– Бедный старина Джордж, – вздохнул Сэм. – Совсем забыл о нас с тех пор, как выбился в люди. Слушай, Билл, сооруди мне покрепче, а то я, похоже, совсем выдохся. Не ровен час, помру прямо здесь. Так что, если от меня начнет попахивать, сразу же вставай и уходи.

Даффи аккуратно выжал лайм, добавил абсента и ложку-другую сахара; погоняв лед щипцами, ухватил нужный кусок, закрыл шейкер и приступил к делу.

Макгвайр закурил сигарету и сдвинул шляпу к переносице, внимательно наблюдая, как Даффи управляется с шейкером. Даффи встретился с ним взглядом и ухмыльнулся:

– Я знаю, что ты хочешь сказать. Давай, не тяни.

– Неужели это правда?

Даффи кивнул и разлил содержимое шейкера по стаканам. Макгвайр взял свой, поднес к лицу и принюхался, коснувшись ободка носом.

– Святые угодники! – произнес он. – Значит, старый зануда действительно тебя выгнал.

– Ага. Взял и вышвырнул.

– Что за чертовщина! – простонал Сэм, откинувшись на спинку стула.

– Послушай, – сказал Даффи. – Я у Аркрайта давно в печенках сижу. Да и он у меня тоже. Я никогда не давал ему шанса нанести удар. А сегодня подставился. Он ждал такого случая и вцепился в него обеими руками, как подыхающий с голоду хватается за долларовый ланч. Черт возьми! Вот он порадовался! Все произошло так стремительно, что до сих пор голова кружится.

– Бога ради, почему?

– Я был молод и невинен. Сам знаешь, как оно бывает с молодыми и невинными. «Я думала, он хороший, матушка» – и посмотри, что из этого вышло.

– Кончай ломать комедию. – Сэм выпрямился, на его широком лице появилось свирепое выражение. – Где ты прокололся?

– Ты меня знаешь. У меня не бывает проколов. А если и бывают, я подчищаю за собой. Меня подставили. Этот подонок Аркрайт несколько недель пытался взять интервью у Бернштейна и наконец добился своего. Сам знаешь, Бернштейн – непростой клиент. Он все говорил о фотографиях. Помнишь, как его снял Ид? Ну и рожа вышла! Неудивительно, что он разволновался. В общем, Аркрайт все давил и давил на Бернштейна, пока тот не уступил. Меня послали сделать фото. Я думал, что получилось неплохо, но потом окунул пленку в ванну, и тут с сынишкой миссис Даффи приключился шок. Чертовы фотографии оказались засвечены, все до единой. Знаешь, как такое называется? Саботаж. Какой-то умник подменил мои материалы. Я проверил остальные пленки. Все оказались никчемным барахлом.

Даффи замолчал и приложился к стакану. Сэм ничего не сказал. Его лицо горело, туфля постукивала по ножке стола. Даффи видел, что им постепенно овладевает гнев.

– Ну, я рассказал все зануде. Как думаешь, он мне поверил? Ничего подобного! Мы обменялись парой слов, и я, похоже, чуток перегнул палку. Сперва он затащил меня к себе в кабинет, а потом выпроводил с работы.

Сэм налил себе еще коктейля.

– Да, положение у тебя неважное, – задумчиво произнес он. – К мнению этой сволочи прислушивается чуть ли не каждый редактор в городе.

– Да знаю я. Не оправдал доверия, угробил сенсацию!

Даффи допил свой коктейль и снова взялся за «Бакарди».

– Какая, к чертям, разница? – продолжал он. – Все уже так плохо, что хуже не станет. Давай отведай моей стряпни. Преломи со мною хлеб.

Сэм с озабоченным видом поднялся на ноги.

– Отказать, боец, – сказал он. – Мне пора. Нужно еще немного потрудиться. Заходи утром, хорошо? Думаю, Элис очень расстроится, когда обо всем узнает.

Даффи кивнул:

– Зайду. Скажи Элис, пусть не переживает. Я как-нибудь выкручусь.

