Przejdź do audiobooka
День перед выездом выдался вполне себе удачным, разведчики сделали несколько рейсов в город и привезли большое количество материалов и инструментов необходимых для будущей стройки. Мы с Егором обошли всю территорию лагеря на предмет проверки несения службы нашей роты охраны. Вот тут конечно же недочетов было слишком много, все дело в том, что они расслабились. Ведь когда не угрожает опасность на протяжении долгого времени, люди начинают думать, что так будет всегда, а противник этим обязательно воспользуется. Поэтому командир роты охраны сегодня получал от меня по полной, но он не обижался, так как прекрасно понимал какую важную задачу на него возложили, он отвечает за сохранность тех кто ждет нашего возвращения со смертельно опасных выходов.
Следующим на очереди стал начальник продовольствия и столовой.
Вот там я несколько удивился от наглости и беззаботности данного персонажа. Все прекрасно понимали, что ресурсы наши не бесконечны и экономили пищу не расходуя ее излишне, а всю живность берегли как зеницу ока. Но зайдя в нашу столовую я увидел как пухлый мужичок жадно в одно лицо трескает жареную курочку и запивает это дело дорогим коньячком. Увидев меня, тот подскочил на ноги и аж бедный подавился проглоченной косточкой, но я выбил ему кость из горла парой сильных ударов по спине, у него наверное там теперь синяк остался в форме ладони. Я открыл его личные шкафы и нашел много чего интересного, дорогие консервы с паштетами и ветчиной, элитный алкоголь, сигареты и все в таком духе. Попутно узнал у поваров, что тут работали, что этот кадр торговал с бойцами, в основном за алкоголь, он мог подогнать жареную курочку или выдать энное количество консервов, в общем, торговал нашим имуществом. Убивать и выгонять я этого кадра не стал, пусть отрабатывает, и с этого момента он у меня будет работать в сельхоз промышленности, не разгибая спины картошку полоть и жуков колорадских собирать.
В остальном везде был порядок. Оставшееся время я провел с Машей и Женей и мы даже сходили на рыбалку, как я им и обещал. Было очень весело наблюдать как Маша, поймавшая рыбу, боялась взять ее в руки и забавно визжала, когда та начинала трепыхаться на земле. К сожалению день закончился очень быстро и вечером, проверив все снаряжение, я был готов к очередной командировке. Женя переживала за нас и постоянно держала мою руку, не отходя от меня не на шаг.
– Что-то мне как-то беспокойно. Может вам не стоит туда соваться? – Переживающим голос сказала Женя.
– Да ладно, не переживай, и похуже ситуации бывали. Мы же только взглянуть одним глазком и все. Утром уедем, а вечером уже дома будем. – Успокаивал ее я.
– Все же будьте поосторожнее, знаешь, меня все никак не оставляет плохое предчувствие, как будто бы движется, что-то очень плохое.
– Я постараюсь. – Сказал я Жене, целуя ее в руку, которая лежала в моей руке.
Утром я проснулся и опять позже Жени, которая уже готовила мне завтрак. Она выглядела все такой же обеспокоенной как и вчера и мне от этого было не по себе. Все же у женщин интуиция развита получше, чем у мужчин, нужно реально быть сегодня повнимательней, а то и в правду случится какая-нибудь беда. Накормили меня сегодня яичницей пожаренной на сале, это было чертовски вкусно.
После плотного завтрака Женя поцеловала меня на прощание и стояла у калитки, пока я не скрылся из виду топая пешком к месту нашего сбора.
У Бумеранга сейчас стояли Юра, Степан и Михалыч, который их инструктировал на тему как правильно обращаться с этой крошкой и если они ее угробят, то пусть назад лучше не возвращаются. Я поздоровался с парнями и угостил всех горячим кофе из термоса. Мы беседовали о разном пока ждали Егора, который почему-то опаздывал, хотя это и не в его духе. Наконец-то снайпер появился на горизонте, он бежал к нам груженый баулами словно мул.
– Тебя где черти носят? – Недовольным голосом спросил я.
– Да блин, моя истерику с утра закатила, мол, оставайся, не уезжай, у меня плохое предчувствие и все такое. – Начал оправдываться Егор.
