Czytaj książkę: «Хождение по Аду»
Котлы работали исправно. Жар был не очень сильный, не очень слабый, а как говорится в самый раз, чтоб грешники не отделывались простейшими ожогами, но и не теряли сознания, а испытывали все положенные им муки во всей их проникновенности. Делать по большому счету было нечего, да и незачем. Уже давно, Лаги, да и все такие, как он, находились при котлах больше для антуража. Всем правила автоматика.
– Здорово Лаги!
Кричал давнишний знакомец, демон Нургл. До последних времен, они дружили очень плотно, так как Нургл был так же приставлен к котлу, что находился рядом. И эта дружба бы продолжалась и сейчас так же плотно, если не одно "но". Друга, кто-то надоумил, и он подался в совратители смертных.
– Привет Нургл, как дела молодые?
– Ох, не поверишь, устал как последний гоблин. Всю ночь совращал одного святошу. Я ему и девок продажных приводил, и богатства сулил мировые, и недвижимость за рубежом, а он ни в какую. Но я тоже не лыком шит, смотрю, он без кольца на пальце среднем, ну я и пообещал жену угодницу, что будет любить его больше жизни своей. И смотрю, расцвел товарищ ярким пламенем, пришлось навернуть на супружницу еще пару оборотов про сексуальные извращения и все такое. В общем, я победил, но нервов он мне потрепал достаточно, как и энергии из меня высосал.
– Везет тебе, – хныкнул Лаги, – приключения, совращение, творчество. А у нас тук как в омуте, только уголь кидай и больше никаких разнообразий. Редко когда грешник попадется интеллигентный и начитанный, перед пыткой что нового поведает или случай вспомнит. Да и новенькие на нашем этаже сейчас редкость. Все больше к соседям отправляют, сейчас говорят, сейчас предателей родины много, а экономических преступников, говорят, днем с огнем не найдешь.
– А что тебе мешает пойти к нам в контору?
– В совратители?
– Естественно.
– А возьмут?
– Ну, меня же взяли, почему же тебя не возьмут?
– Ну не знаю. Может к вам отбор, какой строгий должен быть, али требования какие заоблачные.
– Да не нужно ничего. Тут задача в том больше состоит, чтоб пройти все согласования и подписи. Их уйма целая.
– А как же я котел брошу, пока шастать буду?
– Так он же автоматический, ты не знал что ли?
– Нет! – выпучил глаза от удивления Лаги.
– Я тоже не знал, пока мне не рассказали. Та красная кнопка, что нам говорили не трогать, является не детонатором взрыва, а всего лишь включением автоматического режима.
– А зачем они нас обманывали тогда?
– Ну, это не ко мне вопрос, а к высшему руководству. Я лично думаю, что это сделано для нашего же блага. Представляешь, сколько бы было чертей праздно шатающихся без дела? Чтоб обойти весь этаж и включить кнопки, нужен один черт и полчаса времени, а остальные что бы делали? Размышляли о смысле бытия и философствовали бы на тему "Что мне не нравиться в нынешнем строе"? Это приоритет грешных людей. А наше дело работать не задумываясь. Вот поэтому и скрывают усовершенствования котлов, чтоб работа у всех была. И люди в котлах и черти заняты. А те, кто хочет чего-то большего, чем уголь в топку кидать, всегда найдут способ вывернуться из ситуации.
– То есть, если я сейчас нажму красную кнопку, то цикл будет автоматическим, а я смогу отойти и попытаться стать таким же, как ты?
– Угу, – кивнул Нургл, – ладно, мне пора, а то перед сменой выспаться нужно.
Они попрощались, Нургл пошел к себе, а Лаги уставился с опаской на кнопку.
Привычность и желание чего-то большего бились насмерть в его душе, то приближая, то отстраняя трясущийся палец от злополучной кнопки.
