Przejdź do audiobooka
Я бегу, тороплюсь, мне надо вернуться до рассвета. Мои лапы сильны, зубы и когти остры, уши ловят малейший шорох в кустах и кронах, нос чует даже старые следы людей и зверей – и страх соседской шавки, осмелившейся облаять меня накануне. Этот страх заводит, гонит кровь, придает уверенность и силу. Прыжок – и успевшая только взвизгнуть собака взлетает в воздух с уже переломанным хребтом. Если ли бы не сытость, быть ей еще и потрошенной, а сейчас я только лениво слизываю горячую свежую кровь.
И возвращаюсь…
Это был самый красивый мальчик из всех, кого Сэмми когда-либо видела.
Привычно наведывавшись в заброшенный сад за мелкими, но сладкими яблочками, она обнаружила под облюбованным деревом такой вот неожиданный… паданец. И, наверное, уже битый час сидела рядом, разглядывая спящего. Тонкие точеные линии скул, носа и припухших, будто – Сэмми смущенно хмыкнула – зацелованных губ. Бледная кожа, черные брови и ресницы. Как нарисованные. Да и вообще, парень выглядел каким-то ненатуральным. Всё, от экзотических черт лица, уложенных темных прядей волос до хорошей, явно дорогой одежды говорило, что он не только неместный, но и даже… нездешний. Словно какой-то эльфийский принц вышел погулять из-под Холмов в мир людей, устал и прилег вздремнуть на солнышке.
Кстати, о солнце! Листва затрепетала, по лицу спящего заплясали тени и блики, дрогнули полуоткрытые губы и сомкнутые ресницы. Поспешно соорудив навес из ладоней, Сэмми шепнула: «Спи-спи». И парень послушался. Имеет же девушка право на минуту сказки? Чем дольше он не откроет глаза и не произнесет первого слова, тем дольше эта сказка продлится…
Но сказкам, увы, положено быстро заканчиваться. Налетевший ветер хорошенько растряс ветви, и по земле застучали спелые яблоки. Чертыхнувшись, Сэмми порывисто наклонилась над спящим – хоть лицо заслонить – и в этот момент парень открыл глаза. Застыв, девушка таращилась на него сверху. Темно-карие (она подсознательно ожидала сапфирово-синих, ну эльф же!), слегка туманные глаза смотрели на нее со спокойным интересом.
Вопрос был ожидаемым и закономерным:
– Ты… кто?
Растерявшаяся Сэмми ответила тоже закономерно. И глупо.
– Я Сэмми.
В ту же секунду ее рванули назад и отшвырнули в сторону. Чудом разминувшись с деревом, девушка приземлилась, что называется, на «четыре кости». Подушка густой травы смягчила удар, но все равно в колене что-то противно хрустнуло. Прийти в себя ей не дали – жесткая рука тут же схватила за волосы, рванув голову вверх.
– Ты еще кто такой?!
Вот этому она не ответила – и не только потому, что не хотела – не могла. Мало того, что от боли выступили слезы, так еще от увиденного просто язык отсох: близкие темные узкие глаза, рыскавшие по ее лицу, оскаленные белые зубы, буквально готовые укусить, схватившая за ворот худи сильная рука… Парень не просто злился, а, как любит по-книжному выражаться Клара, впал в безрассудную ярость.
– Ну?!
От следующего рывка у Сэмми потемнело в глазах. Да он ее сейчас задушит или еще как-нибудь прикончит! И тут же под яблоней прикопает. Сквозь гул и похоронный звон в ушах она расслышала голос:
– Оставь бедного парня в покое, Джейк! Он ничего не сделал.
Не сводя с нее тяжелого взгляда, агрессор бросил через плечо:
– Ты в порядке?
– Конечно, говорю же!
Парень еще с мгновение поизучал лицо Сэмми, потом нехотя разжал пальцы, тут же сильно толкнув в плечо. Она, вякнув, осела на зад, одной рукой потирая горло, другой осторожно прощупывая волосы – там вообще что-нибудь осталось?
– Вы… чего? Совсем что ли?!
И поморщилась от плачущей интонации в собственном голосе: нельзя показывать слабость! Надо было рявкнуть и обложить с головы до ног! Тем более ее за парня приняли.
– Извини, – сказал подошедший Принц. – Джейк не разобрался и погорячился. Ты как, цел?