– Ох уж эти бабы, одни беды от них, до добра никогда не доведут. – Начал ворчать Михалыч.
– Они что, сговорились что ли? Моя так же, мол, осторожнее, плохое предчувствие и все такое. – Добавил я.
– Черт его знает, сынки, но берегите себя, сейчас такое время, когда вообще не знаешь чего ожидать дальше. Вы все парни бывалые и опытные, но не давайте этому затмить вам глаза и переоценивать ваши способности. – По отечески сказал Михалыч провожая нас.
Мы выехали из поселения и каждый думал о своем, все ожидали неприятностей, которые должны возникнуть по дороге. Настроение у всех было испорчено и даже разговаривать особо не хотелось, да и не о чем было.
Степан сидел за рулем и вел Бумеранг по грунтовой и уже порядком разбитой нашими грузовиками дороге. Юра развалился на сиденьях в салоне и, включив лампы для освещения, читал книгу. А Егор, сидя на против него, облокотившись на стенку дремал. Я же как всегда сидел на командирском месте и смотрел по сторонам, осматривая местность на наличие присутствия посторонних. Так мы и ехали, пока я не заметил кое-что странное.
– Степан, тормози! Парни, тревога, к бою! – Громко прокричал я, от чего Юра подскочил со своего кресла и, забыв где находится, добротно приложился головой об железный потолок.
Степан тут же вжал педаль тормоза в пол и Бумеранг начал быстро замедляться, от чего его даже потащило юзом и мы чуть не улетели с дороги в кювет.
– Что случилось, командир? – Спросил у меня Юра потирая шишку на своей лысой макушке.
– Примерно пятьсот метров назад, мы проехали замаскированные в лесу машины. Сейчас загоняем БТР в лес и заходим к ним в тыл.
– А чего сразу не сказал? – Спросил у меня Егор.
– Да я как-то не сразу сообразил, что именно я видел. А Степашка так несется, что далеко успели отъехать. – Ответил я и взял рацию в руку. – Точка один бродяге. – Вызвал я нашу базу.
– На связи. – Тут же последовал сонный женский голос.
– Объявляю боевую тревогу, примерно в десяти километрах обнаружены посторонние. Никуда не выдвигаться, держать оборону до моих дальнейших указаний! – Тут же ответил я.
– Принято! – Тут же ответил испугавшийся женский голос.
Надеюсь, они там ничего не учудят, наш разговор был записан на специальное устройство, и его сейчас дадут прослушать всем командирам подразделений. А мы тем временем заехали в лес ломая молодые деревья и, закрыв БТР снаружи на ключ, двинулись по лесу в сторону предполагаемого противника.
– Макс, а тебе не привиделось? – Спросил у меня Егор.
– Нет, что я первый раз что ли в дозоре сижу.
– Ну мало ли, а может они и не враги вовсе, а соседи какие-нибудь. Просто присматриваются к нам – Не унимался Егор.
– Дай бог, чтобы так, но я, если честно, сомневаюсь, как-то редко в последнее время добрые люди попадаться стали. Все добрые уже либо мертвы, либо в рабстве находятся.
– Твоя правда. – Согласился со мной Егор.
Мы шли по одной линии, держа расстояние между нами около десяти метров. Оружие держали наготове и осматривали местность со всех сторон на предмет засады или дозора.
– Всем внимание, смотрите под ноги, растяжки. – Донеслось у меня в наушнике и я увидел Егора с поднятым в верх кулаком.
Мы сразу же остановились и осторожно приблизились к Егору, пока тот срезал тонкую металлическую проволоку, один конец которой был привязан к дереву, а второй привязан к кольцу гранаты, что была примотана черной изолентой к молодому деревцу.
– А ты говоришь друзья. – Прошептал я глядя на друга отвязывающего гранату.
– Так может это против зомби. – Не терял надежды он.
– Логично, но как-то слишком заморочено, если против зомби, для людей бы табличку поставили. – Хмыкнул я.