– А вдруг Нургл соврал, и это только испортит мою карьеру? – вопрошал чертик. – Но ведь не попробовав, узнать, не получиться! – отвечал он сам себе. – Что я теряю? В сущности ничего. Убить не убьют. Переведут куда-нибудь гальюны чистить и всего делов. – пересиливала одна сторона. – Во-во! Поменять чистое ухоженное место на грязные гальюны? Большие дяди просто так запреты не пишут. Написано "не нажимать" значит не нажимать! – ответствовала ей обратная.
– Семь бедам не бывать, а одной не миновать! – плюнул через левое плечо Лаги и ткнул своим корявеньким пальчиком в большое красное пятно.
– Автоматический цикл подачи и наказания грешников на автомате КАМ-816 включен, система работает исправно, – прозвучал металлический голос из внутренностей котла, – не забудьте выключить или провести проверку через двести сорок часов по земному времяисчислению.
– Так! Половину дела сделано! Что дальше? – в нерешительности подумал Лаги. – Есть предположение, что стоит обратиться в центральный отдел кадров. По-моему туда обращался Нургл с просьбой о переводе. Жаль, не спросил сейчас.
До отдела кадров было не близко, но и не так далеко, если конечно его за последние два века не перенесли. Последний раз в том заведении Лаги был сто восемьдесят три с половиной года назад, когда сдавал классность по профессии.
Давно Лаги не разминал свои косточки, давно не поднимался по лестницам и не ждал в очередях лифтов. Все больше был привычен к сидячей работе, да хождениям метров по пятьдесят в день, от коморки до котла и обратно. Но жизнь захочет, не так засуетишься. Как уже говорилось, до отдела кадров было совсем не далеко. Всего-то нужно было преодолеть две лестницы по тысячи ступенек и проехать два этажа на лифте. Бывало в молодости, когда Лаги не был ничем отяжелен, и бурная кровь пенилась в жилах от переизбытка гормонов, черт пробегал и по пять таких лестниц и по пять этажей проезжал на лифтах, притом с пересадками.
– Но это было давно, – прошептал Лаги, кряхтя, преодолев первые двести ступеней, – ой, как давно это было.
После первой тысячной лестницы черту понадобилось около трех часов, что бы отдышаться, откашляться и прийти в состоянии сделать хотя бы еще шаг. Вторая лестница, далась настолько трудно, как людям, по рассказам некоторых грешников, гора Эверест. На площадку около лифтов Лаги не то что бы вошел, а влез, больше касаясь ступенек и пола шерстистым животом, чем вяло двигающимися конечностями.
– Вот старому то неймется, – пробубнил кто-то из стоящих в очереди.
– Посмотрим, как ты бодро лазить будешь в моем возрасте, – огрызнулся Лаги и, найдя в себе последние силы, встал и облокотился на стену у дверей лифта.
Кабина не останавливалась на этом этаже уже примерно неделю, и народу на площадке было превеликое множество. Кто спокойно читал в сторонке художественную литературу, кто газету "Аццкий сотона", кто поставил палатку, захваченную с собой специально для таких случаев, кто-то жарил шашлыки, кто-то перевирал в языках последние новости и сплетни. В общем, все вели себя как всегда. Лаги после долгого стояния возле стены, от упадка сил, сполз потихоньку вниз и стал жалеть о том, что в запале не удосужился взять с собой хоть какое-то развлечение, для услады глаз и проведения времени. Но на его везение, не прошло и суток после его подъема, как на всю площадку раздался долгожданный гудок, предвещающий скорое пришествие лифта. Что тут началось, описать трудно. С криками "Ура!", "Дождались!" и "Слава Светлейшему!" ждущие массы бросились собирать свои разложенные и раскиданные пожитки и вспоминать, кто за кем стоит. Начали возникать споры по причине выяснения места в очереди, а так как местные аборигены были с огнем в крови и в других физиологических жидкостях, то моментально возникли пара быстрых и кровопролитных драк с использованием подручного и растущего на голове и ногах инструмента.
