Czytaj książkę: «Япония глазами японца. Все о культуре Страны восходящего солнца»

Сэйго Мацуока

Czcionka:

Seigou Matsuoka

Nihonbunka no Kakushin ‘Japan Style’ wo Yomitoku

Перевод К. Скопиной под редакцией Т. Наумовой

В оформлении обложки использована иллюстрация: LanaDzi / Shutterstock / FOTODOM

Используется по лицензии от Shutterstock / FOTODOM

Во внутреннем оформлении использована иллюстрация: paseven / Shutterstock / FOTODOM

Используется по лицензии от Shutterstock / FOTODOM

Введение
«Японские фильтры» – ключ к пониманию культуры Японии

Кажется, это случилось в конце 1970 года: я впервые попробовал блюдо под названием «Тарако-спагетти» в небольшом ресторанчике «Кабэ-но ана» в Сибуя¹. Оно произвело на меня неизгладимое впечатление.

Паста была пропитана соусом из сливочного масла и тресковой икры тарако, а поверх неё, словно живые существа, «плясали» тончайшие полоски водорослей нори. Я ел её палочками, а не вилкой. Помню, что самым вкусным были как раз эти измельчённые водоросли.

Я пребывал в отличном настроении и был убеждён, что будущее Японии в полном порядке. Спустя некоторое время ресторанчики рамена по всей стране, вслед за «Кабэ-но ана», стали один за другим придумывать свои оригинальные рецепты блюд.

Вскоре после этого Comme des Garçons, Миякэ Иссэй и Ямамото Ёдзи выпустили поразившие мир впечатляющие модные коллекции, а Иноуэ Ёсуи, Имавано Киёсиро и Кувата Кэйсукэ исполнили ряд сенсационно успешных хитов, смело экспериментируя с языком и музыкальными стилями. Большой фурор произвёл также выход сериала на основе полнометражного аниме «Акира» Отомо Кацухиро.

«Прекрасно! Япония на подъёме», – казалось мне тогда. Недавно, закончив работу над третьим номером журнала об искусстве «Ю» в издательстве «Косакуся», я занимался выпуском восемнадцатитомной энциклопедии «Арт Джапанеск» для издательства «Коданся». По моей просьбе Ёкосука Нориаки и Дзюмондзи Бисин совершенно по-новому отсняли шедевры из списка национальных сокровищ Японии, и мы планировали сделать их полную фотоколлекцию.

Десять лет спустя я внезапно осознал, что Япония погружается в кризис. У всех на устах была приватизация и глобальные корпорации, менеджеры устремились получать MBA², популярные артисты-комики, покорив телевидение, принялись баллотироваться на государственные должности, и всё вокруг вдруг стало слишком каваи³ на вид и на ощупь. Мой друг, писатель Сиба Рётаро, выпускавший в то время исторический альманах «Коно куни-но катати» («Облик нашей страны») в издательстве «Бунгэй сюндзю», печально вздыхал, приговаривая, что Японии пришёл конец.

Прошло ещё десять лет. Рухнула Берлинская стена, и разразилась война в Персидском заливе, которая породила новые проблемы. Тем временем Япония, переживая последствия краха экономики «мыльного пузыря», продолжала пребывать во власти эстетики «каваи».

Затем появился интернет, и я начал надеяться, что мы, наконец, снова сможем задействовать силу своей уникальной «техники редактирования»⁴. Однако Япония электронной эпохи слишком охотно бросилась в объятия американских технологий, что вдобавок привело к повсеместному засилью поверхностного псевдо-японского стиля.

Это, впрочем, не означало, что спагетти с икрой тарако и оригинальные рецепты рамена куда-то исчезли. Напротив, японская кухня стала ещё более изобретательной, аниме продолжало исправно изображать на экране печали и радости подрастающего поколения, в Японии появился свой рэп, а Ивица Осим⁵ призвал национальную сборную по футболу привнести в игру больше «японского духа». Но о чём бы ни свидетельствовали эти явления, неолиберальный «политический театр» Коидзуми-Такэнака⁶ и бум монетаризма, охвативший мировую экономику, с лёгкостью положили им конец.

Самобытная японская философия продолжала оставаться в тени. Серьёзных попыток объяснить, что стоит за такими явлениями, как Джей-поп (J-pop), аниме или современное японское искусство с точки зрения основ культуры, практически не предпринималось. Тогда я подумал, что стоит вновь перечитать «Записки дурака», «Книгу пяти колец», «Книгу чая», «Перед рассветом» и подобную им классику, и в результате сам начал писать и говорить о разных вещах. Эта книга, призванная помочь устранить мои собственные сожаления и угрызения совести от отсутствия таких объяснений, представляет собой попытку прояснить истинную сущность японской культуры, пролить свет на её подлинную природу и фундаментальные ценности.

