Czytaj książkę: «Эш из мира теней»

Геза Шварц

Czcionka:

Серия «По ту сторону зеркала. Фэнтези для подростков»

Ash und die Welt der Schatten by Gesa Schwartz

Cover illustrations by Alexandra Helm

1. Эш

Крыша собора Святого Вита была чертовски скользкая, и Эш, нахлобучив чёрную шляпу и раскинув руки в стороны, балансировал на её кровле. Плащ его развевался на ночном ветру, гуляющем над Золотым городом, в лицо бил дождь, но он не обращал на это никакого внимания. Он сконцентрировался на своей цели – возвышающейся перед ним башенке на коньке крыши – и медленно, шаг за шагом, продвигался вперёд по проклятому скользкому металлу.

– А ты что тут делаешь?

В последний момент Эш восстановил равновесие. Из-за башенки выглянула тёмная фигура. Она выглядела как помесь обезьянки и кошки с чёрной шерстью и блестящими зелёными глазами. Существо широко улыбалось, обнажив острые зубы.

– Чтоб тебе провалиться, глупый ночной карлик! – выдохнул Эш. – Ты выбрал крайне неудачное место, чтобы напугать меня, Фуми!

– Это место неудачное во всех смыслах, – согласился Фуми. – Ты своим Горящим Письмом чуть не подпалил плющ на стенах моего славного домика – настолько небрежно оно было написано. И я, конечно, прекрасно понимаю, что ты хочешь отпраздновать своё освобождение из темницы – но не лучше ли это сделать у меня?

– Вонючий и затхлый склеп не соответствует моим представлениям об уюте.

– Да-а, а вот крыша церкви под проливным дождём – это совсем другое дело. Всё понятно с тобой, – Фуми начал отряхиваться, и капли полетели в стороны. – Такое впечатление, что за те две недели, что ты провёл в темнице, ты стал ещё более странным, чем был до этого.

– За семнадцать ночей, – поправил его Эш. – И да. Вполне возможно, что вечная темнота оказала на меня нехорошее влияние. Кстати, я ведь и не сделал почти ничего плохого.

Фуми прищёлкнул языком:

– Ты стащил шляпу королевского счетовода и изрисовал её невидимым мелом, который начал светиться посреди важного заседания финансового совета. И главное – что ты нарисовал?! Задний проход лошади! Я бы не сказал, что это «почти ничего плохого».

– Осла вообще-то, а не лошади, – снова поправил Эш. – Потому что счетовод осёл и есть. И как я слышал, сама королева тайком посмеивалась.

– Тем не менее она всё-таки заперла тебя.

– Но она же меня и освободила.

Фуми пожал плечами:

– Разумеется. Ты ведь по-прежнему один из её лучших охотников.

– Она меня вышвырнула из своей гильдии.

– Так ты ей выбора не оставил. Сколько её правил ты нарушил за последний месяц? Все, что были?

– Но правила же для того и созданы, чтобы их нарушать, – заявил Эш. – В этом их прелесть.

– И всё же некоторые правила имеют смысл, – вздохнул Фуми. – Например, то, согласно которому мы должны скрываться от людей. Ты действительно считаешь, что торчать на самом высоком соборе страны хорошая идея? Да ещё и встать при этом в человеческий рост.

Эш фыркнул:

– При чём же тут человек, когда я настоящий шедевр магии! Сам посмотри! Кожа гладкая, как мрамор, волосы серебряные, как звёздный свет! Мое тело – идеальная защита от всех пакостей мира. Правда, теперь мне придётся заново привыкать к переходу на ту сторону мира теней. А где, если не здесь, это лучше всего провернуть?

– Да-да, – пробормотал Фуми. – Ты ж эту крышу вдоль и поперёк знаешь. Каждую сломанную черепицу, каждое пёрышко петуха-флюгера. Оно и неудивительно: ты так часто здесь гуляешь. Даже не важно, в каком мире.