Мы двинулись дальше попутно снимая попадающиеся нам на пути растяжки. Наконец мы начали отчетливо слышать мужские голоса, очень осторожно подобрались как можно ближе к ним и начали слушать разговор.
– Шевелитесь, олухи, продрыхли тут всю ночь пока мы там на пузе по земле ползали. Сейчас их колонна в город пойдет, не дай бог заметят и все пойдет по одному месту! – Недовольным голосом ругался один из них.
– Болт, завязывай ныть, тут их начальство пролетело на всех парах, не заметили, а тем то куда.
– Береженого бог бережет, а мне уже не терпится информацию бугру передать! Награда будет большой! Отвечаю вам, пацаны! – Довольно ответил он.
– И что же ты там такого интересного узнать то смог? Чего тебе твой корешок нашептал?
– Я всего говорить не буду, но в общих чертах скажу. Дело в том, что эти вояки тут засиживаться не собираются, они себе какое-то козырное местечко нашли. Сейчас туда отправятся ремонтники и сделают все, что нужно для хорошей жизни. Обустроят, а потом мы к ним в гости наведаемся и все отожмем. – Рассмеявшись сказал Болт.
– Ага, так они нам все и отдали, думаешь, они о безопасности своей не задумаются? Это же вояки, их хлебом не корми – дай пострелять. – Усомнился мужчина укладывающий оружие в кузов машины.
– Да тут я тоже придумал все. Они же все больно правильные, сердобольные такие. Так вот, мы к ним людей подошлем, они их примут и все, те поживут у них под видом работяг, а когда будет нужно, изнутри сделают эту, как же, мать ее.
– Диверсию?
– Да, точно, диверсию и мы тут как тут! Возьмем их тепленькими. – Рассмеявшись и хлопнув ладонью по капоту сказал Болт.
Как оказалось, это разведчики и не дружественные. Их было шестеро и они сейчас собирали лагерь, готовясь убраться отсюда куда подальше. Но кто им позволит, я дал команду парням, мы определили цели и тут же напали на них из кустов.
Мы захватили пленных без единого выстрела, затем небольшой допрос на тему, сколько их тут и где остальные, но нет, их всего шесть. Тогда мы их связали и погрузили в кузова их же пикапов. Степана я отправил за нашим Бумерангом, а сам, сев за руль одной из машин, поехал в наше поселение, а за мной и Егор с Юрой.
– Свои едут, не пальните случайно! – Сказал я в рацию, переключив канал на частоту охраны периметра.
А там уже на дороге стоял танк, перегородивший путь, и вся охрана, поднятая по тревоге, в полном боевом снаряжении. И у танка меня ждал Михалыч.
– Здорово, старый! Отбой тревоги, ко мне в штаб срочно замполита, командира роты охраны и разведчика ко мне на ковер! Ну и сам как закончишь ко мне подтягивайся.
– Понял, а это что, шпиЁны? – Довольно улыбаясь спросил он.
– А вот зря ты радуешься, крыса у нас завелась, а может и не одна. – Покачивая головой ответил я.
– Понял, командир, сейчас свяжусь, доехать не успеешь, а эти уже будут на месте.
Я приехал к штабу и припарковал машину, собственно все, кто мне был нужен уже были на месте, я подозвал пятерых бойцов, патрулирующих территорию, и приказал им доставить связанных разведчиков в кабинет для совещаний. Сам вместе с Егором направился туда же.
Стоило зайти в кабинет, как все сидящие там тут же подскочили на ноги и, судя по моему злобному выражению лица, все поняли, что сейчас будет что-то нехорошее.
– Итак, всем доброе утро, мать вашу! Замполит, командир роты охраны и разведка остаться, все остальные – свободны! – Злобно сказал я выпив стакан воды. Тем временем патруль уже заводил первую парочку пленных в кабинет и поставил их у стены на колени.
Дождавшись, пока заведут всех и закроют за собой дверь, я приступил к разбору полетов.
