Recenzje książki «Америка. Книга для чтения на немецком языке», strona 7, 67 opinie
Если хоть чему-то в творчестве Кафки, можно дать определение "нормально" то это роман "Америка". Он наименее Кафкианский. Если убрать незаконченность романа и те странные эпизоды с кочегаром и изгнанием Карла из дома дяди, то... это вполне себе читабельное произведение без явных признаков безумия. Герою сопереживаешь. Искренне. Персонажи колоритны. Интрига выдержана.
Кафка сначала показывает тебе прелести жизни той самой страны возможностей, о которой наслышан каждый. Потом он бесцеремонно бросает тебя за ширму, где ты знакомишься с изнанкой этой красивой жизни.
Читать интересно, язык достаточно прост. Вы неожиданно для себя, можете полюбить раннего Кафку, совершенно не взирая на его "Процесс" "Замок" и малую прозу.
Лучший из романов Кафки. Здесь кафкианское мироощущение находит свое самое исчерпывающее отражение. Страх перед внешним миром, машина ест человека, презумпция виновности - это определенные клише, которыми славится писатель. И Карл Россман является средоточием этих явлений, он просто привлекает к себе неудачи, этот котеночек не способен за себя постоять, но как и все ГГ у Кафки преисполнен высоких благородных чувств. Он не может уйти, не попрощавшись, он не может кинуть товарищей, какими бы мерзавцами не были, он просто упорно отказывается видеть плохое в людях, пока дело не доходит до крайности. А до такой крайности доходит постоянно, ибо слабость и мягкотелость этого человека, позволяют кому бы то ни было им помыкать, заодно показывая на нем свое классовое превосходство, благо очень легко это сделать над, так сказать, бесклассовым элементом, коим Карл предстает. Это второй мотив этого произведения - классовые отношения, и как небезопасно их нарушать. Карл Россман приехал в Америку при обстоятельствах, сходу показывающих его безвольность, здесь же этот юнец начинает ощущать на своей шкуре ужасы бюрократической машины, ужасы так называемого "статусного" мировоззрения, на коем базируется американский жизненный уклад. Он никогда не понят, и потому виноват. Как писал один знакомый, "открываю дверь в Америку, но не Колумб, а Карл Россман".
Карл - молодой и образованный молодой человек, проживавший в Европе, однако после смерти родителей решает переехать жить к единственному близкому родственнику - дядюшке, в Америку. Приключения начали подстерегать юношу ещё во время переезда в другую страну, на корабле, но после отказа дядюшки от попечительства над ним судьба становится коварной и несправедливой.
Кафкианский шедевр, который остался незавершенным. Великолепная проза. Для чтения по-немецки нужен довольно высокий уровень, думаю, В2 подойдет. Может спасти положение тот факт, что вполне легко сначала прочесть роман по-русски, а потом уже перейти к чтению оригинала. Для совершенствующих свой немецкий язык, имеющих уровень выше среднего, естественно, вполне подойдет.
Из трех романов писателя в России, думается, менее известный. Хотя в аннотации сказано, что здесь тоже про абсурд; хотя друг Кафки, издатель его произведений Макс Брод считал этот роман своего рода первой частью трилогии, посвящённой одиночеству человека, всё-таки представляется, что абсурда здесь меньше, чем в «Процессе» или «Замке». Или, во всяком случае, абсурд этот подаётся под маской таинственности.
"Америка" более похожа на классические романы XIX века. У этого романа старомодный, но завораживающий зачин, в нескольких фразах которого сначала описывается вся предшествующая биография героя, а затем – куда более подробно его приключения в Новом Свете. Едва увидев Статую Свободы с мечом в руке, он вновь оказывается в недрах доставившего его сюда корабля и начинает блуждать в его стальных дебрях. В то же время это и очень по-кафкиански, конечно.
Жаль, что роман этот остался незавершённым.
Пришлось прочитать все романы Кафки и большую часть его рассказов, чтобы понять довольно простую вещь, в "Америке" выраженную наиболее чётко: все его произведения написаны маленьким мальчиком, который специфически ощущает себя в мире взрослых, даже будучи в теле взрослого. Как именно? Ну... Не знаю, было ли у вас в детстве такое: мама поставила в очередь, допустим, за продуктами и сказала стоять, а сама куда-то ушла в другое место. И вот очередь идёт, а мамы всё нет. Подходит уже. Вот-вот на тебя сейчас воззрится злобная огромная продавщица и спросит, что тебе надо, а ты и не знаешь, что надо купить и что тут вообще продают, почему ты тут стоишь, куда делать твоя мама, продавщица сердится, очередь сзади напирает и торопит, кто-то ругается, кто-то цокает языком, и этот момент всё ближе и ближе... (Один раз такая злобная очередь ко мне действительно подошла, и меня просто из неё с матюками выпиннули, ничего страшного, но вот это томительное ожидание с чувством непонимания и ответственности одновременно — Кафка до мозга костей.)
С "Америкой" это понять проще, потому что главный герой — подросток, 16-17 лет по ходу действия романа, но с ним при этом зачастую обращаются, как с малолетним младенцем. Восприятие мира у него тоже какое-то младенческое: сиюминутность, непонимание социальных ситуаций, вечное чувство вины перед взрослыми и ощущение того, что они знают больше тебя, необходимость слушаться и прислуживать, общее искажение пространства, времени и перспективы. Добавим к этому общее ощущение сна, и мы получим каталог детских кошмаров, например, как если бы ты читал какой-то доклад перед огромной аудиторией и вдруг обнаружил, что на тебе нет штанов.
Сама же Америка, как Америка, — дело десятое, всего лишь символ того, что и за тридевять земель всё то же самое (пусть это и ненастоящая Америка, а Америка в представлении Кафки). Если тебе в этом мире неуютно, то будет неуютно везде, в любых условиях: с деньгами и без них, с женщинами и без них, с одеждой и без неё, с жильём и без него. Карл Росман (главный герой "Пропавшего без вести"/"Америки"), впрочем, никак этого не может уразуметь, поэтому складывает и складыввает различные комбинации этих предметов, стремясь сделать хоть что-то путное. Роман незакончен, так что у него ничего не получается. Но я сильно сомневаюсь, что в конце был бы хэппи-энд и радуга, даже допиши Кафка этот текст.
"Америка" читается гораздо легче других романов, уж не знаю, почему, хотя намеренно нагоняющих тоску вещей здесь тоже немало. После неё как-то особенно хочется радоваться простым вещам и тому, что никто тебя больше не ставит в очередь, пропадая без вести.
