Экспресс Токио-Монтана

Иногда я не особо думаю и хватаю первую попавшуюся на полке книгу (зачем-то ведь я её купил). Порой натыкаюсь на что-то очень необычное и странное. Потом копаюсь в интернете, узнаю про автора и... прочитываю книгу (или ставлю её назад до лучших времён). Так случилось с Ричардом Бротиганом, ярким представителем младшего поколения битников, поэтом, автором 11 романов (даже одного музыкального альбома), которого вспоминают обычно рядом с фамилиями Кена Кизи и Хантера Томпсона... Я взялся за этот сборник, одну из последних книг в его библиографии, и не успокоился, пока не дочитал.

«Но я не могу изменить мир. Его изменили до того, как я в нем появился»

Перед нами очень личные и одновременно сюрреалистичные заметки, зачастую в одну-две страницы или даже в два предложения. 131 микрорассказ — 131 остановка на пути собственного экспресса Бротигана, который курсирует между его домом в штате Монтана и японским Токио. Автор был женат на японке, правда прожили они вместе недолго, с 1977 по 1979 гг. А в 1980-ом вышел этот сборник. Как раз в год моего рождения. (Надо бы задаться целью и прочитать произведения, вышедшие в этом году, «Имя розы» Эко я уже читал).

Вообще в этом сборнике много не только Монтаны и Токио, но и Сан-Франциско, Калифорнии, путешествий и наблюдений за людьми. Один рассказ меня тронул. Там автор описывает, как стоит в длинной пробке из автомобилей, медленно продвигающихся по мосту Золотые Ворота, в то время как юноша аккуратно сложил свои вещи и перелезает через парапет моста, чтобы, видимо, совершить самоубийство. Но все сидят в машинах, заняты своими делами и спешат, пробка же...

«Мы — это длинный ряд машин, беспричинно остановившихся у зеленого сигнала светофора. Наверное, они тоже не знали, что делать дальше»

Стиль микрорассказа позволяет Бротигану ухватить суть вещей, даже ничего толком не рассказывая и не описывая. Это какая-то особая манера не увлекать сюжетом, а завладеть самой сценой, атмосферой, деталью. И тут не нужны краски, это такой чёрно-белый фильм, где мелькают кадры с разными персонажами, но главный — сам автор.

«Иногда жизнь становится чередой блошиных раздражений и пупырышных разочарований»

Бротиган везде описывает свои ощущения, при этом может рассуждать о чём угодно: о маленьком кладбище домашних животных возле военной базы (как раз в период Вьетнамской войны), о тех нескольких остановках, которые проехал в японской электричке с девушкой в простом платье (и запомнил её на всю жизнь), приводить воспоминания из 60-х и 70-х годов, спорить с курами, которых развёл в доме в Монтане, гулять по Токио и читать биографию любимого американского актёра-комика ... Для писателя нет несущественных мгновений, он всё замечает и из всего лепит, рисует, ваяет микрорассказ, порой нелепую, незатейливую, парадоксальную историю-высказывание, некое своё послание миру (которому по сути плевать, что ты хочешь сказать).

«Очень обидно, ведь мы не стали хорошими друзьями по единственной идиотской причине — мы никогда не встречались раньше»

Возможно, не надо было брать в руки эту книгу, а знакомиться с Бротиганом через его романы. Кто теперь что скажет, если я уже прочитал и даже почувствовал веяние японской поэзии в этих зачастую пропитанных одиночеством текстах. И эти слова уже во мне как-то отозвались... 131 остановка по пути из ниоткуда в никуда...

У всех нас своя роль в истории. Моя — облака.

Пятничными вечерами в Сибуе закрываются бары и народ, смеясь и лопоча по-японски, выдавливается на улицы, словно пьяная и счастливая зубная паста.

А я, как пьяная и счастливая зубная паста, пятничным вечером в Минске выдавливаю из себя этот отзыв, могу даже полопотать по-японски.

За что я люблю Бротигана – это детское любопытство, внимание к деталям и наивность. Мне хотелось бы быть такой же, возможно, у меня получается даже чуть лучше, чем у большинства окружающих. За что я люблю Бротигана – каждая книга не похожа на все остальные, но все равно это он. За что я люблю Бротигана – странные фразы невпопад, но до безумия меткие, честные. Правил нет, писать можно о чем угодно и как угодно странно, если ты – он.

Большую часть своей жизни я трачу на мелочи — крошечные порции реальности, подобные щепотке специй в рецепте сверхсложного блюда, приготовление которого занимает дня два, а то и дольше. Не одна щепотка, а чуть больше — и вы ступаете на кривую дорожку. О двух щепотках не может быть и речи, они уничтожат ваше блюдо. Заказывайте хот-доги.

За что я люблю Бротигана – я люблю задумываться о незначительном, а он утверждает, что это прекрасно. Вся эта книга тому подтверждение. Сборник заметок о том, мимо чего мы проходим каждый день. Именно такие любопытные мелочи – главные герои этой книги.