– Само собой. – Сэм хлопнул Даффи по спине, да так сильно, что шейкер чуть не вылетел у того из рук. – Тряси, братишка, тряси.

Когда он ушел, Даффи прикончил остатки «Бакарди». Чувствуя приятное опьянение, он уселся поудобнее. Будущее казалось не таким уж мрачным. Он посмотрел в другой конец зала – туда, где сидел толстяк, весь вечер не сводивший с него глаз. Когда по твоему лицу два часа кряду шарит чей-то взгляд, трудно этого не заметить. Даффи понял, что за ним пристально наблюдают, едва толстяк вошел в холл отеля.

«Интересно, кто он такой? – равнодушно подумал Даффи. – В прошлом, наверное, был красавчиком хоть куда, но перестал следить за собой и разжирел». У толстяка были широкие бугристые плечи; обладатель таких мускулов способен сбить с ног одним ударом. Но пузо великовато – а это все, что нужно о нем знать. Физиономия крупная, заплывшая жиром. Уголки рта опущены, отчего лицо кажется угрюмым и презрительным. Маленькие глазки беспокойно бегают туда-сюда, словно черные бусины.

Даффи решил, что ему чуть больше сорока пяти. Очевидно, не бедствует. Костюм из хорошей ткани и – что еще важнее – правильно скроен и отлично сидит. У толстяка был уверенный вид, какой бывает только у людей при деньгах. Так выглядит человек с жирным банковским счетом.

Поднявшись на ноги, Даффи нетвердой походкой отправился в путешествие по холлу, намеренно построив маршрут так, чтобы пройти мимо толстяка. Когда он подошел к его столику, толстяк встал и застыл в ожидании. Даффи остановился и окинул его взглядом. Вблизи толстяк нравился ему еще меньше.

– Я Дэниел Морган, – сказал толстяк таким тоном, словно произносил фамилию Рокфеллер. – Мистер Даффи?

Даффи бросил на него удивленный взгляд и подтвердил:

– Он самый.

– Мистер Даффи, я хочу с вами побеседовать. Отобедаете со мной?

Даффи приподнял бровь. Почему бы и нет, раз угощают, подумал он.

Морган вошел в ресторан. По тому, как официанты увивались вокруг толстяка, Даффи понял: его бумажник толщиной не уступает хозяину. Морган уселся за уединенный столик в углу. Даффи сел напротив. К ним с поклонами подскочили сразу трое официантов, в отдалении топтался сомелье. Явился метрдотель, двигаясь плавно, будто на колесиках, а за ним, выстроившись в ряд, встали остальные итальяшки. Королевский прием, но Морган оставался недоволен. Он желал видеть шеф-повара. Разумеется, он его увидел.

В такой ситуации чувствуешь себя либо прислугой, либо большим начальником. Даффи чувствовал себя прислугой.

Морган взял меню и начал совещаться с шефом. К радости Даффи, они не спрашивали его мнения. Голос у Моргана был глубокий и хриплый, и он все говорил и говорил, а шеф подвякивал на ломаном английском. Наконец они определились с выбором, толстяк остался доволен, прислуга удалилась. Тут Морган вспомнил про сидящего напротив Даффи:

– Простите, что я не спросил, чего вы желаете. В подобных случаях выбор достойных блюд лучше доверить не клиенту, а шефу. Стоит лишь обратиться к нему – и отличный ужин обеспечен. Полагаю, вы останетесь довольны.

Даффи пожал плечами. Ему снова захотелось выпить.

– Хочу уточнить кое-какие подробности, – продолжал Морган. – Простите меня за любопытство, но эти вопросы в итоге обернутся вам во благо, так что прошу отнестись к ним с терпением.

От витиеватых речей Даффи почувствовал себя неуютно. С другой стороны, он не ел устриц уже пару лет, так что пускай говорит.

Не дожидаясь ответа, Морган взял быка за рога.

– Слышал, сегодня вы уволились из «Трибьюн»? – небрежно бросил он.

– Вы правы, но лишь отчасти, – усмехнулся Даффи. – Я не уволился, меня выперли.

– У Аркрайта тяжелый характер.