«Культ риса», «культура столпов», «боги-гости», роль каны, секреты синто-буддийского синкретизма, тактовый размер мабёси и японские музыкальные инструменты, значение понятий сусаби и ики, связь между ритуалом о-хараи и платежом сихараи, обучение в духе манэби и японское образование, особенности взаимоотношений между аристократическими и военными родами, а также дуалистическое мышление, практика двойных стандартов и многое другое – в этой книге я кратко рассматриваю внушительный ряд тем, предлагая свой взгляд на отношения между ними. Получился в своём роде уникальный путеводитель по японской культуре, вобравший в себя множество различных аспектов.

Японскую культуру многие считают сложной, при этом сводя все попытки разобраться к рассуждениям о ваби-саби. Меня часто просят рассказать о ней простыми словами, но я не хотел бы этого делать. По моему глубокому убеждёнию, ценность японской культуры состоит в том, что она высококонтекстна. Её подлинная сущность кроется в неочевидных и не столь простых для восприятия при первом знакомстве элементах и способах коммуникации, которые отнюдь не всегда стоит делать максимально доступными.

Если у вас вызывает отклик каллиграфия Кукай, поэзия Тэйка, дзен-буддизм Догэн, театр Но Дзэами, чайные чаши Тёдзиро, хайку Басё, кукольный театре Бунраку Тикамацу, живопись Окё, исследования Норинага, романы Огай или женские портреты Рюсэй, то не надо стремиться их упрощать. Попытайтесь понять всё это через такие концепции их создателей как канка-кэкко⁷, усин⁸, тинтё-мимоэ⁹, дзибун-но хана¹⁰, омокагэ¹¹, саби¹², модоки¹³, инисиэ-гокоро¹⁴, кандзё¹⁵, битай¹⁶ и подобные им комплексные суждения.

И если при этом вы скажете, что всё это слишком сложно, то позвольте спросить: можете ли вы утверждать, что понимаете идеи Платона, живопись Рафаэля, этику Спинозы, «Критику чистого разума» Канта, «Великого инквизитора» Достоевского, «В поисках утраченного времени» Пруста, «коэффициент искусства» Дюшана, экзистенциализм Сартра, джаз Колтрейна и поп-арт Уорхола? Думаю, коль скоро вы смогли уяснить всё это, то вполне сможете понять также японскую философию и эстетику.

Поскольку такой подход требует определённых усилий, я хочу предложить в помощь некоторые полезные инструменты. Назовём их «японские фильтры».

Среди них фильтр «приходящих богов», «рисовой культуры», синто-буддийского синкретизма, азбуки кана, семейного дома иэ, театра Кабуки, утончённого индивидуального вкуса суки, образов прошлого омокагэ, принципов обучения манэби, фильтр «управления государством и заботы о народе» кэйсэй-саймин и другие. Прочитав эту книгу, вы поймёте, что они означают.

Истинная природа японской культуры состоит в непрерывной изменчивости. Её выражают не боги ками или будды, не поэзия вака или национальная философия кокугаку. Она раскрывается в том, что всё это, так же как музыка баллад токивадзу и искусство театра Кабуки, живопись нихонга и эстрадные песни эпохи Сёва, костюмы с матроской и аниме, постоянно меняется. Эти изменения обычно происходят посредством образов прошлого омокагэ и благодаря обострённому восприятию непостоянства мира уцурои. Они и составляют суть «японского стиля».

Чтобы по-настоящему проникнуться этой мыслью, необходимо сначала поближе познакомиться с японской мифологией, эстрадой эпохи Сёва, комиксами 60-х годов и многими другими явлениями, чтобы, в достаточной мере погрузившись в них, почувствовать подлинные границы «переломных моментов» японской истории и культуры.

Такие события, как битва на реке Пэккан, смута годов Дзёкю и Китайско-японская война, в числе многих прочих, красноречиво указывают на эти «линии переломов». Стоит уделить им должное внимание.

Не сделать этого – всё равно что пытаться понять пуританство, не зная историю войны королевы Анны, или изучать барокко, упуская из виду войну за испанское наследство.

Между тем, прежде чем мы успели опомниться, японскую культуру стали сводить к разговорам о ваби-саби, Фудзияме, манге «Звезда Кёдзин»¹⁷ и игре «Супер-Марио».