Он даже протянул ей руку. Презрительно фыркнув, Сэмми с силой шлепнула его по ладони. Поднялась сама: правда, с трудом, чуть ли не с покряхтыванием. Отряхивая штаны, покосилась сквозь челку на «не разобравшегося». Скрестив на широкой груди руки, тот смотрел по-прежнему непримиримо и подозрительно.
Сэмми буркнула:
– А на цепь его сажать не пробовали?
Парень вспыхнул:
– Что?! Ну ты, мелкий…
Принц вновь ненавязчиво встал между ними. Сказал миролюбиво:
– Тебе повезло, что еще собак не спустили. Что ты забыл в нашем саду?
– В вашем?
И Сэмми чуть не хлопнула себя ладонью по лбу: а ведь и впрямь забыла! Клара же говорила пару дней назад, что в старый коттедж на Холме въехали жильцы. Но она настолько привыкла ходить сюда, как к себе домой, что эту информацию проигнорировала напрочь. Сэмми почти смущенно потерла оцарапанные ладони о карманы джинсов.
– Я просто… по старой памяти заглянула…
Принцев телохранитель сморщился, вслушиваясь в ее бормотанье.
– Что-что?
– Ничего! – буркнула Сэмми. – Ухожу я уже. С вашего сада.
– Давай-давай, вали! – напутствовал агрессор.
Отхромав на достаточное расстояние, Сэмми крикнула через плечо:
– Да тебе с этим бешеным никаких доберманов не надо!
И, благоразумно не притормаживая ни на смех Принца, ни на разъяренное «ах ты ж!» «добермана» кинулась к привычной дыре в заборе.
***
– Саманта!
Она заворчала, натягивая на голову подушку: ну дайте же поспать! Но настойчивый зов-зуд проникал и через эту надежную преграду.
– Саманта-а!
– Ну что вам всем от меня надо? – вздохнула Сэмми, заползая в уютную нору из простыней и одеял: может, зовущие устанут и забудут об ее существовании? Хотя бы в это утро.
Утро, когда надо идти в школу.
Глупейшие мечты! Почти как вера в Санту. Подушка с одеялами отлетели в сторону, и голос тетки вонзился в беззащитные сонные уши:
– Саманта Коултер! Немедленно вставай! Даю тебе пять минут на умывание! Иначе…
Временами очень хотелось узнать, что же последует за этим «иначе»: порка, стояние на коленях на горохе, отлучение от интернета? Но каждый раз Сэмми останавливалась и балансировала на тонкой границе многозначительной фразы, хотя иногда чуть не теряла равновесие. Вот и сейчас постонав-повздыхав еще пару минут, сползла с кровати и потащилась в ванную. С отвращением глянув в зеркало на свою помятую физиономию – лицом это по утрам можно назвать с великой натяжкой – ополоснулась и прихлопала мокрой ладонью всклокоченные волосы. Ну что за наказание? У давешних парней из яблоневого сада волосы куда длиннее, но даже спящий Принц выглядел как… принц. Может, вообще обриться налысо вроде буддийской монахини? Ни забот, ни хлопот…
Но у лучшей (и единственной) ее подруги на этот счет сегодня оказались иные планы.
Марси уже сидела на кухне: чистенькая, отглаженная, причесанная и строила из себя пай-девочку, пересказывая звонким голоском городские сплетни. Тетка, угощавшая ее оладьями, перевела взгляд на племянницу и мгновенно перестала улыбаться (и Сэмми даже не могла ее в этом винить). Произнесла металлическим голосом:
– Саманта! Я же вчера сказала привести школьную форму в порядок! И ты опять надела эти ужасные ботинки!
Сэмми бухнулась на стул и, набив полный рот оладьями, сказала:
– Привет, Марси!
– Привет. Ой, тетя Ханна, нам уже пора бежать, если мы не хотим опоздать в первый день в школу!
– Как хорошо, что у Саманты такая ответственная подруга! – в миллионный раз восхитилась тетя. И конечно, тут же в десятимиллионный добавила: – Вот еще бы она брала с тебя пример!
– Угу, – буркнула Сэмми. – Она и берет.
Марси схватила ее за рукав пиджака, приговаривая «быстрее-быстрее», как будто они и впрямь опаздывали – тут неспешным шагом всего полчаса ходу. Причина такой спешки выяснилась, когда подруги расположились на своей любимой скамье в кустах за оградой школы: вся школьная площадь и стадион как на ладони, а их самих не видно.