Похоже, этот парень знает все на свете. Даффи положил вилку для устриц на тарелку и с сожалением взглянул на блестящие раковины.

– И что с того? – осведомился он.

– Допускаю, что вам будет непросто найти новую работу.

Принесли суп и херес. Даффи посмотрел на херес, перевел взгляд на Моргана. Морган все понял.

– Вероятно, вы предпочли бы скотч? – спросил он.

– От девчачьего пойла у меня несварение, – извиняющимся тоном сказал Даффи.

Морган подозвал сомелье, и на столе материализовалась бутылка скотча. Теперь Даффи мог справиться с чем угодно. Махнув щедрую стопку, он снова нырнул в суп.

– Я уже говорил… – начал Морган.

Даффи поднял голову и жестко посмотрел на собеседника.

– Вы чертовски хорошо осведомлены, – резко сказал он. – Откуда вам все это известно?

 

Морган взмахнул рукой.

– Прошу, не перебивайте, – сказал он. – Я говорил, что вам будет непросто найти работу.

Даффи бросил ложку на стол.

– Знаете, дружище, – произнес он, – парней с моим опытом редко встретишь в очереди за бесплатной кормежкой. Железо у меня отменное, дело свое я знаю. Если уж совсем прижмет, открою фотосалон. Ваше сочувствие чрезвычайно мне приятно, но я не переживаю. И очень огорчусь, если вы возьметесь переживать за меня.

– Я совершенно уверен, – торопливо сказал Морган, – что вы прекрасно справитесь со своими затруднениями. Но у меня есть к вам предложение, и оно может оказаться чрезвычайно интересным, если вы решитесь открыть фотостудию.

– Что за предложение?

– Прежде чем мы приступим к разговору, не могли бы вы просветить меня относительно технических тонкостей вашего ремесла?

– Не вопрос. – Даффи начинал уставать от разговора. – Что вы хотите знать?

– Возможно ли получить снимки человека без его ведома? При обычном освещении, в обычной комнате. Скорее всего, человек не будет сидеть на месте. Мне нужно не абы что, а качественные фотографии.

– Многое зависит от помещения, – произнес Даффи и плеснул себе виски, забыв разбавить его водой. – Прежде чем что-то сказать, я должен увидеть комнату. Очень важны стены, как они отражают свет. Если вам не нужны художественные снимки, то обычные я обеспечу. Простые, без выкрутасов.

– Сумеете их сделать?

– Ага. Это не так уж сложно.

Казалось, Морган остался доволен ответом. Он снова пустился в многоречивые рассуждения. Обед шел своим чередом, ничего не происходило, и Даффи догадался: сначала Морган доест, а уже потом продолжит деловой разговор. Он оказался прав: когда принесли кофе, Морган предложил ему сигару, закурил сам и вернулся к делу.

– Ситуация деликатная, – сказал он, скривив губы; густой сигарный дым почти полностью скрыл его лицо. – Мне не хотелось бы посвящать вас в детали. Чем меньше вы знаете, тем лучше для нас обоих. Мою супругу шантажируют, и я хочу ее выручить.

Даффи хмыкнул. Жизнь полна сюрпризов, подумал он.

– К сожалению, мы с женой ладим хуже, чем хотелось бы. – Морган покрутил в пальцах рюмку с ликером. – Мы живем раздельно. Впрочем, вас это не касается. Итак, ее шантажируют, и я хочу положить этому конец. Она не стала обращаться ко мне за помощью, но ситуации это не меняет. Я хочу поймать преступника с поличным. И здесь начинается ваша работа. Мне нужны фото, на которых жена передает деньги этому мошеннику; тогда я смогу сдать его властям. Ждать помощи от миссис Морган не приходится; это бессмысленно, ведь она отвергнет мою поддержку. Я помогу вам проникнуть в ее апартаменты, а остальное – ваша забота. И я хорошо вам заплачу.

Даффи все это не нравилось. Затея была с душком. Он поерзал в кресле.

– На такое дело лучше нанять частного сыщика, – без воодушевления произнес он.

