Czytaj książkę: «Расследования ерх-сыскаря Белкаева. Комплект из 4 частей истории Танго с неприятностями», strona 3

Прилёг на диван, чтобы привести мысли в порядок, и сразу ощутил, как Мохнатик, запрыгнув рядом, боязливо прижался к моей коленке. Я присел и сгрёб фамильяра, приподняв поближе так, чтобы видеть его огромные голубые глаза:

– Что, Меховушка, решил сменить одного хозяина на другого?

В ответ услышал извиняющиеся звуки, похожие на мурчание котика:

– Беррр-беррр-беррр…

– Подлизываешься, шерстяная твоя задница!..

И тут меня словно прорвало, я принялся жаловаться фифу на то, как сложно мне жить и работать бок о бок с Ораэлой из-за своей истинности. Рассказал, что едва она оказывается рядом, я веду себя словно идиот и ничего не могу с собой поделать. Слишком остро всё моё существо реагирует на её присутствие. Я не юнец какой, и многие оборотни к моему возрасту уже давно встретили свою истинную пару, но не я. Меня никогда прежде так не тянуло ни к одной представительнице женского пола и это норма для нас оборотней. Наши желания пробуждаются лишь когда появляется она – Истинная пара.

 По мере того, как я выговаривался, бездна недопониманий между мной и Ораэлой переставала казаться такой уж глубокой. Создавалось ощущение, что этот меховой фиолетовый комок забирает на себя мою тревогу.

Зверёк слушал внимательно, во всяком случае было очень на то похоже, а когда мой словесный поток признаний иссяк, он зашевелился, выбрался из моих рук и сполз с дивана. А вот дальше… Я решил, что уснул, потому как в реальности этого просто не могло происходить.

Вокруг фифа появилась дымка, подобная той, что возникает у оборотней при превращении. Мохнатик превратился в высокого обнажённого мужчину, подозрительно похожего на меня. Волосы только тёплого пшеничного оттенка, глаза – голубые, а не серые, и черты лица какие-то заострённые, отчего копия выглядела моложе меня.

– Ой, а что это со мной?! Беррр-беррр? –  вслух удивился молодой мужчина, испуганно оглядывая себя, – ох, и ничего ж себе! Я что, теперь человек?! Обалдеть можно!!!

Мне захотелось проснуться, и я впился ногтём в подушечку указательного пальца. Стало больно, значит, мне это не снится, я вижу иллюзию. Помотал головой со слабой надеждой, что глюк отпустит, но куда там. Моя обнаженная копия стояла в паре метров от меня и тоже крайне убедительно изображала шок.

Я запустил сканирующее заклинание. Так, что тут у нас: магическая связь со мной говорит о слабой привязке по типу фамильяра к хозяину. То есть, вот этот фиф-оборотень пнапрямую связан с моей магией. Вероятно, со временем связь может окрепнуть или, наоборот, ослабнуть и оборваться. Удержать его, если сейчас кто-то решит перебить привязку, я вряд ли смогу. Хотя… Если он имеет собственную волю, то сможет сам выбрать кому служить. Решил проверить насколько это преобразившееся существо разумно и спросил:

– Эй, а имя у тебя есть?

Бывший фиф задумался, скосил голубые глаза в сторону и нерешительно произнёс:

– Я ничего не помню о себе. И как зовут тоже. Мне нравится имя Мурзик, можешь меня так называть.

Я поперхнулся – вот этот здоровенный голый мужик с меня ростом хочет называться кошачьей кличкой? Серьёзно? Сейчас проверю.

– Мурзик-Урзик, ладно, будешь пока Урзом, – смотри-ка нормально среагировал.

И тут Фамильяр опустил глаза, его взгляд скользнул по новому облику вниз, и Урз без малейшего смущения попросил:

– Арчи, а можешь своему фифу выделить штаны и рубашку.

– Ты знаешь, что ты фиф?

В ответ я получил утвердительный кивок:

– Я помню себя с момента какого-то сборища магов. Я был там фифом, и рыженькая девушка звала меня Мохнатик. Отвратительная кличка, ну какой я мохнатик! Я даже в ипостаси фифа был не сильно пушистым, только на голове мех был погуще и длиннее, а как человек так и вообще.