– Гляди, что я тебе принесла!
Сэмми подозрительно уставилась на протянутый странный лохматый предмет.
– Обкорнала какую-то овечку?
– Как увидела это в магазине, сразу вспомнила о тебе! Гляди, прямо твой цвет! Сейчас модно вплетать в волосы косы, прикалывать хвостики и вообще всякие накладки: и отращивать не нужно, и каждый день новая прическа! Гляди, это вот сюда… а это втыкаем сюда, еще «невидимка» и – опля! Любуйся!
Сэмми скосила глаза на кудряшки, непривычно болтающиеся возле щеки – пейсы какие-то! – и взглянула в протянутое зеркало. Странно, но увиденное ей понравилось. По цвету и впрямь не отличишь: казалось, она просто подвила свои собственные волосы, и те волнистыми прядями спадали от ушей до плеч. Сэмми покачала головой – кудри послушно и задорно закачались следом.
– Свалятся ведь, – все равно сказала Сэмми из вредности. – Или кто-то дернет – и нет твоего барашка!
– Теперь уже твоего, – поправила подруга. – Я тебя умоляю, кто дернет-то? Парни уже из того возраста вышли, а девчонки с тобой не дерутся. Боятся. Так что никто тебе в волосы не вцепится, будь спокойна. Да и вообще, надоест – выкинешь! Я тебе дарю, я же твой день рождения пропустила. Нравится?
– Сойдет, – сказала Сэмми небрежно, но Мар почувствовала ее слабину, потому что тут же, как клинок из ножен, выхватила из сумки свою гигантскую косметичку.
– Так, давай попробуем мою новую помаду! Да не отбивайся ты, сотрем, я просто цвет хочу поглядеть…
Согласившись, Сэм непростительно расслабилась, и потому на ней опробовали и ВВ-крем, и румяна, и цветную тушь, и тени – всё, что Марси приобрела в поездке. Сэмми как раз с ужасом изучала в зеркале результат «проб», когда подруга вытянула шею, а потом и вовсе залезла на скамью с ногами.
– Что там за кипиш?
У ворот – там, где обычно останавливается школьный автобус – и впрямь образовалась внушительная толпа. Сэмми заметила даже переговаривающихся и вытягивающих шеи учителей. Схватившие сумки подруги тоже присоединились к любопытствующим. Смешки и возгласы, вопросы: «Кто это?», «Они у нас учиться будут?», завистливое: «Вот это та-а-ачка!».
Машина и впрямь была хороша: лоснящаяся, агрессивно-обтекаемая, отливающая на солнце черно-фиолетовым (Сэм тут же окрестила ее «баклажаном»). «Бентли»? Ой уж, откуда в нашем захолустье! С трудом оторвав взгляд от дорогой игрушки, Сэмми перевела глаза на новичков и непроизвольно воскликнула:
– Это же Принц!
Прижав пальцы к губам, воровато оглянулась: да ну, кто обратит на нее внимание в таком гуле!
И увидела сощуренные глаза подружки.
– Принц, – медленно повторила Марси, наставив на нее палец. – Что еще за принц?
***
Это и впрямь был парень из яблоневого сада. Даже одетый в школьную форму-недоразумение цвета картофельного пюре с клетчатым воротничком и карманчиками на рубашке, с черной сумкой через плечо, он все равно выглядел павлином, невзначай попавшим в стаю домашних гусей. Гусята вытягивали шеи, разглядывая экзотического пришельца, и возбужденно шипели и гоготали… То есть обсуждали.
Сэмми поморщилась от требовательного щипка Мар. Пробурчала, потирая плечо:
– Ну выглядит прямо как принц, скажи же!
– Точно! А второй принц тоже будет у нас учиться?
О, и верный охранник тут! Он же, похоже, и водитель. Парень стоял, непринужденно облокотившись о крышу машины, и что-то говорил Принцу. Темные волосы стянуты в довольно длинный хвост, отчего резкие острые линии скул стали заметнее: если не чистый азиат, то метис уж точно. Кстати, ее запальчивое прозвище тоже ему подходит: поджарый, длинноногий, настороженный, как тренированная служебная собака. Взгляд сощуренных глаз скользит по толпе школьников: выискивает потенциальную опасность? Сэмми поспешно наклонила голову – не хватало еще, чтобы Доберман ее опознал!
