Czytaj książkę: «По ту сторону кроссворда. Рассказ в миниатюрах»

Кирилл Кожанов

Czcionka:

Дизайнер обложки Анастасия Сушко

ISBN 978-5-0068-0986-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Оптимизация

Хорев застёгивал пальто. Возникший в дверях заведующий впечатал в него вопросительный и раздражённый взгляд.

– Что? У меня все готово, – пояснил Хорев, затягивая шарф, – осталось кое-что оптимизировать. До конца дня отправлю.

Изящно обогнув нашего заведующего, он скрылся за дверью. Неплохо, подумал я.

Хорев вёл финансовый учёт. Целыми днями втирал студентам про оптимизацию. Я думаю, он неплохой экономист и оптимизатор. Видел, как умело он обращается с яйцами. Меняет их местами. Это было здесь, в ближайшем супермаркете.

Хорев задумчиво подходил к витрине и аккуратно перекладывал яйца из упаковки дорогих в упаковку дешёвых. И наоборот. Работал точно, не роняя ни одного яйца. Затем он брал упаковку с низким ценником и дорогими яйцами внутри, невозмутимо шёл на кассу и очень любезно беседовал о чём-то с продавцом…

Пройдёт время, и нас тоже оптимизируют. Это будет нелегко: попробуйте переложить все яйца из большой корзины в маленькую и тесную. Что-то обязательно вылетит, треснет. Но это будет потом, а пока мы просто не укладывались в сроки.

Рамочки

Мы не укладывались в отведённые сроки. Макеты новых методичек должны были умчать в типографию не то вчера, не то сегодня. Конечно же, заведующий метался туда-сюда по помещениям нашей огромной кафедры, торопился всех торопить, нервничал, что спешит недостаточно и не успеет поторопить кого-то ещё.

Ведь у него была не одна методичка – их было тридцать, а может, и пятьдесят. Методичек, которые должны быть написаны нами по очередному новому стандарту. Ещё более идиотскому, чем прежние. И он – Валерий Борисович – нёс ответственность сразу за всё, поэтому и бегал, прыгал и на всех срывался.

Формулы, начертанные Евтуховым в нашей с ним совместной работе, выглядели странновато. Казалось трагически неполными, требовали правок…

– Как дела, Олег Сергеевич? – так начал я нашу научную дискуссию, всматриваясь в развёрнутый на экран макет и держа плечом трубку кафедрального телефона.

– Пока живой. Чего тебе?

Чувствовалось, он только проснулся. В том семестре Евтухов получил расписание с беспрецедентно скромным количеством часов, что явно готовило к выходу на пенсию. Теперь он являлся в институт дважды в неделю, остальное время посвящая себе. Чувствуя, что старик сдаёт, я почти добровольно взялся довести нашу с ним методичку до пригодного вида.

– Что живы – это я знаю!

– Откуда? – почему-то насторожился Евтухов.

– Ну как… Иначе ваша фотка в холле стояла бы. В рамочке.

Он крякнул:

– Э-нет, Арсик, не думай! У нас с тобой рамочек не будет, сократят гораздо раньше…

– Да ну вас! Лучше подскажите: я файлы ваши открыл…

Но он меня не слушал.

– Вылетим без хлопка, понял? И в методичках фамилии будут уже другие. Так что давай там, сильно не старайся. Не знаешь, на что молодость тратить?

– Валерий Борисович только выбежал. Знаете, что говорит? Да вы бы видели, как он носится…

Евтухов рассмеялся:

– Валерий? Чего я там не видел, тигра на скакалке?

Они с заведующим были ровесниками: молодой профессор и старый, перезрелый доцент.

– Тигра? Скорее, кенгуру на батуте.

– Ты пойми: получать ему за всех, ты бы тоже бесился! Короче, Валеру не подводи, но сам – давай спокойней.

И Евтухов покритиковал мой перфекционизм. Торжествующе сознался, что формулы упростил специально: так рисовать в редакторе легче… Ведь нужно количество, а не что-то другое. Евтухов был человеком чистой души. Не хотел мудрить, кого-то мучить расчётами. А уж пытаться заваливать студентов с корыстными целями… Как вам такое в голову попало? Нет, такие вещи Олегу нашему Сергеевичу были по барабану.

Его слова о сокращениях глупо называть «пророческими». Этого ждали все. Неотвратимой и заранее известной развязки. Так что про чёрные рамочки Сергеич, возможно, прав. Но помирать вместе с ним в мои планы не входило. Рановато: верил я даже в самые нелёгкие моменты.