– Знакомьтесь, это вражеская группировка, что шпионила у нас этой ночью! Заметил я их случайно, халатно отнеслись к маскировке. А если бы не заметил, кто знает, у них все могло бы и получиться! У меня вопрос к ротному, как посторонние люди смогли незаметно общаться через периметр с нашими? У меня два объяснения: первое, это в роте охраны, не смотря на мои вчерашние замечания, забили хрен и все осталось как было; второе же, среди них есть та самая крыса о которой говорила эта компашка! Это мы сейчас и будем узнавать. Итак, босота, кто первым заговорит, тому гарантирую жизнь! – Обратился я к людям стоящим на коленях. Но в ответ услышал тишину.
Я ушел в другой кабинет, взяв с собой замполита для записи показаний людей, и начал по одному их допрашивать, чтобы убедиться, что они не врут.
Церемониться у меня с ними не было ни времени, ни желания, так, что в ход пошли жесткие методы допроса. Выбитые зубы, сломанные пальцы и прочие увечья. Каким бы ни был крутым нрав человека, он или расколется или сойдет с ума от боли, как вариант, умрет от болевого шока. Стойких героев среди этой шестерки не нашлось и все выложили все, что только знали.
Что же я выяснил? Это самая обычная крупная банда, промышляющая грабежами, каких сейчас сотни. Живут они с другой стороны города в похожем на наше поселении, где раньше была большая ферма, вот там они и обосновались. Люди из банды так же делали вылазки в город и на одной такой напоролись на наших разведчиков. Они как раз зачищали склады с провизией. Один из наших работяг по иронии судьбы встретил своего знакомого, который прятался в подвале со своими товарищами. Они пообщались, что да как и где они обустроились, мой работяга рассказал, как мы тут живем и чем дышим и они договорились встретиться еще, так как завтра приедут сюда на вторую ходку за едой. В общем, парень с кличкой Болт, предложил ему помочь захватить контроль над нашим поселением и стать тому вместо обычного работяги настоящим начальником, мол, нечего ровным пацанам на красную масть горбатиться. Тому идея понравилась и работяга рассказал Болту нашу координаты и объяснил как он сможет попасть на нашу территорию. Сегодня ночью они увиделись и пообщались. Когда все показания сошлись, я отправил этих горе разведчиков под арест, а патруль отправился за предателем, сам вернулся в кабинет в котором меня бледные как моль ждали подчиненные, ведь каждый из них понимал в чем просчет. Ну, кроме Михалыча, у него иммунитет на мои наезды, да и по его вопросам у меня претензий нет, поворчит, но все сделает как нужно и с первого раза, что тут сказать, старый мудрый воин.
– Ну что, господа, дело дрянь. Начнем по порядку, замполит, что это за парень то вообще и как он к нам попал?
– Филатов Родион Романович, тысяча девятьсот восемьдесят пятого года рождения уроженец города Омск. К нам попал по дороге, вместе со своей женой и дочкой, их спасли с группой выживших, они попали в сильное окружение зомби, забаррикадировались в доме и едва не погибли, но мы спасли их. На данный момент Родион работает на скотном дворе, а его жена трудится в столовой. Жалоб от них не поступало и на них соответственно. – Тут же отчитался за него замполит.
– А теперь разведка, как так люди зашли на склад и не проверили там каждый угол? Я понимаю, после драки кулаками не машут, но, мать твою, там могли бы быть и зомби. Да и о чем тут говорить и эти отморозки напасть бы могли и ребят наших положить! В общем, провести беседу, причем очень доходчивую! И не дай бог еще раз подобная ситуация, вы у меня тогда вместо отдыха навоз кидать будете на скотном дворе!
– Виноват, командир! Исправимся, слово даю, иначе на постоянной основе пойду навоз кидать! – Тут же ответил мне разведчик.
– Так, теперь охрана, я вчера сам не доглядел и поэтому особо сейчас на тебя не злюсь. Но на скотном дворе, откуда стекает вода за территорию через трубу, можно спокойно и незаметно к нам пробраться. Вопрос решить и усилить это место.
– Есть, командир!
– Тогда так, сейчас пообщаемся с этим самым Родионом, и всем идти по своим делам.
Я вышел на улицу и закурил сигарету. Рядом со мной встал Михалыч и начал закуривать трубку.
– Вот и скажи мне, Максимка, вот что эти уродам не живется то? Власть им подавай, скоты, мать их.