– А, нет, – разочарованно сказала Мар. – Садится в машину. Интересно, а Принц в каком классе будет учиться? Вот бы в моем!
Вот бы не в моем, с надеждой подумала Сэмми.
Надежды не оправдались, и теперь она таращилась в затылок сидящего перед ней парня. Волосы для местной моды длинноваты, явно уложены не мокрой ладошкой, как ее: вон и следы геля заметны. Следит за собой, не то что некоторые… Некоторые – это, конечно, она сама – но и большинство одноклассников тоже приглядывалось к новичку и делало сравнение не в свою пользу: мальчишеские рожи пренебрежительно кривились, а спины непривычно распрямлялись, копируя осанку Принца.
Учитель биологии по кличке Дрозофилл тоже заметил появление нового лица в классе – интересно, а возможно такого не заметить?
– У нас новенький? Ну что ж, поприветствуем его в нашем дружном коллективе!
И сам подал пример, хлопая в ладони. Дружный, ха-ха! Девочки поддержали с энтузиазмом, кое-кто из парней тоже, большинство хлопнуло пару раз для приличия. Новичок в ответ слегка склонил голову: и впрямь принц, принимающий почести подданных.
На большой перемене Сэмми удрала из класса: никаких уже сил не было наблюдать за потягивающимися, принимающими выигрышные позы и ненатурально смеющимися девчонками. Скоро перейдут к активным боевым действиям, бедняга Принц! Обедать одной (Марси оформляла какие-то бумаги у секретаря), да еще и в воняющей свежей краской столовой не хотелось. С парой сэндвичей и стаканчиком кофе Сэмми протиснулась между погнутых прутьев ограды, с размаху шлепнулась на скамью…
И тут же вскочила с воплем.
Нецензурным.
Конечность, на которую она только что уселась, двинулась, опускаясь на землю. Ленивый голос произнес с удивлением:
– Не знал, что у девочек такой богатый словарный запас!
Сэмми от испуга рявкнула:
– Ты чего здесь разлегся, а?! Эта наша скамья!
Принц привстал, заглядывая за спинку скамьи, потом заглянул вниз. Развел руками.
– Ты видишь здесь где-нибудь табличку с именной надписью: «эта скамья принадлежит…»? Вот и я не вижу. Садись, не съем я тебя.
– Зато весь аппетит испортишь! – буркнула Сэмми, неохотно присаживаясь на освобожденную половину скамьи. И как новичок нашел это место? Оно же со всех сторон кустами скрыто!
Зашуршала обертками. Предложить? А, раз не стал обедать в столовой, значит, сытый, и совесть ее чиста! На втором сэндвиче Сэмми поняла, что глотает, практически не жуя. Прямо сейчас сбежать готова, что это с ней? Насильно медленно прожевывая кусок, покосилась на соседа. Тот сидел, раскинув по спинке скамьи руки. На запястьях кроме часов еще несколько браслетов из бусин и плетеных из шнурков и кожи.
Интересно, узнал ли он в ней давешнего таскателя яблок? Вряд ли. В кабинете она сидит за его спиной. Здесь, в кустах, темно, да он на нее и не глядит особо. На лице – отрешенное выражение. Мечтает… Наверное, даже не знает, что они с одного класса.
– Значит, мы с тобой в одном классе.
Сэмми чуть не подавилась: словно ее мысли подслушал!
– Ну.
Очень красноречиво, конечно.
– Тогда пошли. Звонок через минуту.
Какие мы дисциплинированные! Впрочем, неприятностей в первый учебный день ей тоже не хотелось, успеется. Они вылезли из кустов на свет, Сэмми огляделась в поисках мусорки и заметила, что новичок смотрит на нее со странным выражением лица. Блин, узнал!
Но Принц, которого зовут, конечно, вовсе не Принцем, а Хиро Лоу (Хиро – вроде японское имя?), сказал только:
– У тебя зеркало есть?
– Да…
– Это хорошо, – проронил он и пошел к школе. Сэмми моргнула, пожала плечами и, обогнув Принца по широкой дуге (еще не хватало возвратиться с ним на пару!), заскочила в класс первой.
