Przejdź do audiobooka
Сегодня прекрасный день, – так думала Селена. Она встала пораньше, чтобы подготовиться к приезду Клима. Они жили в одной квартире, но являлись просто друзьями. Друзьями, которые по-настоящему никогда не ссорились и уважали друг друга. Селена и Клим всегда чувствовали какую-то то особую связь друг к другу. Им не нужно было быть парой, они просто любили друг друга по-своему.
Селена была симпатичной брюнеткой с длинными, немного вьющимися, волосами и карими глазами. Несмотря на то, что Селена была желанным гостем на любых вечеринках и концертах, она не одевалась в дорогие фирменные вещи, не следила за модой. Она редко пользовалась косметикой и не любила платья с каблуками.
Селена поставила камеру напротив входной двери, чтобы заснять момент, когда войдет Клим, представляя тот радостный момент их встречи, ведь они ещё не расставались так надолго – на целую неделю! Не дождавшись ответа на сообщение, Селена стала звонить Климу, но слышала только долгие гудки. Кажется, уже прошла вечность, ожидание тянулось. Селена сидела в гостиной и ждала звонок или, хотя бы, сообщение, глядя на чёрный экран телефона, она надеялась, что Клим просто занят или включил беззвучный режим.
Раздался звук дверного звонка. "Ну, наконец-то!" – подумала Селена, радостно вскакивая с дивана. Нажав на кнопку записи камеры, она подбежала к входной двери. Открыв дверь, она увидела перед собой молодую женщину в светлой одежде. Радостная улыбка превратилась в удивление.
– Нина! – вымолвила Селена, не ожидав увидеть её вместо Клима.
На пороге стояла красивая молодая женщина. У неё были светлые уложенные волосы чуть ниже плеч, зеленые глаза, под цвет которых сделан макияж, ногти средней длины бежевого цвета, одета в светлое пальто, а на ногах были надеты сапоги на каблуках. Нина была очень ответственной, именно поэтому, она и являлась менеджером Селены.
– Ты забыла, что я обещала сегодня зайти? – произнесла Нина, войдя в квартиру.
– Да… – призналась Селена, – Сейчас приедет Клим, у меня все мысли только о нëм. Вот, хотела встретить его, и заснять… – замолчала она, т. к. вспомнила, что камера работает.
– Я ненадолго. – ответила Нина, снимая с себя верхнюю одежду.
Выключив видеозапись, Селена пригласила Нину в гостиную. На столике, возле дивана, лежала яркая книга в прозрачной упаковке, обратив на неё внимание, Нина взяла её в руки.
– Это подарок Климу, – объяснила ей Селена присаживаясь на диван. – Как только книга вышла в печать, я её сразу купила, Клим её ждал.
– Ещё одна. – улыбнулась Нина, – Говорят книга – лучший подарок. И Клим тому пример.
У Клима была целая книжная полка, на которой, собственно, и стояли книги, которые он любил читать и перечитывать.
– Я здесь, как раз, насчёт книги. – проговорила Нина, – Твоей книги.
– Да, я помню, – замялась Селена, теребя в руках свой телефон, – Она в процессе, я пишу, правда.
– Если ты не справляешься, давай наймëм человека. Я, даже, знаю к кому можно обратиться.
– Нет, – проговорила Селена, – Это будет уже не моя книга.
– Да никто и не поймёт, что часть писала не ты, я прослежу за этим.
– Но я-то буду об этом знать, я не смогу говорить подписчикам, что это моя работа.
– Тогда пусть твой любитель книг тебе поможет. Издательство торопит, а я не могу им говорить одно и то же.
– Я тебе обещаю, что я постараюсь закончить книгу в ближайшее время. – пообещала ей Селена, – И, если потребуется, обращусь за помощью к Климу.
– Тебя что-то беспокоит? – обратила внимание Нина на ëрзанья телефона в руках Селены.
– Клим не берет трубку. – волновалась Селена.
– Зная его, могу предположить, что он тебе хочет сделать сюрприз.