– Да кто их знает, они ведь не знают, каково это в начальстве ходить и за людей ответственность нести, они думают, что все так просто, ходи и пальцем тыкай. Вот налажу весь процесс и назначу нового командира, а сам буду охотиться и рыбачить.
– Ну да, тогда кто-то не только развалит всю нашу службу, но мы еще вдобавок без дичи и рыбы останемся. Нет, сынок, пусть каждый делает то, что умеет хорошо. Я механик, Егорушка у нас отличный помощник и снайпер, а ты командир и боец от бога!
– Время покажет, и вообще, что это за намеки по поводу рыбалки и охоты? – Наигранно обидевшись сказал я.
Мы как раз докуривали и увидели как к нам под руки вели избитого и всего испачканного в навозе Родиона.
– Ну здравствуй, Павлик Морозов! Чего глаза прячешь? Я тут тебе место начальника освободить хочу, а ты, судя по внешнему виду, идти сюда не хотел. – Обратился я с ухмылкой к парню отводившему от меня взгляд.
– Заведите его в мой кабинет, я сейчас подойду. – Сказал я патрулю и перевел взгляд на Михалыча.
– Вот скажи мне, старый мудрый воин, что с ним делать?
– А мне почем знать, ты командир ты и думай. – Хмыкнул он.
– Нет, ну я серьезно. По хорошему, за свои дела по законам военного времени, так сказать, он на пулю себе заработал. Но у него есть жена и ребенок.
– Есть такое дело, ну, если пожалеешь, то завтра другой в предатели запишется, обиженный на свою жизнь. Ты же знаешь, все хотят все иметь и при этом ничего не делать, а такие парни, как этот самый Болт, всегда сладко поют и золотые горы обещают. Ты же не хуже меня знаешь, что с такими как Родион потом делают, никому предатель рядом не нужен.
– Да я то понимаю, а вот поймут ли остальные, потом ходи и с Жени с Машей глаз не своди.
– Решай сам, тут я тебе не советчик, это уже политика, а я в этом не очень. На депутатов поругаться это пожалуйста, а вот что-то решать, то тут я пас. Хотел бы думать, в командиры бы подался, а мне и так хорошо. – Сказал Михалыч, вытряхивая пепел из трубки и постукивая ей об край чугунной урны.
– Ладно, старый, от тебя никакой пользы, буду думать. – Сказал я и направился в свой кабинет.
В кабинете стояли часовые и под руки держали предателя. Я отодвинул стул и поставил под него после, чего Родиона усадили.
– Все, парни, спасибо, идите покурите пока, я позову.
– Вы уверены, он вроде бы как буйный? – Скептически спросил у меня один и ребят.
– Ты сейчас серьезно? Я кто по твоему, школьница на выпускном или боевой офицер? Или ты думаешь, мне сил не хватит с этим бедолагой справиться? – Грозно спросил я у него.
– Виноват, командир! Забылся! – Тут же встав по стойке смирно извинился боец.
– Все, идите. – Сказал я и парни вышли за дверь.
Родион сидел на стуле, взгляд его был направлен в пол, одет он был в синий комбинезон, резиновые сапоги и черную футболку. На лице у него была небольшая щетина, волосы уже порядком отросли и не помешала бы ему стрижка. Под правым глазом уже налился небольшой синяк, кровь запеклась под носом, рассечена губа.
– Ну скажи мне, друг мой сердечный, как же так получилось? Ради чего ты нас предал? – С интересом спросил я у него закуривая очередную сигарету.
– Тебе не понять. – Хмыкнул он отвернувшись.
– А я понятливый, ты просто скажи, а я послушаю. Закурить дать? – Родион кивнул в знак согласия, я подошел к нему и протянул сигарету. Он осторожно взял ее морщась от боли, видимо ему хорошо так прилетело пока его ловили. Я зажег зажигалку и он затянулся горьким, но таким сладким дымом.
– Надоело мне дерьмо коровье месить и грузчиком работать, вот и согласился. – Выдыхая дым сказал он.