– Вот именно. Я хозяин этой крыши. – Эш перескочил на башенку, да так быстро, что подкладка его плаща вспыхнула чёрным огнём. Страх Фуми перед огнём щекотал Эшу затылок. А боялся ночной карлик неспроста: его шёрстка очень легко воспламенялась от магического огня.

– Люди будут в восторге, когда увидят горящую тень, скачущую по их церкви, – вздохнул Фуми.

– Да в такую погоду ни один человек наверх не посмотрит. Не говоря уж о том, что в своём невежестве люди бы всё равно ничего не поняли. Они перестали видеть магическое. Сам же знаешь.

– А как насчёт охотников королевы? Тех, что ещё в гильдии и сделают всё, чтобы преподать урок Покорителю Чудовищ Эшу Траумфейеру?

Глаза Эша сверкнули:

– Эти-то? Так они сейчас на своём ежегодном собрании в Шатенбурге, слушают занудные доклады. А потом будут готовиться к балу королевы, на котором будут плясать три дня и три ночи подряд. Короче говоря: что бы ни случилось в эту дождливую ночь в мире людей, они об этом не узнают. Уж поверь, Покоритель Чудовищ знает, о чём говорит.

По лицу Фуми расползлась широкая улыбка.

– Что ж ты сразу-то не сказал!

– Ага, чтоб ты меньше боялся? Было бы так скучно. – Эш вытащил из кармана игральные карты и перебросил их из одной руки в другую. Серебряные кольца на его пальцах звякнули, и карты ложились точно одна на другую. – Итак, – объявил он с гордостью, – я снова прежний. Осталась только одна маленькая деталь, – он повернулся к Фуми. – Посмотри мне в глаза. Как они выглядят?

– Как проклятое ночное небо с тысячью сверкающих звёзд, – нашёл сравнение Фуми. – Какого ответа ты ждёшь? Ты же тень. И у тебя глаза тени.

– Обычно они чёрные, – упрекнул его Эш. – А сейчас они серые. Темница отняла у меня много сил. Моя магия слаба, как тролль в новолуние.

Фуми вытер с глаза дождевую капельку:

– Сочувствую. Только вот дождь и холод вряд ли её восстановят.

– Верно, не восстановят, – согласился Эш. – Но вот цвета над нами вполне на это способны.

Фуми взглянул вверх, выше крыш – и с шумом втянул воздух. Дождь лил как из ведра. А из моря сияющих огней, переливаясь, будто мыльные пузыри, поднимались первые ночные сны людей. Фуми восхищённо вздохнул.

– Я ещё никогда не видел их с такого ракурса, – прошептал он с благоговением.

– Поэтому я тебя и позвал, – кивнул Эш. – Чтобы набраться новых сил, мне нужно пролететь сквозь сны. А что может быть приятнее, чем полёт с лучшим другом?

Фуми покосился на него:

– С лучшим другом, у которого исключительный слух и который способен унюхать любого охотника на значительном расстоянии от тебя? Если, конечно, кто-то из них решит перейти нам дорогу. Признайся, я тебе нужен, чтобы обеспечить твою безопасность!

– Да уж, моя личная система раннего оповещения. – Эш трепал Фуми по голове, пока карлик не стал похож на декоративного пуделя с высокой причёской. – Но если ты боишься, что кто-то заметит, как мы нарушаем все существующие правила, и тебе не по душе ма-а-аленькое приключеньице…

Фуми ухмыльнулся:

– Я ночной карлик – ты тень. Мы созданы, чтобы быть для всех невидимыми, – и добавил чуть тише: – По крайней мере, пока охотники королевы сидят в крепости.

Эш шагнул на самый край крыши:

– Готов к полёту сквозь пламя снов?

Фуми проворно запрыгнул Эшу на плечо:

– Я готов, если готов ты. Мы…

Прежде чем он успел договорить, Эш скользнул вниз. Фуми вцепился ему в плечи и заорал благим матом. Эш же, напротив, только рассмеялся. Смех у него был хриплый и тёмный, как у всех других теней.

