Objętość 587 stron
2003 rok
0+
O książce
Об авторе. Эдвард Люттвак – всемирно известный специалист по военной стратегии и геополитике. Работал консультантом в Совете национальной безопасности и в Государственном департаменте США советником президента Рональда Рейгана. Участвовал в планировании и осуществлении военных операций. Создатель геоэкономики – раздела геополитики, где исследуется борьба государств и других глобальных субъектов за сферы влияния в мире.
«Стратегия: Логика войны и мира» вышла в свет в 1987 г. Предлагаемый вниманию читателей перевод сделан со второго издания (2003 г.), в котором учтен опыт операции НАТО в Югославии в 1999 года. В книге рассказывается о «парадоксальной» (диалектической) логике, лежащей в основе стратегического мышления. Обсуждаются четыре уровня стратегии: техника, тактика, оперативное искусство, стратегия театра военных действий и большая стратегия. Автор анализирует войны нового типа – «постгероические войны», порожденные страхом потерь и желанием избежать их любой ценой. Идеи автора подкреплены многими историческими примерами. В КНР книга используется как учебное пособие для слушателей военной академии. В приложении размещена статья о геостратегическом положении современного Китая.
Inne wersje
Opinie, 4 opinie4
Книга очень политизированна. Обязательно читайте примечания переводчика! Лишь комментарии переводчика позволяют сделать книгу более объективной.
я читал книгу несколько раз, мне она очень понравилась. В ней есть некоторые исторические примеры, благодаря этому она очень интересна. Жаль только что это не аудиокнига.
Я думаю, что книга очень интересна. Автор не просто рассказывает, но и пытается сделать так, чтобы было понятно то, о чем читаешь. Но чтобы до конца понять смысл, стоит ее перечитать.
Книга очень интересная. Помогает понять себя, свой организм и окружающее пространство вокруг вас. Стоит только начать анализировать ваши примеры из жизни по примерам из Книги, как вам сразу станет понятно, какой следующий шаг стоит предпринять
Наиболее бескорыстное вмешательство в войны других народов — это оказание гуманитарной помощи. Оно же оказывается и наиболее разрушительным.
Хорошо известно, что бескорыстные поступки приводят к весьма зыбким результатам.
По классическому определению, великие державы — это государства, достаточно сильные для того, чтобы вести войну собственными силами, то есть не полагаясь на союзников. Но это определение ныне устарело, поскольку сегодня вопрос заключается не в том, как можно воевать, с союзниками или без оных, а в том, можно ли вообще вести войну — разве что на отдаленном расстоянии, только техническими средствами, не подвергаясь серьезному риску понести какие-либо потери. Ибо получается следующее: до сих пор по умолчанию предполагалось, что статус великой державы подразумевает готовность применять силу всякий раз, когда это выгодно, спокойно принимая при этом боевые потери — конечно, до тех пор, пока их численность будет пропорциональна масштабам завоеваний.
Когда солдаты США прибыли в Боснию после Дейтонских соглашений 1995 года, им был отдан строгий приказ избегать вооруженных столкновений, и именно в силу этого приказа в последующие годы они не смогли арестовать известных военных преступников, проходивших через их контрольно-пропускные пункты. Говоря более обобщенно, поскольку в военных подразделениях должно присутствовать единообразие, многонациональные подразделения по самой своей сути не способны осуществлять добротный контроль над солдатами, которых поставляют государства-члены; не могут они также навязать единые стандарты тактического или этического поведения.
Уинстон Черчилль находился точно в таких же обстоятельствах; человек сильных и неудержимых чувств, он, видимо, попал в тот же вихрь эмоций, усугублявшийся куда более значительной личной ответственностью. Ведь именно его отказ принять мирные предложения Гитлера в июне 1940 года вызвал гибель 93 000 британских мирных жителей — мужчин, женщин и детей — в последовавших бомбардировках. Именно из-за его политики Великобритания осталась в зловещей изоляции, перед лицом почти несомненной перспективы вторжения сразу после того, как Германия завершит разгром России.