– Вот как значит ты нам отплатил за спасение своей семьи. А чего было просто не уйти? Забрал бы семью, сказал бы мол, так и так, хочу в другое место, мы бы тебя даже до города отвезли и припасов дали. Зачем было предавать?
– Так просто меня бы не приняли. Мне условия поставили, а за это я бы тут всем управлял.
– Ты серьезно считаешь, что они бы сдержали свое слово? Оглянись вокруг, кому сейчас вообще можно доверять? И неужели ты думаешь, что управлять всем этим так просто?
– А чего думать то, ходи да командуй, я бы может тоже мог бы так как и ты, но после опроса меня определили навоз за свиньями чистить! А жена моя в столовой горбатится. Мы вкалываем целыми днями, пока вы крепко спите и сладко жрете.
– А скажи-ка мне, управленец, кто ты вообще по образованию?
– Никто, я только девять классов закончил в вечерней школе.
– Хорошо, а профессия у тебя есть какая-нибудь? Что вообще делать то умеешь? Кем работал?
– Кем-кем, грузчиком подрабатывал, ну и так по мелочи, у у нас же с судимостью на нормальную работу хрен устроишься.
– То есть ты еще и судим, а за что?
– Так, пару магазинчиков с гаджетами обнесли.
– Вот как, то есть получается, ты нигде не работавший, отмотавший срок, без образования, без опыта и вообще каких-то нужных навыков обиделся, что тебя поставили выполнять самую простую работу в лагере? Тебя защищают, кормят, дают крышу над головой. Ты и твоя семья мирно живете, дочку учат в школе. А ты, сука, недоволен своей судьбой! Как же меня тошнит от таких как ты! За тебя делают всю самую сложную работу, тут рядом с тобой живут люди, которые рискуют жизнями там за периметром, а ты всех решил сдать! Ты же понимаешь, что их бы просто-напросто убили бы? Всех, почти всех бы убили, а потом и тебя, и твою семью? И ради чего?
Парень отвел взгляд, до него видимо начало потихоньку доходить, что он собственно натворил и чем бы для него все это закончилось. Но сказать ему было нечего.
– Я вот все думал, что с тобой делать, но ты мне помог определиться, сейчас тебя закроют и будут держать под охраной, но вечером я лично тебя пристрелю как бешеную собаку, прилюдно! Такую опухоль как ты нужно сразу вырезать с корнем! А теперь ответь мне честно, жена была в курсе твоих дел? – Подойдя к нему и схватив его за волосы на макушке я развернул его лицо в свою сторону и предельно серьезным тоном спросил.
– Нет, она не знала, я хотел ей сюрприз сделать! Она всегда пилила меня, что я неудачник и бездарь. Она была со мной только из-за дочери. А хотел доказать ей, что я на многое способен! Клянусь, они нечего не знали! Не трогайте их! Умоляю! – Чуть ли не плача ответил он мне.
– Ну, что ж, ты доказал ей, что она была права! Сделал ей сюрприз, глядишь, хоть мужика себе нормального найдет! – Брезгливо сказал я поднимая его за плечо и выводя из кабинета.
Затем я передал его патрулю и попросил где-нибудь закрыть. На углу здания штаба под крышей стояла бочка с дождевой водой, я подошел к ней помыть руки. Вода была теплой и приятной, я брезгливо смывал грязь и кровь, что была в волосах, и думал о своем.
– Максим, добрый день, я могу у вас спросить, что происходит? Мне мне никто ничего не говорит, сказали обратиться вам. – Спросила у меня подошедшая из-за угла молодая женщина в синем легком сарафане.
– Здравствуйте, а вы собственно кто? И по какому вопросу? – Решил уточнить я, хоть и понимал, что это жена Родиона.
– Моего мужа Родиона сегодня забрали и увели к вам сюда, что он натворил? – Уточнила женщина спокойным голосом.
– Дело в том, что ваш муж, он, как бы так сказать. В общем, он предал нас, ваш муж передавал всю информацию о нашей базе и о планах враждебной группировке. Они пообещали ему высокий пост, тут и он повелся. – Как бы с сожалением сказал я ей.
– Как он это мог сделать? Он же постоянно тут на базе. – Не поверила она мне.