— Возьми с собой «клинексы». — Что? Я занимаю четкую оборонительную позицию и пытаюсь разобраться с этим совсем новым аспектом рыбалки, который никогда раньше не приходил мне в голову. — Вдруг ты чихнешь. Я задумываюсь. И вправду.

И вправду. За что я люблю Бротигана – за то, что даже в прозе он остается поэтом. Я не читаю поэзию, так что Бротиган полностью возмещает потребность организма в ней. Смысла нет, но остановись, созерцай.

Твоя душа далеко, Там нет ветра.

За что я люблю Бротигана – оказывается, он, как и я, не любит зонтики. За что я люблю Бротигана – он тоже любил Японию, а Япония любила его. За что я люблю Бротигана – его книги мягко обволакивают разум, выдергивает из логичной реальности.

Но я не могу изменить мир. Его изменили до того, как я в нем появился.

Кажется, мы стали отличными друзьями – я и его книги. И когда я все их прочту, я начну все с начала.

А за окном последний день февраля, снег ушел и солнце золотит волосы и с книгой на коленях среди троллейбусной суеты, я грущу, но я счастлива. Улыбаюсь.

Но теперь волк мертв. Клетка заросла травой. Путь к луне завершен.

Бротиган умеет смотреть на обычные предметы и события под необычным углом зрения. Его короткие рассказы - как разноцветные узоры из крошек мусора в калейдоскопе: то с юмором, то с грустью; то с лаконичные, то с раздумьем; то с восточным, то с западным колоритом.

Рассказ "Гарем" в 10 строк - маленький шедевр! Да , в десять строк Бротиган уложил столько, что некоторым не удается втиснуть в толстый том! Вообразите, фотограф с неприметной внешностью, когда ему одиноко, вынимает из шкафа красавицу, одну из тысячи, что развешаны на вешалках в ожидании своей очереди. Такой вот гарем! Вы на досуге тоже можете по выбору или наугад выудить рассказ из книги Бротигана , как тот фотограф красавицу из шкафа-гарема. Не разочаруетесь!

Начал её читать в году 23-м, дабы как-то подготовиться к Дэвиду Фостеру Уоллесу (кто-то где-то даже говорил, что они внешне похожи, так что точно связаны), но затем, прочитав где-то процентов 80 книги, почему-то моё внимание заняли другие книги, которые читал параллельно с этой. Постепенно Чоран вытеснил Бротигана, а последующие события напоминают что-то, что Ричард уместил бы в свой рассказ, а то и роман, если того захотел.
Это, наверное, первая книга, в ходе чтения которой, по окончании каждого рассказа, почти каждый раз внутри что-то щёлкало, что-то да ощущалось. Странное послевкусие преследовало меня всегда. Не знаю, как это описать, но даже если ничего непонятно, то непонятно именно мозгом, а сердце всё улавливает. Звучит так же бредово и абсурдно, как некоторые здешние рассказы.
Каждый рассказ играет на ощущениях. Порой эти ощущения такие же непонятные, неописуемые, как и суть рассказа, но вы это чувствуете — какой-то частичкой, находящейся в стопе левой ноги, уж точно проникнетесь.
Однако есть и минусы: порой, если чуть ли не всегда, не хватает продолжения. Хочется ещё. Но эта нехватка больше «ещё немного этого ощущения», нежели «м-да, дописать, что ли, не мог?» и/или «что за бред, и это конец?».
Возможно, рецензия покажется такой же наивной и добродушной — больше ощущениями, нежели объективной критикой, но какой Бротиган, такая и рецензия. Наверное, стоит начинать с этого произведения знакомство с ним, но есть вероятность, что кто-то да меня исправит и/или дополнит, сказав, что *название романа* лучше для первого раза, нежели этот сборник сюрреализма и абсурда, тонкой иронии и лёгкого экзистенциализма, которая больше меланхолией отдаёт.
Чувство одиночества пронизывает все рассказы Бротигана. Если мы свои 5-секундные одноразовые мысли бросаем в мусорку памяти, он — растягивает их и дополняет образами, идеями, чувствами, умудряясь всё это уместить ещё и в одну страницу — иногда больше, иногда меньше.
Возвращаться к нему пока не планирую, но чуть ли не все книги автора в трёх томах уже куплены и ждут своего часа.

уж и не вспомню, когда и как, но сети поэзии Бротигана однажды поймали меня и не пожелали отпускать (а я и не сопротивлялась). пока не удалось приобрести поэтический сборник, схватила на одном из Книжных салонов сборник прозы. и, конечно, не пожалела. Бротиган умеет повернуть мысль, заметку, наблюдение в какую-то совершенно неочевидную и даже абсурдную сторону, но так непринуждённо и естественно, что только и остаётся восхититься (и позавидовать) остроте ума и палитре воображения. почему-то мне представляется, что он всегда носил с собой маленький блокнот или записную книжку. размышления о будущем, одиночестве, воспоминаниях, снах-фантазиях, придуманных судьбах, приправленные щепоткой юмора, смешанного с грустью. умение замечать, запоминать и обдумывать образы окружающего — ценный навык. как бы его перенять.