© Мой Устимов, 2021
ISBN 978-5-0053-0686-9
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Привет.
Меня зовут Дмитрий Устинов. Я – поэт.
Пишу под псевдонимом Мой Устимов уже больше 5 лет очень активно, а так – с детства.
Я хочу, чтобы мои стихи пережили этот век и любой другой.
Надеюсь, они вам понравятся.
С уважением, ваш мирожелатель.
Стихи идут от свежего к давнему.
Книга с комментариями, иллюстрациями.
Итак – поехали!
А скоро новый Новый Год:
подарки, мандарины, ёлка.
Я знаю, каждый счастье ждёт,
и ждать осталось нам недолго.
Мы помним с ранних детских лет
и радость на любимых лицах,
и стол, какого в буднях нет —
богатый на салатов тридцать.
Прошли года, а сказка в нас
живёт; и милый сердцу праздник
подарит всем волшебный час —
неважно, кто какой проказник.
Салюты, нежный мягкий свет
гирлянды, поздравленья близких —
всё то, что держит много лет
желанье жить!.. Слетаться искры
с огней бенгальских будут в ночь.
Я жду, как мама ждёт ребёнка,
чудес, что смогут мне помочь —
прожить по новой.
Ярко.
Звонко.
Я видел теплоту в глазах детей
и потому люблю людей!
Ведь всё плохое в них, как грим,
скрывает боль души озябшей;
мы часто злое говорим
и этим губим души наши.
Но мы же дети, только старше…
Под нежно-малиновым небом
при утреннем щебете птиц
я верил, что буду – где не был,
где нет ни волков, ни волчиц.
Я верил тогда в свои силы,
надеялся лишь на себя;
и мир показался мне милым,
любовью и лаской светя,
как смех – в колыбели – дитя.
Да, всё представлялось возможным:
и счастье, богатство, успех,
и слава – таланта заложник —
и шанс осчастливливать всех.
Но с солнцем идущим к закату
сгорали надежды мои.
Как счастлив, что с зорькою рады
в глазах зажигаться огни,
что так начинаются дни.
Теперь матерятся дети
и попугаи в углах,
людям покой не светит
в их четырёх стенах.
Теперь измельчали сёла
и человек вообще.
Раньше я был весёлым,
только себе в ущерб:
меня осуждали люди
за эту невинность, «блажь».
Плюнул! И будь, что будет…
«Я, господа, весь ваш!»
Теперь не смеюсь так часто.
Может быть – хорошо?
Но всё ж обожаю астры
и тех, кто за мной пошёл.
Если хмурым покажется день
да притянет к себе тоска,
поскорее улыбку надень
и спеши позитив искать.
Может быть я с тобой столкнусь
под осенним хмельным дождём.
Ты узнаешь меня, и грусть
убежит в свой далёкий дом.
Засмеются твои глаза,
улыбнётся судьба в ответ.
Очень важно, чтоб так спасал
Бог, которого в церкви нет.
Если есть на свете Бог,
он – в твоих глазах.
~
Россыпь тёмно-жёлтых крох
на её щеках,
нежный взгляд и звонкий смех
снятся мне теперь
чаще, чем рассвет у всех
освещает дверь.
~
Ты пришла, и радость льёт
сладкий свой нектар
в сердце; словно самолёт
тушит злой пожар.
Ты ушла, и только вздох —
на моих губах.
Если есть на свете Бог,
он – в твоих глазах.
Ветер злится, треплет крону.
Золото летит к ногам.
Грусть, тоску, печаль не трону.
Радость буре не отдам.
Я бегу помолодевшим.
Ливень, лужи – нипочём!
Словно побывал у гейши,
словно сам построил дом.
Перепрыгиваю небо
и спешу скорей домой.
Я давно у мамы не был.
Я хочу побыть с семьёй.
Ты стал таким же, как и все,
мой лучший друг. Уже не лучший!
С тобой расставшись
насовсем,
я понял, мне никто не нужен.
Предав меня, подвёл себя
и потерял защиту в жизни.
Ты неосознанно грубя
сказал в порыве: «третий – лишний!»
Другого другом посчитал;
ему лишь сердце отдавая,
себя всего ты отдаёшь,
меня совсем не замечая;
он хитрый лис и милый ёж
—
я словно на пути трамвая,
я будто – бах! – и под завал,
обиды тянут, как обвал —
предатель не достоин рая!
Шучу, сарказмом высекаю
из ледяной души искру.
Иначе стану новым Каем.
Иначе просто я умру.