– Он на одном из выездов в город встретил знакомого, может вы слышали о таком, некто Болт, имени и фамилии не знаю. – Решил объяснить ей я. И как только она услышала кличку, ее глаза расширились, а из глаз потекли слезы.
– Да, я знаю его, точнее, видела пару раз, он редкостный отморозок. Он меня один раз чуть не изнасиловал, я еле еле отбилась, а когда сказала Родиону об этом, так тот мне просто не поверил. Не знаю, почему, но Родион постоянно как верный пес за ним бегал, он всегда искал легкой жизни. Спасибо вам, теперь мне все понятно. Скажите, а что с ним будет дальше? Вы его убьете?
– Мне неприятно Вам об этом говорить, но да, так и будет я не могу спустить это на тормозах. – С сожалением сказал ей я.
– Понимаю, и я всегда знала, что этим рано или поздно закончится. Мы были разведены и то, что мы оказались вместе в том доме, это случайность, а потом, когда нас спасли, мы прикинулись семьей, думали, что так будет больше шансов, что нас всех примут в ваши ряды. Скажите, что будет со мной и дочкой?
– Ничего, живите дальше, мы о вас позаботимся. Вы не должны отвечать за поступки Родиона.
– Я рада это слышать, а я могу с ним поговорить напоследок?
– Разумеется, сейчас я распоряжусь и вас проводят. – Ответил я и зашел в штаб.
У входа сидел и дежурил на своем посту посыльный по штабу или, как мы его шутя называли, СМСка, так как мобильники превратились в обычные кирпичи, а рации носят далеко не все, эти ребята носятся по территории и передают информацию людям. Я поручил ему проводит женщину к нашему преступнику, а также попросил послушать их разговор, на всякий случай, и потом передать его мне. Боец умчался, а я еще забежал к замполиту и распорядился собрать всех кого только можно на стадионе в девять часов вечера и чтобы он подготовил речь для людей. Поскольку у нас сегодня будет первая казнь, надеюсь, что и последняя.
Покончив со всеми делами я отправился домой. Жени дома не было, она сейчас обучала девушек снайперов, а Маша была в школе на занятиях. Хоть сейчас и лето, но детей нужно чем-то занимать, ведь их у нас не мало, а праздно шатающиеся дети без присмотра, пока их родители вкалывают или отдыхают после работы, могут что-нибудь натворить, поэтому и было решение об их обучении. Мы их учим не только школьной программе, а и выживанию, владению оружием, оказанию помощи и управлению транспортом.
Переодевшись в домашние я просто завалился спать, а проснулся от того, что кто-то лижет мне лицо и этим кем-то был Макс.
– Ты где был засранец? – Спросил я у него, на что получил виноватый писк.
– Вот-вот шатаешься где-то, а дом без охраны. Смотри у меня, а то схлопочешь по своей шерстяной заднице. – Пригрозил я ему пальцем, а Макс с виноватым видом стал покусывать и слюнявить мою руку. Он всегда так делал, когда подлизывался.
– Все, не мешай, собака сутулая, я тут поспать пытаюсь. – Оттолкнул я его, вытирая руки полотенцем, что висело на металлической спинке кровати.
Макс отошел, повернулся ко мне спиной и улегся на полу свернувшись в клубочек. Но не прошло и минуты как я чуть приоткрыв глаза заметил, что он поднял голову и жалобно смотрит на меня, но я продолжал лежать молча и не реагировать. Прошло еще секунд десять и, громко вздохнув, Макс с обидой громко рухнул на пол, но я был непреклонен. Затем еще один громкий вздох, а следом и писк. В итоге он не выдержал и недовольно порыкивая подошел к кровати, положил голову на нее уткнувшись своим холодным носом мне в руку. Как бы силен характером я не был, но Макс есть Макс.
– Ладно, жопа шерстяная, залезай, Женя нас расстреляет, когда вернется домой. Потому что ты весь пыльный и чумазый как поросенок. – Сжалился я, а Макс тут же запрыгнул ко мне на кровать и улегся рядом. И только тогда мне наконец-таки удалось уснуть.
