Czytaj książkę: «Cмертельный узел»
ПРОЛОГ
Убийство, как одно из самых радикальных проявлений жестокости, тесно связано с проявлением индивидуальности и глубочайшими аспектами человеческой психологии. Оно может возникнуть как импульсивный порыв, вызванный сильными эмоциями, так и быть хладнокровно спланированным актом. Разнообразие форм его проявления – от дерзких и агрессивных до расчетливых и хладнокровных – только подчеркивает многогранность мотивации.
Однако, что движет человеком в момент совершения такого поступка, зачастую отходит на второй план перед тем, как это действие раскрывает истинную сущность личности. Каждый из нас обладает потенциалом перейти некую границу, когда спровоцирован до предела. В такие моменты, когда рациональное мышление уступает место первобытным инстинктам, сознание отключается, оставляя животное желание выжить или защититься. Это может проявляться как сознательное решение, так и бессознательная реакция, направленная на защиту себя, близких или даже незнакомых людей, оказавшихся в опасности. В состоянии крайней нужды или под воздействием внешних обстоятельств, контроль над собственными действиями может быть полностью утрачен.
Общественное отношение к убийству носит крайне парадоксальный характер. В зависимости от контекста, одно и то же деяние может вызвать мгновенное осуждение или, напротив, привести к прославлению. Этот феномен ставит перед нами фундаментальный вопрос: может ли в убийстве быть что-то "хорошее"?
С детства нам прививают представление о добре и зле, но что происходит, когда эти понятия сталкиваются в экстремальных ситуациях, где на кону стоит жизнь?
Рассмотрим гипотетический сценарий: похищение с целью причинения вреда. Первейшим и неконтролируемым инстинктом становится желание выжить. Это может побудить человека к действиям, которые, по букве закона, могут быть квалифицированы как преступление, включая применение насилия в целях самообороны. В суде адвокат, вероятно, будет обращаться к присяжным с аргументом: «Мой клиент лишь защищал свою жизнь». В таком контексте, тот, кто ещё недавно мог рассматриваться как преступник, в глазах общества может превратиться в героя.
С точки зрения биологии, стремление к выживанию и защите – это фундаментальный принцип, присущий всем живым существам. Навык не является чем-то, что можно просто "развить" в себе, как обычное умение. Он глубоко укоренен в нашей генетике. Именно гены играют ключевую роль в механизмах выживания, заставляя сознание реагировать на опасные ситуации инстинктивным желанием защитить себя.
Тем не менее, понимание этих механизмов не означает, что мы должны оправдывать всех, кто признан виновным в убийстве. Очевидно, что законодательные и моральные рамки остаются незыблемыми. Важно осознавать, что люди склонны к осуждению, когда им недостает полной информации. Предвзятые мнения, основанные на стереотипах и недостатке объективных данных, зачастую отдаляют нас от реальной картины, мешая рациональному анализу ситуации.
Редко кто из нас задумывается о таких мрачных темах, как убийство, предпочитая отмести подобные мысли подальше, надеясь на безмятежное будущее. Однако, насилие, к сожалению, проникает в повседневную жизнь гораздо чаще, чем хотелось бы. Когда государственные системы оказываются неспособными оперативно реагировать на угрозы и обеспечить безопасность, у людей возникает стремление к самосуду. Такой подход, порой, приводит к кризисным состояниям, где совершение ужасных поступков становится даже притягательным. В такие моменты человек становится уязвимым перед своими внутренними "демонами". Ощущение безнадежности и отсутствие видимой поддержки могут породить жадное стремление к справедливости и немедленной расправе. Парадоксально, но жажда мести порой выглядит более привлекательной, чем холодный, взвешенный анализ ситуации.
Эта дорога, может привести к глубочайшим нравственным дилеммам. Как отличить праведное стремление к справедливости от безумия?
Когда личная мораль вступает в конфликт с законами общества, существует риск возникновения хаоса и порождения нового витка насилия. Жертвы таких действий, как правило, забывают, что каждый акт агрессии оставляет шрамы не только на теле, но и на душе.