– Может, ты и права, – согласилась Селена и, глядя на дисплей телефона, её осенило, – Сегодня же двадцать восьмое! Это наше число.
Эта мысль немного успокоила Селену, хотя Клим мог и бы написать, хоть что-то: что он опоздал на самолёт или нет билетов, а потом неожиданно зайти в квартиру с большим пакетом вкусной еды.
– Позвони ещё раз, – предложила Нина, – Вдруг, он не слышал?
Перестав теребить мобильный телефон, Селена вновь набрала Климу. В этот раз гудки прекратились и кто-то взял трубку.
– Алло? – взволнованно произнесла Селена, – Клим, где ты?
– Вы Селена? – раздался незнакомый мужской голос в трубке, – Вы так подписаны.
– Д-да, – растерялась она, – А вы кто?
– Пожалуйста, присядьте. – произнёс мужчина.
Слушая, что ей говорит мужчина, Селену резко бросило в жар, она стала обмахивать лицо свободной рукой. Нина начала волноваться, хоть и не слышала, о чём шла речь, но по лицу Селены она понимала – случилась, как минимум, беда. Внезапно по щекам Селены побежали слёзы.
– Нет! – в голос заплакала Селена, выронив телефон из рук.
– Что случилось?! – испуганно спросила Нина, касаясь рук Селены.
– Он… авария… – пыталась ответить Селена сквозь слёзы, но не могла больше ничего вымолвить и закрыла своë лицо руками.
В голове Нины крутилось множество мыслей, она боялась предположить самое страшное.
Подняв глаза вверх, словно что-то осознав, Селена вдруг поднялась с дивана и направилась к входной двери.
– Селена… – беспокойно произнесла Нина медленно следуя за ней.
Открыв дверь, Селена вышла в пустой коридор. Она надеялась, что это дурацкая шутка. Это же их день, их число… Возможно, Клим потерял телефон и кто-то, с дурацким чувством юмора, решил, что такими вещами можно шутить. Селена стояла и смотрела в конец коридора. Но никого не было. Не было слышно ни звука. Селена надеялась, что это, просто, страшный сон и, от нарастающей боли, она скоро проснётся. Селена увидит, что Клим уже дома, словно никуда и не уезжал, а потом, за они будут смотреть интересный фильм и есть вкусную еду.
– Пойдём домой, – тревожно проговорила Нина, – Здесь никого нет.
Селена не слышала Нину, в её голове крутилось множество мыслей, объясняющий происходящее. Она не верила, да и не хотела верить, в то, что такое могло случиться на самом деле. Селена не хотела верить в то, что Клима больше нет… она не могла вновь остаться одна, не могла вновь остаться наедине со своими страхами, которые она победила. Не могла…
Внезапно в глазах потемнело, ноги подкосились и Селена потеряла сознание.
До встречи с Климом, Селена жила совершенно другой жизнью и с другим именем. С рождения её звали Леной и жила она в маленьком городе. В своей семье Лена чувствовала себя белой вороной, а в любой компании – лишней. Казалось, ей нигде не было места.
Лена жила в небогатой семье с матерью и младшей сестрой в небольшой, двухкомнатной квартире с балконом. Они с сестрой делили одну комнату на двоих: здесь располагались две кровати, шифоньер и большой стол с двумя стульями. Их мама спала в зале, на диване.
У мамы были тёмные волосы, носила она короткую стрижку и всегда хорошо одевалась, чтобы, в чужих глазах, выглядеть успешной женщиной. Младшая сестра, Диана, тоже была брюнеткой, как мама и Лена, её волосы были до пояса. И также, как мама, она любила хорошо выглядеть и одеваться по моде. А Лену никогда не интересовали шмотки, даже, в старших классах.
Матери не нравилось, что Лена отличалась от неё и Дианы, ведь это било по идеальной репутации их хорошей, примерной семьи. "В нашей семье всегда все хорошо учились, все были самостоятельными с детства." – любила читать нотации мать Лене при каждом удобном случае. Таких случаев было настолько много, что Лена, уже сама, поверила в то, что она неудачница, глупее которой просто не существует!