Не имею ничего против, но чтобы не ограничиваться только этим, настоятельно советую прочитать «Письмо сердца» Мурата Дзюко, «Комплекс понятия ики» Куки Сюдзо, «Теорию ремёсел» Янаги Мунэёси и «Десять историй весенних ночей» Ока Киёси. Или хотя бы «Спросите Рикю» Ямамото Кэнъити, «Теорию гейш» Ивасита Наофуми и «Философию ракуго» Накамура Нобору.

Япония создала цельную, но многообразную культуру, и нам следует хорошенько разобраться, что представляет собой это многообразие.

Многие японцы ошибочно думают, что знают свою культуру, не стремясь к пониманию её глубинных основ, но без такого стремления, это невозможно. Упрощённые теории о Японии приводят ко множеству заблуждений. Надеюсь, эта книга поможет положить им конец.

1.Сибуя – один из центральных районов Токио.

2.MBA (англ. Magister of Business Administration) – магистр (или мастер) делового администрирования, квалификационная степень в менеджменте.

3.Каваи – букв. милый, симпатичный. С начала 1980-х годов понятие каваи превратилось в эстетическую концепцию, подчёркивающую аспект влияния миловидной привлекательности в сфере поп-культуры и повседневной жизни.

4.«Техника редактирования» (яп. 編集文化, хэнсю бунка) – оригинальная концепция, описывающая процессы формирования японской культуры, автором которой является автор книги Мацуока Сэйго.

5.Ивица Осим (1941–2022) – югославский футболист и футбольный тренер, с 2006 по 2007 год возглавлявший сборную Японии по футболу.

6.Коидзуми Дзюнъитиро (род. 1946) – японский государственный и политический деятель. Лидер Либерально-демократической партии Японии и премьер-министр Японии с 2001 по 2006 год.
^Т акэнака Хэйдзо (род. 1951) – японский экономист и политик, занимавший пост министра внутренних дел и связи с постом министра приватизации почтовых служб в кабинете премьер-министра Коидзуми.

7.Канка-кэкко (яп.間架結構) – принцип каллиграфии, суть которого заключается в балансе интервалов между линиями и точками, разработанный основателем буддийской школы Сингон, знаменитым каллиграфом Кукай (774–835).

8.Усин (яп.有心) – букв. «поэзия, доходящая до сердца». Термин, описывающий поэзию вака, который ввёл в обиход придворный поэт Фудзивара-но Тэйка (1162–1241).

9.Тинтё-мимоэ (яп.朕兆未萌) – букв. «проявление изначального «я», существовавшего до рождения». Принцип учения японского мыслителя, основателя дзен-буддийской школы Сото Эйхэй Догэн (1200–1253).

10.Дзибун-но хана (яп.時分の花) – букв. «цветок мгновения». В теории искусства театра Но драматурга Дзэами Мотокиё (1363–1443) означает преходящее очарование и блеск юности.

11.Омокагэ (яп.面影) – букв. «смутный образ памяти, воспоминание, видение». Ощущение, характерное для керамики стиля раку, основателем которого являлся мастер-керамист Танака Тёдзиро (1516–1589).

12.Саби (яп.さび) – состояние сосредоточенной отрёшнности и его атмосфера, присущее поэзии Басё Мацуо (1644–1694).

13.Модоки (яп.もどき) – исполнительский приём в некоторых видах японского традиционного театра, при котором роль главного героя оттеняет актёр комического амплуа. Использовался драматургом Тикамацу Мондзаэмон (1653–1724) в пьесах для кукольного театра бунраку.

14.Инисиэ-гокоро (яп.古意) – букв. «дух древности». Концепция, которая подчёркивает важность изучения образцов прошлого в литературе и искусстве, на которую опирался в своих исследованиях Норинага Мотоори.

15.Кандзё (яп.簡浄) – букв. «простой и чистый». Стиль прозы, к которому стремился Мори Огай в своих произведениях на этапе переосмысления своего творчества.

16.Битай (яп.美体 или 美の本体) – букв. «тело» красоты» или «сущность красоты». Художественная теория японского художника Кисида Рюсэй, посвящённая методам изображения красоты в искусстве.

17.«Звезда Кёдзин» (яп. 巨人の星, кёдзин-но хоси) – популярная японская манга о спорте, автором которой является Икки Кадзивара, а иллюстратором – Нобору Кавасаки. Аниме-сериал на её основе входил в список 100 топ-аниме в 2000, 2005 и 2006 годах.

Darmowy fragment się skończył.