Таким образом, столкновение с насилием и убийством – это не только физическое, но и философское испытание. Оно требует переосмысления наших представлений о морали и справедливости в современном мире. Важно помнить о сложности человеческой природы: страх перед неизвестным, перед угрозой, часто порождает жестокость, когда разум уступает место инстинктам.
В моей профессиональной деятельности, а я занимаюсь поимкой людей, совершающих подобные преступления, безразлично, серийный убийца совершил преступление или человек, действующий под влиянием аффекта. В любом случае – он виновен.
Работая в полицейском департаменте много лет и расследуя разнообразные убийства, со временем приходишь к выводу – не существует универсальной формулы преступления. Лишь мгновения определяют исход, как для жертвы, так и для преступника. Ведь первоочередная цель – убить, отомстить, уничтожить того, кто, по мнению преступника, этого заслуживает.
ГЛАВА 1
День сегодня, в общем-то, терпимый. Я, стоя у окна своего скромного кабинета, наблюдаю за улицей. Ничего примечательного, как и в большинство моих рабочих дней, не происходит. За стеклом – всё тот же Манхэттен, историческое сердце Нью-Йорка. Для тех, кто не знаком с географией, это один из самых плотно заселённых и в то же время компактных округов США. Знаменитый своими небоскрёбами, побивающими рекорды высоты, и множеством уникальных архитектурных шедевров. В общем, идеальное место для тех, кто любит динамику, движение и свою профессиональную деятельность.
Разглядывая улицу, я ощущаю себя крошечной песчинкой в огромном океане. Движение на Манхэттене не утихает ни на секунду. Люди постоянно куда-то спешат, бегут. Машины стоят в пробках. Уличные торговцы предлагают прохожим быстрый перекус: ароматный кофе, сытный гамбургер или хот-доги. Фастфуд пользуется огромной популярностью, ведь это самый простой и быстрый способ утолить голод.
Однако мои мысли сейчас не о вечном движении жизни. Я размышляю о границах человеческого терпения. Ведь именно их нарушение приводит к самым жутким, жестоким и душераздирающим трагедиям. Мы способны на зло, иногда предпочитая игнорировать тревожные сигналы, чтобы не столкнуться с реальностью, переполненной агрессией и злобой. Это наша повседневность, независимо от места и рода занятий.
Многим просто не хватает времени на самоанализ. У каждого своя жизнь, свои заботы: создание семьи, рождение детей, работа, бытовая рутина. В такие моменты мы склонны выстраивать черно-белые картины своей судьбы. Мы жаждем верить в чудеса, в магию, в экстрасенсов по телевизору – как способ оправдать собственные неудачи. СМИ активно продвигают идеи позитивного мышления, а психологи подтверждают благотворное влияние оптимизма на психику.
Прошу прощения, немного отвлеклась. Итак, по порядку. Меня зовут Глория Берч, мне почти сорок, и я работаю в Нью-Йоркской полиции. Мечтала об этой профессии с детства. Путь к цели был непростым, но два года назад, преодолев все преграды, я стала детективом первого класса. Стоило ли оно того – вопрос открытый. Работы стало вдвое больше, а зарплата почти не изменилась. Единственным оправданием моих усилий было стремление быть лучшей. Я – фанат своего дела.
Работа – это мой мир, моя судьба. Ловить преступников и сажать их за решётку у меня в крови. Такая преданность, безусловно, вносит определённые последствия: отсутствие семьи, детей, нормальной личной жизни. Да, многие скажут, что работа есть у всех, а семья – это святое. Я не из таких. Никогда не вписывалась в образ типичной женщины, чья задача: удачно выйти замуж, родить детей и посвятить себя быту. Мне искренне жаль миллионы женщин, живущих такой жизнью. Впрочем, они сами сделали такой выбор. Постоянные отношения с партнёром точно не для меня. Такой расклад предполагает постоянную ответственность за близкого.
