Czytaj książkę: «Сага о шотландцах», strona 3

– Он был без оружия отец, – смутился Маклорн. Но в следующий раз моя рука не дрогнет, – гордо сказал Маклорн.

Лорн одобрительно кивнул сыну.

– Огонь разводить не будем, – сказал вождь.

Перекусив ячменными лепешками, воины двинулись в путь.

Погода опять была на их стороне. Юго-восточный ветер разогнал дождевые тучи и на голубом небе сияло солнце. От влажной земли поднимался густой белый пар, создавая плотную завесу для горцев. Туман не пугал шотландцев они были на своей территории, где знали каждую горную тропинку. Пока отряд Лорна, погоняя блеющее стадо продвигался вперед к дому. Аргиль и Гутри тем временем повели преследователей в совершенно другую сторону. Как только они увидели врага, они, создавая звук, который издает пастух гоня перед с собой стадо, повели врагов в другом направление от своих товарищей. Они спешили пока не рассвело. Добравшись до скал, где начинается обрыв они начали скатывать небольшие камни с горы. Англосаксы в темноте ничего не могли разобрать. Тем более густой туман спустившийся на землю еще больше запутывал им следы. Когда только один из всадников сорвался в обрыв они поняли, что горцы повели их по ложному следу. Обозленные англосаксы вернулись обратно в свою деревню ни с чем.

Когда Аргиль и Гутри догнали своих. Лорн знал, что теперь им опасаться нечего и дать изголодавшемуся стаду пастись на холмах с сочной травой. Горцы знали, что путь домой предстоит им долгий. Вернуться они к своим семьям только к концу лета.

В августе горные склоны меняют свой зеленый наряд. Трава желтеет, вместо нее по холмам раскинулся цветущий душистый вереск. Эйлин вместе с дочками ходили собирать вереск. Душистые кустарники считались у шотландцев растением жизни. Вереск использовался в любом виде. Сушенные веточки запашистых цветов развешивались по всему дому. Горцы верили, что запах вереска отгоняет злых духов. Свеже-сорванные цветы добавляли в эль для придания аромата в напитке. Листья использовались для окрашивания пряжи в желтый цвет. Поэтому у кланов деревни, где проживала Эйлин со своей семьей одежда была в бело-желтую клетку. Цвет клетки был отличительным символом у каждой деревни. Это передавалось от рода к роду.

Пока Лорн с сыном добывали добычу для своей семьи, Эйлин некогда было скучать. Айлин и Амена тоже помогали матери в хозяйстве. Им нужно было наварить душистый эль, выкрасить и просушить пряжи, как можно больше. На каменных жерновах размолоть ячмень, чтобы было из чего печь лепешки. Женщины трудились с рассвета пока солнце не уходило за гору. Иногда Эйлин отрывалась от дел и задумчиво прислушивалась не затрубит ли рог, сообщающий о прибытии воинов. Однажды она услышала долгожданный звук. Сердце ее тревожно забилось.

– Живы ли Лорн и Маклорн? – вслух произнесла она.

– Боги охраняли наших мужчин, – тихо сказала старшая дочь.

Амене не надо было повторять дважды едва услышав, как затрубил рог она уже выскочила во двор, чтобы броситься отцу на шею.

Лорн, увидев младшую дочь широко улыбнулся и слегка ее прижал к себе. Амена, поприветствовав отца бросилась обнимать брата. Боевой поход сказался на его внешности. Лицо повзрослело и он за лето вырос на целую голову. Амена доставала ему едва до плеча.

Мать пряча руки в передник улыбаясь кивнула Лорну и сыну ей уже не пристало при всех выказывать свою радость. Айлин, как и мать сдержанно улыбнулась отцу и брату. Она была очень рада их возвращению, на врожденная стеснительность не давала ей в полной мере проявить свою радость. Лорн и сын выглядели, как два могучих исполина. От долгого нахождения под солнцем тела их были покрыты бронзовым загаром. Половину лица у Лорна закрывала отросшая борода. Он больше сейчас был похож на дикого варвара, чем на гордого шотландца.

– Вас с сыном нужно теперь отмывать в горячей воде с душистым вереском, – ласково глядя на мужа засмеялась Эйлин.

– Отмоемся, – без злобы буркнул Лорн.

Он никогда не злился на свою золотоволосую женушку. Лорн даже не знал, как это делается. Он ее любил всем своим большим сердцем. Глядя на свою любимую ему казалось, что она все такая же молодая и красивая, как много лет назад.

Вечером в деревне в каждом дворе горели костры, вкусно пахло наваристым хаггисом, волынщики без устали играли свои тягучие песни до самого утра.