Я хмыкнул и пошёл к комоду за вещами. Урз и правда был весь гладкий, даже на груди никакого намёка на растительность.

– Вот, – я стал доставать вещи и кидать ему, чтобы проверить скорость реакции, – оденься пока.

Он ловил их с лёгкостью, не помешало даже то, что вещи я кидал без остановки одну за другой. Что же, любопытно. Быстрота реакции как у матёрого оборотня.

Кто же ты такой, Мурзик-Урзик?

Следующие полчаса я изучал Урза. Если не знать, что он фиф, то установить это будет сложно. Отличия были прежде всего в эмоциях. У него некоторые отсутствовали в принципе. Я не успел протестировать все, но у оборотня отсутствовало половое влечение на корню, и он не был способен влюбляться.

– Послушай, фиф, я сейчас отправляюсь в академию, а ты остаёшься ждать меня здесь, дома.

Золотоволосая копия меня любимого отчаянно замотала головой:

– Нет! Я с тобой! Я с ума сойду тут, пока буду один!

Спорить с этим чудом не было смысла, и я спеленал его чарами, запечатав дверь магией, чтобы точно не выбрался, и спокойно отправился по своим делам. Но не успел я сделать и пары шагов от дома, как рядом открылся портал, и из него вышел Урз. Однако… Проблема…

– Я не буду мешать, правда! – сообщило это сильное магическое недоразумение, у него был настолько решительный вид, что я решил позже разобраться с тем, как и какими заклинаниями можно на него повлиять.

– Ладно, идём. Смотри, учись, но молча. Не стоит посторонним знать, кто ты такой. Представлю тебя как младшего сыскаря УСа. Теперь ты – Урз Муркович, мой родственник, если спросят про сходство.

– Согласен-согласен, – с энтузиазмом закивала моя копия.

Амулет связи нагрелся, сигнализируя о вызове. Оказалось, что я понадобился Арьеру, пришлось отложить поход в АТЧ и вернуться в дом.

– А это кто? – спросил меня Дракон, мотнув головой с распущенными иссиня-чёрными волосами в направлении фифа.

Мы устроились в моей гостиной втроём – три оборотня и каждый в человеческой ипостаси.

Фамильяр отреагировал быстрее меня.

– Младший сыскарь УСа Урз Муркович к вашим услугам, – отрапортовал блондинистый дубликат и, энергично поклонившись Арьеру, развернулся ко мне, спросил:

– Может быть сделать нашему гостю чай, кофе, взвар и что-нибудь перекусить?

Я закрыл лицо ладонью и покачал головой. Откуда у него могут быть такие знания? Вот кто его такому научил? Точно не я.

– Арьер, понимаешь, тут такое дело, – вяло начал объяснять я, но Дракон меня перебил:

– Это фиф Мохнатик?! Какого замогильного холода он стал человеком?! Упырь знает, что творится!

Как Чёрный Дракон его вычислил? Мне нужно всё знать, а фифа лучше отправить на кухню, чтобы не грел уши:

– Урз, если тебя не затруднит, сделай нам кофе и канапе. Там на кухне в холодильном шкафу ты найдёшь все необходимые продукты.

– Понял, принял! Всё сделаю. Я мигом!

Моя золотоволосая копия взвилась с такой скоростью, что я испугался, как бы он не взлетел, ещё люстру снесёт, и исчез молниеносно в направлении кухни. Фифы передвигаются довольно резво, но в человеческой ипостаси… Вряд ли найдётся существо более быстрое, чем новоявленное уже не сиреневое чудо.

Фиф настрогал аккуратные кубики и нанизал их на деревянные шпажки с нечеловеческой скоростью. Я едва поведал Арьеру то немногое, что успел узнать сам, а он поделился своими наблюдениями за магией фифа, по которой и вычислил Мохнатика. Природа его силы была сродни ледяной стихии, это отчасти объясняло причину, по которой СЗЭСки способствовали превращению магического животного в человека.

Теперь на удивительного фифа большими глазами смотрели мы вдвоём. Просто его стряпня оказалась выше всяких похвал. Я всегда питал слабость к вкусной еде, и теперь у меня просто уши чесались, чтобы узнать, какие кулинарные изыски ещё может приготовить Урз.