С самого детства я была энергичной и общительной, любила читать и играть во дворе. Меня всегда завораживали полицейские машины с мигалками. Так и родилась единственная мечта – стать полицейским. Окончив школу, я поступила на факультет криминальной полиции. Учёба давалась нелегко, но полная решимости и энтузиазма, я погрузилась в лекции по уголовному праву, криминалистике и психологии преступности. Я не раз представляла, как в будущем буду раскрывать сложные дела, ловить преступников и защищать людей. Новые знания лишь подогревали мой интерес и желание стать настоящим офицером полиции.
Незаметно прошло несколько лет, когда я окончила университет с отличием. После получения диплома устроилась стажером в местное отделение полиции. Первые дни были полны эмоций: адреналин от погонь, напряжение во время расследований. Я чувствовала себя частью команды, которая защищает наш город. Каждое задание, каждое задержание давали мне понять, что я на верном пути.
Моим призванием является помощь тем, кто оказался в затруднительном положении, и обеспечение общественной безопасности. И хотя моя профессия нередко сопряжена с немалыми трудностями и стрессом, я испытываю глубокое удовлетворение, осознавая, что давняя детская мечта обрела реальность.
Я обладаю весьма привлекательной внешностью. Моя стройная фигура, стильная стрижка, обрамляющая плечи, тёмные волосы и зелёные глаза, несомненно, привлекают внимание мужчин, о чём свидетельствуют мои мимолётные увлечения. Сочетание цвета волос и глаз редко оставляет мужчин равнодушными, и порой мне удаётся использовать эти преимущества в своих интересах. В конце концов, я ведь девушка.
Как и у каждого детектива, у меня есть напарник. Брайан Уэйн. Его внешность покоряет сердца многих девушек. Да, я знаю, в детективах главные герои часто обладают яркой внешностью. Но Брайан действительно таков: высокий, атлетически сложенный, тридцатипятилетний, с выразительными карими глазами и чёткими чертами лица. Он харизматичен, надёжен как друг и непоколебим в своём статусе холостяка. Я часто шучу, что он по ошибке свернул не туда, выбирая профессию полицейского, ведь в соседнем здании находилось модельное агентство.
Несмотря на свою внешнюю притягательность, Брайан – превосходный детектив и преданный партнёр. Ему не занимать поклонниц, и он ежедневно делится со мной рассказами о своих амурных приключениях, которые я стараюсь не запоминать. Мне приходиться часто кивать головой, чтобы не задеть его самолюбие.
Он из тех людей, кому всё удаётся с лёгкостью. Возможно, это просто везение. Называйте как угодно. Наверняка у вас тоже есть такие знакомые: ничем не примечательные, но чертовски везучие. Раздражает? Согласна!
Брайан провёл свои юные годы в солнечном Майами-Бич, обучаясь в престижной частной школе. Затем он переехал на Манхэттен и поступил в полицейскую академию, которую успешно окончил. Избрав специальность, отвечающую его интересам, он начал службу в подразделении по борьбе с организованной преступностью. За время работы Брайан зарекомендовал себя как многообещающий сотрудник. Увидев его потенциал, наш начальник, капитан Тед Броуди, предложил ему перейти на должность детектива в убойный отдел. Несмотря на необходимость аккредитации и присвоения нового звания, Брайан справился с задачей без особых затруднений.
В тот период я сама получила повышение и искала подходящего напарника. Благодаря своим заслугам, у меня было преимущество – самостоятельно выбрать кандидата. Я отнеслась к отбору со всей серьёзностью, тщательно анализируя каждого претендента.
Брайан был мне знаком с академии, и мы не раз пересекались по службе. Поначалу я не воспринимала его кандидатуру серьёзно, так как слухи о многочисленных романах вызывали у меня неодобрение: совершенно не горела желанием вступать в близкие отношения с напарником.
Всё изменил случай. Мы отмечали повышение одного из коллег в баре. Брайан, выпив лишнего, попытался завязать со мной более интимное знакомство. Мне пришлось быстро охладить его пыл, отбив в дальнейшем всякое желание подкатывать.