Смысл его слов стал понятен чуть ли не в первые минуты появления учительницы литературы Малиновски. Всю жизнь копирующая Мэрилин Монро Тереза поприветствовала их с традиционной для начала учебного года сердечностью, поведала, как она скучала по ним все лето (ха-ха!), поздравила новичка с поступлением в их замечательную школу и не менее замечательный класс, в общем все бла-бла-бла… Потом оглядела учеников яркими от цветных контактных линз глазами и сказала:
– Я вижу, кое-кто не внял моим словам о недопустимости вызывающей косметики в школе!
Наверняка Гир опять наштукатурилась, Тереза воюет с ней уже два года, а толку… Сэмми уставилась в окно: почему учеба начинается не в промозглую осень, а в такие вот теплые солнечные деньки! Гулять бы еще и гулять…
– Да еще и делает при этом вид, что мои слова к ней совершенно не относятся! Саманта Коултер! Я о тебе говорю!
– А? – Сэмми так удивилась, что даже не сразу догадалась встать. Увидела обращенные к ней лица одноклассников: любопытные, насмешливые, смеющиеся. Черт! Она же совсем забыла о макияже от Марси! То-то глаза чешутся.
– О, Коултер наконец-то решила освоить мэйкап? – съехидничала Элис Гир, у которой Сэмми сегодня украла пальму косметического первенства.
– Ага, – сказал ее бойфренд, противный, но, к сожалению, популярный в школе Рон Говард, – в готском стиле.
– Сейчас же отправляйся в туалет и не возвращайся, пока все не смоешь!
«Да пожалуйста, – пробормотала Сэмми под нос, – могу и вообще не возвращаться!»
– Немедленно!
Очень хотелось сказать заботливо: «Что же вы так орете, вам же еще уроки вести!». Но Сэм поставила сегодня просто личный рекорд по выдержке. Может, из-за присутствия в классе персоны, чье внимание ей совершенно не хотелось привлекать. Или, наоборот, хотелось, но совершенно не такое.
Увидев себя в зеркале, Сэмми выпалила в стиле Клары: «Господи Иисусе!». Кажется, кличка «панда-гот» прилипнет к ней надолго! Черные пятна вокруг глаз, полусъеденная и размазанная помада – как у насосавшегося крови вампира. И надо же, чтобы это случилось не только в первый день учебы, но и в день появления в школе чертова Принца!
Выяснилось, что Марсина косметика действительно качественная, и к ней должна прилагаться такая же качественная «смывка»: вода и мыло справились с мейкапом далеко не с первой попытки и не до конца. С покрасневшим, растертым – и, увы, бесцветным – лицом Сэмми вернулась в класс. Домаршировала до своего места, гордо игнорируя реплики и усмешки. Тупое остроумие одноклассников все равно не переплюнуть, а если не обращать внимания, о случившемся забудут уже через пару дней.
– Так тебе больше идет, – не поднимая глаз, проронил Принц, когда она проходила мимо.
Сэмми плюхнулась на сиденье и мрачно уставилась в прямую спину соседа: а всё он! Прошипела:
– Что, сказать не мог по-человечески?!
Новичок откинулся на спинку стула, повернул голову, чтобы ей было слышнее – Сэмми видела его тонкий профиль.
– А я думал, ты просто панду косплеишь!
Оставалось только бессильно скрипеть зубами.
***
– Я тебя раньше ждал!
Сэмми не собиралась больше лезть в сад, у которого внезапно появились хозяева – просто ноги сами понесли в привычном направлении. А раз уж она все равно очутилась перед знакомой оградой… Не то чтобы сильно яблок хотелось, просто насолить надменному Принцу: проникнуть на его территорию, даже если он об этом не узнает. Надеясь, что про собак они все-таки соврали, ведь не сокровищница какая-то, не закрытая зона, а просто старый запущенный сад, Сэмми протиснулась между досок щербатого забора. Сначала двигалась с осторожностью, оглядываясь и прислушиваясь, перебегая от дерева к дереву. Но убедившись, что в саду нет ни одного добермана – ни четвероногого, ни двуногого – расслабилась. Забравшись в развилку любимого дерева, принялась собирать яблоки в подол майки. Даже песенку замурлыкала.
И потому не услышала, как он подошел.