Их семья не выделялась от остальных, но мать считала иначе. Она пыталась выглядеть идеальной в чужих глазах и требовала этого от дочерей. Младшая любимица, Диана, с этим справлялась, да ей и не стоило больших усилий соответствовать требованиям матери. Кажется, Диана не притворялась, а просто была рождена идеальной. Лена же, не хотела делать, что ей говорят, но переступая через себя, каждый раз, старалась делать, что от неё требуется, потому, что она была воспитана угождать другим в ущерб себе. И в таких ситуациях слово "нет" в её лексиконе просто отсутствовало. Довольно часто требования и просьбы матери сопровождались криком и упрëками в сторону дочери. А если Лена ей не угождала, – тогда следовало наказание. Физическое наказание. Лена находилась в подвешенном состоянии и не понимала, почему она не может быть нормальной, как все.
Лена ненавидела своё имя, особенно его полную форму. Слишком много раз оно слетало из уст матери, когда та в бешенстве орала на Лену.
Когда Лене было шесть лет, они с мамой, её подругой и детьми подруги гуляли по городской площади. Что-то матери не понравилось и та решила наказать дочь. Когда две семьи подошли к киоску, чтобы купить каждому по мороженому, Лене мама сказала, что та не заслужила, а её подруга была полностью согласна с тем, что наказание было оправданным и, вполне, справедливым. Все, кроме маленькой Лены, шли по улице и ели мороженое. Ей было обидно, но Лена не плакала, – она уже тогда предпочитала держать всë в себе и игнорировать плохое, делая вид, что так надо.
В восемь лет мама взяла Лену в гости к своей подруге. Дочь вновь не угодила. В этот раз наказанием было оставить её на улице и читать книгу, которую они зачем-то с собой взяли, словно мать всё заранее предвидела.
Хорошо, что в силу своего возраста Лена не всё понимала, – это могло разбить её сердце.
Когда Лена стала ходить на кружок керамики, ей очень нравилось лепить из глины, а после обжига раскрашивать получившиеся фигурки. И, конечно, наказанием было не пускать дочь на кружок. По началу, Лена плакала от обиды, она не хотела пропускать любимый творческий кружок, где могла отвлечься и находиться в спокойном состоянии. А потом её интерес угас и Лена уже сама не хотела посещать этот кружок. Мать упрекала дочь в том, что та больше не посещает керамику, это означало, что Лена бездельничает, а так не должно быть.
Заболеть, для Лены, было не меньшим испытанием. Мама ругала её и за это. А болела Лена не так часто и так не долго, как мать могла раздуть из этого трагедию. Однажды, мама не поверила, что её дочь заболела и посчитав, что та притворяется, отправила её в школу. Когда болела Диана, то мама была к ней снисходительна, ведь любимая дочь училась только на одни пятëрки, а это давало ей огромное преимущество перед старшей сестрой, двоечницей.
На кухонном столе всегда был мёд, мама твердила, что он полезный и его нужно есть каждый день. Однажды, Лена поняла, что именно после мёда у нее стал болеть живот. Отказываясь есть очередную порцию, она сказала маме, что ей плохо. “Что ты выдумаешь? – не верила ей мать, – Ешь!” А через пару лет, выяснилось, что у Лены аллергия на мёд.
Мама была помешана на учёбе, а Лена никогда не была отличницей. Ей было тяжело отвечать на уроках перед всем классом, она просто деревенела от страха. Мать заставляла её сидеть за учебниками даже летом, а если Лена что-то не понимала, то следовали крики и её мама сразу хваталась за ремень. Она внушала дочери, что, если, та не будет учиться, то окажется на улице, и её не возьмут даже дворником или техничкой. Никто не будет терпеть её сложный характер и неподчинение. Оценки – показатель ума, так считала мать, а у Лены хороших оценок было негусто. Ей не давалось большинство предметов т. к. они были скучными и непонятными. Лена любила рисование, а в старших классах – черчение, ещё ей нравился предмет “русский язык” т. к. она любила писать в тетради, а её сочинения часто хвалил учитель.
