© Марина Александровна Лукина, 2021
ISBN 978-5-0053-3010-9
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Не стесняйтесь, проходите, не топчитесь на пороге.
С виду маленький и, может, показаться вам убогим,
Но не стоит делать вывод по скупому витражу.
По тропинке в белой пене от цветущих пышно яблонь,
Через море желтых шляпок мать-и-мачехи весной
Попадем мы в город Сказку, где дома как будто капли,
А колодцы подпирают свод небесный головой.
Все дороги, переулки здесь пестрят стеклянной крошкой
(В детстве я таких сокровищ закопала целый пуд).
Здесь летают, а не ходят, и у каждого окошка
Есть звенящий птичьим хором изумрудный чистый пруд.
А за городом огромный, весь в движении мятежном
Глубоко черничный космос дышит в зыбких берегах.
Там мои мечты-медузы голубым сияньем брезжат,
И качаются, поднявшись из пучины, на волнах.
Вот мой сад. В нем ровно сорок разносортовых деревьев,
На которых вместо листьев фотографии растут.
Все на них: печаль и радость, жаркий юг, родной мой север,
Все стихи мои и мысли – жизнь моя, как есть, вся тут.
2020 г.
С чего все началось?
Все говорят со слова.
Я думаю, что слово —
всего лишь инструмент.
Все с мысли началось,
она всему основа,
единственный источник
и первоэлемент.
Создатель Суперслова,
Родитель Супермысли,
На шарик во Вселенной
имеющий патент,
за шестидневный срок
посеял семя жизни,
дав миру уникальный
свой авторский контент.
2020 г.
Я буду честной, буду откровенной.
Меня съедает зависть изнутри.
Ведь столько раз я так самозабвенно
Твердила словно мантру – «не смотри!»
Но дух мой слаб, в нем воли меньше жажды.
И я опять листаю Instagram.
А там… а там – счастливый, умный каждый,
И столько идеальных супермам!
«Закрой, закрой!» – мне шепчет Ангел в ухо.
Но тянет пить глазами, словно пьянь.
И, нервно дернув плечиком, я сухо
Сквозь зубы процежу ему: «Отстань!»
Смотрю чужую жизнь, где в фотоленте
Гармонией пропитан каждый миг:
Счастливые родители и дети,
Прогулка в магазин или пикник…
Ничто не омрачает лиц на фото.
И дом – мечта, и быт – не в тягость им.
Так думается мне, и… неохота
Свое все время сравнивать с чужим.
Но вот же, вот! Под нос суют, как дулю,
Мол, на, гляди, как все у нас «okay»!
И спину я с обиды насутулю,
И гаркну, как ворона, на детей.
Себя грызу, в самой себе копаюсь,
Изъяны оголю, как провода.
Я делаю, шаманю, я стараюсь,
По-своему стараюсь, это да.
А может быть, у них все напускное?
Рекламный ход, такой себя-пиар?
Как у меня, случаются застои,
Прозрения и мысленный пожар.
Идиллия своей картинкой манит,
И порождает зависть (тем грешна).
Особенно, когда дыра в кармане,
И вновь мечта, как ведьма, сожжена.
Все фальшь, все ложь, а может быть, а может
И правда есть счастливцы на Земле?
Но почему меня так что-то гложет
И быть счастливою мешает мне?
Я буду честной. Честность душу греет.
И я на жизнь накладываю грим.
Мы все немного Дорианы Грэи —
Увы, казаться, а не быть хотим.
2020 г.
(По мотивам картины Фриды Кало «Автобус»)
Автобус, как маленький мир на колесах,
Бежит по маршруту и в дождик, и в зной.
Везёт чернобровых и рыжеволосых,
Кокеток, мальчишек, туристов с сумой.
Везут пассажиры не только поклажу,
Но груз, что порой тяжелей их самих —
Потери, страданья, желанья и даже
Тепло своих близких, любимых, родных.
Вот дама босая под жёлтым ребозо
Дитя свое прячет от взглядов чужих.