«О да, – подумал он, чувствуя, как ветер раздувает его пламя. – Я вернулся!»

Он без труда схватился за трос, свисающий с одного из фиалов, и побежал вниз по фасаду, стремительно приближаясь к земле, и ускорился точно в тот момент, когда трос начал тлеть и обращаться в пепел.

– Ты ненормальный! – просипел Фуми. – Неужели нельзя было заранее сказать, что там болтается трос?!

– Разве же это было бы весело?

Они поспешили вниз по лестнице к крепости Пражский Град и перескочили на крышу соседнего дома, где буквально на расстоянии вытянутой руки от них парили сны людей. Некоторые были крохотные, как воробьи, иные – огромные, как валуны. Эш заметил сон о волнующемся океане и с вопящим Фуми на плече рванулся прямо в него. Тут же их обоих поглотили бушующие волны. Чувствуя гул моря, Эш раскинул руки в стороны, а потом, словно птица, поднялся в воздух и вылетел из сна.

– А я-то думал, сильнее мы уж точно не промокнем, – пискнул Фуми, когда они катились по крыше.

Но вскоре и ночной карлик хохотал от радости, и друзья понеслись дальше, сквозь множество других встречающихся им на пути снов. Вот они приземлились на гору сладостей, вот взлетели над мягкими ватными облаками, после чего скользнули мимо трёх красных солнц. Фуми восторженно вскинул руки, когда они промчались по сверкающей радуге, а Эш явственно ощущал чувства и мысли людей, пробудившие эти сны к жизни. Именно благодаря им цвета снов были такими яркими и переливались. Сейчас эти сны текли сквозь него разноцветными потоками, и в результате все, даже самые незначительные, воспоминания о мрачной темнице были вытеснены.

– Почему мы так редко это делаем? – спросил Фуми, когда они наконец остановились.

Вокруг них один за другим взмывали ввысь маленькие сны.

Эш наблюдал за восходом солнца, мягко касающимся его лица.

– К сожалению, охотники королевы собираются вместе только раз в году, – пояснил он. – Если бы мы устраивали подобные представления каждую ночь, мы бы прописались в темнице. – И он коснулся рассвета, который вдруг превратился в шар из льда. Эш тут же вырвал его из воздуха и спрятал в свой плащ.

Фуми хихикнул:

– Знали бы люди, что их сны используются в мире теней как валюта… или хотя бы, что мир теней соседствует с их собственным миром! Да они бы с ума сошли!

Эш улыбнулся, продолжая складывать сны к себе в карманы. На рынках и базарах его мира снами можно было расплатиться и купить самые красивые вещицы. Например, шарф из радуги. Волшебную шляпу. Или вкус облаков. Помимо этого сны людей ещё и наполняли мир теней тем, что так необходимо для жизни всем созданиям другого мира: магией.

Эш рассматривал свои пальцы – на них ещё осталось немного цвета.

– Но они даже не догадываются, – тихо проговорил он. – Люди не имеют ни малейшего понятия, какая мощь заключена в их снах.

Фуми открыл было рот, чтобы возразить, но вместо этого вдруг громко чихнул.

– Ой, – шмыгнул он носом. – Как странно пахнет. Что это?

Эш огляделся:

– Наверное, это сон о зелёных кабанах. Они всегда жутко воняют.

– Нет, – пробормотал Фуми. – Пахнет… тенью.

Эш повёл носом и тоже почувствовал этот запах: уникальную смесь пепла, ночи и древесины кедра – отличительную черту его народа. Запах был едва ощутим. Учуять его могли разве что сами тени. И ночной карлик, обладающий тонким нюхом.

Как можно тише они двинулись по следу. Теням и прочим обитателям нечеловеческого мира запрещалось покидать их мир – за очень редкими исключениями. Слишком велика была опасность попасться людям на глаза. А на что способны люди, пронюхавшие о существах из другого мира, теням хорошо известно.