Сэмми резко обернулась на внезапно раздавшийся за спиной голос, потеряла равновесие и полетела вниз – вслед за рассыпавшимися яблоками. Хорошо, ее подхватили, не дав сверзиться носом в землю. Сэмми ошеломленно уставилась в близкое лицо Принца. Парень тоже такого падучего результата не ожидал, но быстро пришел в себя, даже перехватил ее поудобнее. Подкинул на руках, словно взвешивая:
– Какой-то ты… худосочный!
Держал он ее, и правда, запросто. Сэмми спохватилась, завозилась, упираясь руками в его грудь.
– Пусти! Кому говорю!
Разжав руки (Сэмми тут же отскочила), Принц поглядел на разбросанные яблоки. Сказал наставительно:
– Если уж идешь на дело, должна быть соответствующая экипировка!
– Чего? – одергивая одежду, Сэмми огляделась: где там его бешеный охранник?
– Ты бы хоть рюкзак с собой брал, а то все в майку складываешь, никакой эргономики!
– Ой-ой, поглядите на этого профи в грабеже садов! – Сэмми смотрела на Принца во все глаза: чего это он так к ней обращается? Правда не узнал свою одноклассницу или придуривается? Очень смешно!
Парень присел на корточки, собирая яблоки – уже в подол собственной майки. Еще и при этом рассматривал со всех сторон, словно придирчивый покупатель на рынке. Повторил:
– Я тебя раньше ждал. Даже яблоки набрал, которые созрели…
Сэмми открыла рот.
– Ты – ждал – меня?
– Ну да. – Не поднимая головы, Принц сосредоточенно продолжал свое занятие. – Сразу же видно, какой ты упертый. Даже брата не испугался.
– Этот доберман… то есть этот бешеный – твой брат?
– Ага. Обычно его все боятся, а ты вот не испугался.
Она просто не знала, что принцева братца надо бояться. А ко всяким драчунам с детства привычная – и сдачи давать, и удирать, когда не получается.
– Он так-то нормальный, – продолжал Принц. – Просто у него крышу сносит, когда родственники в опасности. Или когда он думает, что в опасности… Ну вот, всё не влезает, а оставлять жалко. Давай в твою куртку пересыплем!
– Чего это? – Сэмми все же связала рукава в узел, соорудив из куртки сумку. Принц ссыпал туда яблоки с майки, вручил ей набитый сверток и скомандовал:
– Пошли!
Сэмми последовала за ним и только через пару минут спохватилась.
– А куда?
Принц удивился.
– В дом. Ты же к нам в гости пришел?
– В гости, ага-ага, – язвительно согласилась Сэмми, указав подбородком на внушительную «сумку» в своих руках. Принц отмахнулся.
– Да кому они нужны, кроме тебя? Пошли, не парься!
Старый дом периодически снимали приезжие. Но большую часть времени он пустовал, в отсутствие хозяев обороняясь от нашествия бродяг и вездесущей ребятни щитами на окнах и заколоченными дверями. Перед приездом братьев его привели в порядок: фасад подмазан и подкрашен, выбитые стекла заменены; крыльцо-терраса подколочено свежим деревом и выкрашено белой краской. А на крыльце – Сэмми встала как вкопанная – развалился Доберман.
Вольготно сидел на широких ступенях, пристроив на колени ноут. Тут же под рукой мобильник и высокий стакан с соком, за спиной – подушка. Черные волосы торчат, словно у сумасшедшего профессора, никакой тебе укладки; взгляд в монитор, палец беспрерывно постукивает по «тачу», листая страницы. Вроде бы весь в виртуале, но, не отрываясь от экрана, парень сказал:
– Пришел?
Не глядя, взял стакан, отхлебнул и только тогда поднял глаза. Сэмми растянула губы в улыбке и, не отрывая руки от «мешка» с яблоками, приветственно пошевелила пальцами.
– Здрасьте!
Взгляд темных прищуренных глаз – пусть сегодня не злобный – все равно трудно было назвать приветливым. Такое впечатление, что он не только оценивал ее внешний вид, но и пытался пробраться в мозг, прочесть мысли, распотрошить воспоминания… Фиг тебе!
– Я же говорил, что он придет! – довольным голосом сказал за спиной Сэмми Принц.
– А я с тобой соглашался.
Доберман отставил ноут, поднялся и протянул руку.
– Я Джейк.
– Сэмми. – Она обхватила мешок одной рукой и ответила на костедробильное пожатие. Даже виду не подала, что больно. Почти не подала. – В смысле, Сэм я!