В то время я занималась делом о так называемом "висельнике". Преступник, которого мы искали, инсценировал каждое убийство под самоубийство. Тогда-то мне и пришла в голову мысль взглянуть на Брайана через призму этого расследования. Стало интересно, насколько он окажется на высоте. Я предложила ему принять участие в раскрытии дела.
Мы быстро нашли общий язык и смогли совместно раскрыть дело. С тех пор мы начали работать в паре и быстро стали одной из ведущих команд нашего подразделения.
Мы стремимся действовать слаженно, быстро и эффективно. Каждый член команды чётко знает свою роль, что минимизирует вероятность возникновения нежелательных проблем.
***
Мое утро, как обычно, началось под аккомпанемент будильника ровно в шесть. Небольшая уютная квартирка для меня как некое убежище: здесь, среди тишины и покоя, я обретаю личное пространство.
Первым делом принимаю освежающий душ, а затем – привычная пробежка. Ритмичные мелодии в наушниках помогают окончательно сбросить остатки сна и настроиться на рабочий лад. Бег для меня не только поддержание физической формы, но и незаменимый ритуал, заряжающий энергией. Иногда, когда город затягивает в водоворот преступлений, нам приходится пробегать по несколько километров, преследуя подозреваемых.
Рядом с домом, в котором я живу, раскинулся просторный парк. Это моя ежедневная трасса. В ритуале бега есть определенная медитация. То время, когда мысли проясняются, а прошлое остается позади. Порой кажется, будто я бегу от себя, оставляя позади всё, что тяготит.
По возвращении домой, быстро принимаю освежающий душ, делаю легкий перекус, хватаю со столика ключи, спускаюсь вниз и сажусь за руль черного Mercedes-Benz . Подарок одного из бывших. После нашего расставания он так и не забрал её, видимо, до сих пор надеясь на воссоединение.
Набираю номер Брайана. Слышатся долгие гудки в трубке – он либо занят, либо сознательно игнорирует звонок.
Наш рабочий день официально стартует в восемь, но часто приходится начинать раньше, особенно когда на столе скапливается целая гора бумаг. Неотложные дела, оставшиеся с предыдущего дня, всегда ждут своего часа. А на этой неделе их накопилось особенно много. Точнее сказать, неприлично много.
Время шло, гудки продолжали тянуться. Я уже собиралась положить трубку, когда в наушниках раздался сонный, немного хриплый голос:
– Глория? Опять ты? Кто звонит в семь утра… – пробормотал он.
– Брайан, доброе утро! Собирайся. Через десять минут я буду у тебя. Заберу твоё драгоценное тело. Постарайся не затягивать, нам сегодня горы бумажной работы разгребать. Конец квартала, а значит надо подчистить хвосты. Иначе капитан всем устроит взбучку!
В ответ послышались короткие гудки. Брайан даже не стал дослушивать, просто отключил связь. Как обычно.
Бросив телефон на соседнее сиденье, нажимаю на педаль газа, направляясь к дому Брайана. Приходится постоянно присматривать за этим гением-разгильдяем, но без его аналитического ума наша работа не была бы столько слаженной.
Уже когда я подъехала к дому, он стоял у калитки, как ни в чем не бывало. Каким-то чудом ему удалось быстро собраться. Брайан снимает небольшой домик в Мидтауне. Он всегда мечтал о просторном жилье с газоном. Только когда ему удается наслаждаться этим видом? Мы вечно загружены работой. Наша жизнь череда ночных выездов, нескончаемых допросов и бесконечных стопок дел. Единственный, кто мог любоваться зеленью и простором, – это горничная, миссис Хендерсон, которая приходила к Брайану дважды в неделю, чтобы вернуть дому хоть какой-то намек на порядок.
Он открыл дверь машины и плюхнулся на пассажирское сиденье, с легкой ухмылкой в глазах.
– Опять спешим, Гло? – спросил Брайан, захлопывая дверь.
От него, как всегда, пахло крепким кофе и какой-то удивительной свежестью, будто он только что принял душ, а не боролся с будильником последние полчаса.