Лаги понимал, что он едва ли сможет одолеть даже самого щуплого, но молодого и полного сил самца, в драки не лез. Черт уже собрался в мыслях пропустить этот лифт и ждать следующего, как какая-то молодая чертиха, стоящая в очереди одной из первых, при открытии дверей крикнула, что Лаги с ней и, взяв его за руку, втащила во внутренности лифта.
– Милое дитя, чем я заслужил вашу помощь, и чем я могу отблагодарить? – зашептал Лаги на ухо своей покровительнице.
– Да забей дядя, ты мне ничем не обязан, я просто хотела своего Хармонтюшку позлить. Ты представляешь какой он приедет на следующем лифте? Разъяренным, ревнивым, страстным! Ух, и ночка тогда нас ждет! – чертиха аж глаза от сладострастного предположения закатила. – Грешникам в котлах от зависти холодно станет!
– Понятно… – промычал в ответ Лаги и больше ни проронил, ни слова до своего этажа.
Самой кабине лифта нужно отдать должное отдельно. Это был огромный ангар, который, медленно покачиваясь, не торопясь, следовал вверх. Толи от гигантомании в аду, толи оттого, что здесь не спешили, лифт проходил один этаж примерно за четверть суток, если не считать частые остановки между этажами и поломки. Поэтому, те, кому нужно было преодолеть больше трех этажей, уже тут начали развертывать палатки, разжигать костры и готовить обед и ужин. Лаги нужно было проехать всего два этажа, и он решил просто подремать. Закрыв глаза, он попытался уснуть, но не смог. На ум начали лезть какие-то слова, которые никак не хотели исчезать из головы, но и там рылись огромным потоком, не желая складываться в стаи, зовущиеся предложениями.
Бездна… Свет… ужас… дно…
Лаги мучился, постанывал, покрикивал с закрытыми глазами, пока не смог усилием воли сцепить слова мертвой хваткой и спрессовать их в единое целое.
Бездна – она без дна.
Тонешь, возврата нет.
Только багровый свет,
Ужас и тишина.
– Это что, я придумал? – спросил себя Лаги.
И ему ответили, теребя за плече.
– Просыпайся черт рогатый, этаж твой!
Лаги открыл глаза и тут же его выпихнули в открытую дверь лифта.
Для размышлений и запоминания тех строк, которые он придумал в лифте, времени не осталось. Так, как этаж был тем, который ему нужен, а времени было на все про все в обрез. Лаги кашлянул и помчался в Центральный отдел кадров.
В приемной отдела сидела очаровательная демонесса, с обворожительной фигурой, аппетитно выступающими первичными признаками пола, умопомрачительно завитыми рожками и каменным лицом. На этом лице выделялись только глаза, которые говорили посетителю, что он не первый такой умный, и что демонесса, хоть и начало трудового дня, но уже успела устать от таких посетителей.
– Извините, пожалуйста, мне бы… – начал мямлить, протискиваясь в дверь Лаги.
Он всегда мямлил при виде начальства.
– Перерыв! – отрезала секретарь.
– Спасибо, – сглотнул Лаги и убрался обратно.
Он подождал минут пятнадцать, и сунулся, было вновь, но все повторилось с тем же результатом. Лаги подождал еще полчаса.
– Разрешите?
– Входите, – был ответ, но таким тоном, после которого как раз входить то и не хочется.
Но Лаги справился с собой и вошел.
– Вы по какому вопросу?
– Я бы хотел перевестись из отдела исполнения наказаний, в отдел совращений.
– Справки принесли?
– А какие нужно? Я соберу, но мне бы узнать какие.
– Первый манускрипт в прихожей слева!
Лаги вынесло из кабинета сила ора секретарши.
Он стал искать глазами нужный манускрипт в немыслимом объеме похожих, весящих в прихожей слева. Тут были инструкции на все случаи жизни и смерти и даже послесмертия. После двадцати минут поисков глазами и трения о плечи и торсы таких же, как он граждан, Лаги удалось найти то, что было ему нужно. В манускрипте указывалось, что ему нужно собрать справки с данного места работы, запрос с предполагаемого, справку от генерала воинства адова, справку о здоровье, характеристики из всех мест учебы и об оплате коммунальных платежей, и об отсутствии задолженностей.