– Ну, заходи, Сэмми-Сэм. Да брось ты эти чертовы яблоки, все равно никто, кроме тебя, их не ест!
– Мало ли… – бдительно пропыхтела Сэмми, проходя за старшим Лоу – ненамного ее выше, но в плечах куда шире. Автоматически свернула налево, на кухню, и с облегчением высыпала яблоки на длинный, отскобленный до белизны деревянный стол. – Попробуете – за уши не оттащишь! Они на каждом дереве разные, я их наизусть знаю.
И увидела, что братья смотрят на нее во все глаза.
– Ты что, бывал здесь раньше? – спросил Джейк.
Сэмми отвесила себе мысленную затрещину. Пробормотала:
– Дом же заброшенный. Тут, наверное, все в детстве перебывали.
– Да? – Джейк прислонился спиной к косяку и скрестил руки. – Говорил же, надо сменить замки.
– Мы не воры! – возмутилась Сэмми. Увидев, как парень кинул выразительный взгляд на яблоки, сбавила тон. – Не полезем, если у дома есть хозяин.
– Это разумно, – одобрил Джейк, и Сэмми заподозрила, что над ней потешаются. Нахмурилась. Что она вообще здесь делает? Пора сваливать!
Принц словно подслушал ее мысли, сказал деловито:
– Ну, раз ты уже здесь бывал, идем глянешь, как мы устроились.
– Хиро… – сказал Джейк в пространство.
– Что? – Принц подтолкнул ее в спину. – Пошли-пошли.
Проходя мимо, Сэмми встретилась взглядом с его братом. Никакой симпатии в глазах Джейка не наблюдалось: наверное, думает, она еще что-нибудь сопрет… было бы чего тут у них брать! Ну, кроме машины, конечно.
При первом же взгляде на гостиную оказалось – было что, и еще как! Один телик сколько стоит. И колонки с эффектом «звук вокруг». Завалиться бы на этот диван с фильмом про маньяков серий на двадцать! Хиро шел впереди, широко распахивая двери, выходящие в холл. Плечи прямые, высокий, а силуэт какой-то… ломкий, хрупкий. Как у вытянувшейся за лето девчонки, еще не привыкшей к своему росту.
– Здесь кабинет Джейка.
Не рискуя входить, Сэмми заглянула в комнату – и у нее отвалилась челюсть.
– Ни хре… ни фига себе!
Компьютеры, множество мониторов на стене и на длинном столе, подмигивающих в режиме ожидания при наглухо закрытом черным экраном окне. Пара офисных кресел и одно с высокой спинкой, массивное, с прибамбасами. Игровое?
– Ага, это все для работы, – согласился Хиро.
– А кто он у тебя?
– Он… ну это трудно объяснить. Вот здесь спальня…
Сэмми автоматически шагнула через порог комнаты и услышала окончание:
– …Джейка.
Девушка попятилась: Доберман и так ее воришкой считает, вдруг что-нибудь пропадет из его комнаты! Хотя как раз здесь брать было нечего. Очень низкая кровать, если даже не футон1, циновка на полу и низкий же столик у широкого окна, выходящего в сад. Восточный минимализм, короче. Странно, что на стене катаны не висят – только парочка каких-то ножей. Белые полупрозрачные шторы, колышущиеся от сквозняка, гармонировали со скупыми линиями азиатского интерьера. Он тут спит или медитирует? Для нее самой уют в спальне – зарыться в нору из одеял-подушек, и чтоб вокруг не открытые строгие пространства, а тесный знакомый беспорядок…
Примерно такой же, как в спальне самого Хиро. С поправкой на то, что это все-таки комната мальчишеская. Знакомо скинутая на спинку компьютерного кресла одежда. Журналы, перегнутые пополам, валяются возле просторной, небрежно заправленной кровати. Заброшенная в угол школьная сумка. А какой музыкальный центрище! Ей бы такой! Но если она включит его на полную мощность, тетка сразу выкинет центр в окно.
На пару с самой Сэмми.
Хиро начал расчищать заваленный стол.
– А вы с братом непохожи.
Она имела в виду привычки и характер, но Хиро просто кивнул.
– У нас отцы разные.
Вон как! Раз он так спокойно отреагировал, Сэмми продолжила:
– А кто у вас – мать или отец?.. – она поколебалась: японец? китаец? И попросту оттянула внешние уголки глаз.