– Если мы не ускоримся, то не успеем даже донести бумаги до кабинета капитана, не говоря о том, чтобы закончить их, – отвечаю, проверяя зеркало заднего вида. – А знаешь, что будет, когда капитан увидит, что мы опять не готовы?
Брайан пожимает плечами. Его мысли витали где-то далеко.
– Не волнуйся, Гло. Я не зря свой хлеб ем. Мозги у меня по-прежнему работают. Вон, пока ты ехала, я придумал три варианта, как мы можем раскидать отчеты, чтобы Броуди не успел их прочитать до обеда.
Я усмехнулась и покачала головой. Его уверенность иногда граничила с наглостью, но чаще всего она оправдывалась. Брайан мог находить выход из самых безнадежных ситуаций, когда дело касалось юридических тонкостей или логистических головоломок.
– Ты как всегда. Надеюсь, в этот раз твои "варианты" не приведут нас к новому выговору. Последний раз, когда ты "оптимизировал" отчеты, мы три дня искали пропавшую папку с уликами.
– Ой, Гло, то было недоразумение, – парировал Брайан, – и ты прекрасно знаешь, что это произошло из-за перестановки в архиве. Зато мы нашли важный потерянный документ, помнишь? И благодаря нему закрыли "висяковое" дело.
Он был прав. Его методы могли быть нестандартными, но они часто приводили к результату. Мы были как две стороны одной медали: я – настойчивая и целеустремленная, он – креативный и немного рассеянный. Вместе мы представляли собой достаточно эффективную команду детективов, способную справиться с любыми вызовами, которые подкидывал нам сумасшедший Манхэттен. Но сейчас, по дороге в участок, главной задачей было не столько раскрытие преступлений, сколько спасение от гнева капитана.
– Как тебе сегодня спалось, Гло?
– Как младенцу. Приняла снотворное, чтобы хоть немного выспаться перед авралом. Без лекарств не могу расслабиться. Ты ведь знаешь, иногда я становлюсь одержима работой.
– Ага. День обещает быть жарким.
– Именно, Казанова! Кажется, ты ещё не окончательно пропил свой мозг в барах. Удивительно, как тебе вообще удается сохранять ясность ума, учитывая твою страсть к смешиванию всего, что под руку попадется за стойкой бара? Сегодня ты под моим строгим контролем.
Брайан закатывает глаза, как подросток, и начинает корчить рожицы, передразнивая.
– Ой, мамочка, не читай нотаций! Я давно взрослый мальчик. К тому же, в клубах всегда полно привлекательных девушек, которые сами к себе зовут. А я не могу отказать соблазнительным красоткам, когда они настойчиво просят.
– Ладно, развлекайся, как знаешь. Но сегодня – никаких красоток до сдачи отчётов. И никаких алкогольных коктейлей в рабочее время. Уяснил?
Брайан перестал гримасничать и посмотрел серьезно. В карих глазах мелькнул огонек озорства, и он кивнул, признавая мою правоту.
– Понял, босс. Никаких девчуль, только отчеты, отчеты , отчёты. Клянусь своей коллекцией галстуков.
Я улыбнулась. Оставшуюся части пути мы обсуждали ночные приключения и подвиги Брайана.
Несмотря на ужасные пробки, в управление мы добрались вовремя.
***
Зайдя в холл, мы поднялись в переполненном лифте коллег на седьмой этаж, где располагалось сердце нашего отдела – бесконечное пространство, заполненное полицейскими разных рангов и статусов. Кто-то, как обычно, поглощал кофе и пончики, пытаясь заглушить утреннюю сонливость, другие метались в панике с документами, пытаясь успеть сдать последние отчеты перед квартальным совещанием. Среди них были и опытные детективы, и совсем юные офицеры, только начинающие свой длинный карьерный путь.