– Ух, ты… – вздохнул Лаги, – с чего бы начать? Наверное, с запроса с будущего места работы, а то если они откажут, то смысла дальше бегать просто не будет.
– Извините, а где можно узнать адреса интересующих меня инстанций? – спросил черт у рядом стоящего.
– В справочной, – был лаконичный ответ.
– Тогда позвольте узнать, а где я могу найти в близи справочную?
– Насколько я помню, ближайшая три остановки отсюда на автобусе. Остановка вон за тем углом по этой стороне.
– Огромное спасибо.
До остановки идти было недолго, километра три, не больше, а вот автобуса там пришлось ждать часа четыре, не менее.
Смотря на проносящийся мимо пейзаж за автобусным окном, Лаги терялся в недоумениях. Если автобус быстро едет и у него в маршруте всего пять остановок, судя по напечатанной карте, то почему его ждать на каждой остановки так долго приходится?
На нужной ему остановке Лаги вышел и увидел перед собой два огромных ларька из прозрачного материала, где в каждом суетилось огромная куча чертей и бесов. Над первым лотком висела вывеска "Пункт первичного приема", на другом соответственно "Вторичного". Здраво рассудив Лаги, постучался в маленькое окошечко, над которым было написано "Выдача справок".
– Извините, пожалуйста, вы бы не могли подсказать, как мне разыскать отдел кадров отдела совращений. Простите за тавтологию.
– Улица Инвалидная, дом пятнадцать.
– А не подскажете, как туда добраться?
– По таким вопросам обслуживает "Пункт вторичного приема", – сказали и захлопнули окошко.
Лаги постучался в окошко второго здания.
– Вы не подскажете, как мне доехать отсюда до улицы Инвалидной, дом пятнадцать?
– До отдела совращений?
– Да.
– Следующая остановка на автобусе.
– А можно еще вопрос?
– Задавайте. Для этого мы и работаем.
– Не подскажете адрес интерната шестьдесят шестого?
– Адреса в первичном отделе. Мы можем только подсказать, как проехать, если вы назовете адрес.
– А по названию вы мне не можете подсказать, как проехать?
– Нет. Названия не наша часть ответственности.
– Меня просто время поджимает.
– Извините, но мы не компетентны в этом вопросе.
– Спасибо, – сказал Лаги и произвел туже операцию вновь.
Интернат, как, оказалось, находиться рядом с отделом совращений по адресу Инвалидная дом четырнадцать.
Недолго думая, черт направился в отдел совращений.
– Да? – встретила его секретарша.
– Извините, пожалуйста, я бы хотел устроиться к вам на работу.
– Письмо с прошлого места принесли?
– Нет, а что нужно письмо с прошлого места работы?
– Естественно, как же мы вас сможем принять, если вас могут не отпустить к нам. Нужно открепительное письмо.
Вид у секретарши был не менее эффектен, чем у той, что была в отделе кадров.
Лаги помчался в свой отдел кадров. Опять автобус, опять ожидания лифта, опять медленное покачивание в самой кабине, опять две лестницы. Справку о согласии на перевод ему выдали без вопросов, но ждать этого пришлось примерно сутки. Хорошо, что ночь застала его рядом с домом, и спать на лавочке в каком-нибудь лесопарке не пришлось на этот раз. Еще была одна выгода в возвращении, он сумел взять справку в местном отделении отдела по коммунальной политике, что долгов на этом фронте у него не имеется. Обратно в отдел кадров отдела совращений путь с нужной бумажкой в кармане казался быстрее. Кабинет секретаря Лаги влетел на всех парах.
– Принес!
– Что вы принесли? – подняла изумленно бровь секретарша.
– Открепительное письмо с моего нынешнего места работы.
– И что вы хотели от мня?
Только сейчас черт понял, что за время пути туда и обратно у секретарши была тьма посетителей и его, а тем более его дело, она не помнит.