Мы вновь сидели в полном составе в гостиной, попивая взвар из тончайших фарфоровых чашек, молчаливые и озадаченные произошедшими метаморфозами с Мохнатиком. Я вспомнил, что Дракону что-то от меня было нужно, и поспешил напомнить об этом. Он сначала взял с меня и Урза магическую клятву о неразглашении, а потом попросил передать кое-что Бесиль Пюэль, адептке первого курса, соседке по комнате моей Истинной. Этот чешуйчатый прохиндей последнее время развлекался тем, что, затесавшись в ряды первокурсников АТЧ, ностальгировал по молодым годам, по-ходу и крутить с адептками успевал. Лишь недавнее открытие, что ледяная магия его взбодрила так, что он стал оживать и терять способности уничтожать СЗЭСки, заставило его пересмотреть свой образ жизни.

Арьер понял, что ему ни в коем случае нельзя контактировать с ледяной магией Бесиль, и похоже он решил меня сделать крайним, тем самым гонцом, что принесёт девушке плохие вести. Я предложил сообщить, что Арьер погиб и всего-то делов, но Дракон оказался категорически против. В итоге сошлись на том, что сокурсник досрочно закрыл финальную сессию первого курса и уехал до нового учебного года отдыхать и поправлять здоровье на далёкое Горское море. Я должен буду вручить от Арьера подарок для девушки – амулет связи с камнем аниолитом в форме сердца. Эта разновидность зелёного циозита с вкраплениями рубина глубокого розового цвета во все времена высоко ценилась артефакторами, камень был невероятно редким. Помимо того, что амулет служил источником надёжной аудиосвязи, он ещё и улучшал семейные отношения. Аниолит обладал магической способностью исцелять душевные раны, внушать уверенность в себе и придавать жизненных сил владельцу.

Естественно, стоил этот амулет целое состояние. Когда Чёрный Дракон ушёл, я поделился своей догадкой с фифом:

– Урз, похожа наша древняя реликвия крепко влюбилась.

Фиф на это лишь пожал плечами:

– Я не понимаю, что значит влюбиться. Сомневаюсь, что Арьер хочет сделать эту девушку своей хозяйкой, а другие варианты привязанностей я не могу почувствовать.

Я задумался. Фифов мы подбираем в Каокском ущелье. Там находится межмировой портал в мир, где обитали эти животные. Время от времени фифов выбрасывает из него в наш мир. За всё то время, что они обитают в Манжунте, фифы за размножением замечены не были. Мы пополняем число фифов и других случайных попаданцев через Каокский портал.

– Арчи, приятель, ну, так мы идём в Академию Темнейшего Черепа помогать другим фифам?

Приятель. Хм-м-м… Было в манере разговора и интонациях голоса Урза что-то подростково-мальчишеское, но я пока не стремился его воспитывать, не до нюансов общения сейчас.

– Да. Нам необходимо убедиться, что среди фифов не случилось эпидемии. Надеюсь, твоё очеловечивание единичный случай.

Блондинистая копия мне кивнула, но заметно сникла. Даже захотелось потрепать мальчонку по лохматой макушке, но нельзя. Он вообще неизвестный науке вид, и его бы в лаборатории хорошенько изучить, но жалко сдавать на опыты. Потом решу, что с ним делать, а пока назовём это «испытанием фифа в полевых условиях».

Оставшаяся часть дня пролетела как одно мгновение. Сначала я переполошил женское общежитие, пока искал комнату Бесиль, чтобы передать прощальный подарок Дракона. Затем занялся осмотром фифов адепток. В этом мне здорово помог Урз. Он терпеливо объяснял, что мы не собираемся снова их забирать, но нам нужно получить данные по возможным изменениям в поведении их любимцев. Урз оказался обаятельным, добродушным и искренним. Он легко втирался в доверие так, что это мне, а не Урзу оставалось лишь смотреть и учиться.

К сожалению, мы не могли открыто пояснить адептам то, что один из зверьков научился сначала говорить, а потом и вовсе принимать человеческий облик, а это затрудняло допрос подозреваемых. Расспрашивали о любых странностях в поведении фифов и просили дать осмотреть животных. Но, наученные горьким опытом, отдельные индивиды отказали в доступе в свои особняки. Если бы было больше оснований для беспокойства, я на месте выписал бы ордер на обыск, но пока поводов не было, и зацепиться было не за что.