– Азиат? Мама. – Хиро поднял точно нарисованную кистью бровь. – А что? У тебя с этим какие-то проблемы?
Сэмми фыркнула:
– Вот еще! У меня, например, вообще родителей нет.
Руки парня замерли.
– Как так?
– Так. С теткой живу. – Она склонилась над коллекцией дисков: похоже, Хиро помешан на роке.
– А ты в какой школе учишься?
Сэмми метнула взгляд через плечо: точно ее не узнал? Хотя сегодня в школе с этими… буклями и макияжем типа «панда-гот» она была сама на себя не похожа. Придется заново представляться.
– Н-ну… знаешь… я это…
Он понял ее заминку по-своему:
– Скажи еще, что ты второгодник! Или вообще школу бросил!
Сэмми автоматически передразнила:
– А у тебя что, с этим какие-то проблемы?
– Что, правда?!
– А, золотой мальчик никогда второгодников не видел? На, полюбуйся! – раскинув руки, Сэмми крутнулась вокруг своей оси.
– И как… и чем ты тогда занимаешься? – Хиро глядел на нее с таким откровенным любопытством, что она даже усовестилась.
– Да вру я тебе, а ты и поверил! Хожу я в школу, конечно, – Сэмми набрала воздуха побольше… и выпалила: – Она на самой окраине, непрестижная, для бедняков и лентяев, короче.
Вот и зачем такое ляпнула? Вместо того чтобы сказать: «Да это же я, твоя одноклассница-панда, ха-ха, надули дурака на четыре кулака!» Ну ладно завтра в школе все разъяснится, вместе посмеются. Если у него с чувством юмора нормально, конечно. Вот братец, похоже, слишком уж серьезен. Стоит на пороге комнаты, засунув руки в карманы просторных штанов, и слушает разговор. Подкрался специально или просто походка бесшумная – он босиком? Наверное, и ей надо было ботинки у порога сбросить…
Встретив непроницаемый взгляд темных глаз, Сэмми внезапно вспомнила, что слишком уж задержалась. Домашку сегодня еще не задавали, но тетка будет нудеть на тему, что она все за каникулы забыла (правда) и усадит за повторение (это уж вряд ли).
– Ладно, мне пора.
– Яблоки забери, – неожиданно сказал Джейк.
– Сами ешьте.
– Испортятся.
– Джем варите, – буркнула Сэмми. Он шел следом, чуть не дыша ей в затылок, и очень этим нервировал.
– Не умеем.
– Попросите кого-нибудь.
– Кого?
– Ну ходит же к вам кто-то убираться и готовить?
– Нет.
– Нет? – Сэмми так удивилась, что развернулась, чуть не столкнувшись с Джейком – тот отклонился и даже сделал шаг назад. Представить его, приезжего богатея, управлявшегося с кучей навороченного софта и крутой тачкой, да и надменного принца Хиро, драящими тряпочкой полы было выше ее сил. – А почему?
– Я… мы не любим чужих людей в доме, – сухо произнес Джейк.
Сэмми покосилась на Хиро – парень еле заметно пожал плечами. То ли извиняясь, то ли говоря: ну что поделаешь! Она надеялась, что голос ее был так же сух:
– Намек понят. Счастливо оставаться.
Джейк не ответил – Доберман уже сказал, что хотел, чего слова тратить. Его младший брат догнал Сэмми уже у ворот. Тоже обновленных. Обычно на них – кружевных-кованых – висел огромный замок с цепью, а теперь Хиро нажал маленький пульт, и створка сдвинулась ровно на ширину ее тела. Сэмми завертела головой: вот и камера! Супербдительный братец наверняка сейчас за ними наблюдает. А Хиро-то зачем следом поперся? Убедиться, что она точно покинула их бесценные владения?
– Ладно, пока.
– Пока… Да, Сэм!
Она обернулась на оклик уже за воротами. Хиро скучно глядел по сторонам, подкидывая на руке пульт.
– Заходи. Как яблок захочешь.
Сэмми чуть не послала его с яблоками, но вовремя сообразила: он ведь таким образом приглашает ее в гости! Пусть и тут же добавил в стиле братца Джейка:
– Все равно пропадут.
– Зайду. Как захочу.
Уходя, оглянулась. Хиро шел по аллее. Дома отсюда видно не было, и оттого казалось, что парень уходит в темный безлюдный лес…