– Я бы хотел получить письмо от вас, в центральный отдел кадров, с подтверждением того факта, что вы меня берете на работу.
– А я обещала, что мы возьмем вас на работу?
– Да, – слукавил Лаги, – если я принесу открепительное письмо с места нынешней работы.
– Ну и?
– Я принес, – черт протянул драгоценную бумажку.
Секретарша бросила на нее беглый взгляд, взяла письмо и сказала: Справка будет готова завтра после обеда. Все, до завтра вы свободны.
Уставший, но счастливый Лаги вышел из здания. Пока готовится справка, а это будет по всем расчетам долго, черт решил зайти за характеристикой в интернат.
– Здравствуйте. А как можно получить свою характеристику?
– Она вам зачем?
– Для предоставления в центральный отдел кадров.
– По поводу?
– Хочу перевестись на другую работу.
– Вы у нас учились?
– Естественно.
Зачем спрашивать последний вопрос… Если не учился бы, то и сейчас бы пришел.
– В каких годах?
– С пять тысяч двести семьдесят шестого, по пять тысяч триста первый год.
– Зайдите чуть попозже, характеристика будет готова в ближайшее время.
Характеристика естественно была не готова в ближайшее время, ее выдали только под вечер. Но это было слишком быстро, так как выдача справки намечалась только на завтрашний день. Ничего больше делать на сегодняшний день было не нужно.
В голову опять потекли мысли бурным потоком, который еле складывались во что-то…
Тени заблудших душ
Стелются над водой.
Кто ты, печальный муж?
Видно, великий герой?
Может быть, просто шут?
Может, палач и вор?
Может, ты мот и плут?
Может быть, эхо гор?
Ладно, нужно завязывать с рифмами, уже спать пора, – прошептал, зевая Лаги, тихонько устраиваясь на ночлег на парковой скамейке, – завтра будем сочинять, между хождениями по остальным инстанциям.
Завтра встретило Лаги большими фейерверками огромных городских вулканов и ором, нескончаемым ором мимо проходящей толпы.
Протирая глаза и вспоминая, что сегодня день Палача, черт прошептал: У нормальных сейчас праздник, а тут мотаешься по инстанциям, как мышка в желудке у кошки.
Получив справку, Лаги поехал в центральный военкомат воинства адова.
– Здравствуйте.
Старший штандартен-демон даже не удосужился черта вопросом, просто расширил вопросительно один из своих десяти глаз.
– Мне бы справочку, что я у вас служил.
– Сто пятый.
– Спасибо. А этаж не подскажете?
На этот вопрос штандартен-демон даже глазом не повел. Пришлось искать самому. Сто пятый кабинет оказался на четвертом этаже, в самой глубине. Очередь была не особенно большая, всего-то голов сорок, но шла очень медленно. Лаги за время этой очереди успел, и выспаться на долгое время вперед и побеседовать с коллегами по несчастью про вред и нецелесообразность бюрократии, и даже придумать два четверостишья.
Бег по полям костей,
Пир на остывших телах,
Щёлканье челюстей,
Дикий животный страх.
Очи прекрасной Лилит,
Похоть и смерть вразнос.
Пепельный Солнца лик.
«Дай, укушу взасос!»
Но самое обидное что, простояв в этой очереди большую половину дня, его принимали в кабинете всего-то пять минут. А дальше до самого вечера он опять ждал справку.
Единственное что он смог быстро получить, так это справку, уверяющую всех в том, что он здоров. И то не потому, что пошел не в свою больницу, где каждый доктор больше принимает во внутрь чая, чем больных а, не поскупившись, отдал денег в коммерческой. В коммерческой его даже не обследовали толком. Если ты на вопрос "жалобы есть?" отвечаете, нет, то вам врач автоматом ставит штамп о великолепном здоровье в его узкой специализации, а на основе этих штампов основную печать ставит главврач, не глядя даже на вас.
Время было где-то полдень, и можно было бы поехать сразу в центральный отдел кадров, но в уме вертелось еще два четверостишия, а при себе не было даже кусочка угля, что бы их записать.