Когда Лене было одиннадцать лет, в школе руководитель раздал ученикам открытки. Классным заданием было подписать их, чтобы, позже, ученики подарили открытки мамам на восьмое марта. Лена, единственная из класса, сочинила стихотворение и учитель её, вновь, похвалил. Днëм она подарила открытку маме, а, уже вечером, обнаружила её в мусорном ведре, на самом видном месте. Просто поверх горы мусора…
Лена была замкнутой и необщительной. Ей было тяжело начать диалог первой, как и, в принципе, продолжить его. Она боялась сделать что-то не так, боялась ошибиться, боялась, что её высмеют. В классе её считали глупой и странной. Лена очень не любила школьное время, её часто задирали и позорили. Она была объектом для насмешек и издевательств, в основном для одной одноклассницы, которая её невзлюбила из-за того, что Лена отличалась от всех. Лена была идеальным объектом для травли – её никто не защитит, ей не к кому обратиться за помощью.
Кристина – так звали главную обидчицу. Селена завидовала её длинным русым волосам – они были идеально прямыми! Блестели на солнце и, точно, были шелковистыми. Кристина была из благополучной семьи и жила в достатке, родители её часто баловали и покупали всë, что она захочет. Кристина чувствовала свою безнаказанность и даже учителя ничего не замечали потому, что Лена отрицала то, что у неё плохие отношения с одноклассниками. Кристина любила пугать Лену громкими хлопками или ударами учебником по парте. С тех пор Лена стала бояться каждого громкого звука – будь это гром за окном, салют в небе или петарды в коридоре школы.
Лене всегда было проще промолчать и не спорить, никому ничего не доказывать (даже самой себе), не бороться и смириться с любой ситуацией, не привлекать к себе внимание и быть невидимкой…
На переменах Лена наблюдала за ребятами и представляла себя на их месте, – каково это быть как все: когда на тебя смотрят как на равного, когда тебя приглашают в гости, когда ты можешь просто поговорить хоть с кем-нибудь…
Никто не мог узнать какая она потому, что Лена была слишком застенчива и не знала, как нужно себя вести. Но, не смотря на сплошную чёрную полосу в жизни, она верила, что однажды всё изменится. Лена мечтала о том, что все, кто над ней смеялся, станут смотреть на неё по-другому и принимать её такой, какая она есть. А кто-то, даже, будет хвастать, что был с ней знаком.
Одним днëм, учитель не заметил Лену на своём уроке, и отметил её в журнале, как отсутствующую. Лена всегда боялась звонков из школы, ведь, потом следовали крики и наказание от мамы. В результате одного из таких наказаний, с испугу, Лена напоролась рукой на что-то острое. Врачам пришлось наложить швы на передней поверхности плеча. На этом месте у Лены остался шрам, который она скрывала под рукавом. Шрам не был страшным или слишком заметным, но Лене казалось, что все только и смотрят на него. Она никогда не считала себя красивой, а со шрамом, Лена стала чувствовать себя, ещё более, уродливой.
Лена не привыкла жаловаться, по какой-то причине, ей было стыдно рассказывать о печальных событиях своей жизни. С мамой Лена давно перестала чем-либо делиться, ведь та всегда находила за что её отругать, отчитать, упрекнуть… Каждый неверный шаг был поводом ткнуть Лену и показать, что мать всегда права, ведь она была старше и точно умнее.
Лена завела личный дневник. Однажды, она поняла, что в её сумке кто-то рылся, а дневник был перевëрнут вверх тормашками. Кто-то нашëл его и прочëл… Лене было не по себе, она чувствовала стыд за свои мысли в дневнике, которые прочëл другой человек. Лена подумала, что это была Диана, пока случайно не увидела, как её мама потянулась к её сумке, считая, что в комнату никто не войдëт. Увидев Лену, она сделала вид, что, просто, потрогала ручку её сумки… это выглядело так нелепо! Селена перестала записывать мысли в личный дневник, ведь он уже не был личным.