– Смотри-ка, – хрипло прошептал Фуми. – Ты, похоже, не единственный, кто решил сегодня пособирать новые сны.

Эш проследил за его взглядом. Совсем неподалёку несколько снов почернели и разлетелись на части.

– Он их не собирает, – мрачно изрёк Эш. – Он их ворует.

Фуми затаил дыхание:

– Что же нам теперь делать?

– То, что обычно делают охотники, – ответил Эш с улыбкой. – Мы его поймаем.

2. Люси

Люси села в кровати, прямая, как свечка. Только что ей снилось, как она летит по зелёному небу на грифоне – и вот она уже не спит. Стояла глубокая ночь. Что-то вдруг разбудило её. Но что?

Она оглядела комнату, но всё выглядело как всегда. Письменный стол у кровати. Шкаф для одежды. И книжный стеллаж. Некоторые книги, впрочем, лежали прямо на полу – просто потому, что у Люси ну очень много книг. Так, по крайней мере, считал её отец, который то и дело спотыкался о её книжные башни.

– Невозможно иметь «ну очень много» книг, – всегда отвечала на это Люси. – Тебе ли этого не знать: ведь мою книжную коллекцию с твоей не сравнить.

И тогда её отец улыбался.

Вот опять! Громкий стук из подвала. Никаких сомнений – именно этот шум её и разбудил. Люси зевнула. Наверняка отец снова возится в своей лаборатории. Ей бы сейчас повернуться на другой бок и спать дальше – но она виновато покосилась на учебник математики. Утром у неё важная контрольная, а с математикой она, мягко говоря, не в ладах. Возможно, потому, что она считает этот предмет ужасно скучным.

«Скучно – это хорошо, – любит повторять отец. – Это залог безопасности».

Люси придерживалась иного мнения. Едва ли в этом мире было что-то опаснее скуки: ведь именно в такие моменты ей в голову приходили самые безумные и бредовые идеи.

Снова что-то загрохотало. Люси решительно откинула одеяло – всё равно она не уснёт при таком шуме. Так почему бы в таком случае не спуститься вниз к отцу и не составить ему компанию, пока он не закончит греметь? Может, она даже уговорит его рассказать о его недавних приключениях. Она-то о всяких увлекательных вещах только в книжках читала, а вот отец некоторые чудеса собственными глазами видел.

Девочка встала – и сразу ощутила странный холод, тянущийся к ней по половицам. На висящем на стене зеркале вдруг проявились морозные узоры, хотя отопление было включено. Сердце Люси забилось быстрее. Прошло уже довольно много времени с тех пор, как у её отца побывали гости из другого мира – царства теней, где живут существа, совсем не похожие на людей. Но сейчас в комнате отчётливо пахло магией. Взволнованная, Люси торопливо накинула халатик. Неужели к ним в гости явился кто-то не из человеческого мира?!

Стараясь не шуметь, Люси стала спускаться по лестнице на первый этаж, прячась за перилами, чтобы из укрытия понаблюдать за гостями отца. Но никого и ничего видно не было. А шум доносился именно из подвала.

Интересно, кто именно пришёл к ним среди ночи. Многие существа из другого мира не очень-то жаловали людей. А на разные неожиданности некоторые магические создания реагировали особенно остро.

Как, например, вервольф, который пришёл к её отцу в образе низкорослого бледного мужчины, чтобы поговорить о своих вспышках гнева. Вдруг на колокольне церквушки неподалёку зазвонили колокола, и гость, очень испугавшись, машинально обратился. При этом, случайно задев когтями, он сломал два стула и кухонные весы. Потом очень долго извинялся. Но Люси, которая всё это наблюдала из своего укрытия на лестнице, после этого случая долго снились кошмары о вервольфах и летающих кухонных весах.