Похоже, Морган был готов к возражениям.

– Мне нужны фотографии, – подчеркнул он. – Чтобы получить их, необходимо нанять специалиста. Вы – тот самый специалист, и совсем скоро вам понадобятся деньги. Думаю, все сходится, не так ли?

«Если возьмусь за эту работенку, неплохо заработаю», – сказал себе Даффи.

– Теперь что касается условий. – Морган положил свои ручищи на скатерть и уперся в них взглядом. – Я плачу пятьсот долларов вперед и тысячу долларов за каждую удачную фотографию.

Даффи как следует приложился к стакану, чтобы успокоить нервы. Он уже достаточно набрался, но все еще осторожничал.

– Вижу, вам очень нужны эти картинки, – сказал он, думая о том, что пятнадцать сотен придутся ему как нельзя кстати.

– Да, очень, – ответил Морган. – И поскорее. Возьметесь?

Даффи махнул рукой.

– Расслабьтесь, – произнес он. – Не подгоняйте. Давайте проговорим еще раз. Вы хотите, чтобы я отправился на квартиру к вашей жене, сфотографировал ее в компании с неким человеком и принес фотографии вам. Верно?

Даффи видел, что Морган начинает терять терпение, но толстяк умел держать себя в руках.

– Да, верно, – подтвердил он.

– А если она заметит меня и примется звать на помощь?

– Не заметит, – отрезал Морган. – Позвольте пояснить. Она без ума от музыки и достаточно богата, чтобы позволить себе такое увлечение. В ее гостиной есть небольшая ниша для органа, что-то вроде балкона. Она находится футах в десяти от пола и выходит в комнату. Попасть туда можно лишь по специальной лестнице, а к ней есть отдельный вход.

Даффи потянулся за скотчем. Морган положил руку на бутылку.

– Вам не кажется… – начал он, но Даффи убрал руку толстяка – просто снял с бутылки и с недовольным видом отбросил в сторону.

– Послушайте, – резко сказал он, – если вам кажется, что я хвачу лишнего, не переживайте. Когда мне хочется выпить, я себе не отказываю. Понятно?

Морган пожал плечами. Его лицо побледнело, он осторожно массировал запястье.

– Ну и хватка у вас, – заметил он.

– А то, – осклабился Даффи. Он плеснул себе скотча, одним махом заглотил содержимое стакана и добавил: – Продолжайте.

Толстые пальцы Моргана забарабанили по столу.

– Видите ли, моей супруге не хотелось, чтобы по комнате разгуливали музыканты. Поэтому она устроила черный ход, чтобы на балкон можно было попасть без лишней суеты. Вам всего лишь нужно подняться по лестнице, улечься на пол и сфотографировать происходящее в комнате. Наверху темно, вас не обнаружат.

«В таком случае работенка действительно непыльная», – подумал Даффи. В то же время он чувствовал: толстяк чего-то недоговаривает. С одной стороны, Морган не внушал ему доверия. С другой – он предлагал неплохие деньги, и как раз вовремя. Даффи снова попытался внести ясность.

– Давайте-ка изобразим все в мрачном свете, – сказал он. – Допустим, ей взбредет в голову поиграть на органе. Она заберется на балкон и обнаружит меня. Что тогда?

Толстяк Морган снова пожал плечами:

– Другого пути наверх не существует. Просто закроете дверь на щеколду. Оказавшись там, вы будете в безопасности. – Он достал бумажник и выложил на стол пять стодолларовых банкнот. – Кроме того, – добавил он, маслено улыбаясь, – вы же понимаете, что я плачу вам не просто так. Деньги принято зарабатывать.

Даффи схватил купюры и сунул их во внутренний карман пиджака.

– Хорошо, – сказал он. – Когда начинаем?

Морган достал золотые часы и взглянул на циферблат. Даффи заметил, что рука у толстяка едва заметно дрожит.

– Сейчас начало одиннадцатого, – произнес Морган. – Подготовьте оборудование и можете отправляться на место. Думаю, начнем прямо сейчас.