Мать уверяла Лену, что та учится и ведёт себя хуже всех в классе, в то время, как половина учеников уже пробовали алкоголь, а на переменках бегали курить за гаражи.
Лена, чувствуя свою вину и неуместность, где бы она не находилась, думала обратиться к школьному психологу, т. к. понимала, что ей нужна помощь, она хотела знать что с ней не так… Но так и не могла довериться даже ему.
Карманных денег Лене мать не давала. И та продавала своë творчество. Однажды сестра рассказала маме о том, что у Лены есть деньги. И мать отобрала всë заработанное, давая понять, что эти деньги незаслуженные. Диана оправдалась перед сестрой тем, что она не выдержала и рассказала матери, и вообще, она не знала, что это секрет.
С раннего возраста мать уверяла Лену, что та уже взрослая и мультики не для неё. Покупая тетради с любимыми персонажами, Лене было стыдно перед продавцами. Ей казалось, что она действительно большая, ей же, уже, двенадцать лет! Но, если Лена хотела погулять, когда уже стемнело, мама утверждала, что она ещё маленькая.
Лена пыталась скрыться из реальности в своих фантазиях. Она очень любила рисовать и придумывать истории. На это мама ей говорила: "Пишешь ахинею и рисуешь придурков!" Тогда Лена старалась скрывать и прятать всё, что она рисует и пишет. У неё появился блокнот на замке, куда Лена записывала стихи. В них были описаны её переживания и плохие мысли. Когда мама узнала о наличии такого блокнота, то в отсутствие Лены, стала искать ключ от замка, но она не подозревала, что Лена носит его вместе с ключами от квартиры.
Когда у Лены появился мобильный телефон, то Диана постоянно в нём играла, постоянно вытаскивала его из кармана сумки или одежды Лены. А когда мама купила и младшей дочери мобильник, Диана всё равно брала телефон Лены. Возможно, она думала, что там есть много интересных секретов, которые можно будет рассказать маме или посмеяться с друзьями. Диана не разрешала Лене брать свои вещи, но потом утверждала, что такого не было, делая из сестры идиотку.
Мать всегда сравнивала Лену с умницей Дианой, которая хорошо училась и этого было достаточно, чтобы в глазах мамы младшая дочь была идеальной. Диана была гордостью семьи, и при каждом удобном случае, она напоминала об этом Лене, которая и так чувствовала себя бракованной копией человека, которую нужно отправить в утиль.
Когда Лене было 15 лет, она впервые накрасила ресницы тушью и увидела себя с другой стороны. Поняв, что с накрашенными глазами она выглядит гораздо красивее, Лена перестала воспринимать себя без косметики. Ей не нравилось то, что она видит в зеркале по утрам, она не могла выйти в люди не накрашенной, ведь тогда Лена чувствовала себя слишком уродливой. И если так получилось, что она выходила на улицу без косметики, то на её глазах были надеты солнечные очки.
Уже в 8 классе Лена стала считать, что если она не поступит в 10 класс, то мама выгонит её на улицу. И на этот случай у Лены был готов рюкзак с вещами и было скоплено немного денег.
В старших классах было легче: материнского контроля стало немного меньше, прекратились физические наказания, ученики повзрослели и сосредотачивались на учёбе и будущих экзаменах. Старшие классы были профильными и, почти все, с кем Лена училась, набрались из параллельных классов. Кристина, тоже, осталась с Леной. Поначалу, это пугало, но, как часто бывает, оказалось, что Кристина была смелой только в своём змеином окружении, которое ушло в параллельный класс, а сейчас она осталась одна. Кристина даже и не делала попыток подружиться с кем-то из нового класса – наверняка, ей было страшно и непривычно заводить дружбу с малознакомыми подростками. Лена поняла, что Кристина стала такой же, как она сама – одинокой и отчуждëнной. На уроках Кристина стала звать Лену сесть с ней за одну парту. Это был хороший шанс подружиться со своей обидчицей, возможно, они, даже, могли стать подругами, а потом наладить отношения с классом, и после школы они могли бы гулять и ходить друг к другу в гости. Но Лена захотела, чтобы Кристина побыла на её месте, и игнорировала свою обидчицу. “Да что изменилось то? – спрашивала её Кристина, – Почему ты не хочешь объединиться?” Лена ей не отвечала, да и не хотела.