В итоге, несколько фифов нам осмотреть не удалось, как и встретиться с их владелицами, ограничились лишь связью по амулету.

Пока решил на этом остановиться, успокаивая себя тем, что, возможно, Урз совершенно уникальный случай. Я окончательно утвердился в своем решении выделить ему гостевую комнату в моём особняке. Увесистым аргументом в пользу этого стал ужин, приготовленный фифом. Иголки колючие, я такой вкуснятины давно не ел! Да за такого повара не жалко и повоевать.

Мой взгляд упал на брошенную на стол газету. В заголовке на первой полосе мелькало моё имя, и сейчас я вспомнил, что хотел ознакомиться с творениями местных писак, что там ещё про меня насочиняли в жёлтой газетёнке.

«Ерх-сыскарь Арчибальд Белкаев ножницами расчищает себе путь к тому, чтобы стать единственным обладателем самой красивой платиновой шевелюры в столице!» – гласил заголовок над изображением портняжных ножниц, чьи длинные лезвия зловеще блестели от фотовспышки.

Здравствуйте, оборотни добрые, приехали! Я сел в кресло и принялся более внимательно читать статью:

«В прошлом выпуске мы писали о сотнях жертв, чьи волосы были обрезаны безжалостным маньяком-цирюльником», – так уж прям и сотни! Всего-то семь подстриженных против их желания девиц. – «Корреспонденты Светских сплетен стали проводить собственное независимое расследование», – ага, всё их расследование свелось к опросу горстки болтливых кумушек, –  «и выяснили, что таким образом одна хорошо известная всем белка устраняет конкурентов! Речь о всеми обожаемом Арчибальде Белкаеве, занимающем пост ерх-сыскаря. Пользуясь служебным положением, глава УСовцев устраняет конкурентов силами подчинённых ему сыскарей. Он идёт прямо по блондинистым головам к своей заветной цели – стать единственным, а, значит, и самым красивым обладателем длинных платиновых волос в Адилии! Мы призываем общественность не молчать! Доколе мы, адилийцы, будем ещё терпеть произвол кучки ерхов, держащих в страхе не только нашу Адилию, но и всю Манжунту! Остановим произвол правящей верхушки! Нельзя быть белыми и пушистыми для всех – растащат на воротники!»

Я в раздражении отбросил газету в сторону и увидел, что передо мной застыл фиф в человеческой ипостаси.

– Урз, ты что-то хотел?

Он с энтузиазмом кивнул, взметнув в воздух пышное облако только что вымытых пшеничных волос. Я слышал, как недавно лилась вода и порадовался тому, что у меня такой чистоплотный фамильяр. Надо только ему отдельный шампунь и всё остальное купить, а то будет подозрительно, если мы с ним будем одинаково пахнуть.

– Арчи, я могу пойти изучать город?

Я выглянул в окно, там была непроглядная темнота.

– Урз, ты уверен, может утра подождешь? – с сомнением в голосе спросил я.

– Арчи, ну, я же фиф, если что, обернусь в зверька и спрячусь так, что никто не найдёт. А ещё, я всегда могу открыть переход из любого места, где нет глушилок.

Обидеть фифа непросто, он скорее сам кого хочешь обидит. Ну, а кого не сможет обидеть, того усыпит.

– Хорошо, Урз, иди. Но только помни, что для всех ты младший сыскарь УСа.

Фиф так часто закивал, мне невольно подумалось о том, что ему заново нужно будет расчёсываться.

Когда Урз ушёл, я вернулся к чтению газеты. Надо будет поднять архивы по схожим делам и документы со всеми свежими эпизодами и внимательно их изучить. Боюсь, что в этом деле и правда замешан кто-то из наших сыскарей.

Глава 6

Ораэла Спрингз

День был приятно-погожим. В конце весны солнце оптимально припекало. Я бы мурчала от удовольствия в его лучах, если бы не истерящая рядом потерпевшая. Наш маньяк-цирюльник обкорнал очередную платиновую блондинку, и теперь мы дружно слушали по пятому кругу о том, как тщательно она следила за тем, чтобы ей не отрезали больше положенного, когда подравнивали кончики, а тут такое.

