O książce
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Спустя пять лет я возвращаюсь в город, забравший моё сердце, возможность любить и желание завести семью. Полностью отдав себя работе, я стал другим человеком. Но во Владивостоке за каждым углом стоят призраки прошлого. С каждой встречей со старыми знакомыми и возвращающимися воспоминаниями, которые закапывал в работе, призраки становятся всё реальнее. Пока не принимают образ Кристины Царёвой. Той, что разрушила меня. Только теперь она не Царёва.
Она была моим табу с первого взгляда. Сейчас она чужая жена. Но чем больше секретов вскрывается, тем яснее становится, что не осталось ни принципов, ни запретов, ни человечности. Только одна цель. И неважно, каким образом я её добьюсь.
выскальзывает Крис. Вскинув на мою маму виноватый взгляд, выпаливает:
заторможено кивает и делает рваный вдох. – И, Крис, не старайся скинуть всю вину на меня. Я имел право знать. Если ты
, толкает: – Не задерживайся. Я завтрак в номер заказал. И уходит, оставив меня трясущуюся, охреневшую и потерянную.
что даже дрожь замерзает под кожей. Силой воли расслабляю
Точно. Данька. Окей, ради неё протяну ещё один день.
Opis książki
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Спустя пять лет я возвращаюсь в город, забравший моё сердце, возможность любить и желание завести семью. Полностью отдав себя работе, я стал другим человеком. Но во Владивостоке за каждым углом стоят призраки прошлого. С каждой встречей со старыми знакомыми и возвращающимися воспоминаниями, которые закапывал в работе, призраки становятся всё реальнее. Пока не принимают образ Кристины Царёвой. Той, что разрушила меня. Только теперь она не Царёва.
Она была моим табу с первого взгляда. Сейчас она чужая жена. Но чем больше секретов вскрывается, тем яснее становится, что не осталось ни принципов, ни запретов, ни человечности. Только одна цель. И неважно, каким образом я её добьюсь.