Пошёл месяц. Кристина была тихой и замкнутой, в классе она ни с кем не общалась, да никто и не хотел с ней дружить. Лене казалось, что Кристина в депрессии из-за одиночества, но дружить со своей обидчицей она, всё равно, не собиралась и, вскоре, Кристина ушла из школы.
В это время, Лена стала надевать
бесформенную одежду, чтобы скрывать свою фигуру, которую она ужасно стеснялась. Лена заметила, что даже её тело стало отличаться от других. Примеряя одежду в магазине, она запомнила тот ужасный момент: продавщица была настолько удивлена, что акцентировала своё внимание на том, что юбка на бёдрах Лены сидела хорошо, но, вот, на талии она была великовата. Позже, на уроках шитья, учительница, также, сделала акцент на том, что у Лены, бëдра гораздо шире талии. Знакомая матери, тоже, увидев её, задала вопрос: “В кого у тебя такая фигура?” Глядя на других девчонок, Лена мечтала иметь такое же тело, как у них – бëдра, не отличающиеся от талии. А потом и мать стала высмеивать её: "Худая, а задницу отъела, толще меня!" Диана не отставала от матери, чтобы поязвить: " Я думала, это штаны у тебя такие широкие, а оказалось, ноги!"
Свои волосы Лена тоже не любила. Она смотрела на других девчонок с прямыми волосами и считала, что её, слегка вьющаяся длинная шевелюра, выглядят совсем некрасиво. Лена всегда делала хвост, не понимая, что ещё можно сделать со своими ужасными волосами, ведь в распущенном виде они раздражали её своим не идеальным видом.
Телефон Лены стал не актуальным и она просила у мамы новый современный мобильник. Та пообещала, что подарит его на день рождения и они, даже, пошли в магазин, чтобы посмотреть, какие там есть модели, но тут, мама резко передумала и они, с пустыми руками, вернулись домой. А по пути, Лена выслушивала упрëки в свой адрес. Позже, мать пообещала купить телефон, но, уже, на следующий праздник, а Лена опять верила и радостно ждала этот день. Но, обвинив свою дочь в том, что она треплет нервы, мать покупает новый телефон Диане, объясняя это тем, что она отличница – Диана трудилась и заслужила. А что сделала Лена? Тройки и двойки – вот и все заслуги, за что ей покупать телефон?
В конце последнего учебного года, Лена познакомилась в интернете с Алисой, которая жила в большом городе, она была на полгода младше Лены. Девочки сразу нашли общий язык и Лене, даже, казалось, что они родственные души, думая, что они мечтают об одном. На фотографиях у Алисы были чёрные волосы до поясницы, закрученные в локоны. В сообщениях она никогда не говорила ни о ком плохо, Алиса считала, что нужно быть терпимым к людям, ведь добро всегда побеждает зло. Лене это очень нравилось в Алисе и она хотела быть такой же, как подруга – примерной, доброй и уверенной в себе. Алиса очень хотела, чтобы Лена, окончив школу, переехала в её город, тогда, они могли бы вместе работать и снимать квартиру. Каждый день общения с Алисой, для Лены, начинался с пожелания доброго утра и милых картинок, а заканчивался долгим прощанием до следующего утра. Лена, как всегда, не хотела замечать, что она стала зависимой от новой подруги – она не могла так просто лечь спать без пожелания спокойной ночи.
Пришло время учиться дальше и куда-то поступать. Лена не знала, кем хочет работать, хотя, в тайне, она мечтала пойти на актëрские курсы. Скажи она об этом кому-либо, её бы, тут же, подняли на смех. Да, Лена и сама в себя не верила, она могла только мечтать о том, чтобы перестать быть замкнутой и неразговорчивой.