Разбудил нас голос моей ненаглядной Женечки, но то, что я уже дома весь такой целый и невредимый не помогло. Комплименты не работали, в общем, мы с Максом сегодня получили по полной, так как все покрывало было в собачьей шерсти и следах от его лап. Теперь мы сидим во дворе и стираем это покрывало в ручную, машинок то стиральных больше нет.
Прибежавшая со школы Маша была очень рада меня увидеть, но и она попала под раздачу. Как оказалось, на нее в школе пожаловалась учительница. Маша сегодня подралась с какой-то девочкой.
– Из-за чего драка то? – Спросил я у Маши, что стояла перед Женей с виноватым видом.
– Василиса сказала, что когда главным был дядя Егор всем жилось лучше и что он гораздо круче. – Недовольным голосом сказала он.
– И что? – Уточнил я.
– Еще она сказала, что ты и Женя уроды и зараженные и я тоже. Ну я ей и вмазала! – Гордо сказала она.
– Молодец! Моя девочка! – Возгордился я, но, увидев грозный взгляд моей женщины, тут же осекся. – Но, знаешь, Машенька, нужно уметь решать вопросы дипломатически, не всегда кулаки в ход пускать.
– Ну ты же сам сначала бьешь, потом спрашиваешь? И я так же. – Возмутилась Маша.
– Ну я то мальчик, у нас это в крови, а ты девочка. – Сказал я первое, что пришло мне в голову.
– Я попробую, но не ручаюсь, никто про вас гадости говорить не будет. – Гордо сказала она и побежала в дом.
– Я смотрю, народ то не очень нами доволен. – Сказал я Жене.
– Ты о чем? – не поняла она.
– Ну как о чем. Ты слышала, что Маша сказала, при Егоре было лучше и мы с тобой уроды. Это же не могло в голову ребенку прийти, это разговоры взрослых за столом.
– Вообще да, ты прав. Что ты будешь с этим делать?
– Да ничего, сегодня в девять пообщаемся с населением.
– А публичная казнь это не перебор? – Уточнила она.
– Не знаю, но по сути все тут уже видели и более жестокую смерть, но стали быстро забывать из какой задницы их сюда привезли. Вояки то все горой за меня и Егора, а вот гражданская половина всегда чем-то будет недовольна, но мы решим этот вопрос.
– Тебе виднее, ты у нас командир. – Улыбаясь сказала Женя.
– Вот ей богу как Михалыч заговорила. – Наигранно возмутился я.
Пока мы разговаривали ко мне пришел посыльный и в точности пересказал разговор Родиона со своей женой. Я ожидал какой-нибудь сопливой истории, вроде, мне очень жаль или я буду помнить тебя и все в таком духе. Но я ошибся, женщина крыла его трехэтажным матом и поносила всем на чем свет стоит, я даже для себя подчеркнул несколько новых выражений. Вся суть склонялась к одному, он ленивый, неблагодарный и недальновидный индивид, который чуть не погубил людей протянувших ему руку помощи, а он не только в нее плюнул, так еще чуть и не отрубил по самое плечо. А единственное, что он сделал хорошо, так это из дочку, но и тут его заслуга была минимальной, так как отцом он стал, но не был им никогда. Собственно и все на этом.
Вечером всех людей собрали на стадионе, построили в несколько шеренг, чтобы всем было видно, а чтобы всем было слышно принесли большую колонку на аккумуляторе и микрофон.
Первым начал выступать замполит, он начал издалека, рассказывая о том, как сложно нам всем дался путь в это место. О том, как важна работа каждого человека в поселении и что всем дают работу по силам, не требуя лишнего. А потом караул привел нашего Родиона с его дружками и замполит начал рассказывать всю ситуацию, которая сегодня произошла, в мельчайших подробностях. Как мы нашли врагов, поймали, допросили и нашли предателя в наших рядах. Затем вынес приговор, каждому из преступников дали возможность сказать последнее слово, все отказались, кроме Родиона, который попросил прощения и сказал, что ему жаль. Я дал отмашку и караул пустил каждому пулю в лоб. И после этого к микрофону вышел я.