Даффи встал и отпихнул кресло ногой. Морган посмотрел на него и тихо сказал:

– Хочу еще раз подчеркнуть, что важно…

Даффи поднял руку.

– Бросьте, – произнес он. – Нет нужды повторять все заново. Тысяча баксов за картинку, вот что для меня важно.

– Вы без труда найдете применение таким деньгам, – заметил Морган, выбираясь из кресла.

– Да что вы говорите? – отозвался Даффи.

Глава вторая

Морган был совершенно прав. Устроиться оказалось очень просто. Даффи сидел на корточках в органной нише; забавно, но он чувствовал себя как дома. На шее у него висел фотоаппарат, а свет в комнате был вполне приличным. «Вот и подзаработаю», – говорил он себе. Балкон полностью соответствовал описанию Моргана, с него просматривалась вся комната. Тяжелые пурпурные шторы частично закрывали нишу. Отправляясь на дело, Даффи прихватил с собой пинту скотча – чтобы успокаивать нервы и относиться к работе с профессиональным интересом.

Он настроил фотоаппарат, выставив широкую диафрагму и довольно короткую выдержку, после чего устроился поудобнее и принялся ждать. Морган свозил его домой за оборудованием, а потом они подъехали к черному ходу, ведущему в лофт. Казалось, Морган все тщательно спланировал; дело шло как по маслу. Он сказал, что ночью будет дожидаться Даффи в баре «Принсесс-отеля».

Даффи взглянул вниз, оценивая комнату. Улетное местечко. Интерьер выдержан в кремовых и пурпурных тонах. На полу – ворсистый светлый ковер, а на ковре – огромные кожаные кресла, кремовые и пурпурные. Отличный выбор, выглядит весьма современно. «Вот бы мне такую квартирку», – подумал Даффи.

Он посмотрел на часы. Дело шло к полуночи. Хотелось курить, но Даффи решил не рисковать. Он задумался, сколько еще придется ждать. В этот момент дверь отворилась, в комнату стремительно вошла женщина и тут же исчезла в двери напротив. Она двигалась так быстро, что Даффи не сумел ее разглядеть. Он осторожно распростерся на полу, вытянувшись во весь рост. Опираясь на локти, он приготовил фотоаппарат к работе. Оказалось, можно навести камеру сквозь узкие промежутки между балясинами балкона, оставаясь совершенно невидимым для находящихся в комнате. Фотограф устроился поудобнее, вынув из кармана пинту скотча (та впивалась ему в бок), и застыл в ожидании.

Казалось, стрелка часов еле-еле движется; минут через пятнадцать Даффи начал волноваться. Внезапно раздался едва слышный стрекот электрического звонка. Даффи напрягся, не отводя взгляда от двери. Женщина снова прошла через комнату и скрылась в прихожей. Теперь он сумел рассмотреть ее и подумал: «Матерь Божья!» Светло-зеленая шаль из плотного шелка облегала ее высокую стройную фигуру, и Даффи по достоинству оценил преимущества этого закрытого показа. Он с восхищением рассматривал ее красивую бледную кожу, а глаза… Дама с такими огромными глазами – гроза слабых мужчин, а в ее присутствии Даффи почувствовал себя слабым мужчиной. Алые губы говорили о страстности натуры, и рыжевато-золотые волосы прекрасно дополняли роскошный образ. Похоже, у толстяка отличный вкус на женщин. И в то же время интересно, как такая красавица могла на него запасть. Совсем неудивительно, что она бросила Моргана.

Даффи видел, как она направилась к двери, а затем вернулась в комнату. Следом за ней вошел мужчина. Даффи с интересом посмотрел на него. Посетитель был невысокий, худощавый, с темными волнистыми волосами. Казалось, он нервничал; лицо его было необычайно бледным. Женщина присела на ручку кресла, рядом с торшером. Теперь свет падал прямо на нее. Даффи настроил резкость и плавно нажал на кнопку. Затвор еле слышно щелкнул, и Даффи дернул рычажок перемотки, чтобы сменить кадр.

– Деньги у вас? – тихо спросил мужчина.