Мама хотела, чтобы её дочь училась на серьёзную профессию, но, понимая, что Лена не справится, готова была отдать её куда угодно, и нашла идеальный вариант в большом городе. При поступлении, нужно было сдать всего один экзамен – нарисовать на мольберте натюрморт простыми карандашами. Они с Леной поехали в город и со словами: "Чтоб сдала на бюджет! У нас нет денег!" мать проводила Лену на экзамен.
Вернувшись домой, Лена поделилась новостями с Алисой – если она сдаст экзамен и пройдёт по баллам, то будет учиться на рекламщика бесплатно! А это значит, что она будет жить в одном городе с Алисой! Радости небыло предела, девчонки, вновь, мечтали о счастливом будущем.
Через пару дней, Лена с мамой, поехали узнавать результаты экзамена. В длинном списке на доске Лена была на втором месте! Это означало, что она прошла, она получила бюджетное место! Лена была ошеломлена и очень рада своей победе. Мама, стоя рядом со своей дочерью с каменным лицом, принимала это, как само собой разумеющееся, ведь в их семье не может быть иначе. Прочитав весь список сдавших экзамен, Лена заметила имя девочки, с которой она училась в одном классе. Эта девочка была отличницей и очень хорошо рисовала, но тут её имя было в конце списка.
– Я молодец? – вдруг спросила радостная Лена у безэмоциональной мамы, выпрашивая, хоть немного, похвалы за свои старания.
– Молодец. – апатично ответила та, словно, можно было бы и лучше.
– Ну, что, сдала экзамен? – вдруг вмешалась незнакомая женщина, которая только что подошла взглянуть на доску.
– Да. – радостно кивнула Лена, – Я на втором месте.
– Наверное, отличница? – поинтересовалась добродушная женщина.
– Прям! – фыркнула мама, – Двоечница!
Лене было очень стыдно перед женщиной, хоть она и видела её впервые. Кажется, это была первая и единственная победа Лены, но радовалась ей только она сама.
Учиться приходилось шесть дней в неделю, жила Лена в общежитии, а на выходные ездила домой. Первое время ей было некомфортно жить в комнате с незнакомыми девушками, пользоваться общей кухней, общим душем и туалетом. А потом Лена, всё же, смогла сдружиться с соседками по комнате и, даже, стала немного уверенней и смелей. С одногруппниками Лена пыталась подружиться, но найти общий язык вышло только с одной Ингой. И это было уже неплохо, ведь Лена больше не была одна. На всех занятиях они с Ингой сидели за одной партой, ходили вместе в столовую, а вечерами гуляли.
Лена стала выпрямлять свои волосы утюжком и носить их в распущенном виде. Глядя на своё отражение в зеркале, она вновь чувствовала себя красивой. После встречи с Алисой, Лена была ещё более счастливой – наконец-то они увиделись вживую, наконец-то, у неё есть лучшая подруга! В жизни Алиса выглядела также хорошо, как на фотографиях в соцсети. Подруга любила обнимать Лену при каждой встрече, а Лена не любила прикосновения, но ради неё, пересиливала себя и обнимала Алису в ответ.
За этот учебный год Лена стала более общительной и самостоятельной. Она, уже, привыкла к частым гостям в комнате, которых приводили её соседки. Чаще всего, это были парни и, каждый раз, они оставались у них с ночёвкой. Лена не смела говорить что-то против, даже после случая, когда пьяный гость стал к ней приставать. Соседки сидели и равнодушно смотрели на то, как Лена пыталась вырваться из его мерзких рук…
Вскоре Алиса стала высмеивать прохожих за их одежду, за внешность, которую они не выбирали. Лена была удивлена, ведь в сообщениях подруга всегда жалела животных и оправдывала людей, Алиса писала, что нельзя высмеивать человека за то, как он выглядит – каждый в праве выглядеть так, как он хочет. Бывало, когда Алиса предлагала увидеться, в последний момент она отменяла встречу, ссылаясь на плохое самочувствие. А позже, как ни в чём небывало, делилась с Леной тем, как она со своей хорошей знакомой Эммой, всё же, ходила на прогулку и рассказывала, как им было весело и какая Эмма классная.