Наклон головы и изящная поза —
Ну чем не Мадонна с картин дорогих?
Рабочий с задумчивым взглядом. Быть может,
Он вспомнил о ком-то далеком, родном…
Он светлою грустью себя растревожил
О чем-то несбыточном или былом.
Вот женщина шарфом закутала плечи,
А рядом мужчина сидит в канотье.
Возможно, что это случайная встреча,
А может влюбленные здесь на холсте?
Мальчишка любуется сменой пейзажа.
Что ловят его с любопытством глаза?
Прохожих, деревья вдоль многоэтажек,
Фонарных столбов провода, как лоза.
А вот в светлом платье с задумчивым видом
Сидит пассажирка и, кажется мне,
Что изобразила художница Фрида
Себя не случайно на том полотне.
2020 г.
Сверкнула на солнце копна белокурых волос,
Наморщился носик, зарделись багрянцем ланиты.
Звенит тетива и стрелу посылает Эрос,
Бессменный помощник в любовных делах Афродиты.
Ах, как он хорош, этот гордый, жестокий Нарцисс,
Рожденный богами для высшей любви и услады!
Все нимфы его даже самый нелепый каприз
Исполнить безропотно, искренно были бы рады.
В зеленом шатре над зеркальною гладью ручья
Нарцисс упивается томно своим отражением:
И бархатной кожей, и четким рельефом плеча —
На свете и линий, и черт не найти совершеннее!
Как часто Нарцисс отвергал Афродиты дары!
Но гнев ее страшен, острее стрелы купидона!
И в каменном сердце красавца пылают костры,
На юной груди разливаясь кровавым хитоном.
Эрос – не палач, он воитель любви и добра,
Но женская месть, не свершась, не познает покоя!
Эрос улетел и оставил два белых пера
На смертном одре не познавшего счастья героя.
2020 г.
Отчего посвящать перестала
я однажды тебе стихи?
Вдохновение вдруг пропало
за какие мои грехи?
Нет, от личного груза греховности
не бывает таких утрат.
Может быть, это ветер влюбленности
раздувал раньше парус пера?
И бежали слова и строчки
на бумажную белую гладь.
Сколько раз коротала я ночки,
занося сочиненья в тетрадь!
Я в тебя не влюблялась как будто.
Чувство крепкой любви у меня
появилось как вешнее утро
после долгого зимнего сна.
Чувство новое, словно открытие,
перестраивает организм.
И любовь стала светлым наитием,
вдохновляя на новую жизнь.
Отчего посвящать перестала
я однажды тебе стихи?
Просто я вся сама стихом стала
и, надеюсь, не самым плохим.
2018 г.
Вечерней испариной полнится воздух. Над городом
Небесный мешок ноготком прохудила луна.
На Божию скатерть созвездиями да узорами
Просыпалось, хоть отбавляй, золотого зерна.
Под пологом сумерек летних, как будто в предбаннике —
Сомлевшие тело и разум встревожить невмочь.
Ты музою станешь поэту, приютом для странника,
Уютная и колдовская кубанская ночь.
2018 г.
Вечернее небо налилось грозой до краев.
Гремело, взрывалось, ломалось оно над землею.
Казалось, что море раскинулось над головою,
В своем полумраке скрывая макушки домов.
Взбесившийся ветер, что днем был услужливо-робкий,
Гнул мачту-антенну на крыше соседней высотки.
А я, как на марсе, стояла, взирая с балкона
На грозной стихии кутеж под оркестр циклона.
То слева, то справа в иссиня черничном дыму
Короткие вспышки на миг освещали мой город.
Мне чудилось, словно армада летучих линкоров
Под залп сотен пушек таранила вязкую тьму.
Раскаты незримого боя все делались ближе.
От шума небесного взморья топорщились крыши.
И в час кульминации фантасмагории дивной
Разгул грозовой вдруг сменился на музыку ливня.
2018 г.
Darmowy fragment się skończył.