Она подкралась к двери подвала и прислушалась, надеясь услышать голос отца или гостя из другого мира. Но вместо этого за дверью снова что-то стукнуло. Потом стало тихо. Люси нахмурилась: может, отца вообще нет дома? Но кто тогда хозяйничает в их подвале?

Наверняка это жирная серая крыса, время от времени пробирающаяся в их подвал по водосточной трубе и уничтожающая припасы. В последний раз она обгрызла зимнюю куртку Люси, точно это был сладкий десерт, и перемешала магические атрибуты отца. Похоже, сейчас грызун сбросил на пол колбочку с заклинанием, вызывающим холод, потому что на дверной ручке тоже проступали морозные узоры. Люси осторожно нажала на ручку. На сей раз она защитит свою курточку.

В нос тут же ударил слабый запах мяты. Взглянув на тёмную лестницу, Люси поёжилась. Храбро спускаясь по ступенькам вниз, она старалась дышать как можно тише. Шаг за шагом, шаг за шагом. Уютная квартира с мягкими ковриками, цветами в вазах (многие, правда, уже давно засохли) и маленькими лампочками на стенах постепенно отдалялась. У подножия лестницы начинались владения её отца.

На стеллажах высотой до самого потолка стояли древние книги, магические артефакты и стеклянные колбы. Люси осторожно продвигалась вперёд по узким проходам, будто по огромному волшебному лабиринту. Крысы нигде не было видно. Наверное, спряталась где-нибудь в дальнем уголке, когда открылась дверь подвала. Но сначала наверняка устроила здесь бардак.

Люси остановилась у папиного письменного стола. На нём лежала разбитая колба. Заключённая в ней магия уже улетучилась. Скорее всего, это именно она стала причиной пронесшегося по дому холода. Люси выбросила осколки в мусорное ведро и невольно улыбнулась, подумав о том, что обычно делают в своих подвалах другие отцы: собирают модель железной дороги, обустраивают домашний бар или мастерскую. Её отец не такой.

Он знает, что тени – не просто проекция, а вполне себе живые создания, обитающие в царстве теней – отдельном мире, существующем параллельно с миром человеческим. Знает, что многие создания того мира частенько перебираются оттуда к людям. И далеко не все добровольно возвращаются домой или готовы вести себя мирно. И тогда охотники – тени и люди вроде её отца – отправляют этих существ обратно в их мир.

Люси посмотрела на висящее над письменным столом фото, где был запечатлён её отец во время ремонта в подвале много лет назад. На плече у него сидел Нодин – его тень, предпочитавшая обличье ястреба-тетеревятника, – и пристально глядел на Люси красными глазами. А вот у отца глаза голубые и озорные и волосы стоят дыбом. Посмотришь на него – и ни за что не догадаешься, кто этот чудаковатый мужчина. Таков был Иезекииль Новак. Сильнейший из охотников мира людей.

Люси знала, что это имя вызывает уважение у многих людей, обладающих магией, а также у всех существ из другого мира. Но никто не знал, каким на самом деле был её отец. Никто, кроме неё, не видел, как он нелепо танцует, стараясь отвлечь её от плохих снов. Никто понятия не имел о его кулинарных талантах, правда ограничивающихся только банановыми оладьями в панировке, но по его рецепту они получались просто потрясающими. А ещё – что никто не мог утешить Люси лучше, чем её отец. И даже не потому, что он своим глубоким голосом рассказывал самые интересные истории. А потому, что он хорошо понимал Люси – даже тогда, когда она сама понятия не имела, что с ней. Его доброе сердце было открыто для всех – и для существ из другого мира тоже.

Люси провела рукой по стоящим у стола кожаным креслам. Мощных заклинаний и оружия её отца многие боялись, и ему не составляло труда одолеть опасных созданий в бою. И он был не таким, как другие охотники. Он не всегда сразу депортировал незваных гостей обратно в их мир, где их ожидали серьёзные наказания, потому что королева другого мира имела репутацию жестокой и безжалостной правительницы. С существами, которых Иезекииль Новак встречал в мире людей, он нередко беседовал по душам, а потом предоставлял им самим решать, возвращаться ли им в царство теней. Он часто повторял, что так можно достичь гораздо больше, чем насилием, а научился он этому у одной совершенно уникальной и талантливой охотницы.