Лорн и его семья тоже расположились с кружками ароматного эля в руках. Они рассказывали о своем походе и боевом крещении Маклорна.

Пока горцы наслаждались уединением и покоем. Враги у которых они угнали скот строили планы, как им отомстить бесстрашным шотландцам.

Глава 2

Обширные владения англосакса Тунора простирались вдоль реки Эск. В его подчинении было несколько деревень, обширные плодородные земли, которые отвоевал у местных бриттов один из его прапрадедов. Теперь эти земли передавались по мужской линии от сына к сыну. Каждый из сыновей приумножал наследство, завоевывая все новые земли и когда Тунор стал наследником всех этих земель его стали уважительно называть галфордом, этот титул говорил о нем, как о самом крупном землевладельце. Даже сам король Англии мог позавидовать его богатствам. Короля это не огорчало, а наоборот старался ограждать от завистников галфорда Тунора, которые находились в окружении короля. Может быть в душе король завидовал богатству галфорда, но стратегически он понимал, что Тунор со своим войском охраняет границу королевства, сдерживая проникновения в глубь страны, воинственных шотландцев.

Тунор, как все его предки был крепкого телосложения, он не был особо высок, но широк в плечах. Волосы цвета меди и огненно-рыжая борода говорили о его вспыльчивом и темпераментном характере. Когда ему исполнилось тридцать пять лет он наконец решил осесть в своем замке-крепости. В жены он взял семнадцатилетнюю англосаксонку. Красавицей она не слыла к тому же была худа телом и очень набожна. Но его это мало беспокоило, потому что вместе с ней он получил хорошее приданное тем самым приумножив богатства своих предков. Любви в этом браке так и не возникло. Вялая и набожная супруга мало его привлекала, как только он узнал, что о ее беременности больше Тунор в ее спальни не появлялся. Для себя он решил, что супружеский долг он выполнил, зачав наследника. Молодая жена, узнав, что супруг больше не желает появляться в ее апартаментах была крайне удивлена таким отношением своего мужа к супружескому долгу, воспитанная в строгих христианских обычаях она не могла перечить супругу, поэтому смирилась с прихотью мужа. Проводя большую часть времени в молитвах она постепенно успокоилась и смирилась с участью брошенной жены. Тем более, что ее беременность протекала очень тяжело. До самых родов она практически не выходила из своей комнаты боясь угрозы выкидыша. Наконец через девять месяцев благополучно разродившись мальчиком она тоже редко вспоминала о своем беспутном супруге. Теперь всю свою не растраченную любовь она перенесла на сына. Несмотря на разгульную жизнь Тунор все-таки нашел время и присутствовал на крещении сына. Мальчика назвали в честь прадеда Тунора Вилхерд. После этого галфорд никаких отцовских чувств к наследнику не проявлял. Воспитанием маленького сына занималась набожная жена. Тунор же тем временем во всю развлекался с молоденькими хорошенькими служанками. Как только юная служанка оказывалась в интересном положении ей немедленно дарили приданное несколько серебряных монет и отправляли в деревню выдав замуж за какого-нибудь вдовца, выделив хороший надел земли. Все-таки галфорд Тунор не смотря на его агрессивный характер в душе он был добрым малом. Он не хотел, чтобы его не законнорожденные дети голодали. При этом с новобрачных брали слово, что под страхом смерти, что они никогда не скажут своему ребенку, кто его настоящий отец. За двадцать лет супружеской жизни у них с женой больше не было детей. Зато незаконнорожденных было с избытком. Все они проживали в деревнях, принадлежавших Тунору. Если рождалась девочка, то ее ни в коем случае не отправляли в услужение в замок. Не дай бог родная дочь попадет в кровать к родному отцу. Девочки навсегда оставались в своих деревнях, на полях, пряли пряжу, выращивали овощи. Если рождался мальчик здоровым и крепким, то по достижении четырнадцати лет его отправляли в замок для обучения военному делу. Таким образом возле галфорда Тунора бок о бок сражались его не законнорожденные отпрыски, которые даже не подозревали, что это их отец. Иногда у некоторых детей очень ярко проявлялись отцовские гены в виде ярко огненных волос, и тогда челядь увидевшая такого юнца тихонько посмеивалась. Они-то знали почему у них рыжие волосы.

Родной сын Тунора Вилхерд рос под бдительным наблюдением своей набожной матери. Иногда у него проявлялся буйный отцовский характер и он становился капризным и непослушным. Тогда мать еще больше заставляла его молиться. К семи годам Вилхерд стал тихим и покорным ребенком. Отца он видел очень редко. Да и Тунор не особо за эти семь лет интересовался своим единственным наследником. Но однажды жизнь Вилхерда резко поменялась.