Женщина еле слышно заговорила. Ее негромкий музыкальный голос едва доносился до балкона. В нем была та небольшая хрипотца, которая вызывает интерес у большинства мужчин. Даффи был более чем заинтригован.

– У меня, – произнесла она презрительным тоном. Казалось, мужчина скорчился под ее пристальным взглядом. – А вы принесли то, что нужно?

– Сначала бабки, – сказал он. – И пошустрее, дамочка. Здешний воздух не очень-то полезен для моего здоровья.

Женщина снова посмотрела на него, повернулась к столу и выдвинула один из ящиков. Даффи увидел, как она вынимает оттуда толстую пачку банкнот, и снова нажал на кнопку. Легкий щелчок затвора отозвался ревом у него в ушах, но внизу ничего не заметили. Даффи видел, как женщина передает деньги, после чего мужчина отдал ей небольшой сверток. Даффи сделал еще один снимок и торопливо переменил кадр, пристально следя за происходящим внизу. Наконец он остался доволен результатом, и опустил фотоаппарат. Ему удалось сделать около двадцати фотографий, и почти все выйдут неплохо. Он подсчитал, что к утру станет богаче как минимум на пять тысяч баксов, и пошарил по полу в поисках бутылки скотча, не сводя глаз с пары в комнате. Ничего особенного не происходило, и Даффи решил, что глоток виски поможет ему скоротать время. Глубоко в мозгу вертелась мысль: «Где-то я его видел». Но где же он мог встретить этого коротышку? Вспомнить не удавалось.

Мужчина направился к двери. Он плавно пятился, будто краб, не сводя пристального взгляда с рыжеволосой женщины. Та пошла следом, скрывшись из поля зрения Даффи, и вскоре вернулась в комнату. Фотограф внимательно следил за ней. Женщина рухнула в кресло. Зеленая шаль распахнулась, открыв длинные белые ноги. Даффи медленно привстал, чтобы рассмотреть женщину получше. Да, она настоящая красотка. Интересно, есть ли на ней что-нибудь, кроме шали? Эта мысль взволновала Даффи, и он чуть не растянул мышцы шеи, пытаясь увидеть побольше. Необходимость бросать женщину в одиночестве удручала его, но Морган ждал в баре, готовый расстаться с деньгами. В любом случае, чтобы крутить с такой любовь, нужны наличные; а чтобы раздобыть их, придется уйти. Даффи тихонько поднялся на ноги и сделал шаг назад. Что-то твердое уперлось ему в спину.

– Подними руки, козел, – сказали ему в ухо.

В обычных обстоятельствах Даффи не жаловался на нервы, но сейчас его сердце чуть не разорвалось. Он почувствовал слабость в коленях и вскинул руки вверх.

 

– Расслабься, – продолжил голос. – И без фокусов.

Медленно повернув голову, Даффи бросил взгляд через плечо. Позади него стоял широкоплечий мужчина в черной фетровой шляпе, надвинутой на глаза. Даффи непросто было напугать, но тут волосы на затылке встали у него дыбом. Что-то в жестком бледном лице за спиной вызвало у него сильнейшее отвращение – словно он перевернул бревно, некоторое время пролежавшее на земле, и увидел всю ту мерзость, что развелась под ним: суетливых насекомых, бурую пожухлую траву, белую плесень и, что особенно отвратительно, длинного бесцветного слизня, который, извиваясь, пытается спрятаться от дневного света. Даффи услышал, как внизу хлопнула дверь. Наверное, женщина вышла из комнаты.

– Господи боже мой, откуда тебя выкопали? – спросил он, не опуская рук.

Глаза мужчины были почти полностью закрыты шляпой, но света в помещении хватало, и Даффи увидел взгляд незнакомца, злобный и жесткий. Мужчина ткнул в Даффи пистолетом.

– Стой спокойно, – повторил он. Голос был хриплым, как у завзятого курильщика. Он протянул руку и схватил фотоаппарат, висящий на шее у Даффи. Ремешок лопнул, голова фотографа дернулась вперед.

– Эй! – встревоженно сказал Даффи. – Не трогай камеру!