Люси перевела взгляд на фото, висящее рядом со снимком отца. Это был портрет её матери, которую звали Антея. Она казалась хрупкой и нежной, с маленьким личиком и светлыми волосами. Однако взгляд её был упрям, и улыбалась она, как истинная воительница. Она тоже была охотницей. Когда-то.

Рядом висел её меч в стеклянном ящике. Он назывался Фар'лар, что на языке теней означало «поющий меч»: в нём были скрыты песни эльфов. Так рассказывала мама. Но Люси больше не услышит эти песни. И мама уже никогда не возьмёт свой меч. Она погибла в мире теней, когда Люси было шесть лет.

Люси коснулась кулона у себя на шее. На фото матери он висел у неё на шее: половинка сердца на серебряной цепочке. Вторую половинку носил отец, которого смерть жены едва не сломила. Люси помнила, в каком он был отчаянии, как хотел найти тень, убившую его Антею. Тогда он сотворил очень мощные и страшные заклинания и крайне жестоко расправился с гостями из другого мира. Особенно, конечно, досталось теням. Многие из них до сих пор его за это ненавидят. Но в конечном итоге отец отказался от мести и вернулся на путь милосердия и сострадания, которым шёл прежде вместе со своей любимой женой.

Люси помнила, как их посещали существа не из человеческого мира. Некоторые, кажется, даже стали их друзьями. А ещё Люси помнила тёплый голос мамы, её доброе сердце. И последние слова, которые она сказала Люси, когда отправлялась на охоту, не предполагая, что назад уже не вернётся.

«Только не скучай по мне, – прошептала она тогда, как и всякий раз, когда им приходилось расставаться, и поцеловала Люси в лоб. – Я среди звёзд. Теперь. И навсегда».

И Люси уже тогда почувствовала, что эти объятия она никогда не забудет.

Она глубоко вдохнула. В основном она справлялась со своими чувствами. Но когда думала о матери, то скучала по ней так же сильно, как и раньше – так, что даже становилось больно. И как всегда, Люси вновь думала, что, если бы её мать не умерла, она бы увидела, как Люси растёт и взрослеет. Она была бы рядом с Люси в её первый школьный день. Она была бы просто её мамой из плоти и крови. Тогда и Люси тоже когда-нибудь стала бы охотницей и отец не пытался бы защитить её от каждой мало-мальски магической вещицы, как делает это сейчас.

Однако мамы уже нет. Когда Люси об этом узнала, то так тяжело заболела от горя, что даже потеряла свою тень. Так часто бывало, когда человек испытывал очень сильную душевную боль. Люси знала, что обычно люди, лишившиеся тени, умирают. Но она каким-то образом выжила, и с тех пор всё пошло по-другому.

Люси видела своё отражение в рамках обеих фотографий. У неё были губы и подбородок отца, а глаза и волосы матери – и всё же она отличалась от них обоих. Взгляд её был неуверенным и полным сомнения, лицо бледное, а сама она – маленькая и худая. Да и выглядит она гораздо младше своих лет. Да, она обладала магическими силами – но хватало их только на то, чтобы видеть существ из другого мира и накладывать слабенькие заклинания. Вдобавок ко всему она очень боялась высоты.

Люси вздохнула. Никогда ей не стать охотницей. Хотя ей часто снилось, как она попадает в мир теней и переживает там удивительные приключения – ведь в снах возможно всё.

Скрежет заставил Люси резко оглянуться. Как будто когти царапали по камню, и Люси тяжело сглотнула. Она ошиблась. Здесь, внизу, она была не одна.

Darmowy fragment się skończył.