Czytaj książkę: «Даблджек»

Глава 1. Внутри

Даблджек! Даблджек! Даблджек!

Даблджек – это заболевание,

Даблджек – тот, кто странствует по мирам,

Даблджек – он и она,

Даблджек даст тебе под зад и вывернет наизнанку.

Ах, если бы вы знали, какую волшебную страну я втайне посещаю, на каких монстрах скачу верхом, в каких бываю заповедных уголках! Но это загадка для меня самого.

Какой-то французский педик-философ

14 сентября 2018

ДаблДжек

Ледяной холод обжигает кожу, пронизывает мышцы и крепко хватает за кости, но тут же отступает и сменяется приятной прохладой. Тело инстинктивно сопротивляется и задерживает дыхание, но коварная жидкость терпеливо ждет и врывается в легкие.

Джек

1.

Карминно-красная луна кидалась лить

В пещеру светом, тающим в окне,

Светом, тающим в окне, светом в пустом трактире

И тлеющий, по сути, на теле леса вдруг прорвался белый шрам.

Карминово-красная луна глядела в мутные окна старого придорожного трактира, обливая жутковатым светом все, до чего могла дотянуться. Неестественное светило, огромное и злое, отлично дополняло мрачный пейзаж – черную пропасть гигантских узловатых деревьев, пострадавших от губительного лесного пожара. Чуть дальше виднелись силуэты древних развалин. В древности здесь был город, от которого остался лишь остов, настолько старый, что даже не гнил, а только рассыпался от порывов ветра, вместе с сухими останками жителей старого мира. Они погибли сотни лет назад от неизвестной напасти и лежали ныне среди груд мусора и каменной крошки.

Ветвистые башни и дырявые стены, облепленные полуразложившимися готическими узорами, нависали мертвыми громадами. Никто уже не помнит, почему пала великая цивилизация, создавшая все это и что стало с ее наследием. Кто-то рассказывает о каре богов, а кто-то о великой битве, в которой эти самые боги и погибли.

Вязкий и влажный ветер приносил гнилостный запах топей, которые плотно окружали останки людного некогда поселения, в надежде захватить их и сделать частью себя. Болотная гниль порождала еще более ублюдочную вонь, смешиваясь с запахами несвежего пива, тушеной капусты и дерьма. Их источал трактир, кривой домишко в два этажа, неумело собранный из сворованных из развалин камней и трухлявых досок. Кому вообще пришла идея строить трактир в такой дыре, вдали от популярных путей.

Само заведение, хоть и построенное не так давно, выглядело также упадочно, как и развалины вокруг. Сквозь облупившуюся краску на стенах, сырых и тошнотворно теплых, проглядывала вездесущая плесень, прекрасно дополняющая этот по-своему уютный декаданс. Тем не менее, за стенами кипела жизнь: сквозь грязные стекла оконных рам робко пробивался теплый свет, не решающийся идти в страшную темноту, а густой дым из трубы на крыше кричал на всю округу о полном котелке тушеной капусты, привлекая внимание не только голодных путешественников, но и ночных бестий, чудовищных порождений мрака.

В самом темном углу слабо освещенного зала сидел путник. Он завернулся в темный плащ и, казалось, спал, накрыв голову старой широкополой шляпой такого же грязно-бурого цвета. Никто не видел, как он вошел и давно ли сидит здесь. Периодически он протягивал руку к кружке дешевого местного пойла и, отхлебнув, не двигался еще какое-то время.

В пустом трактире скучным… Светом, тающим в окне, тающим во сне…

Он был вооружен – на столе лежала отстегнутая перевязь с двумя тяжелыми пистолетами, а в ножнах у пояса под правой рукой висел простой палаш с корзинчатой гардой, какой обычно используют имперские кавалерийские офицеры.

Помимо скучного странника в трактире хватало народу. Многие из них представляли собой отъявленных авантюристов, собравшихся здесь в поисках очередной авантюры, что сулила богатства и славу.

Простые путники – одинаковые в своей серости и невзрачности нищие с виду работяги, сидели в основном молча и старались не привлекать внимания. Путешественники устало похлебывали кислое пиво и без энтузиазма ковыряли столовыми приборами местные скудные харчи. Впрочем, находились и те, кто жевал за обе щеки.

Среди всей этой прозрачной толпы выделялась только пестрая компания странно одетых людей у барной стойки. Шестеро рубак,увешанных всевозможным оружием с ног до головы, в том числе и новомодным огнестрелом. Если бы не все это вооружение, то шестерка сошла бы за циркачей. Цветастые плащи, причудливые татуировки по всему телу и окрашенные во все цвета радуги волосы резко диссонировали с мрачной атмосферой трактира. Руководил ими сухопарый старик с роскошной серебряной гривой волос на голове и в по-щегольски блестящем красном сюртуке, который обтягивал еще крепкий торс.

Однако Седой был почти незаметен в сравнении с жуткими близнецами в шелковых, переливающихся зеленым набедренных повязках на голое тело, испещренное такими же зелеными татуировками с гипнотическим рисунком. Одинаковые беспечно сидели на столе и синхронно болтали ногами. За ними стояла девушка восточного вида в нежно-розовом пончо и косматый гигант, не выпускавший из рук здоровенный, под стать владельцу, мушкет, походивший больше на пушку, которую шутки ради сняли с лафета.

Больше всего шумел бледный, почти белый, голый по пояс красавчик с длинными, иссиня чёрными волосами, стоял опершись на странного вида посох и громко говорил о своих планах, ничуть не смущаясь окружающих. Он был неестественно худ и высок.

– Атмосферка что надо. Уют и все такое… Мне тут нравится, парни. Еще б трахнуть какую-нибудь девку с сочными сиськами! – вопил он и обратился к высокой девушке в нежно-розовом пончо, – без обид, Сакура, окей?

Обиды… Тлеющей, по сути…

– Мамашу свою трахни.– Миниатюрная девушка со злым лисьим лицом равнодушно махнула рукой и продолжила изучать белоснежную катану с розовой, в такт пончо, рукояткой. Вторая такая же торчала у нее из-за роскошного шелкового пояса, придерживающего пончо. Она явно пыталась быть выше благодаря шестидюймовым каблукам-шпилькам и высокой прическе со спицами.

– Слушай… – вздохнул старик, неумело скрывая раздражение. – Ты здесь впервые, но орать совсем необязательно. Как минимум, это небезопасно. Кто знает, сколько еще здесь… Таких как мы?

Старик аккуратно кивнул в сторону странника в углу.

– Это неважно. – для хрупкой девушки Сакура обладала слишком низким голосом. – Скоро начнется Охота. Нам уже ничто не сможет помешать.

– И все равно…

Молчаливый незнакомец продолжал сидеть не шевелясь, равнодушно положив руки перед собой на стол.

– Этот хер что-то замышляет. – казалось, черноволосый всерьёз обеспокоился и покрепче сжал древко своего посоха, похожего на гигантский перочинный нож. – Надо его выкинуть отсюда, а то будет мешать веселью.

Остальные закивали.

– Заткнулись быстро! – старик не кричал, сказал почти обычным, но твердым голосом, но на крикуна это подействовало. Он нервно отвернулся и шумно отпил пива из тяжелой кружки. Посетители таверны испуганно переглянулись и вернулись к своим делам.

Седой, чувствуя на себе ответственность за свою банду и за миссию, миролюбиво подошел к столу, за которым по-прежнему недвижимо сидел странник.