– Все справки у меня, спешить больше некуда, так что устрою я себе хоть полдня выходных, а то если сейчас приду, то завтра, наверное, или на учебу, или на работу пошлют точно, – поразмыслил Лаги, и отправился домой записывать стихи, и отдохнуть перед будущей тяжелой, но интересной работой.
Словно ручьи потекли
Раны от света и лжи,
Черные словно пекли
Мыслей горящих коржи.
Тяжкий извечный стон,
Муть одичавших душ,
Смрад из разбитых окон –
Бездне желанный куш.
На следующий день, только открыв глаза, он сорвался с кровати и побежал устраиваться на службу.
В дверях центрального отдела кадров ему встретился Ноб. Знакомый черт, управляющий котлом недалеко от его собственного.
– Привет Лаги, какими судьбами?
– Да так, пришел сюда кое-какие детали уточнить, – не стал распространяться черт на тему своего появления в данном месте, – а ты что тут делаешь?
– А я тут работу менял, поздравь, меня взяли в отдел совращений!
От этой фразы Лаги чуть не сел на камень. Благо хвост спружинил и помог хозяину остаться на копытах.
– Поздравляю, – сказано это было естественно с натяжкой в голосе, но окрыленный Ноб не заметил ничего.
– Ладно, я побежал, сказали срочно прибыть на новое место службы для получения дальнейших инструкций.
Они попрощались, и Лаги поспешил в кабинет секретаря.
– Здравствуйте, я тут справки собрал для перемены места службы.
– Давайте, – когтистая лапа потянулась к протянутым документам, но на пол дороги остановилась, – а куда вы хотели устроиться?
– В отдел совращений, вот и бумага, что они меня готовы взять.
– Увы, но это невозможно, – рука вернулась обратно, – пять минут назад последняя вакансия в этот отдел была отдана.
– Нобу?
– Какому-то черту, я не запоминала его имя.
– И что же мне теперь делать?
На Лаги было тяжело смотреть. Плечи сразу опали ниже даже минимального уровня, на глазах не было сухого места. Он весь скрючился, скукожился и обвис.
– Приходите, когда появится вакансия.
– А это скоро будет? – Немножко воспрял духом черт.
– Обычно они проводят расширение кадров раз в сто лет, но советую зайти через пятьдесят. На всякий случай. А сейчас извините, но вам придется покинуть мой кабинет, у меня много работы.
Лаги молча вышел из кабинета секретарши и побрел домой. Весь обратный путь он не обращал внимания на окружающих. Его толкали, пинали, наступали ему на копыта, а черту было наплевать на это. Мозг его заполнили обида, горечь и витиеватые строчки, порожденные ими, которые никак не хотели складываться в одно целое.
Выйти из этого состояния его заставил писк. Лаги оглянулся, посмотрел по сторонам и увидел, что он находится возле своего котла, а орет, то есть пищит автоуправление, сигнализируя, что оно скоро выключится.
– Да пошли вы все! – крикнул Лаги в пустоту. – Не взяли, так и ладно, зато я теперь знаю, как выделить себе больше времени. И это позволит мне выкроить больше времени на стихи. Я еще стану великим, и вы будете сами меня уговаривать сменить этот котел на более интересное место работы! Совратителей много, поэтов мало!!!
Черт показал в пустоту неприличный жест, пустил автомат по новому кругу и сел писать поэму, которая когда-нибудь прославит его в этом жестоком и несправедливом мире.
Где совесть? Где ум и честь?
Навеки ушли, знать, в Ад.
Осталась здесь только спесь,
Дьявол смеется – рад.
Узник своей судьбы
Гордых всех царь Люцифер.
Падших разбитые лбы –
Тщетных порывов пример.
Бездна – безумья грань,
Но не сойти с ума.
Кары простертая длань,
Света и тьмы тюрьма.
P.S. В рассказе используется отрывок стихотворного произведения «Бездна», за авторством Оливера Лантера, Эпоны и Кирилла Ликова.