– Когда на неё успокоительное подействует?! – наклонившись к моему уху так, чтобы потерпевшая не услышала, поинтересовался Арчибальд.

Я с упоением вдохнула аромат разметавшихся по плечам волос ерх-сыскаря. Видимо оборотень только-только помыл голову. Шлейф цветочного аромата из эфирных масел розы и ириса окутал меня невидимой дымкой. Узнаю шампунь дорогой косметической марки. Ммм…

Наши глаза встретились, и на меня внезапно нахлынуло страстное желание. Я ощутила, что волна захватила и Арчи. Это мне льстило и подстёгивало к откровенной провокации.

– Уважаемый ерх-сыскарь, возможно, просто девушка хочет привлечь твоё внимание, – проворковала я, растягивая слова и произнося их нарочито низким грудным голосом, позволяя взгляду отразить те чувства, что зародил во мне этот оборотень. – И я её понимаю. Ты невероятно привлекательный мужчина!

Расплавленное серебро засверкало синевой, и оборотень-белка сгрёб меня в охапку. Лёгкое падение вниз, и мы перенеслись прямиком в спальню. Здесь всё было в розовых тонах, и я хотела удивиться этому, но Арчи подарил столь жаркий поцелуй, что стало не до дизайнерских изысков. Я застонала в ответ, настолько приятным и будоражащим он оказался. Наши языки принялись сражаться, разгоняя кровь по венам.

Краткое мгновение и Арчибальд единым движением сорвал одежду с меня, а потом разделся сам. Поджарое тело впечатало меня в кровать. Я огладила его плечи и спину. Ощутив какая нежная и гладкая у него кожа, не удержалась и вонзила в неё ногти. В ответ Арчибальд страстно зарычал, и я, поощряемая его довольным урчанием, провела ногтями дорожки вдоль его позвоночника.

– Да-а-а, – хрипло откликнулся на грубую ласку мужчина.

Он спустился ниже и теперь покрывал поцелуями мою шею.

– Извини,  – опомнившись  сказала я, – у тебя, наверное, красные полосы от моих ногтей останутся.

– Не останутся, – низким рокочущим голосом, запустившим новую волну удовольствия, ответил Арчи.

Да он же оборотень, вспомнила я, у него повышенная регенерация, и обрадованно вонзила ногти в твёрдую мускулистую спину со всей силы так, как сейчас хотелось.

А дальше реальность поплыла, и я вместе с ней. Наши стоны, хриплое дыхание мужчины, его руки повсюду и поцелуи!.. Ах, какими трепетно-нежными были эти поцелуи. Я чувствовала себя самой-самой, любимой, долгожданной, единственной. Волна удовольствия накрыла с головой, эйфория затопила от макушки до пят, я парила и не хотела, чтобы это прекращалось… Но настойчивое тыкание в бок заставило меня открыть глаза. И как этот фиолетовый комок меха, умещающийся в моих ладонях, может так сильно толкаться?!

– Василь, ты чего, ночь же ещё… – сиплым со сна голосом возмутилась я.

Тыкание прекратилось, мелочь скатилась с кровати, и я услышала удаляющееся цоканье когтей по полу, а затем поняла, что кто-то негромко стучит в окно. На окне комнаты установлена защита от посторонних звуков и, не разбуди меня Василь, ничего бы не услышала.

Стоп. Кто-то стучится в окно? Тут же второй этаж!

Я закуталась в покрывало и прошлёпала босыми ногами к единственному в нашей комнате окну, рядом с которым кто-то левитировал. Эти невероятно притягательные серебристые глаза и точёные черты лица были только у Арчибальда. И всё же, было в них что-то странное и незнакомое. Может это из-за того, что за окном непроглядная тьма?

Распахнув окно, я впустила ерх-сыскаря. Перед тем как запрыгнуть на подоконник, он приглушил магическое освещение и наслал на мою соседку сонные чары. Я хорошо знала те руны, что ночной гость использовал, чертя их прямо в воздухе.

– Мрачной ночи, Ораэла. Я прервал твой горячий сон, где мне отводилась не последняя роль, ведь так?! Знаю, что снился тебе только что. Надеюсь, что во сне ты видишь рядом с собой лишь меня!..