Благополучно добравшись до своих кабинетов, мы с Брайаном принялись за бесконечную бумажную работу. Для меня мой кабинет безопасное убежище. Да, оно довольно компактное, но оформлено в современном, деловом стиле, и даже есть окно, которое, к счастью, открывает вид на главную улицу города, позволяя хоть на мгновение отвлечься. Я могу переехать в кабинет побольше, но зачем? Здесь, "улитковом домике", я чувствую себя вполне комфортно. Удобный рабочий стол, эргономичный стул, необходимая офисная техника, компьютер и шкаф, забитый папками с делами – всё, что требуется для работы. Мне не нужна роскошь и величие, я предпочитаю функциональность и порядок.
Всем в участке хорошо известно: если моя дверь заперта, значит, я полностью погружена в работу. В такие моменты я превращаюсь в детектива Берч, а не просто в Глорию. Лучше не попадаться мне на глаза, когда я занята делом. Вторжение в мой личный мир – строго запрещено. Возможно, именно одержимость работой и крайняя нетерпимость к непрофессионализму и является весомой, а может, и единственной причиной моих трудностей в личной жизни.
Войдя в кабинет, сразу запускаю компьютер, просматриваю последние сводки и подготавливаюсь к работе, погружаясь в привычный, немного напряженный, но такой понятный мне мир.
Внезапно моё умиротворение мгновенно нарушается. Молодой офицер, будто порыв ветра, стремительно врывается в кабинет, даже не постучав. Его взгляд прикован к полу, лицо выражает сильное волнение, руки едва заметно подрагивают.
– Детектив Берч, вас срочно вызывает капитан Броуди! – докладывает он по уставу, стараясь говорить четко, но явно сбиваясь.
Пока он говорит, я успеваю отметить: парень отличного телосложения, подтянут, опрятен, но совсем молод. Новичок, определенно. Поэтому и вошел без разрешения.
Дверь теперь настежь открыта, и в холле виднеются лица тех, кто, затаив дыхание, ждёт, когда же я "перевоспитаю" очередного наглеца. Здесь, в убойном отделе, многие уже не раз вкусили, каково это – испытать на себе мой вспыльчивый характер, особенно когда дело касается профессиональной этики.
– Представьтесь для начала, офицер, – произношу, не отрывая взгляда от монитора.
– Офицер Рей Макларен! – парень, всё еще старается не смотреть мне в глаза.
– Хорошо, Офицер Макларен, – перевожу на него твердый взгляд. – Передайте капитану Броуди, что я поднимусь через десять минут. И, – я встаю из-за стола, и приближаюсь к нему настолько, что могу почувствовать, как учащенно бьется его сердце, – вижу, вы здесь новенький. Впредь, не врывайтесь в мой кабинет без разрешения офицер Макларен. Ясно?
В холле за спиной новичка послышался шум. Полицейские, застывшие в ожидании, как только смогли, загудели, пыхтя от сдерживаемого смеха. Игнорируя их, я продолжала смотреть на Макларена. Мне казалось, ещё минута, и он упадет в обморок.
– Так точно, детектив Берч! – еле выдавил из себя он, покраснев от стыда, и пулей вылетел из кабинета, оставив за собой открытую дверь.
Я взяла со стола папку с нужными документами и, неторопливо, словно ничего не произошло, через минуту вышла вслед за ним. Как только я закрыла дверь, за спиной мгновенно раздался хохот.
– Круто ты его, Глория, осадила! – выкрикнул кто-то. – Будет теперь знать, как лезть в логово дракона!
Резко развернувшись к ним лицом, я посмотрела на каждого испытующим взглядом.
– А вы всё такие же кретины, какими были, когда пришли сюда служить! – мой голос был тихим, но пробирал до костей. – Только с одной лишь разницей. Сейчас многие из вас стали детективами, а мозгов так и не прибавилось! Как спущусь от капитана Броуди, с совещания, тот, кто должен мне сдать свой отчет, постарайтесь не облажаться. Пришло и моё время посмеяться.
Я произносила каждое слово с лицом разгневанного дьявола, готовая разорвать каждого, кто встанет на пути. Затем, сделав глубокий вдох, я спокойно проследовала к лифту, оставив позади притихшую толпу. Пусть знают, что порядок в отделе поддерживается не только капитаном, но и мной.