Алиса часто говорила о себе и о своих неприятностях, кажется, она любила привлекать к себе внимание. Однажды, Алиса позвала с собой Лену на похороны, в качестве поддержки в этот тяжёлый день. Как оказалось, Алиса пришла проститься с малознакомым ей человеком, она никогда о нём не упоминала, в то время, как бесконечно рассказывала Лене про клëвую Эмму. Даже родственники умершего, присутствовавшие на похоронах, не знали имени Алисы, а некоторые, вообще, видели её впервые. Во время похорон, Алиса убивалась так, словно умерший был ей кем-то очень дорогим, а после, стала падать в обморок. Люди были вынуждены приводить Алису в чувства и следить за её состоянием. Она делала вид, что не дышит, а когда на неё брызгали водой, Алиса начинала жадно глотать воздух, её били по щекам, чтобы привести в чувства. Лене было неловко, но не за ситуацию, а потому, что ей хотелось смеяться. Лена понимала, что Алиса устроила цирк, а люди бегали вокруг неё, вместо того, чтобы скорбеть о своём родственнике.
Лена видела и понимала, какая Алиса, но не прекращала с ней общение, не говорила ей ни слова поперёк, а просто игнорировала происходящее – ей так было проще. Даже, после одного очень странного и неприятного случая, Лена не вычеркнула Алису из своей жизни.
В последние дни учёбы, Алиса решила познакомить Лену с Эммой. Девочки сидели в кафе, просто общались и смотрели ролики в приложении КМ. Лена давно слышала о нём, но он не интересовало её. По каким-то причинам, это приложение было очень популярным, хотя в нём не было ничего нового или необычного.
– Слушай, Алиса, – неловко проговорила Лена, ощущая себя третьей-лишней, – Мне нужно зайти в книжный магазин, он в этом же здании. Может, я сейчас быстро схожу?..
– Обойдешься! – фыркнула подруга, словно выделывалась перед Эммой.
Алиса и Эмма смеялись, глядя в телефон и не особо обращали внимания на Лену. Лене было неловко и не комфортно в их обществе. Она не решалась пошевелиться или вставить слово, понимая, что Алиса, увлечённая Эммой, будет вести себя как угодно, но не так, как в переписке с Леной.
В один момент что-то случилось, может, так подействовало видео, которое они смотрели в КМ, и Эмма стала шутить в сторону Лены, которая не могла постоять за себя. Алиса, вроде бы, и пыталась остановить Эмму, но не так, чтобы, активно и всерьёз. Тогда Эмма захотела пойти дальше – она взяла со стола солонку с солью и стала сыпать её в сторону Лены. Та, молча, терпела и просто не понимала что происходит. Видя то, что Лена абсолютно ничего не с этим не сделает, Эмма взялась за солонку с перцем и, высыпав перец себе на ладонь, со шлепком, втёрла его в светлую кофту Лены. В голове сработал щелчок и, встав из-за стола, Лена направилась в уборную. Эмма и Алиса остались сидеть на своих местах и продолжили смеяться: Эмма радовалась, словно совершила невероятный поступок или победила достойного ей противника, а Алиса смеялась вместе с ней. Возможно, они думали, что сейчас Лена умоется и вернётся к ним, чтобы они могли и дальше веселиться, но веселиться вдвоём… Стоя перед зеркалом, задыхаясь и сдерживая слёзы, Лена смотрела на своё жалкое отражение. В такие моменты она мечтала уметь телепортироваться или становиться невидимкой, лишь бы незаметно уйти из плохого места и оказаться где угодно, только не здесь.
Быстрым шагом, Лена вышла из уборной и прошмыгнула мимо девчонок. И только у выхода, они заметили, что подруга покидает здание. Сев в автобус, Лена поехала в своё общежитие. В кармане запиликал телефон. Нехотя, она достала его и увидела сообщение от Алисы: “Куда ушла-то?”