Какая непрошибаемая самоуверенность! Захотелось ответить как-нибудь оригинально и так, чтобы в отместку поставить ерх-сыскаря в неловкое положение. Вспомнила, что ходят слухи о неумении господина оборотня танцевать адилийское танго. Вот как можно столько прожить в Адилии и до сих пор не овладеть самым популярным, не только в нашем королевстве, но и во всей Манжунте, танцем?! Это же ещё надо умудриться!

– Арчибальд, – я коварно улыбнулась застывшему в ожидании моей реакции блондину, – раз уж мы оказались в неформальной обстановке, то я хочу потанцевать. Знаешь, столько дел, столько дел, совсем не до танцев было. А я по нашему адилийскому танго неимоверно соскучилась.

Он согласно кивнул, проявив неожиданный энтузиазм, щёлкнул пальцами, устанавливая над нами подвижный звуконепроницаемый купол, и нарисовал на нём музыкальную руну.

Танго я обожаю, танцую давно и довольно часто. А посему, высокий рост оборотня-белки меня не смутил. Я уверенно положила руку ему не на шею или плечо, как принято, а на сгиб локтя (кто же виноват, что он таким высоченным уродился), зато мне не придётся к нему тянуться во время выполнения танцевальных элементов. Вторую руку так же пристроила не совсем обычно: вместо того, чтобы вложить свою ладошку в его, разместила на сгибе локтевого сустава, в том месте, куда с комфортом доставала. Ну что же, чувствую себя в таком положении вполне комфортно и удобно. Я сосредоточилась на музыкальной композиции, погружаясь в магию танго всё глубже и глубже. Плавно и соблазнительно начала двигаться в такт мелодии, развлекая себя и соблазняя Арчи.

О, да! Сейчас я точно отыграюсь на этом серебристом блондине за все свои смятые во сне простыни. Моя манера танца всегда будила в мужчинах чувственные желания, я же обычно ничуть не впечатлялась партнёрами по танго. Для меня танго – это просто танго и ничего личного. Едва я начинала танцевать, мой мозг переходил в блаженный режим, когда теряешь счёт времени и зависаешь в таком спокойствии, которое сродни нирване.

Следуя выработанной привычке, я направила внимание внутрь себя, входя в такое привычное “состояние танго”. Не успела опомниться, как мы танцевали третью или четвёртую композицию. Я решила, что пора бы остановиться и оценить, насколько серебро глаз мужчины затопил расширившийся зрачок, верный признак сексуального возбуждения.

Но! Этого не может быть! Меня постигло разочарование. Взгляд Арчибальда был таким же, как и до танца. Да что там зрачок, даже восхищения мною я по внешнему виду мужчины не считала. Ну и ну! Пусть сейчас он ещё не столь сильно впечатлён, я добьюсь своего! Уверена, через несколько дней этот холодный и неприступный Белкаев будет есть у меня с рук, не будь я Ораэла Спрингз! Каким бы известным и именитым магом стоявший передо мной оборотень не был, он прежде всего мужчина, а они всегда готовы пофлиртовать с харизматичной кудрявой блондинкой. Я очень привлекательная с точки зрения канонов красоты, и стоило оказать кому-то знаки внимания, то парень тут же активировался и включался в игру. Вот и сейчас я решила дать Арчи надежду, что я на него запала, а затем насладиться тем, как он будет обивать пороги моего дома, ну, или что тут, в женском общежитии, можно обивать?

– Арчи, – своим самым соблазнительным голосом начала я, проводя длинным ярко-алым ногтем по затейливой вышивке его рубашки, – я хочу тебе признаться кое в чём. – и ресничками хлоп, хлоп.

Ерх-сыскарь отошёл от меня и опёрся пятой точкой о подоконник.

– Я тоже пришёл поговорить. Уступаю первенство тебе – дамы вперёд. Я весь внимание.

Он сделал какой-то незнакомый мне вид поклона, ещё и рукой так махнул необычно, жестом подкрепляя свои слова.

– Так вот, Арчи. Я никогда не встречала таких невероятных мужчин как ты,  – напоказ скользнула языком между чуть приоткрытых губ, – и не устаю удивляться, как ты выстраиваешь логические цепочки и умело выводишь преступников на чистую воду.

