O książce
Николай Васильевич Гоголь (1809–1852) – выдающийся писатель первой половины XIX века, классик русской литературы, выделившийся своим самобытным талантом.
Гоголь родился в семье, по преданию происходившей из старинного дворянского казацкого рода. Родиной его была Украина, село Сорочинцы в Полтавской губернии, граничащее с Миргородом, образ которого – и комический, и лирический – так часто возникает в его произведениях. Семья Гоголя была многодетной, а быт определялся деревенским укладом малороссов (так раньше называли представителей юго-западной группы восточных славян, живущих в современных Украине, Белоруссии и Польше). Считается, что отец, писавший любительские пьесы, и красивой внешности мать – набожная и склонная к мистицизму – определили творческий вектор писателя.
Интересно, что гимназистом Гоголь был неважным: его интересовали только русская словесность и рисование, но благодаря прекрасной памяти он заучивал предметы, сдавая экзамены, и окончил Гимназию высших наук в Нежине.
В 21 год Гоголь переезжает в Санкт-Петербург идеалистом, полным намерений приносить широкую пользу обществу. Однако на деле рассчитывать он мог только на службу мелким чиновником. Колоссальный переворот в его жизни произошёл благодаря вхождению в литературный круг Василия Жуковского и Александра Пушкина, которого он боготворил.
Их интерес и дружеская поддержка вдохновили Гоголя на создание экзотических для Петербурга повестей, живописующих мистическую Малороссию. «Вечера на хуторе близ Диканьки. Повести, изданные пасичником Рудым Паньком», вышедшие в Петербурге в 1831 и 1832 годах, положили начало его славе и были высоко оценены Пушкиным: «Вечера близ Диканьки… изумили меня. Вот настоящая весёлость, искренняя, непринуждённая, без жеманства, без чопорности. А местами какая поэзия!.. Всё это так необыкновенно в нашей нынешней литературе, что я доселе не образумился».
«Ночь перед Рождеством» и «Заколдованное место» вошли во вторую часть цикла «Вечеров». Повести пронизаны тонким комизмом; они напоминают народные поверья, но фантастика так уверенно входит в обыденный мир, что заставляет поверить в невозможное. «И смешно, и ужасно одновременно», как говорил сам автор, посмеиваясь над своими героями.