Однажды осенним вечером Галфорд Тунор возвращался со своего обычного развлечения охоты. Заехав во двор он увидел свою угрюмую жену, которая увидев своего беспутного супруга тут же перекрестилась. Возле нее стоял рыжий мальчик испуганно, глядевший на отца.

– Это мой сын? – спросил он у своего помощника. Мой единственный наследник держится за подол матери. Приведи их обоих ко мне после обеда.

После обильной трапезы и выпитого вина у Тунора было очень хорошее настроение, и он уже решил по заигрывать со служанкой убиравшей со стола остатки еды, как ему доложили, что супруга и сын уже пришли.

– Подойди ко мне Вилхерд, – громко обратился Тунор к сыну.

Мальчик остался стоять возле матери, испуганно смотря на своего отца.

– Так вот дорогая женушка. С этого дня воспитанием своего сына буду заниматься я. А то под твоим бдительным надзором мой единственный сын и наследник превратиться в монаха, – засмеялся Тунор.

Жена побледнела и начала молиться. Сын, заплакав тоже начал молиться.

– Выведите жену, сын пусть останется, – приказал Галфорд.

Когда супруга вышла. Тунор подошел к мальчику и ласково потрепал его за вихры.

– Ты потомок нашего рода и мой будущий наследник. Хватит проводить все дни в молитвах, начнешь будешь обучаться военному делу.

С этого дня жизнь изменилась для Вилхерда навсегда. После размеренной и спокойной жизни возле тихой матери наследнику показалось, что он оказался в аду. Но постепенно отцовские гены стали брать свое. Его темпераментный характер очень быстро проявился. Его сущность наконец-то вырвалась на волю, которую укрощали все маленькое детство. Он научился ездить на лошади, стрелять из лука. Он хорошо научился владеть мечом. Одним словом вся военная премудрость пошла ему только на пользу. Из худого и бледного мальчика он превратился в рослого и крепкого юнца. В свои четырнадцать лет он выглядел на все семнадцать. С возрастом он стал еще больше походить на своего отца. Такие же ярко рыжие вихры, светло карие глаза, крепкого телосложения. Характер был буйный и вспыльчивый. Если они с отцом затевали спор, то он никогда не уступал Тунору от чего галфорд приходил в бешенство, но потом утихомирившись говорил, что Вилхерд настоящий потомок их предков.

– Я теперь спокоен за свои владения. Мой сын будет достойным наследником, – довольный хвастался Тунор на очередных пирушках перед своими друзьями.

Когда Вилхерду исполнилось двадцать лет. Отец решил женить сына. Тунор принял такое решение ни потому что ему поскорей хотелось увидеть внуков. Просто возмужавший и повзрослевший сын стал составлять ему конкуренцию по ухаживанию за юными служанками. Отправив очередную беременную служанку от его сына в отдаленную деревню Тунор принял решение женить сына.

– Я думаю нужно тебя женить, – объявил он сыну, – У меня есть старинный друг. Вместе мы прошли ни одну войну. У него есть дочь, которой недавно исполнилось шестнадцать лет.

– Я не хочу жениться отец, – взбунтовался наследник.

Но отец был непреклонен. В конце концов Вилхерд дал согласие на женитьбу.

Свадьба состоялась в конце сентября, когда хлеб с полей был убран, урожай яблок был снят. Закрома замка были набиты до отказа различной снедью, яблочного сидра было наготовлено огромное количество бочек.

Свадьба была шумной и веселой, длилась целую неделю. Все-таки женился единственный, законнорожденный сын галфорда.

Невеста Вилхерда тоже была из старинного рода англосаксов. За ней причиталось не плохое приданное. Вилхерд был очарован своей юной невестой. У нее были огромные голубые глаза, белокурые волосы вьющейся волной спускались до самого пояса. Смотрелась она очень нежной и хрупкой. Между ними возникла симпатия, что редко бывает в браках по расчету. Вилхерд действительно усмирил свой буйный характер, теперь все свое свободное время он проводил возле своей милой жены. Этот брак мог быть долгим и счастливым, но нежная супруга Вилхерда умерла в родах, сделав его безутешным в горе молодым вдовцом, с новорожденным младенцем на руках. Обезумевший от горя молодой отец даже не взглянул на сына. Более того он решил, что ребенок виноват в смерти его ненаглядной женушки. Заботу о ребенке взяла на себя его мать. Бабушка окружила несчастного внука заботой и любовью. Даже Тунор иногда проявлял к внуку внимания и интересовался, как здоровье у младенца.