 Последнее было правдой. Ерх-сыскарь за то время, что я за ним наблюдала, много раз блеснул интеллектом и находил едва уловимые важные улики. Вроде бы все: и я, и другие сыскари, осматривали одни и те же места преступлений, но только ему удавалось узнать, кто преступник по таким мелочам, которые оставались для всех остальных невидимыми. Я и не знала, сколько много может рассказать запах оборотню! А ещё у него звериное зрение, благодаря которому он чётко видит и вблизи, и вдали, и в темноте.

Я слышала от коллег, что Арчи один раз увидел на брусчатке, рядом с телом убитого, малюсенький волос. А в другой раз –  крошечную чешуйку. А в третий – он заметил, что жертва укусила преступника, и вычислил его по особенному составу крови.

Постоянно взвинченный и напряжённый оборотень сейчас удивлял меня до странности ледяным спокойствием. Ах, ну да, совсем забыла. Он – снежный маг, но всё равно ощущение какого-то подвоха не покидало меня. На задворках сознания бился голос интуиции, что происходит что-то неправильное. Арчибальд спокойным ровным голосом ответил:

– Спасибо.

Спасибо?!.. И это всё?! Да чтоб тебя зомби драли! Решила ещё добавить комплиментов, хотя чутьё подсказывало, что я не достигну своей цели… Но я упорная, а потому продолжим.

– До сегодняшней ночи я даже не позволяла себе надеяться, что смогу заинтересовать такого шикарного мужчину, как ты! Твоя холодность, это ведь защитная маска? – я прищурилась, напрасно пронзая Арчибальда пламенным взглядом. К моей вящей досаде, проникаться моим обоянием двуипостасный не спешил. – Такому властному красавцу, наверное, приходится постоянно отбиваться от поклонниц?! Именно поэтому ты отказывался танцевать и распустил слух, что не умеешь? А на самом деле прекрасно владеешь искусством адилийского танго?!

Всё также, стоя со скрещенными на груди руками, ерх-сыскарь ответил:

– Да. Ты права.

Вот саккада серебристая! Вы посмотрите какой непрошибаемый!

– Ораэла, у тебя всё?

Медио хиро тебя за пятую точку! Ах ты хиро корнасьён! Да чтоб твои серебристые патлы кольгада закрутила! Я кивнула и прикусила язык, чтобы не озвучить рвущиеся с него ругательства. Спокойствие собеседника дико бесило. Оборотень пропустил через свои пальцы распущенные гладкие пряди, причём так естественно, так непринуждённо, что я позавидовала его самоуверенности.

– Теперь моя очередь, – сообщил Арчибальд и, подмигнув, неожиданно признался: – ты тоже мне интересна как девушка. Днём я часто загружен на работе, но кто мешает нам проводить время вместе вне её. И если ты позволишь, то хотел бы организовывать тебе иногда романтические встречи по ночам. Как сейчас.

Хоть что-то! С непоседливой белки хоть шерсти клок. В душе я негодовала, рвала и метала. Надо же, я ему интересна! Всего лишь интересна!

– Позволю, – максимально холодным тоном истинной аристократки ответила я.

Мы ещё немного потанцевали, а затем ерх-сыскарь покинул мою комнату ранее опробованным путём, пообещав напоследок придумать что-нибудь интересное для следующего свидания.

В расстроенных чувствах я закрыла окно за Белкаевым, понимая, что предстоит бессонная ночь. Но заснула ещё на подлёте к подушке и мне, слава Темнейшему Черепу, больше не снилось ничего эротического.

Глава 7

Арчибальд Белкаев, ерх-сыскарь

Мне не спалось. Мучило беспокойство за Урза. Я успел сто раз пожалеть, что разрешил новоявленному чуду эту подозрительную прогулку по ночному городу. Он ведь так не хотел со мной расставаться, а тут внезапно побежал смотреть на ночную Адилию!

Глупец! Не нужно было потакать его прихоти! Он фиф, и мне не стоит об этом забывать.

Мой чуткий слух оборотня уловил звук открывающейся двери, и я направился в холл. Там стоял донельзя довольный Урз, улыбаясь во все тридцать два белоснежных. Выйдя к нему, я произнёс:

– Если бы не знал, что ты фиф, подумал бы, что у тебя был отменный секс.