– Заткнись! – прорычал мужчина.

Даффи не на шутку разгневался.

– Подстава, да? – хмыкнул он. – Мистер Сукин-Сын-Морган хочет получить фотографии бесплатно?

– Если не перестанешь тявкать, всажу пулю тебе в кишки, – проскрежетал бледный. – Какого дьявола ты здесь забыл?

Даффи начал было опускать руки, но ствол пистолета снова уперся ему в спину.

– Послушай, – сказал он. – Я всего лишь делаю свою работу. И если уж на то пошло, ты-то кто такой? – Произнося эти слова, Даффи думал, не пристрелят ли его прямо здесь. Похоже, влип он по-крупному.

– Думаю, мы с тобой немного прогуляемся, – решил бледный. Голос его звучал угрожающе, но он шагнул назад и убрал пистолет от спины фотографа. Недолго думая, Даффи набрал в грудь побольше воздуха и лягнул противника каблуком, надеясь попасть в ногу: вдруг удастся расколоть кость. Однако удар пришелся в пустоту. Даффи потерял равновесие, перевалился через невысокие перила и рухнул в комнату.

Он приземлился на руки и скользнул по ворсу ковра, смягчив падение. Пару секунд он приходил в себя, а потом медленно уселся на пол.

Дверь открылась. Даффи осторожно поднял взгляд, задаваясь вопросом, не свернул ли он себе шею. В дверном проеме стояла рыжеволосая женщина. Она прижала руки к груди и едва слышно вскрикнула. Услышав этот беспомощный возглас, фотографу захотелось обнять и утешить ее; не совсем так, как мать утешает расстроенного ребенка, но вроде того. Увидев в ее руке пистолет 25-го калибра, Даффи передумал.

Вооруженные дамы действовали ему на нервы. Даффи всегда считал, что женщине нельзя доверять пистолет. Ему уже доводилось бывать на мушке у девушки. Фотограф вспомнил одну особенно разъяренную блондинку; она так рассердилась на него, что нажала на спусковой крючок, что было лишним. От этого воспоминания Даффи слегка вспотел; он совершенно неподвижно сидел на полу, не желая давать женщине ни малейшего повода для тревоги.

В ее огромных глазах читался испуг. Алый рот был приоткрыт, и Даффи видел белую полоску ровных зубов. Что сказать, хороша красотка!

– Кто… кто вы? – запнувшись, спросила женщина. Она никак не могла отдышаться.

– Мадам, – начал Даффи, держась за голову, – я задаю себе такой же вопрос.

– Что вы здесь делаете?

Даффи взглянул на нее, не отводя руки от лица.

– Могу ли я попросить вас убрать пушку? Я ведь только что упал с балкона. Это слишком для моей нервной системы.

– Так я могу узнать, что вы здесь делаете? – Похоже, женщина взяла себя в руки. Голос ее звучал ровно.

– Бога ради, не стройте из себя бандитку, – взмолился Даффи. – Или хотя бы для начала взгляните на того громилу, что остался на балконе.

На лице женщины снова появился испуг:

– Там есть кто-то еще?

Даффи издал короткий смешок.

– Похоже, что так, – сказал он, осторожно потирая затылок. – Он только что швырнул меня сюда, так что могу ответить на ваш вопрос утвердительно.

Женщина торопливо шагнула назад, посмотрела в сторону балкона и покачала головой:

– Там никого нет.

Даффи застонал.

– Этот сукин сын стащил мою камеру, – устало произнес он. – Вы не против, если я встану? Здесь сквозняк, мне это вредно.

– Думаю, вам лучше оставаться на месте, – твердо сказала женщина. Держа фотографа на мушке, она потянулась к телефону.

– Не делайте этого, – встревоженно попросил Даффи. – Вы же не собираетесь вызвать копов?

– Разве мне следует поступить иначе? – спросила женщина. Ее рука застыла на телефонной трубке.

– Послушайте, миссис Морган. Я могу все объяснить. Все это – одна большая ошибка, – сказал Даффи, а потом подумал и продолжил: – О господи! По-моему, я повторяюсь. И похоже, теряю хватку.

