Cytaty z książki «Доктор Гарин»
P. P. S. Позвольте также присовокупить к письму несколько глав моего нового весёлого, человечного (и уже многострадального!?!) романа. Буду чрезвычайно рад отзыву, даже самому беспощадному.
Барнаул Что может быть радостней и прекрасней барнаульского бульвара Восставших Палачей в тёплый и солнечный воскресный день в середине мая? Нет, не было и, похоже, не будет улицы красивей в этом городе! Широкий, тонущий в свежей зелени недавно распустившихся лип, тянущийся одной стороной вдоль могучей и плавной Оби, другою – мимо ресторанов, кафе, арт-салонов, борделей и модных магазинов, бульвар гостеприимно распахнут для пешеходов, экипажей и машин, раскрыт на любимой, залитой майским
Когда он закончил, все некоторое время сидели неподвижно. Затем Гарин зааплодировал. Его поддержали, но не все. Некоторые продолжали сидеть, словно в оцепенении. – Грустная песня, Владимир, – вздохнул Сильвио, пихнул исполнителя в бок и зааплодировал. – Это не я, – пробормотал тот. – Русские песни всегда доводят меня до слёз… – всхлипнула Ангела и громко высморкалась в салфетку. – Потому что у них трудная жизнь, – объяснил Дональд. – Но там было много классных парней! – А какие женщины! – присвистнул Сильвио, закатывая глаза. Сидзо вдруг высоко и красиво запел по-японски. Грустная японская песня снова погрузила всех в оцепенение. Раздались редкие аплодисменты.
– Да. Взрослость, честно говоря, заебала. – Маша взяла рюмку с водкой.
Большинство артистов барнаульского цирка в этот вечер выступали голыми, представление вёл роскошный чернокожий гигант с огромным стоящим членом, которым он периодически бил в медный гонг, возвещая тем самым начало очередного номера
Владимир Георгиевич Сорокин Доктор Гарин Голос Зрения . Его губы принимают вкрадчивое выражение. Голос Слуха . Он снова спрашивает: “Как ваше здоровье?” Велимир Хлебников. Госпожа Ленúн – Я люблю вас, доктор, – прошептала она. Антон Чехов. Цветы запоздалые © Владимир Сорокин, 2021
Как старый моллуск, я благодарю свою толстую раковину. Она позволяет мне быть спокойным и не кривлять тело в вынужденных прогибах. А также вовремя уползать окорочь в мой любимый приграничный Сокольнический лес, который, слава Богу, ещё не весь изрублен на гробы.
Карлики тем временем настигли голого гиганта, поставили на арене в унизительную позу и принялись затейливо насиловать. Под куполом зазвучала частушка: В Гуанчжоу схвачен Вут, Его пятеро ебут! Трое – в жопу, двое – в нос, Довели его до слёз! Публика радостно завопила, люди повскакали с мест, аплодируя. Не занятые в изнасиловании карлики держали гиганта за руки и за ноги, двое собирали в чаши его обильные слёзы, а один плясал на его широкой спине, потрясая оранжевым пылающим членом.
– Какое счастье, что я встретил сегодня русских! Это неизменно радость для меня. Русская речь! После трёх войн нас разбросало по миру и уже не собрать. Только родная речь и собирает. Фатум, фатум…
– Бутылок в номере не найдено, – ответил один из них. Гарин удовлетворённо кивнул, продолжая закусывать. – Друзья, у меня есть тост! – раздалось за другим столом. Сильвио поднял бокал: – Если кто из вас не заметил, я напомню – сегодня ровно месяц, как мы здесь, в “Алтайских кедрах”. – Я заметила! – улыбнулась ярко накрашенная Ангела. – И я! – покачался на ягодицах Синдзо. – Прекрасно! – продолжил Сильвио. – Этот месяц для меня пролетел, словно чайка над морем в солнечный день. Я лишний раз порадовался нашей коллективной мудрости, нашему выбору. У нас было столько возможностей! Европа кишит санаториями, грязелечебницами, горячими источниками. Но мы выбрали именно санаторий в Алтайской Республике. И не ошиблись, друзья, ведь правда? Все, кроме Бориса и Дональда, одобрительно покачались на ягодицах. – А кто подсказал нам это место? Мой друг Владимир! – Это не я, – пробормотал тот.