Он махнул рукой в мою сторону и вернулся к втискиванию своего сорок пятого раздвижного в женские домашние туфли с открытой пяткой.

– Что ты! Я таким не интересуюсь. У меня есть новость намного лучше!

Я с нетерпением приказал:

– Рассказывай! И оставь в покое домашнюю обувь моей матери, возьми мои, любые. Вообще, где ты их откопал?!

Урз, быстро переобувшись, стал нетерпеливо переминаться с ноги на ногу.

– Арчи, – спустя томительные несколько секунд он решился ответить, – можно я приготовлю себе перекусить, а ты пока посмотришь, что именно я записал на эльфийский видеоамулет?

Я приподнял бровь в изумлении и кивнул.

Мурзик тут же впихнул мне в руку кулон с лабрадоритом. Последний обладал красивой иризацией, свидетельствующей о том что на нём есть длинная запись.

Эльфийский артефакт был доступен для многих по стоимости, но имел существенный недостаток: работал только через растущие деревья. Можно было заподозрить, что на нём что-то такое, что меня может разозлить, и фиф захотел обезопасить себя от моего гнева. Придётся идти в сад, чтобы посмотреть видео.

И я оказался прав – едва на кроне раскидистого дерева началась трансляция, нестерпимо захотелось вернуться в дом и придушить одного не в меру наглого мохнатого фифа!

Этот, с позволения сказать, фамильяр принял мой облик и вломился в комнату к Ораэле.

Я чуть было не бросился душить поганца, но чем дальше смотрел, тем кардинальнее менялось моё настроение. Видео давно погасло, а я всё стоял и стоял, не веря своим глазам и ушам. Из задумчивости меня вывел робкий голос Мурзика:

– Убивать будешь?..

– Нет, – ответил я ему и только сейчас заметил, что бьющие через край эмоции превратили зелёное дерево в абсолютно заснеженное.

Фиф тоже это заметил и восхищённо присвистнул, обходя покрытое снегом и инеем дерево со всех сторон. Я прислонился спиной к холодному стволу и, задрав голову к небу, вслух как будто обратился к Оре:

– Моя Златовласка! Как я рад узнать, что нравлюсь тебе! – затем опустил голову и нашёл взглядом притихшего Мурковича. – Знаешь, оборотни зачастую в течение жизни встречают несколько Истинных, но я встретил свою впервые. И даже несмотря на это, я настолько был в шоке от того, что она не оборотница, что хотел забыть о ней и искать дальше. Наивный! Забыть Ораэлу я не смогу никогда и теперь ни за что не стану этого делать.Особенно сейчас, когда у меня появилась надежда, что могу ей нравиться. Я приложу все свои силы, чтобы завоевать её.

Фамильяр изобразил обморок.

– Арчи! О такой любви и на голодный желудок, да ты живодёр! – он освободил мне проход в дом и отвесил модный несколько столетий назад поклон.

Уже совсем не мохнатый фиф пошел в сторону кухни, а я остался в гостиной предаваться мечтаниям о нас с Ораэлой.

Через некоторое время Мурзик вернулся. Я поспешил поблагодарить его:

– И, да, Урз, спасибо тебе большое.

– Арчи, да ладно тебе. Пустяки. Кстати, пока ты тут думы чувственные думал, я приготовил кабаньи рёбрышки в брусничном соусе, на гарнир – картофельное пюре. И ещё – салат из свежих овощей, витаминный! Пошли есть, пока не остыло!

Я уже обещал себе, что никому моего Мурзика, тьфу ты, Урзика, не отдам?! Так вот, теперь я даже взглянуть на него никому не позволю! Этот сиреневый меховичок мой и только мой! Кто там есть наверху, спасибо тебе за такого чудесного фамильяра! Он своим умелым приготовлением кулинарных изысков переплюнул даже королевских поваров!

 После ночного пиршества я расспросил фифа о деталях. Он поделился, что легко может оборачиваться точной копией меня. А ещё я узнал, что деньги на эльфийский записывающий амулет он украл из моего кошелька. Хоть фиф и утверждал, что просто позаимствовал, мне пришлось всё же провести с этим меховым заёмщиком воспитательную беседу, что изъятие денег без спроса «не есть хорошо» и сурово карается законом.