Женщина в изумлении опустила пистолет.

– Как вы меня назвали? – быстро спросила она.

Даффи слегка напрягся:

– Разве вы не миссис Морган?

– Нет. Конечно же нет.

Даффи с трудом поднялся на ноги. Женщина резко подняла пистолет, но фотограф лишь махнул рукой.

– Ладно вам, перестаньте, – нетерпеливо произнес он. – Кто вы? Это важно.

– Да что тут вообще творится? – Женщина топнула ногой.

– Я скажу вам, что творится, – порывисто произнес Даффи. – Меня одурачили. Давайте все проясним, дорогуша. Меня зовут Даффи, я из газеты «Трибьюн». Некто, назвавшийся Морганом, наплел мне, что вы его жена и вас шантажируют. Он хотел, чтобы я сделал фото мошенника, который вас прижал. Я купился на его болтовню, взобрался на тот насест и сфотографировал, как вы передаете деньги вашему гостю. И только я протягиваю руку за шляпой и поздравляю себя с успешно проделанной работой, как появляется некий громила, отбирает мой фотоаппарат и швыряет меня вниз – да так, что я чуть не ломаю себе шею. И теперь вы говорите, что вы не миссис Морган. В ваших интересах сообщить мне, кто вы такая.

Женщина внимательно посмотрела на него.

– Похоже, вы спятили, – наконец произнесла она.

– Ну задумайтесь же, – терпение Даффи подходило к концу, – разве непонятно, что вы попали в нехорошую историю? Моргану были нужны ваши фотографии в компании того парня. Спросите себя – зачем? Кстати, теперь он их получил.

Женщина не сводила с него глаз.

– Не понимаю… Не могу поверить… – Она потрясла головой.

Даффи одним рывком подскочил к ней и оттолкнул руку с пистолетом в сторону.

– Черт возьми, – грубо сказал он, – вы будете меня слушать? Кто тот человек, которому вы передали деньги?

Не выдержав такого напора, женщина быстро произнесла:

– Не знаю. По-моему, его зовут Кэттли…

Даффи отступил.

– Кэттли… да, конечно. Проклятье! Я определенно теряю хватку. Кэттли… Какого дьявола вы связались с этой крысой? – набросился он на женщину.

Та нахмурилась.

– Вы не могли бы умерить пыл? Ваши вопросы… – начала она.

– Послушайте, детка. – Даффи подошел к ней вплотную. В его голосе появились резкие нотки. – Имя Кэттли смердит на весь город. Его знают все. Кэттли-сутенер, Кэттли-наркоделец, Кэттли-работорговец. Говорю вам: для таких, как вы, этот парень – чистая отрава. Вас… вас сфотографировали в его обществе… и теперь эти фото попали в чьи-то руки. Неужели вам все равно?

– Но… – Женщина замолчала. Даффи заметил, что ее лицо побледнело.

– Ага! Вот вы и задумались. Садитесь и рассказывайте. Да поживее – у меня полно дел.

Женщина повернулась к нему. В ее глазах горела ярость.

– Это все из-за вас, – накинулась она на Даффи. – Если бы не вы…

– Бросьте! – отрезал он. – Я верну фотографии, не волнуйтесь. Но сначала, черт побери, вы должны меня просветить. Выкладывайте все, что знаете.

Гнев в глазах женщины погас, не успев разгореться. Уронив пистолет на стол, она безвольно опустилась на канапе. Даффи едва заметно вздрогнул. Женщины чертовски неосторожны с оружием. Он бросил быстрый взгляд на пистолет и увидел, что флажок предохранителя все еще опущен.

– Ну будет, будет. Давайте перейдем к делу, – сказал он, присев на край стола. – Как вас зовут?

– Аннабель Инглиш, – ответила женщина, сложив руки на коленях.

– Чем занимаетесь? Богатая дамочка в поисках развлечений?

Аннабель кивнула. Даффи закурил сигарету.

– Ну конечно! Уверен, вы прекрасно проводите время. Что связывает вас с этим Кэттли?